Боковой удар

ГЛАВА 7

ЛУКА

— Ни в коем случае! Я ставлю пятьдесят баксов на то, что «Блюз» сделает его, — говорю я, тыча пальцем в сторону Элайджи, и он ухмыляется. — Легкие деньги для меня, чувак. Ведь Хабс сделает все ради победы, — пожимает плечами он, открывая шкафчик. Со смешком качая головой, я открываю свой. Элайджа из Монреаля, поэтому он большой фанат «Канадиенс», а я, очевидно, большой поклонник «Сент-Луис Блюз». И я становлюсь диким, когда дело доходит до хоккея. Пока мы выпивали все вместе вчера, то большую часть времени говорили об этом, а сегодня две наших любимые команды сразятся друг с другом. Позже вечером все начинают подтягиваться на тренировку, и я в восторге. Ну, по большей части. Я с нетерпением жду возможности почувствовать этот новый зал, но не знаю, с кем буду тренироваться. Макс хочет, чтобы мы с Таем боролись сегодня вечером. Готовясь к этому потенциально ужасному опыту, я провел день, слушая хорошую музыку, чтобы поднять себе настроение, пока распаковывал вещи в своей новой квартире. Поскольку я живу один, то смог выложиться на полную, танцуя под Aqua и расставляя посуду по шкафам. Отсутствие соседей по квартире действительно имеет свои преимущества. Как только я начинаю напевать «Barbie Girl», входит Тай. Он молча подходит к своему шкафчику, слегка кивая всем. Я сажусь на скамейку, сбрасываю ботинки и незаметно наблюдаю за ним. Изучи врага своего… или что-то в этом роде. — Первый день на работе прошел хорошо, Тай? — спрашивает сидящая рядом со мной Роза. Тай смотрит на нее с почти удивленным выражением лица, его глаза быстро перебегают то на меня, то обратно на нее. — Да, все хорошо, — бормочет он, поворачиваясь обратно к своему шкафчику. — Потрясающе, — с улыбкой отвечает Роза. Я хмурю брови, глядя на нее. Она считает этот ответ приемлемым? Продолжая переодеваться, я наблюдаю, как все приветствуют Тая, а он почти не здоровается с ними в ответ. Он ведет себя как осел, но, похоже, всем нравится. Я этого не понимаю. Так что, поскольку мне чертовски любопытно, я не тороплюсь, натягивая боксерские шорты и подготавливая спортивный инвентарь, и продолжаю наблюдать за ним. Не только потому, что я знаю, что ему это не нравится, но еще потому, что хочу знать о нем больше. Для человека, который так уверен в себе на ринге, здесь он кажется чужим. Даже сейчас, когда он снимает рубашку и стоит спиной ко всем, я чувствую общее беспокойство по поводу него. Как будто он твердо уверен, что ему здесь не место. Говоря о твердостях… мои глаза бродят по мышцам его спины. Бесчисленное количество раз я видел его без рубашки и обнимал его руками во время боев, но сейчас, сидя и рассматривая его... Я действительно могу признаться себе в том, что понял уже достаточно давно. Чувак чертовски горячий. Я быстро отвожу взгляд, чтобы убедиться, что никто не наблюдает, как я его рассматриваю, но в раздевалке почти пусто. Мой взгляд возвращается к нему, замечая его взлохмаченные темные волосы и темно-карие глаза, которые теперь смотрят прямо на меня. Я ухмыляюсь, надеясь, что было не так очевидно, насколько я был близок к тому, что бы отыметь его взглядом. А затем встаю, сдергивая с себя рубашку. — Что? Нравится то, что ты видишь? — спрашиваю я, мило улыбаясь ему. Он хмурится, закрывает дверцу шкафчика и направляется к выходу из раздевалки. Я со смехом бросаю рубашку в шкафчик и следую прямо за ним. Каждый приступает к своей тренировке – кто-то работает с грушей, кто-то направляется прямиком в тренажерный зал, а кто-то сразу приступает к спаррингам. Макс, скрестив руки на груди, ждет меня и Тая на матах и наблюдает, как мы идем в его сторону. И пока я пытаюсь настроиться на предстоящую тренировку с Таем, то все еще борюсь с вопросами в своей голове. Почему он такой замкнутый? Он всегда такой или это потому, что я здесь? И почему меня это вообще волнует? Он хреновый человек. Кстати о… Я незаметно опускаю взгляд на его шорты. Кажется, там что-то очень интересное… нет, блин, перестань. Да, он горячий и все такое, но он мой враг – хороший у него член или нет. — Итак, — говорит Макс, когда мы становимся перед ним. — Ребята, вы сегодня спаррингуетесь на матах. Со временем мы разберем каждое ваше действие более детально, а пока просто боритесь. Начните с закрытой защиты, чтобы Лука мог немного поработать над тем, как обойти ее, а затем поменяйтесь местами. Я киваю, зная, что мне действительно нужно над этим поработать. Но я чувствую неловкость, поскольку это дает Таю преимущество передо мной. Я стараюсь не смотреть на него, так как уверен, что он чувствует превосходство и выглядит уж слишком довольным этой ситуацией. Но я жажду боли и унижения, поэтому незаметно перевожу на него взгляд. Он с абсолютно пустым лицом просто слушает Макса. Ну, теперь я расстроен, потому что не могу прочитать, что творится в его голове. Как это понимать? Если бы я был на его месте, то мое эго просто ликовало бы, и я бы всем видом показал бы ему, как рад, что у меня есть то, что ему нужно. — Научитесь работать вместе, — продолжает Макс, смотря поочередно на каждого из нас. — Борьба и ничего больше. Мы оба киваем, но когда я снова кидаю быстрый взгляд на Тая, вижу, как у него сжимаются желваки на челюсти. Ах. Вот оно. — Понятно, — говорю я, салютуя в сторону Макса. Он слегка посмеивается и поворачивается к Таю. Тот снова лишь кивает и опускает глаза в пол. Но Максу видимо достаточно такой реакции. Серьезно, почему этот парень не может просто говорить на человеческом языке? — Хорошо, — Макс смотрит через плечо на других парней, работающих с грушами. Когда он поворачивается обратно к нам, то выглядит обеспокоенным. — Я сейчас вернусь… Он начинает пятиться, явно не уверенный, стоит ли ему оставлять нас в покое. Когда я уже думаю, что он собирается повернуться и уйти, он внезапно останавливается. — Еще кое-что. В этом зале мы все стремимся к высокому спортивному мастерству. Мы стукаемся кулаками, чтобы начать бой или поединок. И с этими словами он поворачивается и уходит, чтобы пойти проверить остальных парней. Мне действительно стоит задаться вопросом, почему он почувствовал, что может оставить нас без присмотра. Даже я думаю, что это плохая идея. Но затем чувствую волну недовольства из-за того, что за мной так присматривают. Я уже довольно взрослый человек, мне не нужна нянька. Просто находясь рядом с этим парнем, я напрочь теряю голову. Я вздыхаю, откладывая эти размышления на потом, и поворачиваюсь к Таю с улыбкой. — Высокое спортивное мастерство. Это значит относиться к другим с уважением. Ты умеешь стучаться кулаками? — я протягиваю кулак и жестом призываю его сделать то же самое. — Вот, это легко, я могу тебе показать. Он практически рычит, указывая на коврик. — Тащи свою задницу на мат. — Твои слова, не мои, — отвечаю я серьезным тоном. — Что? — Ничего, — я кладу руки на бедра и кидаю взгляд на мат. — Верхняя позиция или нижняя? Он смотрит на меня какое-то время, словно собираясь с духом, насколько это возможно. И да, честно, я тычу бок спящего тигра и получаю огромное удовольствие. — Тебе нужно научиться обходить закрытую защиту. Ты сверху, — говорит он сквозь стиснутые зубы. — Чертовски верно, — отвечаю я и киваю, а затем подмигиваю ему, и он выглядит так, будто вот-вот потеряет самообладание из-за моих действий. — Почему ты не можешь воспринимать серьезно хотя бы что-либо? Я драматично прикладываю руку к груди. — О, но Тайлер, я все понимаю. Даже очень. Я здесь с тобой, не так ли? Думаю, это означает, что я чертовски серьезно отношусь к этому, — я падаю на колени и хлопаю по мату перед собой. На его челюсти дергается мускул, но он все же пытается лечь на спину передо мной. Тай избегает моего взгляда, и я чувствую напряжение в нем, когда он обхватывает меня ногами за талию, ставя нас в защитную позицию. Я изо всех сил стараюсь не смотреть на его член, пока мои глаза незаметно рассматривают его пресс. Нет. Сосредоточься! Горячий засранец подо мной станет испытанием в этой небольшом спарринге, и я полон решимости надрать ему задницу. Ненавижу, что мне приходится делать это с ним, но мне нужно принять тот факт, что мы теперь тренируемся вместе, и… поучиться у него. В бразильском джиу-джитсу вам нужно либо менять свою технику в зависимости от действий противника, либо ждать, пока он допустит ошибку. Вот почему он так чертовски хорош в этом, а я… не так хорош. Черт, это неприятно. Потому что моя неудача в этом виде борьбы – отсутствие предусмотрительности. Я склонен упускать возможности, а затем оказываюсь в положении, которого изначально старался избегать. Что мне нужно сделать, так это научиться думать наперед и предугадывать действия противника, а не ждать, что возможность сама упадет на колени передо мной. Потому что с Таем такого никогда не случается. Он всегда на шаг впереди. В отличие от тех случаев, когда мы не на матах, и я могу контролировать наш маленький танец с той же скоростью и ловкостью, что и он. Какое-то время мы неловко смотрим друг на друга, и никто из нас не хочет быть тем, кто начнет показывать свои сильные стороны. Но, в конце концов, я сдаюсь. Потому что больше не могу отвести взгляд от его особой области. Его глаза скользят по моему кулаку, пока я нависаю над ним, и мы начинаем. Мне сразу же хочется встать. Это лучший способ выйти из-под закрытой защиты, но я знаю, что Тай не допустит этого и помешает мне, если я это сделаю. Подонок. Итак, план таков: контролировать бедро и противоположную руку, чтобы он не смог нарушить мою осанку, когда я стою. Тогда… ну, я смогу разобраться с этим. Его ноги плотно обхватывают мою талию, и, поскольку они расположены высоко, ближе к верхней части спины, я не могу откинуться назад, чтобы свести локти и освободить место. И из-за этого его бедра оторваны от земли, что дает ему больше свободы для дальнейших действий, чем мне хотелось бы. Он кладет руку на мою, и его ноги притягивают меня ближе к нему. Когда он проталкивает мою руку к средней линии, я точно знаю, что он делает. Ох, черт возьми, нет, нет. Нет, сэр, не в этот раз. Из меня вырывается рычание, когда я пытаюсь контролировать его противоположную руку и думаю о том, чтобы навязать ему свою технику. Мне нужно сесть и поставить колено по средней линии. В конце концов, он собирается переместить ногу через мое плечо, чтобы завершить маневр, и когда он это сделает, я смогу подняться на ноги и взять ситуацию под контроль. Но он слишком, блять, расчетлив. Он знает, что я что-то планирую, но пока ничего не делает. Тай получает больше контроля над моей рукой и использует давление, чтобы замедлить мои движения. И, блин. Это работает. Но скорость и ловкость, которые он так старается подавить? Они приближаются, детка. О, просто подожди. И, черт возьми, как только он начнет поднимать ногу мне на плечо, я опережу его. Он по-прежнему контролирует мою руку, но я перемещаю колено на среднюю линию и приподнимаюсь, чтобы встать. Но затем он толкает меня, и, прежде чем я успеваю осознать, я оказываюсь на спине. Простите, блять, что? Я слышу аплодисменты и смутно осознаю, что у нас есть зрители. Но мое внимание по-прежнему сосредоточено на этом ублюдке сверху. Сейчас нам обоим нелегко, и я позволяю аплодисментам подбадривать меня. Пока Тай успешно не вернет себе контроль. Но я упускаю этот момент, поскольку Тай постоянно предвидит каждое мое движение и занимает идеальные позиции, чтобы он мог диктовать, как все будет происходить. И я чертовски злюсь. Он усаживает меня на пятки и кладет руку мне на грудь, а я ругаюсь про себя. Потому что в следующую секунду я оказываюсь в чертовски тугом удушающем захвате сзади. Без возможности отбиться. Когда он тянет сильнее, я постукиваю по его предплечью. Овации в адрес Тая бесят меня даже больше, чем поражение в этом спарринге. Я немедленно встаю, отказываясь смотреть на Тая, да и на кого-либо вообще. — Итак, — слышу я голос Макса, когда он приближается ко мне. — Чему ты научился? Я делаю глубокий вдох и оборачиваюсь, мои глаза сразу же находят Тая через плечо Макса. Он просто стоит и смотрит на меня с пустым выражением лица, пока все его поздравляют. И мой гнев растет. Я не хочу, чтобы он праздновал победу надо мной, но почему он этого не делает? Серьезно... этот чертов засранец. Неужели это для него ничего не значит? Зачем он вообще здесь, если ему все равно? — Лука? — спрашивает Макс, и я снова смотрю на него. Я вздыхаю. — Мне нужно было продолжать контролировать его руку и бедро, пока я не отодвину свою ногу назад, чтобы предотвратить удар. Макс кивает с ухмылкой. — Ага. Так почему же ты этого не сделал? Я злобно прищуриваюсь, глядя на него, и он усмехается. Макс поворачивается к Таю и жестом предлагает мне вернуться на маты. — Еще раз. И, Лука, продолжай делать то, что делаешь, — Макс отступает назад, а я смотрю на Тая. Когда мы возвращаемся в закрытую защитную позицию, я делаю глубокий вдох. Как бы я это не ненавидел… Я начинаю работать над навыками, которые давно хотел подтянуть. Я просто ненавижу, что мне нужно научиться этому у Тая.