Моя любовь так прекрасна.

«Вэй Ин…» Вэй Усянь ответил, прижав ладонь к ладони Лань Ванцзи. Лань Ванцзи вздохнул. Его разум был полностью затуманен наслаждением, которое дарил ему жених. Он думал только о своем возлюбленном и ни о чем другом. А его возлюбленный получал огромное удовольствие. Вэй Усянь с ликованием отмечал, что каждый поцелуй, каждое прикосновение языком и губами к мужскому достоинству Лань Ванцзи вызывали у него мгновенную реакцию. Кто бы мог подумать, что Ханьгуан-цзюнь такой чувствительный в этом плане? Было забавно наблюдать за тем, как обычно невозмутимый Второй нефрит Лань корчится от смеси боли и удовольствия. Вэй Усянь был единственным, перед кем он мог так себя вести. Вэй Усянь хихикнул про себя. Он жадно обхватил губами весь член Лань Ванцзи и с большим удовольствием принялся его посасывать. Глаза Лань Ванцзи распахнулись. Он хотел поднять Вэй Усяня, но было уже слишком поздно. Он издал хриплый стон, изливаясь в жаждущий рот своего возлюбленного. Вэй Усянь отпустил член своего жениха и слегка закашлялся. Обеспокоенный Лань Ванцзи сел и поспешно погладил своего возлюбленного по спине. «Ты в порядке?» Вэй Усянь ухмыльнулся и показал ему язык. Вытерев с губ следы спермы, он застенчиво спросил. «Ну как, Лань Эр гэ-гэ? Было хорошо?» Лань Ванцзи покраснел еще сильнее. Он не стал ничего отвечать и просто притянул Вэй Усяня к себе, чтобы поцеловать. Он сделал это довольно резко, так что Вэй Усянь поморщился от боли. Синяки на моем теле никогда не заживут… Вэй Усянь ворочался на кровати с любимым мужчиной. Какое-то время они кувыркались, каждый хотел оказаться сверху и прижать другого к кровати. «Боже, Лань Чжань, будь хоть раз хорошим мальчиком и дай мне побыть сверху!» «Нет». После многочасовых мучений Лань Ванцзи отказался быть снизу. Он хотел прижаться к телу Вэй Усяня и снова и снова овладевать им. Заставить его подчиниться, кричать от боли и удовольствия и вместе с ним погрузиться в пучину любви. И они упали... _ _ _ _ _ Вэй Усянь вернулся на Пристань Лотоса за месяц до свадьбы, немного раньше, чем планировал. Цзян Чэн не смог сдержать усмешки. «Что случилось? Неужели старику Ланю ты так надоел, что он решил отправить тебя домой, не дожидаясь, пока ты испортишь ему всю жизнь?» Вэй Усянь вздохнул. «Ну... мы сломали кровать в Цзинши. И они решили поставить брачное ложе раньше». Цзян Чэн нахмурился. «Сломали кровать? Как вы ее сломали?» Не Хуайсан легонько похлопал Цзян Чэна по плечу. Лицо Цзян Чэна мгновенно покраснело. «Не нужно мне ничего рассказывать! Забудь, что я спрашивал!» Вэй Усянь рассмеялся. Цзян Чену стало неловко, когда он узнал, что Вэй Усянь и Лань Ванцзи неоднократно вступали в интимную связь до свадьбы, но Вэй Усянь с удовольствием поддразнивал его. Он положил локоть на плечо Цзян Чена и тихо заговорил. «В чем дело, Цзян Чэн? Ты правда не хочешь знать? Хочешь увидеть?» Вэй Усянь хотел раздеться, чтобы показать Цзян Чэну следы, которые Лань Ванцзи оставил на его теле прошлой ночью, но Цзян Чэн тут же зажмурился и заткнул уши. «НЕТ! НЕТ! Я НЕ ХОЧУ НИЧЕГО ВИДЕТЬ ИЛИ СЛЫШАТЬ! ЗАТКНИСЬ, ЗАТКНИСЬ!» Не Хуайсан усиленно обмахивался веером. Летом на Пристани Лотоса было довольно жарко. Вэй Усянь расхохотался. Цзян Чэн вздрогнул: «Что с вами со всеми? Сначала ты, потом А-Цзе, неужели я тоже стану для них обузой???» Не Хуайсан: «Хм, я сомневаюсь, что их отношения такие уж особенные». Вэй Усянь: «Кстати, где Шицзе?» Цзян Чэн: «Она каждый месяц ездит в Безночный город!» Вэй Усянь: «… Каждый месяц? Вот это преданность делу». Цзян Чэн в ужасе закрыл лицо руками: «Я же тебе говорил! Я же тебе говорил! Мама так разозлилась. Даже представлять не хочу, как отреагирует Вэнь Жохань». _ _ _ _ _ Цзян Яньли радостно запрыгала по тропинке, ведущей в уединенный лес недалеко от Безночного города. В их тайном убежище ее уже ждали Вэнь Цин и Вэнь Нин. «Яньли-цзе!» Вэнь Нин взволнованно помахала Цзян Яньли. Цзян Яньли расплылась в улыбке. «А-Нин, А-Цин! Давно не виделись, как дела?» Вэнь Цин улыбнулась своей лаотун. «Ты здесь. Сегодня тот самый день. Все готовы?» Цзян Яньли и Вэнь Нин кивнули. Вэнь Нин протянул Цзян Яньли маленький топорик. Перед ними угрожающе возвышались два высоких дерева. Вэнь Цин вдруг почувствовала прилив сентиментальности. Сегодня они узнают, окупилась ли их упорная многомесячная работа. После долгих слез и часов исследований они наконец узнают, могут ли деревья быть такими же полезными, как розовый мох. Вэнь Цин шмыгнула носом. Цзян Яньли разрыдалась. «Я не хочу убивать деревья», — сказала она. Вэнь Нин в панике огляделся. Его окружали две плачущие женщины. Вэнь Цин: «Я тоже не хочу… -шмыгает, - … убивать деревья, но… у-у-у… если мы заберём только сердцевину, они все равно рано или поздно погибнут…» Цзян Яньли: «Может, нам просто... еще раз попробовать с листьями?..» Вэнь Цин: «Но мы уже пробовали... они не оказали никакого чудодейственного эффекта на развитие!» Вэнь Нин: «Почему бы не... не дать это сделать мне? Пусть обе шицзэ немного отдохнут?» Обе девушки кивнули и отошли в сторону. С боевым кличем Вэнь Нин бросился вперед, и топор вонзился в один из стволов. Он с трудом вытащил его. Когда топор наконец поддался, из ствола хлынула какая-то жидкость. Вэнь Цин вскрикнула и оттащила Вэнь Нина от деревьев. «Что это за розовая жидкость?» «Это как-то связано с розовым мхом? А-Нин, принеси ведро!» Вэнь Нин быстро убежал за ведром, а две дамы с большим интересом наблюдали за стекающей жидкостью. «Может, у нас получится не пилюля для культивации, а зелье для культивации». «Все возможно. Я могу продавать зелья так же хорошо, как пилюли». «Надеюсь, оно сладкое. А-Сянь и А-Чэн не любят горького». «Я всегда могу добавить немного сахара». Вэнь Цин зачерпнула немного жидкости и потерла пальцы друг о друга. «Хм,… водянистая. Не похоже, что ядовитая». «В этом дереве действительно много сока...» Вэнь Нин вернулся с двумя большими вёдрами. Получив разрешение от сестры, он принялся рубить деревья. И тут стволы не раскололись, а треснули. Трещина расширилась и образовала разлом в стволе. «Хм…?» Все трое подошли ближе и с любопытством прищурились. И тут они увидели нечто невероятное. Все трое издали леденящие кровь крики. Примечание: перед свадьбой сторона жениха обычно устанавливает брачное ложе. После того как брачное ложе установлено, невесте запрещено даже садиться на него, потому что это к несчастью. Таким образом, Вэй Усянь лишился места, где можно было бы спать, не говоря уже о том, чтобы *кхм* заниматься непотребствами с Лань Ванцзи *кхм*, пока они не поженятся. Мини-театр: Плотник: Ну ладно. Из чего нам сделать кровать? Лань Сичэнь: Из самой прочной древесины, какую только сможешь найти. Лань Цижэнь: Из железа. Цинхэн-Цзюнь: Из стали. Плотник: А из чего сделать ванну? Лань Сичэнь: Из самой прочной древесины, какую только сможешь найти. Лань Цижэнь: Из железа. Цинхэн-Цзюнь: Из стали. Лань Цижэнь: И пока ты этим занимаешься, сделай так, чтобы мы не слышали ни звука из Цзинши. Плотник: ... Цинхэн-Цзюнь: И не видели, что там происходит. Плотник: ... В ближайшем чайном домике в Гусу... Плотник: Думаю, Ханьгуань-Цзюнь женится на преступнике. Хозяин лавки: Почему, Дагэ? Плотник: Они хотят, чтобы я переоборудовал Цзинши в тюрьму строгого режима.