Тихие осколки

На Астрономической башне было не по сезону тихо. Ветер, обычно завывающий между зубцами, затих, словно прислушиваясь к невысказанным событиям. Элара сидела у телескопа, но не смотрела в него. Её взгляд был прикован к чёрному, как чернила, небу, которое казалось огромной, безразличной бездной. Часы тянулись бесконечно, каждая секунда была наполнена мучительным ожиданием. Сердце Элары колотилось в груди, как пойманная птица. Она чувствовала его. Чувствовала, как что-то обрывается, как нить, что связывала их, истончается, а затем рвётся. Это было не физическое ощущение, а глубокое, интуитивное знание, которое пронзило её до самого нутра. В какой-то момент, когда луна скрылась за облаками, и мир погрузился в абсолютную темноту, она поняла: он ушёл. Его больше нет. На следующий день новость о его «исчезновении» разнеслась по Хогвартсу быстро, но без особого шума. Регулус Блэк пропал. Просто исчез. Его родители, заявили, что он «не мог пропасть» и «просто сбежал». Даже Сириус, казалось, лишь с горечью пожал плечами, считая, что младший брат окончательно заблудился во тьме. Но Элара знала правду. Или, по крайней мере, часть её. Он не сбежал. Он не был трусом. Он совершил акт невероятной храбрости, акт искупления. И он погиб. Ей приходилось притворяться, что её не касается его исчезновение, что она не чувствует этой зияющей пустоты. Она ходила на уроки, читала книги, отвечала на вопросы, но внутри неё всё кричало от боли. Она была единственной, кто знал его истинную историю, его борьбу, его жертву. Она возвращалась на Астрономическую башню каждую ночь, как призрак, и сидела там часами, глядя на звёзды. Раньше они были их общим языком, их убежищем. Теперь они казались насмешкой, холодно и безразлично сияя над её горем. Ей хотелось кричать в небо, чтобы оно вернуло ей его, чтобы оно вернуло ей те тихие моменты, которые они делили. Её мысли метались. Она прокручивала в голове их последний разговор, его обещание бороться, его взгляд, полный нежности. Она вспоминала его поцелуй — последний, горько-сладкий прощальный поцелуй, который теперь был её единственным напоминанием о том, что он был реален, что он был живым. Она потеряла не просто друга, не просто того, кого любила. Она потеряла часть себя, часть своего мира, который он осветил своим присутствием. И самым страшным было то, что она не могла никому рассказать. Не могла поделиться своим горем, своей болью, своей правдой. Она была обречена нести эту тайну в одиночестве, навсегда связанная с призраком Регулуса Блэка. Её мир теперь был разделён на «до» и «после». До Регулуса и после его исчезновения.