The alchemy

      Яркий свет софитов заливает подиум, выхватывая из полумрака стройную фигуру модели. Изабо уверенно ступает по гладкой поверхности, её шаги ритмичны и отточены. На ней эффектное платье нежно-голубого цвета, ткань которого мягко переливается при каждом движении. В зале стоит напряжённая тишина — зрители с интересом следят за каждым её шагом, фотографы ловят выгодные ракурсы. Вейл держит спину прямо, её взгляд устремлён вперёд, на лице спокойное, почти непроницаемое выражение. Она приближается к краю подиума, делает короткую паузу, чтобы дать возможность рассмотреть наряд, и затем разворачивается, чтобы так же грациозно уйти обратно за кулисы.       Нико очарован. Когда она появляется в новом образе на подиуме, он не может отвести от неё глаз, чувствуя, что улыбка у него до ушей, и ничего с собой поделать он не может (да и не хочет).       И когда она после показа уставшая, но довольная, падает в его объятия, Нико крепко целует её. Кто-то из других моделей умиляется, щелкают камеры, но ему всё равно — он держит в объятиях свою любимую женщину, и весь мир подождёт.       — Ты всё-таки приехал.       — Конечно, я же обещал. И я не один, а с Льюисом.       — А он…       — Ждёт нас в ресторане.       Глаза у Изабо загораются.       — В моём любимом?       — Да.       — Но там же забронировать столик — целая битва.       — Мы с ней справились.       — Дай мне десять минут, чтобы переодеться. Я даже не буду смывать макияж. Я очень хочу побыстрее попасть в этот ресторан.       Нико с улыбкой отпускает её. Вейл возвращается к нему в простом чёрном платье, и он накидывает на её плечи свой пиджак. Они переплетают пальцы и расцепляют их только тогда, когда оказываются в ресторане, чтобы успешный показ Изабо. Льюис встаёт из-за стола и обнимает Изабо, поздравляя её.       — Поздравляю, Изабо, уверен, ты была на высоте. Как всегда.       — Спасибо, Льюис. До сих пор не верю, что приняла участие в показе «Прада».       — Ущипнуть?       — Да, если можно. А у вас как успехи? — спрашивает Изабо, переводя взгляд с Льюиса на Нико.       — Не сегодня, — говорит Хэмилтон.       — Сегодня главная звезда вечера — Изабо Вейл, — улыбается Нико, глядя на неё.       Изабо нравится праздновать с ними. Она обвивает руку Росберга и прижимается щекой к его плечу, пока Нико рассказывает историю с очередного этапа гран-при. Льюис, подперев щеку рукой, наблюдает за ними и думает, что его лучшему другу очень повезло, что в его жизни есть Изабель, которая с ним, потому что она его любит. Не из-за денег, не из-за известного отца или его карьеры. В конце дня, она и он — это просто Изабо и Нико.       — Льюис, всё хорошо? — спрашивает Изабо, уловив, что Хэмилтон мыслями где-то не с ними. Он слабо улыбается.       — Да. Думаю, что Нико повезло с тобой. Это здорово, когда у тебя есть кто-то, кто тебя любит.       — Ты тоже встретишь такого человека.       — Боюсь, такая девушка ещё не родилась, — усмехается Нико. — У Льюиса куча требований, с которыми не каждая справится. Кажется, он даже что-то выписывал в тетрадь.       — Серьёзно? А какие? Осталась эта тетрадь?       Льюис закатывает глаза.       — Никаких особых требований. Мне… Мне нравится классический элегантный стиль в одежде. Девушка может, мне кажется, одеться так, чтобы выглядеть сексуально, но не выставлять всё напоказ. Мне нравятся эмоциональные и страстные девушки. Такие девушки, которые поддержали бы мои увлечения — горные лыжи, скалолазание, банджи-джампинг...              — Конечно, каждая же девушка горит желанием спрыгнуть в пропасть.       — Нико, хватит паясничать, — шепчет Изабо, но Росберг улыбается. — Льюис, я уверена, что ты тоже встретишь свою вторую половинку.       — А как ты относишься к активному отдыху? — спрашивает Льюис.       — Никак, — вздыхает Изабо. — Мне плохо становится, когда я на яхте оказываюсь, а ты про активный отдых. Я люблю проводить время дома. Читать книгу, смотреть фильм. Играть в шахматы. Вообще, люблю находиться рядом с Нико.       Росберг улыбается и, повернув голову, прижимается губами к её виску.       Льюис думает, что из-за этих двоих придётся поверить в настоящую любовь.

***

      Нико сначала кажется, что ему мерещится. Он хмурит брови, всматриваясь вдаль, но нет, в его сторону направляется девушка. На ней кожаная куртка, белая футболка и светлые джинсы с низкой посадкой, а каблуки ботинок стучат по асфальту.       — Всем привет, — здоровается Изабо с командой, а затем подходит к Нико и обвивает его шею руками, целуя в щеку.       — Как ты тут оказалась? — переспрашивает Росберг, всё ещё не веря своим глазам.       — Прилетела на самолёте. У нас есть пять с половиной часов до моего следующего рейса. Давай не тратить время зря.       Она проделала такой путь, чтобы увидеть его на пять с половиной часов.       Они отправляются в комнату пилота, где, усевшись на диван, Изабо оказывается под боком у Нико. Некоторое время они целуются, а после он прижимается лбом к её лбу, прикрывая глаза. Росберг прижимает Изабо к себе, вдыхает запах её духов, шампуня и наслаждается моментом с ней, пока она не произносит:       — Помирись с отцом, Нико.       Нико вздыхает и отстраняется, чтобы взглянуть Изабо в глаза. Она смотрит серьёзно.       — Нет, — упрямо мотает он головой. — Я ему всё сказал в прошлую нашу встречу. Если он не может принять, что ты — мой выбор, мне не о чем с ним разговаривать.       — Нико…       Он бросает взгляд на лежащие на столике перед диваном отчёты, с которыми его просила ознакомиться команда. После упоминания отца романтический настрой лопнул, как шарик, который прокалывают иголкой.       — И это не бунт молодости или ещё чего, — пододвигает к себе бумаги Росберг и берёт в руки голубой текстовыделитель. — Я настроен серьёзно.       — Я не хочу, чтобы вы были в ссоре из-за меня.       — Мы в ссоре не из-за тебя, а из-за его характера.       Изабо задумчиво прикусывает нижнюю губу, смотря на сгорбленную спину Нико. Она понимала многие вещи, но вот этого — отношения Нико к собственному отцу — понять не могла. Потому что её собственный папа был другим. Потому что она не представляла, как однажды больше не позвонит ему, чтобы поделиться последними новостями, не услышит его голос. Как так можно? Как можно взять и вычеркнуть из жизни человека, который является твоим родителем? Изабо держала в голове, что Нико было не особо легко рости под гнётом отца-чемпиона и ожиданий, но…       Она вспоминает, как Нико прилетел в Нью-Йорк, чтобы познакомиться с её семьёй.       — Миссис Вейл, — он протягивает матери букет белых роз. — Приятно с вами познакомиться. Мистер Вейл, — Нико тянет руку, чтобы пожать её Натаниэлю.       — Просто Жаклин или Джеки. И мне тоже приятно, Нико. Проходите скорее, не стойте на пороге. Бедные, уставшие с дороги. Ничего, сейчас примете душ, освежитесь. Еда уже готова, стол накрыт…       — Помедленнее, Джеки, у них только что был долгий перелёт, и они не понимают ни слова из твоей речи, — Натаниэль пожимает Нико руку и наклоняется, чтобы поцеловать Изабо в щеку. — И это она ещё не тараторит по-французски.       Родители тепло принимают Нико, и для них он просто Нико, парень их дочери, с которым она познакомилась на отдыхе в Ибице, а не гонщик. Да, конечно, мама журила её, что не стоило садиться в машину к незнакомцу, ведь есть много всяких историй, не очень хорошо заканчивающихся, но Изабо о своём поступке не жалела. Если бы не это, она бы не встретила свою любовь.       Изабо бросает взгляд на своё запястье — браслет, который она потеряла в машине Росберга, а затем он вернул его ей в Монако, она до сих пор носила.       — Он очень в тебя влюблён, милая, — шепчет ей Жаклин, когда Нико вместе с Натаниэлем рассматривает их коллекцию картин в гостиной, а Изабо вместе с мамой моет посуду.       — Знаю, мам. Как и я в него. Очень сильно.       Изабо садится ближе и дотягивается до спины Нико, кладя ладонь ему между лопаток. Росберг оборачивается, и Изабо целует его в носа, обвивая руками за шею.       — Прости, — шепчет она. — Тебе не очень приятна эта тема. Не хочу ругаться, не хочу, чтобы остался осадок от нашей встречи. Я люблю тебя и хочу для тебя всего самого лучшего.       Взгляд Нико смягчается. Он закрывает маркер и, отложив его, обнимает Вейл за талию. Она перебирается к нему на колени, продолжая обнимать за шею.       — Знаю, — кивает он. — Я тоже тебя люблю. Давай посидим вот так вот, — Нико прижимается щекой к щеке Изабо.       — Давай, — тихо соглашается она.

***

      — Я зря во всё это ввязалась, — заламывает руки Изабо. — Господи, и чем я только думала? Вдруг я плохо сдала экзамены? Зачем я поддалась на твои заверения, что смогу?       Нико склоняется позади неё, сидящей на стуле за компьютером и изнывающей от неизвестности, и целует в висок.       — Глупости, Иззи. Ты хорошо сдала экзамены. Уверен, они оценили, какой образ ты создала. Ты ведь с детства увлекаешься шитьём. И я нисколько не сомневаюсь в твоих знаниях, — он легонько постукивает пальцами по её макушке.       — Нико…       — Сомневаться — это нормально. Я ведь тоже сомневался, что буду продолжать выступать за «Уильямс». Думал, что «Уильямс» будут менять меня, что я их не устраиваю в качестве тест-пилота. Но они подписали со мной контракт, и я стал их гонщиком. Я сомневался. Это нормально, — повторяет Нико, — но не стоит впадать в отчаяние. Иззи…       Он начинает массировать ей плечи, вспоминая день, когда узнал том, что «Уильямс» подписывают с ним пятилетний контракт. Об этой новости ему заранее сообщил Кеке, позвонив впервые за долгое время.             — Фрэнк Уильямс выбрал тебя за навыки вождения, знание технологий «Формулы-1» и умение доходчиво доносить информацию до инженеров. Скоро сделают официальное объявление.       — Ясно, — говорит Нико. — Спасибо, что сообщил.       — Как у тебя дела?       — Нормально. Работаю.       — Ты по-прежнему с ней? — задаёт вопрос Кеке, и Нико его ожидал.       — Да, я с Изабо.       Плечи Изабо под его пальцами дёргаются — она вскрикивает, указывая пальцем в экран.       — Нико, письмо! Письмо пришло!       — Хочешь, чтобы я его открыл?       — Да, потому что я из-за волнения ничего там не пойму.       Нико кивает и, склонившись, обхватывает мышку пальцами, кликая на последнее сообщение на почте. Изабо чуть смещается влево и закрывает лицо ладонями. INSTITUT FRANÇAIS DE LA MODE Paris, le 10 juillet 2006 Objet: Admission Mademoiselle Isabelle Vail, Nous avons le plaisir de vous informer que, par décision du jury d’admission réuni le 5 juillet 2006, vous êtes admise à l’Institut Français de la Mode. La qualité de votre dossier, ainsi que les résultats de votre entretien, ont retenu toute l’attention du jury, qui a particulièrement apprécié la sensibilité de votre démarche, votre culture visuelle et la cohérence de votre projet. Votre admission sera définitivement enregistrée à réception de votre confirmation écrite et de votre dossier d’inscription complet, à nous retourner au plus tard le 25 juillet 2006. Nous vous remercions de bien vouloir nous faire savoir, dans les meilleurs délais, si vous acceptez cette proposition d’admission. Vous trouverez ci-joint les documents relatifs à votre inscription administrative, ainsi que les informations pratiques concernant la rentrée. Cordialement, Camila Laurent Directrice des admissions de l’Institut Français de la Mode       — Ну? — шепчет Изабо. — Что там? Надо мной посмеялись и велели выкинуть из головы идею о высшем образовании? Нико, не молчи, ты сводишь меня с ума!       — О, нет, — тянет Нико. — Боюсь, теперь мне придётся соревноваться за твоё внимание не только с работой, но ещё и с учёбой.       — Что? — она отнимает ладони от лица и начинает вчитываться в текст, беззвучно произнося строчки себе под нос. — Это… Я… Я зачислена?       Изабо с потрясением смотрит на Росберга. Нико улыбается и целует Изабо.       — Поздравляю, студентка.       Изабо взвизгивает и бросается к нему в объятия. Нико смеётся, подхватывая её, и чувствует, как Вейл начинает плакать, размазывая тушь о его футболку.       — Эй, ты чего, Иззи? Ты — молодец.       — Я думала, что не с-смогу, — всхлипывает она. — Я думала, что п-провалюсь. Ты бы видел других п-поступающих. И их п-проекты. И тут я такая, глупая…       — Ты — молодец, — упрямо повторяет Нико. — Я тобой чертовски горжусь. И прекрати считать себя глупой. Ты не глупая. Никогда не была глупой. Хватит. Мне не нужна другая женщина, мне нужна ты.       Изабо шмыгает носом, смотря на него.       — Не говори мне такие в-вещи.       — Почему?       — Потому что я ещё сильнее тебя люблю, хотя мне кажется, — она опять шмыгает носом, — что уже некуда.       Нико прижимает её к себе, крепко обнимая и улыбаясь.       — Я люблю тебя, Изабо Вейл, будущий дизайнер одежды.       — Дизайнер и гонщик… Неплохо звучит.       — Очень даже, — подтверждает Нико, целуя её в висок. Изабо смеётся ему в плечо и, подняв голову, целует. Поцелуй с привкусом слёз, но Вейл счастлива.