ЧВК "Отрекшиеся"

      Он обожает свою работу.       Это очень редкое заявление на Ремнанте, Роман в курсе, правда. Возможно, даже на всех мирах, сколько бы их не придумали фантасты.       Но, что он может поделать, если это правда?       Это звучит как рекламный слоган для очередного мотивирующего ролика, но, к сожалению для циников и, к счастью для него самого - это правда. Причём правда неприятная, из тех, что не дают нормально ныть в баре, потому что любой здравый человек тут же упрётся в очевидное:       Если ты счастлив, значит, в тебе что-то сломано.       Впрочем, Роман всегда считал, что на Ремнанте сломано вообще все.       Не зря ведь Ремнант с одного мертвого языка переводится как «Обломок».       Он был счастлив не потому, что «служит благому делу».       Эту чушь охотники любят рассказывать себе, чтобы хорошо спать по ночам. Роман хорошо спал по ночам, потому что рядом была верная Нео, потому что у него было оружие под рукой, потому что он знал три запасных выхода из любого помещения и потому, что если где-то в мире начиналась очередная бойня, то он узнавал об этом раньше всех.       Формула его счастья вообще была довольно простой.       Он жив.       Неополитан жива.       Остальные - опционально.       Он (и его безмолвный партнер, конечно, он не забывает о Нео) редкий счастливчик, не просто ухвативший удачу за хвост, но и выдернувший оттуда пару самых ярких перьев.       Два - потому что одно по привычке украл для Неополитан. Даже, если она сама считает, что это он бедовый парень, которого нужно вытаскивать из передряг, а не приносящий удачу и дальновидный старший партнер.       Он выше по званию, а значит - прав. Нео почему-то всегда закатывает глаза на это заявление. Хорошо, что мороженое всегда гарантированно снимает гнев его личного ангела-хранителя.       На что могли рассчитывать два беспризорника, выживающие в криминальной среде бедных кварталов Вейла? Иногда он задумывается, как бы сложилась его жизнь, если бы не тот идиотский (в смысле, очень удачный, конечно, не сердись, Нео) поступок. Ничего хорошего в голову не приходит, если честно. Возможно, мелкий криминальный авторитет? Вор, скорее всего, учитывая их с Нео наклонности и проявления. Причем одиночный, в те годы он был довольно социопатичен, маленьких резервов душевного тепла больше, чем на одну немую девочку не хватало, да и на ту, честно говоря, с трудом.       Удивительно для сироты на улице, правда?       Попытка обокрасть непонятных Отрекшихся, тогда впервые появившихся в Вейле после какого-то контракта вообще очень сильно пошла не по плану.       Это сейчас Роман знает, что доспех паттерна «Хищник» обладает мощным сканирующим комплексом, засекшим их с Нео еще метров с двадцати и доложившим об этом оператору, но тогда ему казалось, что расслабившиеся отдыхающие наемники - легкая цель. И явно при деньгах, такое снаряжение стоит не просто дорого, а очень дорого, уж это любая «уличная крыса» могла определить на глаз.       Он самокритично признает, что вполне мог бы полезть, даже если бы знал об этом уже тогда. Наглость - второе счастье для беспризорника, другие не выживают на улицах. Да и им правда нужны были деньги, тогда вопрос с тем, чтобы добыть средств на еду, стоял каждодневно и очень остро.       Ну, еду они с Нео добыли.       Воспоминание о том, как им надавали по ушам здоровенные мужики в броне, потом отряхнули, расспросили, кто такие, отдали четыре сухпайка, потому что «жрать эту сухомятку достало уже» и отпустили, вызывает на лице белозубую ухмылку.       «Достало уже». Как же. Уже годы спустя, подписав контракт сам, Роман узнал, что два инженера из Копья 10 отдали ему свой НЗ. И позже даже нашел в базе данных короткую расписку, что оба получили за это по шапке, пусть и номинально. И за восполнение неприкосновенных запасов потом оба честно заплатили из своего кармана.       Тот паек Отрекшихся, кстати, на всю жизнь запомнился, как самое вкусное, что он ел. Несмотря на то, что все сладкое, что было в его, тогда стащила Нео (да стащила, нет он не отдавал, Нео показалось, он циничный и точка). Хотя, попробовав его уже после, он согласился с инженерами. Сухомятка и есть, без особой нужды лучше не трогать.       А потом оказалось, что их не просто отпустили, их запомнили. Отрекшиеся вообще часто искали потенциальных рекрутов в самых неожиданных местах, и набор требований к кандидату у них был довольно своеобразный и непривычный.       Довольно иронично, что сейчас он работает на корпорацию, защищающую этот самый Вейл по контракту.       Он, бывший уличный вор, теперь работает на ЧВК «Отрекшиеся», которую правительство Вейла вынуждено было нанять, чтобы держать в узде собственный город. Потому что наемники политически нейтральны, а силы союзного Атласа - нет.       У судьбы странное чувство юмора, а мир полностью безумен. Хотя, не ему жаловаться, конечно.       Собственно, прямо сейчас Роман идет по металлическим коридорам на открытую внешнюю палубу «Наблюдателя» - летающей штабной платформы Отрекшихся, зависшей в воздухе рядом с Вейлом. Нестерпимо хочется закурить, а делать это внутри помещений категорически запрещено даже старшим офицерам, к которым относится и он. Пожар на летающей платформе - вообще худшая разновидность такого рода бедствий, так что он не выделывается и послушно топает наружу.       Коридоры выскоблены практически до блеска, благо при современных технологиях для этого уже не нужны инструменты уровня «новобранец со шваброй обыкновенный одна штука». По потолку тянутся кабельные трассы, уложенные так аккуратно, будто Талос лично принимал каждую стяжку под роспись.       Он мог, вообще-то - внутренне признает Роман.       Сейчас в нем вряд ли кто-то узнал бы «Короля Медиа», как его иногда называют в сети, и командира Копья 2. Берцы, черные брюки, белое (да, оно очень скрытное, Нео) пальто с капюшоном, накинутым на голову и скрывающим ярко рыжие волосы.       Нео где-то рядом, но ее не видно. Ее проявление - иллюзии, и она пользуется им почти непрерывно, если приходится покидать внутренние помещения. Обычно она также скрывает от глаз и его, но сегодня она дуется за то, что он забыл пополнить ее запасы мороженого, но не забыл добавить в список закупок пачку своих любимых сигар.       Приходится сохранять очень условную анонимность классическими методами.       Несмотря на свой позывной и частую работу официальным лицом Отрекшихся и офицером по связям с общественностью, Роман не особо любит афишировать свое присутствие, как и Неополитан. Особенно она. То ли характер такой изначально, то ли «счастливое детство» аукнулось неожиданным образом, но самый известный офицер ЧВК вообще довольно скрытен. И с образом «циничного, но доброжелательного» своего парня, под которым известен, имеет мало общего. В его личном кругу очень мало места, больше двух-трех людей туда не помещается, все вакантные места заняты.       Он опирается на перила, ограждающие борт палубы, открытой всем ветрам, и щурится на закатное солнце. Крутит сигару в руках, раздумывая, так ли ему хочется ее раскурить, как пятнадцать минут назад, и все же достает зажигалку.       Рядом из невидимости проявляется фигура Нео и показательно морщится.       Он бросает взгляд на сигару и убирает ее обратно в портсигар.       - Ладно, ты победила. Я виноват, да. И я уже успел загладить свою вину, заказав твое «топливо» даже вдвое больше обычного. Разве это не повод меня простить?       Нео воинственно хмурится, меняет цвет волос на черный, и несколько раз моргает, каждый раз меняя цвет своих глаз с гетерохромией местами. У Романа, кажется, начинает болеть голова.       - Хорошо, этого было недостаточно, я понял. Давай поступим как взрос…       Он замолкает, глядя на листок бумаги у себя перед лицом. Контракт.       Белый аккуратный лист, при беглом взгляде выглядит вполне настоящим, даже печати стоят. Внизу место для подписи.       - Ты хочешь, чтобы я подписал бумагу, где обязуюсь следующие три месяца закупать вдвое больше мороженого?       Нео решительно кивает несколько раз.       - Ты жестокая. И злая. И совсем не ценишь деньги…       Она кивает на каждую фразу.       - …и умеешь убеждать. Ладно, твоя взяла.       Девушка победно вскидывает кулачок в воздух, перекрашивая волосы в ярко рыжий цвет, заставляя Романа улыбнуться. Мир вокруг идет едва заметной рябью, сигнализируя, что он снова спрятан от чужого внимания. На бумаге сама собой появляется его подпись, после чего бумага тает в руках Нео.       Иллюзия, мог бы и догадаться.       Нео пожимает плечами, как бы говоря: «а зачем тратить настоящую бумагу?» И тут же протягивает ему сигару, уже зажженную.       Его же сигару, которую как-то успела утащить.       И возвращает ему зажигалку, тоже утащенную.       Он вдыхает первую, самую сладкую порцию дыма и прикрывает глаза.       Нео с интересом следит, не начнет ли он в этот раз кашлять, признав наконец-то, что сигары - гадость. Она всегда так делает. Он не помнит, откуда знает, чего она ждет, они об этом никогда не говорили.       Ну, он не говорил, Нео же… неважно.       Через десяток секунд она тыкает его пальцем в бок, ждет его внимания и указывает в сторону приземляющегося транспортника, превращая зрачки своих глаз в знаки вопросов.       Роман затягивается еще раз, воскрешая в памяти последние отчеты.       - Пополнение из Мистраля. Полноценный квад, четыре бойца, все с опытом, бывшие охотники.       Нео заинтересованно наклоняет голову к плечу. Он качает головой, даже не пытаясь скрыть легкое презрение.       - Ничего интересного, обычное мясо. Боевой опыт есть, но такой, что скорее мешать будет. Им еще год учебки предстоит, минимум. Да и потом я бы им спину не подставил сразу. Запихнут куда-нибудь в двадцатое Копье пока что, скорее всего.       Нео кивает и теряет интерес к вышедшим из транспорта людям и фавнам. Она не хуже Романа знает, что Отрекшимся нельзя стать, просто подписав контракт или даже пройдя первый бой. Ты либо приходишь сразу одним из них, как это было с ними самими или кем-то вроде Талоса, либо долго и упорно завоевываешь этот неформальный статус, постепенно становясь своим.       И больше ничьим.       Отрекшиеся не просто так носят это название.       Хотя, Талос, конечно, особый случай.       Командир Копья 10, формально был равен Роману - командиру Копья 2. Даже чуть ниже, все-таки номер Копья тоже кое-что значил.       Первое - элитное. Главные отморозки и решатели сложных проблем.       С 2 по 10 - те, что были созданы изначально. Более статусные.       С 11 по 20 - второе основание. Линейные Копья, боевые, но не такие мощные и опытные, хотя и более многочисленные, чем из первого десятка.       Все, что после 20 - обслуживающие. Двадцать второе, например, бойцы звали «две ложки». Потому что две двойки были отрядом, ответственным за обслуживание развертываемых баз, в том числе - за полевые кухни. Тридцатое - «мучильня». Учебка, куда запихивают новичков.       Но это все в теории. На практике у каждого Копья рано или поздно выделялась специализация, в которой оно было лучше других. Десятое было отрядом тяжелой техники, и это была его суть.       Тяжелая техника.       Иногда между собой бойцы называли десятое «филиал Атласа» из-за любви к пушкам, артиллерии и большому насыщению инженерами.       Его собственное Копье 2, например, вообще техники не имело, ограничиваясь личной экзоброней, пусть и сильно модифицированной. Что не удивительно, когда вы выступаете скальпелем, делающим работу быстро, тихо и красиво.       Каждой организации нужно лицо, а такой неоднозначной, как Отрекшиеся - особенно. Они могли быть самыми жестокими людьми и фавнами на континенте и при этом тратить больше ресурсов на психологическую безопасность гражданских, чем правительство Вейла в хороший год.       Страх на Ремнанте был валютой.       Если гражданские в страхе - приходят гримм.       Больше гримм - больше трат боеприпасов.       Больше трат боеприпасов - меньше дохода.       Роман отвечал именно за это.       Чтобы все было красиво, чтобы гражданские боялись меньше, чтобы не пришли гримм.       И не сожрали их всех к демонам.       Это серьезно поднимало статус второго как в ЧВК, так и за его пределами. Он не просто так считал себя самым известным офицером Отрекшихся, это был непреложный факт. Роман умел превращать «кошмар» в «новость». Он умел подавать кадры и выбирать слова, чтобы у людей внутри бункеров появлялась надежда.       Правда, у десятого был еще Жнец, что резко выводило его в совершенно особую категорию.       Ах да, Жнецы.       Роман хмыкает и снова затягивается, рассеянно глядя на светящийся в отраженном закатном солнце Бикон.       Бывшие профессиональные охотники внутри технологически продвинутых мехов, чертежи которых когда-то были «позаимствованы» у отмененного проекта Атласа.       Сильно переосмысленные инженерами Отрекшихся семиметровые роботы, похожие на помесь латного рыцаря с хищной птицей. Тонкие, изящные, увешанные оружием, активной броней и реактивными ускорителями. Несущие по четыре орудия корабельного класса в руках и наплечных пилонах.       Главный козырь и пугало Отрекшихся.       Чудовищно дорогие, столь же сложные в управление и обучении, капризные в обслуживании, довольно хрупкие для своих размеров, нуждающиеся в пилоте охотнике, обладающем мощной аурой и большим боевым опытом.       Сам Роман, например, считает, что не потянул бы управление. Самокритично, зато правда, себя обманывать довольно глупо.       Он, кстати, тоже приложил руку к этим машинам, как и Нео, пусть и косвенно. Они когда-то украли из Атласа кучу конструкторской документации по проекту «Паладин», который ученые Атласа создали на замену куда более сложным и дорогим отмененным предкам Жнецов.       Правильно вообще-то, считает Роман. Штучный товар, для армии такие не подходят. Главное, Талосу такое не ляпнуть. Больная для него тема.       Эта информация о Паладинах потом использовалась для модернизации Жнецов. Что-то там с эффективностью сервоприводов и энергосистем.       Как старший офицер Отрекшихся, Роман имеет полный доступ к характеристикам Жнецов. Как один из участвовавших в проекте, знает еще больше. Плюс лично знаком со всеми тремя пилотами.       Сефирот. Заместитель Ветрокрылой. Архангел.       Молчаливая тень Ветрокрылой и лицо Отрекшихся, когда просто пиар отдела недостаточно. Он же фактически сооснователь ЧВК, так как был тем, чья репутация охотника и привлекала первых наемников в еще молодой и безвестный отряд.       Самый частый собеседник самого Романа по делам, касающимся публичных заявлений.       Амора. Копье 1 - Лидер. Опустошение.       Жизнерадостная, заботливая и яркая. Обожаема в ЧВК за характер.       Роман косится на Нео и мысленно добавляет: «подсадила мою напарницу на мороженое».       А его самого на хорошие сигары.       Талос. Копье 10 - Лидер. Мегалит.       Фавн летучая мышь, удаливший у себя признаки звериной сути, потому что они ему мешали в работе с любимым железом. И это главное, что о нем нужно знать.       С ним Роман часто сотрудничает по своей неофициальной деятельности по научному шпионажу.       Все трое не только крайне сильны и авторитетны внутри корпорации, но и полностью преданы Ветрокрылой, что для нее даже важнее боевых навыков.       Это тоже правильно, считает он. Он бы такое оружие тоже кому попало не доверил.       Нео, пристроившаяся рядом, бодает его головой в плечо и выгибает бровь.       - Задумался просто. О Жнецах.       Она улыбается и снова меняет цвет волос и глаз. Ярко алый и зеленый. Трудно не узнать. Роман качает головой с улыбкой.       - Нет, не про Амору, а вообще. Хотя, надо бы к ней зайти. Я обещал отдать новые агитационные записи. Ее они всегда смешат, ты же знаешь. А с этим контрактом в Вейле может и не быть времени зайти позже.       Нео согласно кивает. Делает шаг от перил, грациозно разворачивается на одной ноге и… морщится от заоравшей в городе сирены.       Через несколько секунд еще одна. И новая - уже в Биконе.       Роман прикрывает глаза, чтобы открыть их, когда в его микронаушнике раздаются слова, сказанные узнаваемым голосом «Темной Госпожи».       - Экстренный канал. Всем Копьям. Это Штаб 1. Боевая тревога. Угроза гримм и Белого Клыка.       Роман переглядывается с Неополитан, тушит сигару о поручень, щелчком пальцев отправляет ее за ограждение и срывается на бег. Рябь маскировки спадает, Роман стягивает капюшон.       Во время тревоги офицеров должно быть видно.       Навстречу уже бегут пилоты дежурной смены. Часть ударных вертолетов «Банши» на палубе раскручивает роторы парных двигателей, наполняя палубу шумом, а подъемники тянут изнутри новые машины. Ровный гул двигателей «Наблюдателя» меняется от подачи насыщенной смеси гравитационного праха, и платформа едва заметно смещается под ногами.       Через пятнадцать минут он стоит в десантном отделе челнока в своей бело-оранжевой, заметной издалека броне, разглядывая пылающую красными отметками карту Вейла, стремительно погружающегося в хаос.       Копье 2 в полном составе выжидающе смотрят на него.       Нео рядом безразлично разглядывает карту, шурша шоколадкой.       Роман проверяет работу систем, уделяя особое внимание встроенным средствам записи, и растягивает губы в улыбке.       - Дамы и господа, совет Вейла доблестно заперся в бункере в центре города, и мудро руководит обороной, оставив нам самое легкое - уничтожить силы гримм, Белого Клыка и взломанных роботов Атласа! «Невероятно надежные» системы ПВО Вейла саботированы и не работают, Академия Бикон атакована, а тяжелая артиллерия уже получила разрешение бить по жилым кварталам! На сладкое, Копье 4 разворачивается в городе, и Адам «я бью проблемы кулаком, и они умирают» Смэшер тоже будет! Надеюсь, вы просто счастливы предоставленной возможности помочь всем этим прекрасным людям?       Смех пополам со стоном становится ему ответом.       Аппарель отрезает их от платформы, напоминающей разворошенный муравейник. Переходят на глухой рев двигатели транспортника за бронированными стенками.       Роман фиксирует ноги доспеха на полу магнитными захватами, хватается за поручень и скалится под шлемом.       Он обожает свою работу.       Роман «Король» Торчвик еще напишет легенду об этой ночи, что разожжет в чужих сердцах горячее пламя гнева вместо стылой дымки страха.       Ведь гнев сильнее страха, а выгода всегда на стороне силы.