Оголённый нерв. Акт второй

      Состояние отключённости от реальности не может продолжаться бесконечно. Ещё в пандемию мне подумалось, что пройдёт несколько лет, и пороги больниц начнут обивать люди с диагнозом «депрессия». Кто же знал, что таких появится в разы больше из-за войны. Нынче поход к психологу лично мной воспринимается как что-то само собой разумеющееся. Кажется, во время терапии я очень много болтаю — ни о чём и обо всём одновременно, словно заезженная грампластинка. И именно такой подход помогает. Тебя слушают, и ты впервые жизни без страха можешь кому-то рассказать всю подноготную о себе, начиная с детства. Самым сложным в современных реалиях России оказалось найти психолога, который не сдаст тебя из-за причастности к ЛГБТ. До этого много раз я пыталась искать специалистов и для себя, и для детей, но замалчивала большинство моментом, в конечном итоге, срезаясь с такой ограниченной и странной терапии. И тот факт, что с посторонним человеком можно говорить абсолютно обо всём, конечно же, вызывал опасения. Столько лет ты скрываешься и живёшь с ограничениями и страхами внутри себя. И наконец пружина распрямилась. Поначалу я рыдала каждую сессию. Затем нервно смеялась. Позже случился откат, когда захотелось всё прервать из-за накопившейся боли и от нежелания вытаскивать её наружу. Вроде столько всего случилось со мной и гораздо более пугающего за много лет, но почему-то самым травмирующим воспоминанием оказалась та самая ночь, когда бывший муж чуть не задушил меня, и тот апрель две тысячи одиннадцатого, который я прожила без НЕЁ, но с издевательствами супруга. Путь терапии непрост. Но впереди, однозначно, свет.       В июне две тысячи двадцать третьего, ровно в тот день, когда дороги на Московскую область перекрыли из-за бунта внутри страны, выставляя баррикады из военных, мы спонтанно купили дачу. Как и квартиру, выбрали её практически с одного просмотра. И это событие окончательно припечатало нас, оставляя позади мысли, покинуть Россию в ближайшее время. Испокон веков земля давала силы многим людям. И как бы мы не стремились к прогрессу и не пытались убежать от самих себя, всё же возвращаемся к истокам. Как часто молодёжь отгораживается и повторяет: «Да чтобы я когда-нибудь грядки полол». Оказывается, это занятие получше любой сессии с психологом помогает расслабиться. И теперь каждое растение, высаженное моими руками, даёт мне опору. По выходным МЫ начали сбегать от реальности в НАШ собственный рай. Конечно, и до него доносились звуки войны, взрываясь и пролетая совсем рядом, иногда не давая спать. Но загородный дом и земля восстанавливали равновесие. И эта покупка, пожалуй, оказалась первым шагом на пути — сделай же наконец что-то исключительно для себя. В моменты, когда удары судьбы всё ещё не отступали, пять соток земли, кабачки и розы заставляли улыбаться и смахивать слёзы.       Последующие три года продолжали ломать, выворачивая кости. Словно после столкновения с фурой тебя «вырезали» из легковушки и собрали по частям. И каждая такая часть ежедневно нестерпимо болела. И если поначалу казалось, что война лишила привычной жизни и отняла спокойное будущее и мечты, и является главной проблемой, то позже всё происходящее вне периметра семьи отошло на второй план. Возможно, годами окунаясь в свои чувства, я действительно в какой-то момент забросила детей. Самая частая тема моих разборов у психолога — плохая мать. Ты можешь строить кучу планов в отношении сыновей и, кажется, воспитывать их в соответствии с какими-то условными нормами, вкладываясь в образование, просвещение и заграничные учебы и поездки. Однако они всё равно строят свою собственную жизнь. И очень важно вовремя вспомнить, что все мы разные, и перестать топтать и винить себя.       Когда старший сын бросил институт, это действительно морально разбило меня. Данное событие предвещал скандал, который случился за полтора года до этого. За своими «бедами» МЫ не прочувствовали волнения ребенка, связанные со сложностями обучения. Перед очередной сессией он вдруг сорвался на НЕЁ, наговорив множество нелицеприятных вещей, в том числе и о том, что не собирается жить НАШУ жизнь, не поддерживает НАШУ позицию и то, что мама никогда не понимала его. Если младший всегда вслух озвучивает то, что думает, не скрывая эмоций, то истерика старшего шокировала. Он хлопнул дверью, оскорбив мать, а я зачем-то выбежала за ним на лестничную площадку и встала на колени, умоляя остаться. Импульсивный и необдуманный поступок, фактически совершённый ради ЕЁ спокойствия. Где-то там случился тот самый разлом, когда уходит уважение и любовь, который я чиню со старшим сыном до сих пор. Ссора замялась. С мамой он помирился, а я фоном спряталась за НЕЁ, отстранившись. И только через полтора года МЫ узнали, что НАШ мальчик бросил институт ещё тогда, сразу же после ссоры, не справившись с нагрузкой и нелюбимым, как оказалось, делом. Скрывал, отправившись в академический отпуск, но для НАС каждый день изображал, как посещает институт. И, конечно же, главным ударом в этой ситуации была ложь ребёнка и его недоверие. До правды в итоге докопаться получилось именно у меня, отодвинув свои обиды и вспомнив, что я мать. И эта правда выплывала тяжело, не сразу и со скрипом, разбивая все родительские мечты. Не было упрёков и истерик. Но как же тяжело МЫ боролись с внутренним разочарованием, в том числе и в самих себе. Что ты сделал не так? Когда? А мечтой сына неожиданно оказалась служба в полиции. И это до сих пор рвёт вены в НАШИХ руках. Но, кажется, он находится на своём месте. Мальчик превратился в мужчину. Растёт в должностях, собирается вновь поступить в институт. Счастлив. Это ли не главное?       В тот же период младший ребёнок эпатажно начал демонстрировать мне, что он не такой, как все. Будто призывал к себе, разными путями показывая, как я нужна ему, но в то же время, делая это максимально отталкивающими способами. Ты «случайно» находишь у него сексуальные игрушки и БДСМ-ные «инструменты». Натыкаешься на жуткие слова о матери в переписках в его «скрытом» канале. Мальчика бросает из отношений в отношения, и ты переживаешь и ищешь грань: где же находится личное, и не пора ли вмешаться? А затем случается «больная любовь». И однажды ты просто возвращаешься домой, а у твоего сына изрезаны все руки. И ему морально больно так, что он не прячет эти раны, а жаждет, чтобы мама увидела и узнала, как он специально истязает себя, твердя о каких-то удовольствиях. И, да, мне пришлось изучать матчасть. Но вот только я оказалась не железной. Маленькие детки — маленькие бедки. Так говорят? Мне бы самой побыть сейчас ребёнком и вернуться туда, где нет никаких проблем. Но я мать, которая продолжает нести ответственность за жизнь сына. И каждый раз в голове всплывает кинутая на прощание фраза бывшего мужа, что лесбиянки не в состоянии воспитывать детей. Я борюсь с внутренними демонами, точно зная, что он не прав. Но кто, если не ты сам, может сломать себя сильнее, чем все обстоятельства. В этом году младший сдаёт ЕГЭ и поступает в институт. И теперь данная цель, ориентируясь на опыт старшего ребёнка, воспринимается как-то иначе.       Но не это стало последней каплей в череде множества событий. Тогда же пришла болезнь моей мамы. Она умудрилась попасть в статистику аутоиммунных заболеваний — одно на сто тысяч человек, когда всё настолько плохо, что ремиссию пытаешься дождаться годами. Мой организм, не выдержав, всё же начал рушиться и тянуть одно за другим, будто уничтожая себя, из-за невозможности переварить произошедшее за последние годы. «Скорые», таблетки, уколы, операция, больница… Глухота на фоне всего теперь даже приносила облегчение.       И каждый день ОНА тащила меня вверх, отдавая свою безграничную любовь.       Кажется, что бы не происходило ранее, никогда в жизни я не ломалась настолько сильно, как в двадцать пятом году. ОНА ведь переживала не меньше, да и сейчас только внешне кажется собранной и спокойной. Но из состояния овоща вытягивала меня именно ОНА. Напоминала каждый день, что я сильная и справлюсь, как это получалось многие годы до этого. На мне ведь держатся все ОНИ. Такая ответственность добивает своей тяжестью, но именно данный факт удивительным образом заставлял карабкаться вверх. Моё пресловутое чувство ответственности, но и его всё же окажется мало, чтобы не сойти с ума. И тогда я снова начала писать, в творчестве черпая ресурс для восстановления.       В тот период нашу жизнь начали разбавлять поступки, которые совершаются так, будто до конца света остался всего один день. Главное, чтобы в момент апокалипсиса, в который всё чаще начинаешь верить, рядом с тобой находился тот самый человек, с которым можно отправиться «в огонь и в медные трубы». Я не могу изменить упущенное. Психолог постоянно наталкивает меня на мысль, что я хорошая мама, и напоминает о том, как пришлось бороться за себя, за свою любовь и за обоих детей. И пока я смиряюсь с этим осознанием, каждый новый день встречаю так, что купить билет в Стамбул за пару часов до вылета, чтобы просто посмотреть на чаек и море, — это самое банальное из множества «здесь и сейчас».       Много лет назад я сказала ЕЙ: «Если кто-то свыше дал нам такую любовь, о которой пишут в книжках и снимают кино, то выбросить это и растерять станет самой большой ошибкой». Кажется, мы справились?       Мимо НАС пролетают картинки разных периодов жизни. Но МЫ всё так же находимся рядом и боремся со всеми сложностями, которых оказалось гораздо больше, чем лёгкостей. Теперь МЫ ещё и работаем вместе, в одной из самых крупных в России компаний. Я копошусь в налоговых рисках, а она — крутой дизайнер. Когда-то бывший муж упорно твердил, что ОНА утянет меня на дно. Оказалось, что я дала ЕЙ крылья, и МЫ взлетели вдвоём. Многие годы спим под одним одеялом. Время от времени носим одежду друг друга, хотя у нас совершенно разный стиль, да и рост, вес и телосложение. Однако большинство окружающих видят в НАС чуть ли не двойняшек. ОНА умудряется покупать для меня вещи совсем без примерки, всегда попадая на сто процентов. Знает, что я так и не научилась пока выбирать и радовать себя. ОНА привыкла заботиться обо мне, предугадывая любые желания, даже те, о которых молчу. И если я — это про что-то земное, то ОНА — праздник каждый день. Вот уже несколько лет я не курю и не пью, а ОНА и не планирует бросать. Но мне это даже нравится. ЕЙ я позволяю многое и прощаю то, что другие люди не смогут добиться от меня никогда. Так почему-то гораздо отчётливее сохраняются в памяти картинки общих воспоминаний. Таких, как то, когда много лет назад я укатила вместе с НЕЙ в Самару, физически и морально травмированная после ухода от мужа. Сидела на подоконнике в гостиничном номере с сигаретой и бокалом коньяка и впервые за многие месяцы широко улыбалась. Именно там между НАМИ уже в который раз всё начиналось, но тогда впервые не оборвалось и не закончилось.       Каждое утро ОНА первая занимает ванну, пока я готовлю завтрак, и моим ритуалом стало ждать, когда же любимая, совершенно обнажённая, выйдет ко мне. Кажется, я готова ещё много десятков лет обнимать и целовать ЕЁ во время этих утренних моционов. Наверное, зациклена на своих чувствах к НЕЙ. Но кто бы не хотел любить так, чтобы зависимость была во благо? И кризис с НАШИМИ взрослыми детьми МЫ всё же проходим без глобальных потерь, только благодаря силе любви. Не жалеют сыновья НАС в своих эмоциональных разбросах, однако, что бы не происходило, знают, что МЫ есть друг у друга, и МЫ их семья и опора. МЫ те, кто всегда поймёт и примет.       Моё сердце бьётся теперь так часто, а давление летит в космос. ОНА стабильно возит меня к врачам и, конечно же, волнуется. Но НАША любовь продолжает разукрашивать жизнь радугой и не поддаётся никаким ограничениям. Оголённые нервы изолировали? Это невозможно рядом с НЕЙ априори. ОНА всё так же любит щекотать мои нервы ревностью. Однако именно ЕЁ харизма делает линию моей кардиограммы не прямой. На днях поделилась тем, что, когда окружающие загадывают желания, ОНА понимает, что ЕЙ уже нечего просить. ОНА счастлива. ОНА любит и любима. Рядом прекрасная жена. Дети выросли, и всё у них получается, несмотря на наши волнения. Они справляются. И со здоровьем МЫ разберёмся. Твоя рука в моей руке. И каждый новый день хочется просыпаться и жить эту жизнь на полную катушку. И, оглянувшись назад, не жалешь на самом деле ни о чём. Всё предопределено.       Январь две тысячи двадцать шестого года       Врезаюсь спиной в столешницу под твоими даже грубоватыми в какой-то степени ласками. Ты бы усадила меня на неё, но после ремонта и установки новой кухни мы как-то не учли тот момент, что секс всё ещё случается в нашей жизни спонтанно и совершенно в непредсказуемых местах. Гости разошлись. Новый год вступил в свои права. А тебя сносит пучина страсти, и моё платье задирается вверх, а колготки ползут вниз. Целуешь меня яростно, до засоса на ключицах. Пальцами находишь клитор так резво, словно весь вечер ждала, когда же дорвёшься. Ласкаешь, забирая мои стоны губами и поддерживая меня, с трудом стоящую на ногах. Определённо моей заднице на столешнице сейчас было бы гораздо удобнее. Жаль, что не подхватить меня под бёдра из-за веса. Но где-то в мыслях мелькают киношные картинки, дополняя реальность. И я кончаю быстро и сладко, сжимая пальцами до синяков твои плечи и губами прячась на груди.       Через несколько секунд мы уже оказываемся на кровати, и тебя не остановить. Обе готовы подчиниться страсти. Губы и язык окунаются в моё лоно. Я, совершенно обнажённая, но, кажется, невероятно красивая, отражаюсь в карих глазах. Подсматривать за тобой получается совсем недолго. Твоё горячее тело обжигает меня желанием, и мои руки беспокойно пытаются пробраться к твоим эрогенным зонам. Но ты не позволяешь. Только ты сегодня управляешь этим танцем.       Прогибаюсь, опираясь на руки, и тут же снова падаю на спину, судорожно хватаясь пальцами за твои светлые вихры. Кульминация наступает так быстро и так сильно, что стоны сами собой уходят в несдерживаемый крик наслаждения. А ты инстинктивно прихватываешь меня за шею, то ли с желанием придушить, то ли подчинить. Хотя я, распластанная на смятой в комок простыне, и так нахожусь вся в твоей безграничной власти. Несознательно пытаюсь отползти, когда сила ощущений достигает предела, но твои руки крепко держат за бёдра, не давая убегать. И спазмы, сжимая лоно внутри, сотрясают так, что, кажется, сейчас я снесу тебе подбородком челюсть. Возвращение сладостью растворяется под твоими поцелуями.       — Боже, как это может быть всё так же охуительно прекрасно, даже спустя пятнадцать лет? Конец.