Сказ о фавне и волколаке

К сожалению или к счастью, этот момент продлился недолго. Внезапно, на плечо мягко легла чья-то рука. Это не была ни тяжёлая ладонь Антона, ни крепко сжимающая плечо ладонь Иигара, значит точно чья-то чужая. Роман от прикосновения было дёрнулся и обернулся, но к счастью позади себя увидел не очередного инквизитора, а стоящую с Бяшей и Антоном незнакомку, которая тогда спасла их от обнаружения. Девушка на вид была странной, вся была одета в небрежно сотканные зелёные и бурые лохмотья, покрытые вышивкой, похожей на мох, а на голове красовался головной убор похожий... На волчий череп. От этого парня чутка дёрнуло, череп был сильно большим для обычного волка, так что логичнее было предположить, что это скорее череп варга или волколака. Тем не менее, она смотрела на него с великим состраданием, её тёмные глаза так и не осмеливались смотреть в глаза воину, будто было в них какое-то раскаяние. Всё же она человек, и убийства эти лежат на руках именно людей. Неприятнее всего испытывать стыд от действий своих соплеменников, даже если ты не прилагал к ним руки. Тяжело вздохнув, она заговорила. –Мне... Очень жаль, волк.– почти прошептала она, опустив глаза в пол. –Это наименьшее, что я могу выразить простыми словами. Фавн и эльф стояли поодаль, держа при себе вещи друга. Они оба тоже глядели этим взглядом, этим ужасно соболезнующим взглядом. Неясно чем, но он до дрожи раздражал Рому. Больше всего на свете ему хотелось избежать всех этих сантиментов. Все эти бессмысленные разговоры о том, что Дрейдах сейчас в лучшем мире, что там, где он находится, его больше ничего не тревожит и не беспокоит. И быть может раздражался волк потому, что ему искренне хотелось в это верить. Просто от горя признавать он этого не хотел. И кто знает? Может он даже желал, чтобы его обняли и погладили аккуратно по голове, желал ощутить спокойствие и безопасность в чьих-то ласковых руках. Возможно он бы сейчас с удовольствием зарыдал или даже закричал во весь голос. Проблема лишь в том, что волк и сам не знал, чего он хочет на самом деле, а сказать... Не мог, никак. Шатен взял свои вещи у друзей и неспеша оделся, ощущая почему-то огромный груз одеяний, будто его воинский голубой акетон налагал на него дополнительный груз ответственности. Стыд пожирал его за то, что не пришёл раньше, или что не остался в деревне в момент нападения. Однако и эту тяжёлую думу он высказать никому не мог, слишком ему было не по себе сейчас. А тем более, при странной незнакомке. Пожалуй, единственное неясное пятно в этом всём - это она. Дословно неизвестно, что привело её сюда, прямиком во время атаки. Роман просто должен был знать наверняка, причастна ли эта девушка к геноциду его клана. Ради всех этих убитых, ради чести клана, ради Дрейдаха. Что он сделает, окажись она виновной? Шатен не знал, но предполагал, что просто не сдержит себя. Подойдя к ней поближе, волк грозно глянул на неё, и сквозь зубы процедил: –А теперь объясни мне, кто ты и зачем вообще пришла?– Девушка тут же приосанилась и прочистила горло. Видимо она поняла, как это всё выглядит. –Моё имя Дайен, но вы зовите меня Ди. Я лишь пришла помочь вам.– сказала она, и вдруг пригорюнилась. –Жаль вот только не успела. Другие деревни уже опустели, но ваша... Ваших воинов я убедить не смогла. Командир приказал им не отступать ни в коем случае. Рома горько усмехнулся от этой ремарки. –Это похоже на него...– покачал он головой, сам не веря, что говорит это так скоро. Он то думал, что увидит дядюшку умирающим в постели, в окружении семьи и сослуживцев, думал, что ему самому будет порядочно так лет на этот момент. Но судьба, видно, как всегда распорядилась иначе. Она уносит самых лучших, и делает это она очень неожиданно, оставляя на месте светлого лучика лишь грусть и печаль. И всё же, на то нам даны воспоминания, чтобы хранить в них тех, кто погиб. Ди покачала головой. –Я хорошо знала его.– сказала она. –Дрейдах был хорошим мужиком, и сильным воином. –Самым сильным.– в пол голоса сказал шатен. –Я думал никто и никогда не одолеет его. Я думал, что он доживёт до того момента, когда его тело ослабнет, а рука не сможет больше держать меч. По крайней мере, Роман был не один в этом мире, скорбящий и абсолютно потерянный. Вместе с ним по его дядюшке скорбила Ди, по деревне скорбил Бяша, и просто за компанию грустил Антон. Ему было горестно, печально, и даже страшно в какой-то степени, но точно не одиноко. Это его утешало, ведь страшнее всего было оказаться в подобном положении в полном одиночестве, без тех, кто может погрустить с тобой. В жизни в целом немаловажно знать, как грустить в одиночестве, однако с теми, кто тебе дорог отчаяние пережить в разы проще. Люди, рядом с которыми не стыдно чувствовать себя плохо очень важны, они просто должны быть. –Надо его похоронить, на.– сказал Бяша. –Выкопать яму, разложить камни, там. Свечи зажечь. –Верно. Стоит похоронить его как у вас принято.– сказала девушка, после чего стала раздавать роли. –Бяша, мы пойдём вместе, искать хорошее место для могилы. Эльф, поищи пожалуйста камни для надгробия и насыпи. А ты, Рома, найди вещи, которые можно положить Дрейдаху в могилу. Потом соберёмся вместе и подготовим тело к похоронам. Все слабо покивали, и пошли кто куда. Бяша с Ди пошли вместе к равнинам, а Антон и Рома по отдельности пошли искать камни и уцелевшие в бедствии вещи. На самом деле, волк бы хотел тогда возразить девушке, поскольку он ещё не отошёл от потери, и брать в руки вещи только что умершего дяди было бы для него ну очень тяжко. Однако тут было два нюанса: Первый - Дрейдах был ему ближе всего, и трогать его вещи позволил бы, разве что, только Ромке, второй - он всё же воспитан быть солдатом, а солдаты обязаны выполнять приказы, даже если командир новоиспечённый. Вот и получилось так, что на него легла одна из самых сложных задач среди всех. Рома пешком обошёл всю деревню от и до, прочесал наверное все углы и закоулки, но сколько бы он не рылся в пепле и золе, он всё не мог найти ни одной маленькой вещицы, принадлежавшей Дрейдаху. Зато находил обгоревшие тела, и женские, и мужские, и даже крохотные тельца детей. От вида крохотных детёнышей с обгоревшей и обугленной кожей становилось плохо. Пару раз, волка даже стошнило от нервов, настолько жутко изуродованными были трупы жителей деревни. Даже та яблоня вся сгорела дотла, ни оставив ни следа от своих спелых, наливных яблок. Почти ничего от деревни не осталось, ничего. Лишь горесть за ушедшее, и воспоминания о былом оставались в голове. И с ними боль, большая, неутолимая, скрываемая за фасадом из камня, не менее. Рома держался. Сгорело всё, кроме, возможно, костей и железяк. К большому счастью, их герб, что висел на ветке, сдутый ветром, лишь чутка обгорел, и его всё ещё можно было положить в могилу. Рома аккуратно снял его, слегка отряхнул и бережно свернул несколько раз, унося его к телу дядюшки, ожидающему подготовки. Рядом с телом уже лежали и меч и щит, и волку удалось даже найти под обломками знатно повреждённый боевой рог. Этого было достаточно, чтобы похоронить Дрейдаха со всеми почестями. Однако что-то незримое не давало полностью проститься со столь любимой отцовской фигурой. Вроде бы вот он, перед ним, бледный и седой, вроде даже похоже на то, что умер своей смертью. Но эта рана, эта гнусная рана в животе, сквозная, нанесённая человеком. Из неё будто изливался всепоглощающий мороз. Вот она и отдавала тем холодом, что почувствовал волк от инквизиторов. Это люди без сердца, настоящие дикари, для которых лучшим решением проблемы кажется устранить что-то, скосив проблему под корень. Новые хозяева этого мира, конечно же, ещё не полностью понимают, что при таком отсутствии гуманизма можно и не заметить, как твоя же рука задушит тебя самого. Эта система недолговечна, но проблема в том, что она, видно, ещё на начальной своей стадии, и вряд-ли закончится скоро. Роману понадобилось время, чтобы прийти в себя, и отпустить из рук боевой рог Дрейдаха, хоть это и было затруднительно. Все эти вещи всё ещё напоминали ему о дядюшке, они пахли им, значит в них ещё осталась частичка его души. И всё же, всему этому придётся быть погребённым вместе с телом хозяина, чтобы приносить пользу и на том свете. И это правильно, шатен не стал бы с этим спорить. Просто было очень горько расставаться с этим, с чем-то столь родным. Так резко потерять ощущение безопасности ему никогда не приходилось, а теперь, то что напоминает ему об этом чувстве придётся похоронить вместе с прежней жизнью. –Ну что, ты нашёл вещи?– раздался позади голос девушки. Волк обернулся, и увидел и её и Бяшу, стоявших прямо позади него. Судя по всему, они уже нашли подходящее место. –Нашёл.– коротко ответил он. –Отлично, тогда не будем медлить, на. А где Антон?– спросил Иигар, оглядываясь по сторонам, ища остроухого друга. Рома лишь пожал плечами, ведь Тоха будто испарился, как только они разделились, и возможно так было и в буквальном смысле. –Без понятия. –Тогда надо его поскорее найти. Нельзя начинать похороны без надгробия и насыпи.– возразила девушка. В этот же момент, беловолосый вышел из за деревьев, словно древний леший. Он был без камней, просто сам по себе, и видимо вообще не был этим обеспокоен. –Не надо меня искать, я уже тут.– уверенно сказал он. Ди нахмурилась, увидев, что эльф, судя по всему принебрёг своей задачей, и не стал ничего искать, вопреки тому, что должен был. Над ними всеми тяжело повисло напряжение. –Это что же получается? Пока мы все чем-то занимались, ты тут просто сидел всё это время совсем и ничего не делал?– возмущённо спросила она, уперев руки в бока. Волшебник лишь слегка усмехнулся и хмыкнул. –Нет, просто твоя "просьба" изначально имела огромную погрешность.– объяснил он, сложив руки на груди, и чутка пригибаясь, чтобы быть с плутовкой на одном уровне. –Таскать камни туда-сюда - такая себе идея, так что я решил дождаться вас, прийти на место, и уже потом там отыскать камни. Девушка была не рада, что эльф не послушал её, но в логике ему отказать было сложно. Действительно, её приказ изначально не имел много смысла. Поэтому, осознав свою ошибку, она чуток смягчилась. –Пожалуй ты прав.– неловко признала она, почесав затылок. –Надо донести Дрейдаха и его вещи до места, которое мы нашли. Займёмся этим вместе. С этими словами, друзья аккуратно подхватили бездыханное тело воина на руки, и понесли в направлении леса, в царство лесного бога, где всё зарождается и кончается, откуда исходит живое, и куда оно возвращается после кончины. Лучи рассвета, ещё совсем слабые, пробивались сквозь листву деревьев, на траве выступали прозрачные капельки росы. Лёгкий ветер качал ветви ясеней и дубов, заставляя шуршать. Вместо траурных колоколов, вместо хора, вместо плача - тишина и покой. После столь суровой битвы, после всего прожитого могучий воин наконец-то отправляется к праотцам. Тело уже лежало в небольшой яме, точно под его размер. Ценные вещи, меч, щит, флаг и рог лежали рядом, дополняя траурный пейзаж. –Кто нибудь хочет сказать пару слов о Дрейдахе?– спросил Антон. Первым к могиле подошёл Роман. Положив руку на сердце и сглотнув ком в горле, он начал. –Я никогда не забуду твоих уроков, твоей заботы, и никогда не забуду твоей жертвы. Я вечно благодарен, что ты был у меня, и вечно виноват, что я не был рядом с тобой, когда был поистине нужен.– сказал он тихо, совершенно нехарактерно для себя самого. –Прекрасная речь.– кивнул Антон. –Кто-то ещё? Но никто не отозвался, поэтому он сам решил сказать что-то хорошее, чтобы подвести итог и завершить погребение. –Считается, что настоящие воины не знают пощады, усталости и заботы. Что их сердца каменные и не ощущают того, что ощущают остальные. Я не знал Дрейдаха лично, но по тому, что я слышал о нём от близкого ему человека, я уверен, что несмотря на бытность свою воином у него было удивительно чуткое сердце. Посему его имя будет жить в сердцах тех, кто любил его и ценил таким, каким он был. Да упокоится его душа рядом с предками. После этих слов, каждый из присутствующих бросил в могилу по горсточке земли, и командира наконец закопали. Сложив вокруг могилы камушки они встали в круг, склонив головы в почтении к Дрейдаху, и к остальным погибшим в этом нападении. Бяша молча вспоминал о матери, об отце, о знакомых, с которыми вот только виделся прошлым утром, а теперь их нет в живых. Только представьте себе, что ещё вчера ваш сосед с вами здоровался, а сегодня и дом его сгорел дотла, жена его лежит зверски убитая, а сам он растерзан. Весь клан полёг, а они с Ромкой одни в живых остались, обречённые бесприютно топтать землю в поисках дома. Становилось так горько, что хотелось порвать на себе одежду в клочья от этой ужасной боли. Теперь ни боль от потери двух передних зубов, ни даже татуировка не казались такими страшными, по сравнению с этим. Ведь те ощущения были снаружи, они не поглощали полностью, словно морская пучина, и не окунали в отчаяние с головой, стремительно затягивая на тёмное илистое дно. В то же время, стоя рядом с друзьями посреди руин, Рома вспоминал всё самое хорошее, что он когда-либо знал о Дрейдахе. Дядюшка любил его, как не любил никого в жизни, как собственного сына, которого у того никогда не было. Несмотря на все проблемы и недостатки мальчишки, он не сдавался, пытаясь воспитать волка сильным, как он сам. Да, иногда у них возникали разногласия, да, иногда Ромка подолгу стоял после этого в углу или чистил картошку на суп для всех воинов. Но каждый раз после этого они не переставали уважать и любить друг друга. Даже после самых едких и гадких слов, дядюшка и не думал о том, чтобы отказаться от этого маленького человека. От его маленького человека, который успел стать чем-то сродни члена семьи. Как бы горечь не переполняла Иигара, он вспомнил самое светлое, что когда-то слышал от матери. Иногда, когда она вышивала, она пела песенку про маленький кораблик на их родном языке. Неизвестно что, но что-то потянуло его вспомнить слова, хоть он помнил их очень смутно. –Crochfaidh mé seolta is rachaidh mé siar Óró mo churaichín ó Is go hOíche Fhéile Eoin ní thiocfaidh mé aniar Óró mo bháidín Óró mo churaichín ó Óró mo bháidín Óró mo churaichín ó Óró mo bháidín Со временем, голос Бяши приобрёл хрипотцу и сильно понизился, поэтому сейчас звучал совсем иначе, чем раньше, когда он пел. Даже немного похоже на виолончель, если, конечно, сильно в это вдуматься. –Эх, была бы у меня сейчас волынка, на...– сказал он с горечью в голосе. Рома положил ладонь на его плечо и легонько погладил. –Волынку ещё можно приобрести.– сказал он. –А вот новую жизнь не обретёшь. –Кстати говоря о новой жизни...– вдруг невпопад начала Дайен. –Вы же знаете что-то о вашем пророчестве? О пророчестве, что когда-то сделал ваш шаман. От смены темы разговора у всех резко поменялось настроение, хоть и не в лучшую сторону. Ни волк ни фавн даже не знали ни о каком пророчестве. Рома лишь помнил, что Дрейдах много говорил с шаманом, и шаман часто посещал его самого, чтобы помогать с превращениями. Но никто из них не говорил о том, что есть и другая причина, кроме его ликантропии и сопутствующих неконтролируемых обращений. Интересно, а они вообще собирались ему говорить, или не хотели тревожить завышенными ожиданиями? Если да, то когда, а если нет, то почему? Разве он не должен был узнать об этом раньше, чтобы подготовиться? Разве это честно, что он толком ничего и не знал даже о самом себе? И что ещё они могли скрывать от него, если скрыли нечто настолько важное? –Пророчество?– переспросил шатен, скрестив руки на груди. –Нет, ни о каком пророчестве я не слышал. А что с ним? Девушка вздохнула. –Давайте не над могилой? Отойдём, разведём костёр, и я расскажу.– попросила она. Ребята согласились и отошли в лес, где развели костёр и поставили чайник. За горячим чаем обсуждать всякую мистику гораздо приятнее, чем просто так. Разлив напиток по небольшим деревянным чашкам, которые предоставила им Ди, ребята уселись вокруг костра, собираясь разделить между собой загадочное пророчество. –Как я и говорила, существует пророчество, впервые сделанное вашим шаманом.– начала объяснять девушка. –Оно гласит, что придёт воин, что сможет обращаться в облик волка, и будет сражаться вместе с объединёнными кланами фавнов в войне против людей. Тут Бяшка не сдержался, и захохотал во весь голос. –Кланы? Объединённые? Не смеши мои рога, на!– согнувшись от смеха только и смог выдавить он. Однако Дайен была абсолютно серьезной, и настроя брюнета не разделила. –Ты зря смеёшься, это лишь малая часть всего пророчества.– сказала она. –Впрочем, неудивительно, что тебя это так рассмешило. В это действительно трудно поверить. –Да, особенно что клан Гордон объединится с кланом Кэмпбэлл или кланом Хакарди. Немыслимо.– недоверчиво усмехнулся Рома. Однако его поспешили переубедить. –Мыслимо, и очень даже.– возразила Ди. –Ещё одна часть пророчества говорит о короле, восставшем из самых низов, чтобы положить начало объединению всех кланов. Очевидно, что эта часть идёт впереди всех остальных. Теперь картина начала потихоньку складываться в единое целое. Осталось только узнать конец пророчества, либо последнюю известную часть на данный момент. –Так, а что там с финалом?– спросил уже Антон. Ди улыбнулась. –Ты и не представляешь, как забавно, что спросил об этом именно ты.– сказала она. –Последняя часть предрекает, что магами в битве будет командовать некий "великий эльфский знающий". Что объединив усилия, он, воин и король смогут победить натиск человечества, и подвести их к миру. Эльф лишь фыркнул. –"Миру".– усмехнулся он. –Объективно, ничего не скажешь. Ну да ладно, я так понимаю, что под всеми этими фигурами подразумеваемся именно мы. –Именно так.– кивнула Дайен. –А как ты поняла, что именно мы трое являемся легендарными персонажами из этого не особо достоверного предречения?– уточнил Тоха, явно не верящий в то, что говорит Ди. Но та сдаваться не собиралась. Она тут же парировала своим аргументом его. –Я потратила на поиски этой информации кучу времени, провела несколько лет за изучением этого феномена...– рассказывала она с неким трепетом. –...Но ни один справочник, ни одна моя схема не приблизили меня так близко к разгадке, как настоящее божественное вмешательство. –Какое ещё божественное вмешательство? Что это всё за ерунда?– возмутился Рома. Его начинало бесить то, насколько всё это дело было размыто. Это начинало быть похожим на простой бред поехавшей на религии девушки. –Вы же помните Тапио? Или Кернунна, если вам так удобнее.– спокойно спросила она. –Тогда вы помогли ему разжечь большой йольский костёр, и он подарил вам несколько предметов. Исходя из того, что он подарил вам, и благодаря небольшой помощи ду́хов, я поняла, что пророчество говорит именно о вас. После этих слов всё более чем прояснилось. С Тапио они точно были знакомы, и точно получали от него подарки. Волк, например, до сих пор везде носил с собой тот клеймор, и тот ни разу ещё не сломался и не подвёл его. Антон активно пользовался помощью своих двух волшебных воронов, Хугина и Мунина, а Бяша... Скажем так, не нашёл своей шайбе достойного применения, как бы ни крутил её в руках и не пытался разгадать её секрет. Тот факт, что Ди узнала о них у него многое подтверждал. Боги точно знают больше обычных смертных, да и врать тому было ни к чему. –Хорошо, тогда что ты предлагаешь делать?– спросил шатен. Дайен поспешила объясниться. –Мы обязаны исполнить пророчество.– сказала она. –Если объединим усилия - мы сможем даже не допустить войны. –И нас прибьют при первой возможности.– возразил Антон. –Дайен, я знаю, что для тебя это по сути проект всей жизни, но план... –Хреновый, но другого не дано. Или у тебя есть предложение получше?– спросила она. Эльф покачал головой. –Оно не лучше, но так будет безопаснее.– ответил он. –Нам лучше всего лечь на дно. Если нас уже рассекретили - то объединившись мы лишь увеличим вероятность того, что нас всех найдут и убьют разом. Надо разделиться и скрывать идентичности. Девушка лишь фыркнула. –И сколько ты предлагаешь нам скрываться? Всю жизнь?– развела она руками. –Нельзя просто сидеть, и трусливо выжидать, пока всё пройдёт самостоятельно. –Я и не предлагал залечь на дно навсегда. Это лишь временная оказия, пока мы не встанем на ноги.– объяснил он. –Там уже и будет видно, насколько пророчество правдиво. Как бы не хотелось поспорить с этим, Ди всё же замолчала. –Хорошо.– признала она, после минуты паузы. –Но я пойду с Иигаром. –Это почему?– спросил у Ди Рома. Та посмотрела на него с укором. –Потому что один из вас постоянно с мечом в руках, другой магией занимался с ранних соплей, а Иигар себя сам сейчас не защитит.– ответила она. –Мы пойдём с ним на запад, к фавнам-беженцам из других деревень. Будем готовиться к худшему. Рома покивал, а затем обратил взор на белоголового. –А что до тебя?– спросил он. В ответ эльф лишь пожал плечами. –Пойду работать придворным чародеем. Как-никак, моих знаний должно хватать на это.– ответил он. Наконец, волк взглянул на своего самого дорогого из друзей, на Бяшу. Тот сидел склонив голову, будто его только что приговорили к смертной казни. Ушки его опустились, а в глазах была просто ошеломляющая тоска. Как утешить его Роману было неизвестно, но он знал одно - стоит попробовать. Обычно, когда помогаешь кому-то тебе и самому становится немного легче на душе. Он нерешительно подошёл к Иигару, присел рядом и аккуратно накрыл его щёки своими ладонями, чутка приподнимая его голову, чтобы тот посмотрел на него. Глаза фавна были необычайно тусклыми, как два туманных тёмных озера в глубине ноября. –Ты знаешь, что мы расстанемся не навсегда, правда?– с лёгкой ухмылкой спросил волк. Бяшка печально вздохнул. –Но всё равно мы расстанемся на очень долго. И после твоих слов, после всего, что было между нами этой ночью...– начал вдруг Иигар. Нет, так точно дело не пойдёт, отпускать друга в таком состоянии никуда не годится. Срочно нужно было что-то сделать, и Рома уже даже придумал что. От своей мысли он зарделся, и хихикнул. –Тогда я не отпущу тебя без маленького прощального подарка, чтобы ты помнил и ждал встречи с благоговением.– с этими словами, волк медленно приблизился лицом к лицу фавна, и соприкоснулся своими губами с его. Особо целоваться никто из них не умел, но это и не было так важно. Сейчас им обоим просто хотелось почувствовать что-то хорошее, что-то сильное и приятное. От чувств, что разбушевались в груди языками огня, брюнет взял и крепко обнял друга, прижимаясь, и углубляя их прощальный поцелуй. Шатен такого, честно говоря, не ожидал, но против точно не был. Он скорее поддавался партнёру, пытаясь копировать, подражать, поддерживать. И когда воздух в лёгких совсем иссяк - они отстранились, тяжело дыша. Теперь Рома видел, как в глазах Иигара зажёгся огонёк надежды, а на лице снова засияла столь любимая им улыбка. Надежды, что время пролетит как выпущенная опытным лучником стрела, оставив годы позади. Что пройдёт лишь миг, и он вновь ощутит пылающее ощущение в груди, когда сердца их забьются рядом. –Это ты хорошо придумал, на!– подметил Иигар. –Теперь я точно буду о тебе помнить и ждать, даже если пройдёт лет десять или двадцать. –И я тоже.– улыбнулся Рома, вставая с пенька. –Ну что ж, думаю нам всем пора прощаться. –Это верно.– грустно кивнул Антон, выливая остаток своего чая в костёр, тем самым потушив несколько углей. Остальные сделали то же самое, потушив уже весь остальной костёр. Пришло время расставания. Друзья напоследок обнялись, пожелали друг другу удачи, и отправились кто куда. Антон пошёл на север, по дороге к северным королевствам, Бяша с Ди, как и говорили, отправились на запад, к беженцам, а Рома... Рома не знал, куда ему идти. Теперь, когда у него не было дома, им могло стать всё на свете, и от этого легче не становилось. Как правило, чем больше выбора - тем труднее. Но ведь этот путь и не должен быть лёгким, так? Чтобы обрести настоящий дом люди проходят огромный и очень долгий путь. А его собственный путь к настоящему дому только-только начинался...