Моя любовь так прекрасна.

Лань Ванцзи считал себя человеком со скромными интересами. Его никогда не привлекали головокружительные подвиги и опасные испытания, как его сверстников. Пока он не встретил Вэй Усяня и не влюбился в него с первого взгляда. В тот момент, когда их взгляды встретились, Лань Ванцзи понял, что с ним будут проблемы. Его склонность нарушать правила ордена Лань действительно пугала его, но сам Вэй Усянь оставил глубокий след в сердце Лань Ванцзи. Лань Ванцзи наблюдал за тем, как Вэй Усянь уходит вместе с остальными, и не сводил с него глаз, пока не исчезла даже его тень, после чего вернулся к переписыванию. Ему было трудно сосредоточиться. Он не мог выбросить это из головы. То, что произошло сегодня, было ошибкой. Промахом. Сначала он просто хотел наказать его, немного припугнуть. Научить его не насмехаться над другими. Но этот неисправимый мальчишка так разозлил его, что он... потерял контроль. Не успел он опомниться, как было уже слишком поздно. После того как ещё одно большое чернильное пятно испортило его обычно аккуратный почерк, Лань Ванцзи сдался и отложил кисть в сторону. Было бы ложью сказать, что он не хотел того, что произошло. Конечно, он хотел, чтобы это произошло. Он ему нравился. Он хотел быть для него самым близким человеком. Лань Ванцзи хотел оттеснить всех остальных людей вокруг Вэй Усяня, чтобы тот принадлежал только ему. Лань Ванцзи потёр руки. Дрожащие руки Вэй Усяня сжимали его, когда он входил в него. Его мягкие губы дрожали от боли. Его ресницы красиво трепетали. Его взгляд, когда Лань Ванцзи овладевал его телом, был просто… опьяняющим. Лань Ванцзи вздохнул. Куда делись все годы упорных тренировок и обучения, призванные вбить в его голову праведность ордена Лань? Как он оказался в такой ситуации? Как он мог развлекаться с другим парнем в Библиотечном павильоне, где он должен был учиться? Он больше никогда не сможет учиться в Библиотечном павильоне, не вспоминая при этом нежную, розовую, сияющую кожу Вэй Усяня, полную страсти после того, как они это сделали. В Библиотечном павильоне царил хаос. Повсюду были разбросаны книги, в том числе книжка с картинками, которой Вэй Усянь дразнил его. Лань Ванцзи решил навести порядок. Он собрал книги и положил книжку с картинками сверху. Его рука случайно задела мокрый коврик. «…» Пот и… Лань Ванцзи почувствовал, как кровь прилила к его голове. Его и Вэй Усяня… Его пальцы сжались на коврике. Он вспомнил, как его семя медленно вытекает из набухшей дырочки Вэй Усяня. Он бездумно вошёл в него и кончил глубоко внутри. Непристойно вытекающая белая жидкость была доказательством его греха. Лань Ванцзи и раньше мечтал о Вэй Усяне, но его мечты всегда были целомудренными. Он и подумать не мог, что однажды… он действительно заслужил наказание. Пока Лань Ванцзи предавался своим страданиям, Лань Сичэнь выбрал идеальный момент, чтобы навестить брата. «Ванцзи, ты здесь. Хм, что это за запах?» Лань Ванцзи побледнел. Он поспешно положил стопку книг на стол и встал, чтобы поприветствовать брата. «Сюнчжан», — позвал он. Лань Сичэнь заметил, что что-то не так, но не мог понять, что именно. Лань Ванцзи выглядел не таким опрятным. Его обычно спокойное поведение, казалось, было чем-то нарушено. Он был похож на водную гладь, в которую кто-то бросил камень, и она вот-вот успокоится после того, как уляжется рябь. Другие могли этого не заметить, но он вырос вместе с братом и знал его как свои пять пальцев. «Ванцзи, что случилось?» Лань Ванцзи не хотел лгать своему брату. Даже если бы он солгал, он знал, что брат рано или поздно всё равно узнает. Но как ему сказать об этом брату, которого он обожает и уважает? «Я осквернил Вэй Усяня здесь, в Библиотечном павильоне» — так можно было бы описать всю ситуацию, но это было бы неправильно. Хотя признание греха перед самим собой было первым шагом к искуплению, Лань Ванцзи обнаружил, что признаться в грехе перед другими было гораздо сложнее. Лань Сичэнь был понимающим братом. Он похлопал Лань Ванцзи по плечу и сказал: «Скажи мне, когда будешь готов, Ванцзи. Не торопись. Я пришёл тебя найти, потому что по пути встретил молодого господина Цзяна и Хуайсана, и они сказали мне, что некий Вэй Усянь неважно себя чувствует. Может быть, ты слишком сурово его наказал?» Лань Ванцзи запаниковал. «С-Сюнчжан, я…» Лань Сичэнь покачал головой и улыбнулся: «Я был неправ. Я не хочу тебя винить. Я знаю, что ты действуешь в соответствии с правилами, и, по словам дяди, этот молодой господин Вэй действительно непростой случай. Неудивительно, что ты наказал его довольно сурово». Сюнчжан, если бы ты только знал... Нет, он больше не мог этого выносить. Он должен был рассказать брату. Лань Ванцзи собрался с духом и заговорил. «Сюнчжан, я... я перегнул палку. Пожалуйста, накажи меня». Лань Сичэнь не удивился. Лань Ванцзи мог казаться холодным и суровым снаружи, но внутри он был добрым человеком. С их стороны было несправедливо поручать ему наказывать людей за их проступки, ведь Лань Ванцзи обычно не причинял вреда даже мухе. «Не переживай так, Ванцзи. Будем надеяться, что молодой господин Вэй усвоил урок и что…» «Сюнчжан, я… переспал с ним». «…» Оглушительная тишина воцарилась в главном зале Библиотечного павильона. Лань Сичэнь застыл на месте, пытаясь осмыслить информацию, которую только что сообщил ему Лань Ванцзи. Переспал? Переспал с Вэй Усянем? И это было наказанием? Было достаточно абсурдно, что его брат вообще мог спать? С кем-то? На одной кровати? Ни за что? Они случайно не заснули вместе, пока переписывали правила ордена Лань? Лань Сичэнь и Лань Ванцзи оба переписывали самые скучные древние тексты, но, если его не подводила память, они никогда не засыпали во время переписывания. «Прости, Ванцзи. Я не расслышал. Что ты имеешь в виду?» Лань Ванцзи выглядел крайне несчастным. Он с трудом выдавил из себя фразу, которую предпочёл бы не произносить. «Я… Я занимался с ним сексом». Это было предельно ясно. Лань Сичэнь почувствовал слабость. У него подкосились ноги, и он рухнул на пол. «Сюнчжан!» Лань Сичэнь потёр лоб. Эту информацию было трудно переварить. Он не ослышался. Лань Ванцзи не стал бы его обманывать. Брат действительно сказал ему, что «переспал» с Вэй Усянем. Переспал в прямом смысле этого слова! Слова застряли у него в горле. Он недоверчиво посмотрел на брата. Он жестами показал своё отчаяние, прежде чем смог произнести хоть слово. «… Почему, Ванцзи?» Лань Ванцзи чувствовал себя кучкой грязных тряпок. «Я… Я не хотел, Сюнчжан. Это просто случилось». Лань Сичэнь хлопнул себя по лицу и застонал, закрыв его руками. Из всех людей. Из всех людей! Он бы пришёл в ужас, если бы узнал, что внешний ученик Лань совершил этот развратный поступок за пределами Облачных Глубин, но то, что его кровный брат сделал это в Облачных Глубинах, было… невероятно. Лань Ванцзи всегда был воплощением праведности, гордостью ордена, образцовым молодым мастером, на которого равнялись другие… «… Когда? И где?» «Час назад, здесь». Так значит то, что он почувствовал, войдя в комнату, на самом деле было… "Ванцзи!!" — прорычал он, сердито вставая. Лань Ванцзи вздрогнул. Его брат никогда раньше на него не кричал. На этот раз он действительно перешёл границы. Несчастный случай — не оправдание. Он должен был контролировать себя. Лань Ванцзи очень сожалел о своих поступках. Он упал на колени перед Лань Сичэнем. «Ванцзи неправ. Сюнчжан, пожалуйста, накажи меня!» Лань Сичэнь несколько раз глубоко вздохнул. Он начал ходить кругами по комнате, изо всех сил стараясь справиться с этим инцидентом и подготовиться к последствиям. Не предавайся разврату. Не предавайся разврату. Не предавайся разврату. Из всех людей. Из всех людей!! Лань Сичэнь даже не знал, как выглядит этот молодой господин Вэй. Из того, что он слышал от Лань Цижэня, следовало, что молодой господин Вэй был нарушителем спокойствия. Непослушным мальчиком, который любил нарушать правила. Как Лань Ванцзи вообще мог связаться с кем-то, кто был полной его противоположностью? Как жаль, что Лань Цижэнь уехал! Лань Сичэнь ходил кругами ещё быстрее. «Сюнчжан…» Лань Ванцзи умолял о наказании. У Лань Сичэня разболелась голова. «Хорошо, — сказал он, сердито взмахнув рукавами. - Встаньте на колени перед нашими предками, вы оба! И не вставайте, пока я не скажу». На мгновение Лань Сичэнь, которому никогда не приходилось наказывать Лань Ванцзи, подумал, что ему достаточно сурово наказать обоих нарушителей, чтобы они больше никогда так не поступали и дело было закрыто. И всё же следующее признание поразило его ещё сильнее, чем первое. «Сюнчжан, он… он невиновен». Лань Сичэнь нахмурился. «Что ты имеешь в виду? Ты переспал с ним и всё же утверждаешь, что он невиновен??» Губы Лань Ванцзи задрожали, когда он ответил: «Он сказал мне остановиться, но я… Я не...» «...» «...» Лань Сичэнь снова упал на землю. «Ты хочешь сказать, что ты... принудил его к этому?» Лань Ванцзи был бледен как полотно. Он медленно кивнул. О боже... Ты, должно быть, шутишь!