Пламя сквозь лёд: Хроники Стража

Все вышли провожать участников предстоящей операции. Хоть план и был рассчитан на небольшие, мобильные группы, в резерве оставалось больше половины войска. Они были нужны на случай, если всё пойдёт не по плану, о чём каждый старался думать меньше всего. «Младшие сестрички», как их уже успели прозвать в лагере, оставались в его пределах. И старшие Певенси, и Эгисвард приняли жёсткое, но разумное решение — несмотря на их готовность идти в бой, дать им иные задания. Боровик быстро нашёл им дела, связанные с организацией лагеря. Амалия подошла к сестре и потянула её вниз, а когда старшая опустилась на одно колено, заключила её в объятия.— Не думай, что я тебя простила за то, что ты сейчас пойдёшь одна! — она чуть отстранилась и посмотрела сестре прямо в глаза. — Ты обязана вернуться. С победой. И без необдуманных рисков. Мы с Люси и остальными будем ждать вас. — Питер объявил о минутной готовности. — Да поможет вам Аслан! — сестра ещё раз коротко обняла стража и отошла к Люси. Страж взобралась на своего грифона, и вся группа скрылась в ночном небе. Лететь было холодно и тревожно; лишь свист ветра заглушал тягостное молчание. Каждый понимал: их сила — в точности, внезапности и дисциплине. Любое отклонение грозит катастрофой. Высадка прошла бесшумно, как и планировалось. Нашими войсками были заняты две соседние с главными воротами башни, на одну из которых приземлилась Эмилия. Именно под ней располагались казармы гвардии. План был жесток, но точен: одновременный удар по всем ключевым точкам должен был парализовать замок прежде, чем тот опомнится. Группы были распределены: Каспиан вызвался спасать своего учителя, Корнелиуса, из темницы. Питер должен был нейтрализовать Мираза в его покоях, а Сьюзен и отоборные лучники разобраться с остальными гвардейцами в замке. Рипичип и его отряд отвечали за склады оружия и пути отступления. Эмилия, используя свою магию, должна была отсечь основные силы гвардии в казармах от остальной цитадели, создав ледяной барьер, а затем сжечь всё дотла своим ледяным огнём. Эдмунд, разместившись на самой высокой точке со своим фанариком, координировал все группы и связь с резервом. В назначенный час Эдмунд подал условный сигнал — короткую вспышку холодного света. К этому времени склады оружия уже были опустошены отрядом Рипичипа. Эмилия, стоя на зубце башни, сосредоточилась. Из её ладоней, касающихся камня, поползла извивающаяся стена голубоватого льда, с грохотом отрезая казарменный двор от внутренних укреплений. А затем поджигая здания внутри отрезаного угла. Всё шло по графику. Именно в этот миг всё пошло наперекосяк. Сначала Эдмунд, следящий за внутренним двором, заметил неестественную суету у входа в темницы — Каспиан не вышел в расчётное время. Затем на главном балконе тронного зала, ярко освещённый факелами, появился Мираз. И он был не один. Король-узурпатор держал перед собой бледного принца, прижимая к его горлу тонкий, смертоносный клинок. Следом, с тетивой, натянутой до предела, вышла Сьюзен, целясь Миразу в висок. Возникла смертельная пауза. И тут, с другого, меньшего балкона, с громким лязгом доспехов вывалился Питр, его меч был обнажён. Он явно попытался подобраться к Миразу с фланга, но был немедленно окружён стражей. Три арбалетных болта уткнулись в его латы. План, державшийся на синхронности и скрытности, рассыпался на глазах. Голос Мираза гулко прокатился по замку: — Приветствую, дорогие гости! — его ухмылка была слышна в каждом слове. — Кажется, судьба дарит мне неожиданные козыри. Предлагаю сделку: жизни ваших друзей — в обмен на ваше немедленное отступление. Я отпущу их, как только последний из ваших фантастических тварей скроется за горизонтом. Эмилия, всё ещё стоявшая на башне, увидела, как Эдмунд, стиснув зубы, подал отрядам Рипичипа сигнал к отмене операции — серию коротких красных вспышек. Сердце у неё упало. Всё было потеряно. Не из-за превосходства врага, а из-за собственной недисциплинированности. — Мы заберём их и уйдём! — крикнула она в ночь, уже не скрывая ярости и отчаяния. Она и Эдмунд на грифонах ринулись вниз, к балконам. Страж, действуя на чистом адреналине, схватила Питера с его балкона, едва уклоняясь от арбалетного залпа. Мираз, понимая, что его преимущество шатко, с издевательским поклоном оттолкнул Каспиана вперёд. Секунда — и оба «спасаемых» короля были в воздухе, а операция превратилась в поспешную, унизительную эвакуацию. Приземлились они в унылом молчании уже на рассвете, недалеко от лагеря. Навстречу бежали Амалия, Люси и другие, но их радостные лица померкли, когда они увидели выражения на лицах вернувшихся. Не было триумфа, только горечь и тяжёлое напряжение. — Питер! Каспиан! — голос Эмилии прозвучал резко, как удар хлыста. Она даже не взглянула на сестру. — А ну, за мной. Живо. Эдмунд, — она кивнула ему, — прошу с нами. Сьюзен, объясни пожалуйста остальным как всё прошло. Когда короли, страж и принц отошли на значительное расстояние, в глухую чащу, где их не могли слышать, Эмилия развернулась. В её глазах, обычно похожих на спокойное море, бушевала ледяная буря. Все приготовления, весь расчёт, каждая предосторожность — всё было перечёркнуто в одну минуту. И теперь настало время спроса.