Моя любовь так прекрасна.

Сразу после случившегося было больно, но, по крайней мере, он мог ходить и принимать ванну. После ночного сна боль стала невыносимой. Вэй Усянь ругался про себя каждый раз, когда чувствовал колющую боль в промежности. В книжках с картинками была показана только пикантная часть процесса, а о боли при проникновении ничего не говорилось. Вэй Усянь проникся уважением ко всем женщинам и мужчинам, которым приходилось снова и снова проходить через одно и то же. И как у Лань Ванцзи оказался такой большой и толстый член? Они были примерно одного возраста. Его собственное достоинство было не таким опасным для жизни, как у Лань Ванцзи. Та, кто в будущем станет женой Лань Ванцзи, наверняка будет сильно страдать. Возможно, она не сможет нормально ходить до конца своих дней. Вэй Усянь усмехнулся. Сколько было времени? Вэй Усянь потерял счёт времени. Похоже, он проспал очень долго. Он мог даже пропустить завтрак. Цзян Чэна нигде не было видно. Наверное, уже ушёл играть? Какой невнимательный брат. Мог бы хотя бы принести ему завтрак в комнату. Вэй Усянь попытался сесть, но тут же отказался от этой идеи, почувствовав новую волну боли в пояснице. Его глаза наполнились слезами. О боже, как же больно! Было больно. Было больно. И он был голоден. Ему нужно было встать и как-то раздобыть завтрак. Вэй Усянь оперся на спинку кровати и сразу же встал, минуя этап сидения. Не так уж и плохо. Он мог стоять и ходить. Только сидеть было больно. Вэй Усянь направился в столовую в надежде, что ему удастся что-нибудь съесть, чтобы утолить урчание в животе. Солнце уже взошло. Вэй Усянь вздохнул. Может, стоит пообедать пораньше. Раннего обеда будет достаточно. Он не тренировался инедии должным образом, и ему всё ещё нужно было есть. Вэй Усянь медленно шёл по каменной дорожке к обеденному залу. Впереди него двое о чём-то серьёзно беседовали. Цзян Чэн разговаривал с Лань Ванцзи. Нет, постойте. Вэй Усянь прищурился. Это был не Лань Ванцзи. Должно быть, это Лань Сичэнь, Цзэу-цзюнь, старший брат Лань Ванцзи. Издалека нефритовые близнецы Лань выглядели как настоящие близнецы. Это было общеизвестным фактом. Они тоже заметили его. Когда Цзян Чэн удивлённо окликнул его, Вэй Усянь заметил, что выражение лица Лань Сичэня тут же изменилось. Если во время разговора с Цзян Чэном он выглядел напряжённым, то, когда Лань Сичэнь посмотрел на Вэй Усяня, на его лице отразилась внутренняя борьба. Когда Цзян Чэн направился к Вэй Усяню, Лань Сичэнь едва заметно кивнул ему в знак приветствия и пошёл в противоположном направлении. «Вэй Усянь! Ты совсем не просыпался, я очень волновался. Неужели Лань Ванцзи так сильно тебя избил??» "…" «Ну??» «Э-э… Да. Он меня избил. Но я в порядке, так что…» Цзян Чэн покраснел от гнева: «Ладно, твоя нога! Только что Цзэу-Цзюнь сказал мне, что Лань Ванцзи слишком сурово наказал тебя, и теперь он стоит на коленях в зале предков и переписывает правила ордена Лань. Представляешь? Он стоит на коленях со вчерашнего дня! Стоит на коленях и переписывает! И Цзэу-Цзюнь сказал мне, что он уже попросил моего отца прийти и обсудить это!» Глаза Вэй Усяня округлились, как полная луна. «Вэй Усянь, я тебя знаю. Что ты сделал, чтобы разозлить Лань Ванцзи? Такой отстранённый человек, как он, обычно и пальцем не пошевелит, чтобы напасть на кого-то. Ваши мечи были выброшены в окно. Что ты сделал??» Вэй Усянь грубо схватил Цзян Чэна за плечи. «Что ты сказал?? Дядя Цзян, дядя Цзян приедет??» Цзян Чэн усмехнулся: «Конечно, он приедет. Он приедет, если это касается тебя». Вэй Усянь не успел заметить ревность в голосе Цзян Чэна. Лань Ванцзи, этот болван!!! Он что, рассказал всем, что переспал с ним??? Он что, пытается испортить его репутацию??? Как он вообще сможет жениться, если все узнают, что его поимел другой парень??? Казалось, что при достаточно высоком уровне адреналина исчезают даже боль и голод. Вэй Усянь побежал в ту сторону, куда скрылся Лань Сичэнь. К счастью, он нашёл его как раз перед тем, как Лань Сичэнь вошёл в Ланьши. «ЦЗЭУ-ЦЗЮНЬ!!!!» Лань Сичэнь удивлённо обернулся, услышав, как кто-то кричит ему вслед. Это был молодой господин Вэй. Издалека он не мог как следует его рассмотреть, но теперь, когда они стояли близко друг к другу, Лань Сичэнь увидел, что молодой господин Вэй — красивый и энергичный юноша. В тот момент он тяжело дышал, а на его лице было выражение полной серьёзности, и он совсем не был похож на озорного мальчишку, каким его описывал Лань Цижэнь. «Молодой господин Вэй», — сухо ответил он. Он не знал, как смотреть в глаза Вэй Усяню после того, как узнал, что сделал Лань Ванцзи. Он не знал, что ему следует сказать. Хотел бы он знать. «А… А Лань Чжань тебе рассказал?» Похоже, молодой господин Вэй был прямолинейным человеком. Хорошо. У Лань Сичэня не было терпения ходить вокруг да около, особенно когда дело касалось его единственного младшего брата. «Да», — сказал он. «Пожалуйста, не сообщайте моему дяде о том, что произошло, — взмолился Вэй Усянь. — Я не буду выдвигать обвинения». Лань Сичэнь был ошеломлён. Он этого не ожидал. В конце концов, Вэй Усянь был жертвой. Было бы нормально, если бы он выдвинул обвинения и потребовал сурового наказания для Лань Ванцзи. Он мог бы даже разрушить будущее Лань Ванцзи, если бы правильно разыграл свои карты. «Я не хочу, чтобы мой дядя знал, что произошло». Его лицо покраснело. Лань Сичэнь уставился на него. Это было не так просто, как думал Вэй Усянь. Как можно было решить такой вопрос только потому, что Вэй Усянь не хотел, чтобы об этом узнали другие? Лань Сичэнь: «Я должен быть благодарен за то, что молодой господин Вэй не усложняет ситуацию, но Ванцзи уже признался в… принуждении. Согласно правилам нашего клана, это нарушение, которое мы не можем просто проигнорировать. Лучше всего, если все стороны соберутся и обсудят, как лучше поступить в этой ситуации. Молодому господину Вэю не нужно беспокоиться, клан Лань не будет предвзятым. Ванцзи заплатит за свои ошибки». Вэй Усянь: «Если ты действительно благодарен, то не станешь портить мою репутацию. Разве я не имею права голоса в этом вопросе? Кроме того, это уже произошло. Лучшее, что ты можешь сделать для меня, — это не распространять эту информацию». Вэй Усянь был прав. Они молча смотрели друг на друга. Лань Сичэнь: «Молодой господин Вэй, я не могу принять такое решение в одиночку». Как он и сказал, Лань Ванцзи стоял на коленях и переписывал с прошлой ночи. Его никогда раньше не наказывали так сурово. Его тело могло это выдержать, но душевные муки терзали его. Лань Сичэнь уже сказал ему, что этот вопрос должен быть тщательно урегулирован между двумя кланами. Это означало, что глава клана Цзян получит приглашение прибыть в Облачные Глубины по срочному делу, чтобы обсудить последствия того, что произошло между ним и Вэй Усянем, и то, что нужно сделать, чтобы успокоить обе стороны. Лань Ванцзи никогда раньше не было так стыдно за себя. Все узнают о том, что произошло между ним и Вэй Усянем. И всё потому, что он не смог вовремя остановиться. Потому что ему не хватило самоконтроля. Ещё одна клякса испортила бумагу. Лань Ванцзи сложил её пополам и отложил в сторону. Рядом со столом скопилась небольшая стопка неправильно написанных копий. Такими темпами он никогда не закончит переписывать. Дверь в зал предков со скрипом открылась, и в комнату вошли два человека. Это были его брат и… Вэй Усянь. Сердце Лань Ванцзи подпрыгнуло к горлу. Оба выглядели напряжёнными. Раньше на лицах этих двоих всегда играла улыбка, но в тот момент на них не было и намёка на улыбку. Лань Ванцзи не ожидал, что Лань Сичэнь вместе с Вэй Усянем придут в зал предков. Глава ордена Цзян уже прибыл? Так скоро? Лань Ванцзи сжал пальцы в кулак. Лань Сичэнь потянул Лань Ванцзи за руку. «Ванцзи, встань. Давай поговорим втроём». Вопреки своей обычной настойчивости доводить наказание до конца, Лань Ванцзи встал и с мрачным выражением лица посмотрел на остальных. Его ноги слегка дрожали после ночи, проведённой на коленях, но он не обращал на это внимания. Лань Сичэнь глубоко вздохнул. «Молодой господин Вэй предпочёл бы решить проблему между вами двумя, а не превращать её в официальное разбирательство между двумя кланами». У Лань Ванцзи нервно заходил кадык. Он не совсем понял. Лань Сичэнь: «Продолжайте, молодой господин Вэй». Вэй Усянь посмотрел на Лань Ванцзи. Они впервые заговорили друг с другом после того, что произошло. Лань Ванцзи не знал, что скажет Вэй Усянь. Если бы Вэй Усянь начал его проклинать, он бы стерпел. Он бы сделал всё, что угодно, лишь бы Вэй Усяню стало хоть немного легче. Вэй Усянь: «Я не хочу, чтобы эта новость распространилась. Я ничего не скажу, и вы двое тоже не говорите». Он указал на них обоих, чтобы подчеркнуть свои слова. «…» «…» Лань Сичэнь: «И это всё? Молодой господин Вэй, я не думаю, что всё так просто». Вэй Усянь: «Почему нет?» Взгляд Лань Сичэня смягчился. «Ты ещё молод и не знаешь, что может случиться в будущем. Возможно, в будущем ты вспомнишь об этом и почувствуешь себя обиженным, или об этом узнает клан Цзян, и кто-то из вас решит выдвинуть обвинение. Тогда Ванцзи столкнётся с ещё более суровым наказанием. Он не только поступил с тобой несправедливо, но и не признал свою вину, пока ты не указал ему на это много лет спустя. Как ты думаешь, что с ним будет? Лучше пережить сильный дождь сейчас, чем грозу потом». Вэй Усянь нахмурился, глядя на Лань Сичэня. «То есть, Цзэу-цзюнь мне не доверяет». Лань Сичэнь: «Я верю, что молодой господин Вэй действительно хочет сохранить это в тайне. Но я не верю, что это можно скрыть навсегда. Было бы глупо так думать». «…» Лань Ванцзи думал о том, что сказать при новой встрече с Вэй Усянем. Он хотел искренне извиниться. Он знал, что этого будет недостаточно. И всё же он хотел это сказать. Он и представить себе не мог, что будет наблюдать за тем, как его брат и Вэй Усянь спорят о том, как лучше справиться с последствиями. На сердце у него становилось всё тяжелее и тяжелее. Он ещё и брата втянул в эту грязную историю. Как неловко. Каким позором он стал. «Хорошо, — процедил Вэй Усянь сквозь зубы. - Тогда у меня есть другое решение». Лань Сичэнь, «Пожалуйста, говори». Вэй Усянь, «Всё просто. Око за око, зуб за зуб. Я сделаю то же самое с Лань Чжанем, и тогда мы будем квиты». «…» «…» А?.. Лань Сичэнь и Лань Ванцзи в замешательстве уставились на Вэй Усяня. Что он имел в виду? Лань Ванцзи первым нашёл нужные слова и спросил: «Что ты имеешь в виду?» Вэй Усянь повернулся к нему и спокойно ответил: «Ты трахнул меня один раз. Позволь мне трахнуть тебя один раз». Лань Сичэнь с отвисшей челюстью уставился на Вэй Усяня, испытывая одновременно благоговение и недоумение. Похоже, сегодня был подходящий день, чтобы выпить. Или много выпить.