Нежность

В темной комнате, источником света в которой являлись тусклые лампы на потолке, оба парня обсыхали от воды, намочившей одежду, теперь плотно прилегающей к телу. Лайт спокойно сидел на ступеньках, одной рукой опираясь о твердый кафель, другой полотенцем сжимая волосы в ладони, выжимая воду и чувствуя, как белая ткань ее впитывает.  Рьюзаки в это время ходит по комнате, оставляя мокрые следы на полу. Босые ноги осторожно шагают вокруг до около, а сам парень, видно, не спешит вытираться. Он ходит тихо, каждый шаг не оставляет ни звука, а капли воды наоборот, шумно падают. Детектив прижал палец к губе, видимо, активно про что-то размышляя.  Ягами продолжает сидеть на кафеле с закрытыми глазами, но одновременно подсознательно зная, где именно Рьюзаки ходит и стоит. В это время он размышлял о произошедшей ситуации: о том, как они стояли под дождем, вглядываясь друг в друга так, что сцена казалась интимной, как Рьюзаки казался вновь живым, не простым роботом под маской Эл, и как нежно Ягами целовал черноволосого. При прокручивании воспоминаний в голове на лице выступил легкий румянец, быстро сошедший от неожиданности резкого звука, а точнее голоса Рьюзаки. — Лайт-кун, — Рьюзаки продолжал стоять на месте, а затем бесшумной походкой подкрался к Ягами, наклонившись сзади.  Лайт продолжал вытирать волосы с невозмутимым лицом, не смея открывать глаза: но румянец все равно немного виднелся на гладкой коже, не оставшийся незамеченным внимательным глазом Эла. Внутри шатена все колотилось: от предвкушения того, что ему скажут, от волнения, и обжигающего дыхания на ухе. Черноволосый специально медлил, дожидаясь реакции Лайта, но удовлетворившись и малейшим смущением, продолжил. —…у тебя сегодня свидание с Мисой-Мисой.  Фраза разрушила все ожидания и Лайт хотел выругаться себе под нос, но продолжал оставаться спокойным. Рука на мгновение остановилась, а затем возобновила движение.  — Да, я помню, Рьюзаки.  — В 17:00. Не забудь.  Ягами старался не сорваться, но не показывал настоящих эмоций: его раздражало даже представление того, как Миса вновь лезет к нему обниматься, что то радостно лепечет, оглушая писклявым голосом, жалуется на присутствие Рьюзаки. И бесило его то, что Эл все еще оставался холодным и не говорил ничего про свои чувства. Вновь напялил на себя оболочку детектива, вновь подозревал Лайта в том, чего он никогда не совершал!  И Эл осторожно отошел от Лайта, словно кот, невесомо спускаясь вниз по ступенькам, на которых и сидел Ягами. Черноволосый подозвал студента к себе, а затем цепь неприятно звякнула и тот более резко потянул ее. — Пойдем. Я хочу принять душ. Как раз успею до того, как Миса-Миса начнет ломиться в нашу комнату.  Голос заставлял Лайта расслабиться, чувствуя, как он моментально успокоился. Он осторожно поднялся, положив ткань вокруг головы, а затем направился к Рьюзаки, чувствуя, как холодок неприятно обдувает кожу от движения. Они вышли с комнаты, после чего оба отправились в их общую, ту, где детектив может принять душ. Он мылся около 3 раз в неделю, но при этом, от Эла никогда ничем не пахло, и зачастую парни принимали душ вместе. Раньше Лайт воспринимал это как что то дружеское и невинное, но теперь когда он видит обнаженного Эла, непроизвольно засматривается дольше, чем положено, изучая его тело. Для себя он отметил, что у Рьюзаки очень худое телосложение: видны выступающие ребра, лопатки, а руки максимально худощавые. Кожа бледная, иногда в темноте кажется, что она просто белая. Лайт запоминал пару маленьких деталей, которые даже не специально замечал. К примеру, Рьюзаки пользуется шампунем без запаха, всегда наносит его два раза и довольно тщательно и долго массирует кожу головы.  Ягами спокойно шел по тихим коридорам вслед за Эл. За окнами все еще лил дождь, а из за туч в штабе стало значительно темнее, особенно в комнатах, в которых есть панорамные окна. Ковры во всем штабе заглушали звук, и иногда Лайт задумывался, почему они почти во всех комнатах без исключения. Недолго подумав над этой темой, тот пришел к выводу, что это сделано исключительно ради удобства детектива: тот ведь напрочь отказывался надевать обувь, тем более носки, а ковры уменьшают нагрузку на стопы, колени и спину, к тому же создают тепло. Да и Лайт сам иногда замечал, что Эл избегал ходьбы по холодному ламинату, лишь изредка делая это из необходимости.  Осторожно открыв дверь специальной ключ-картой Рьюзаки вошел во внутрь, а затем моментально ускользнул в ванную. Он все еще оставался мокрым, однако теперь с него не текла вода. Поскольку их все еще связывала цепь, ее длины как раз было достаточно, чтобы Лайт оставался за дверью и покорно ждал, пока Рьюзаки делает все необходимые процедуры, связанные с чистотой. Он остановился у приоткрытой двери, левым ухом вслушиваясь в то, чем именно занимается детектив. Сначала он услышал шуршание одежды, понятное дело, уже скинутой с тела, затем быстрый щелк металла, точнее, открывающегося наручника, и его очередное закрытие. Потом поспешное открытие стеклянной дверки от душа. Она немножко скрипела, но не слишком громко, однако для навострившегося слуха парня была отчетливо слышна. Затем включился привычный кран, появилось приятное, мягкое шуршание воды, плеск маленьких струек о кафель. В какой-то момент послышалось приглушенное чавканье пены, видимо, от шампуня, капли которого Рьюзаки поспешно нанес на голову. Спустя время вода отключилась, детектив вышел из душа и наконец начал вытираться полотенцем. Лайту показалось странным, что он так следит, хоть и не глазами, а слухом, за тем, кто его подозревает, но остановить себя не мог. Вдруг, из мыслей его вытянул чужой голос: — Лайт-кун, — послышалось из комнаты, слова отлетали эхом о стены ванной. Лайт ожидал, что тот продолжит фразу, но все равно сказал: — Да, Рьюзаки?  — Ты можешь принести мне из шкафа одежду? Я забыл ее забрать.  Ягами особо не удивился, осторожно попытался отойти от стены, но видимо забыл, что его запястье сейчас болезненно сжимает металлический наручник от цепи.  — Рьюзаки, наручники не позволят мне это сделать.  — Я сейчас подойду к двери. Длины цепи с этого места должно быть достаточно, чтобы ты вытянул руку и дотянулся до шкафа.  Лайт томно выдохнул, уже желая закатить глаза, но вспомнив, что его никто не видит, так и сделал. Услышав, как детектив подходит к двери по шагам и звяканью цепи, шатен начал движение в сторону шкафа, а затем, чтобы доставать еще дальше, сцепленную с Элом руку вытянул и позволил другой дотянуться до ручки дверцы. Внутри лежало довольно много одежды, на удивление Лайта, но он не знал, какую именно требуется взять.  — Лайт-кун, — монотонный, хриплый голос стал спасением для шатена: он оказывал очень странное влияние на Ягами, отчего тот быстро успокаивался, — возьми ту стопку, которая находится на второй полке справа.  Ягами увидел заветную белую футболку с длинным рукавом и широкие, голубые джинсы, после чего схватил их и спешно направился к ванной. Аккуратно уложив оба элемента одежды на руках, Лайт незамысловато остановился, а затем странное желание овладело им, из за чего тот уткнул нос в одежду. Вдохнув запах, футболка, на удивление, пахла не стиркой, а самим детективом. Приятной карамелью, навязчиво сладкой. Словно в воздухе растворили мёд. Лайт осторожно поднял голову, особо даже не скрывая то, что он сделал, а затем подошел к двери, не открывая ее, протянул Рьюзаки вещи.  — Спасибо.  Голос оставался ровным, но Лайт был уверен, что детектив без внимания такой жест не оставит.  А сам черноволосый, конечно, легко догадался, что именно сделал Ягами. Он не понимал. Зачем? Какова была его цель? Парень агрессивно, порой даже болезненно грыз подушечку большого пальца, удивленным взглядом смотря даже не на стену, а просто в пустоту. Детектив все еще был обнаженным, даже не укутавшись полотенцем, стоял посреди комнаты, и каким то образом тот холодок, пробегающий по коже от легкой влажности на теле, пропал. Его заполонило что то теплое. Нет, даже обжигающее горячее. Дыхание участилось, грудь вздымалась вверх и вниз горазде быстрее, а к щекам прилил неприятный румянец. В животе колотило странное чувство, словно его скручивают изнутри, мешают все возможные эмоции, из которых меньше всего преобладал здравый смысл.  Рьюзаки быстро выхватил одежду из рук Ягами, после чего шатен нарочно услышал, как вздохи детектива участились, и расплылся в злорадной улыбке, словно ликуя от своей маленькой, но победы. Он оделся настолько быстро, насколько мог, а затем вышел из комнаты.  Лайт стоял за дверью, но уже давно успокоился и смотрел на Рьюзаки с максимально невозмутимым лицом, словно ничего странного и не делал. Эл вновь сверлил его своим взглядом, но шатен уже привык к такому поведению, продолжая вести себя максимально безразлично. Осторожно освободив тому место, Рьюзаки прошел мимо студента и продолжал чувствовать, как сердце лихорадочно бьется и стучит по ушам.  — Пойдем скорее. Уже 16:58.  Ягами покорно согласился, чувствуя, как цепь натягивается на руке и резко сжимает одну ее часть, упираясь в кость. Слегка, едва заметно скорчив лицо, Лайт моментально двинулся с места, дабы избавиться от боли, подойдя ближе к детективу, оттягивающему руку так, чтобы шатен, наконец, пошел на свидание. Сам студент вовсе не горел желанием выходить из комнаты, терять возможность оставаться с черноволосым наедине: просто поговорить о чем-либо помимо дела, и парень знал, что с гениальным Эл разговоры затягиваются на несколько часов, а любая тема становится интересной. Рьюзаки было наплевать: но находиться в компании Амане не было самым приятным опытом. Детектив шел чуть впереди шатена, как обычно, сгорбившись, а затем резко повернувшись и нажав на кнопку вызова лифта. Лайт остановился вслед, изучающее наблюдая за Рьюзаки, на чьем лице вновь не проглядывалось ни единой эмоции. Проехали они до нужного этажа молча, не смея сказать ни слова. А тишина прервалась, как только двери лифта с характерным звуком раскрылись и оба парня услышали звонкий голос блондинки: — Лаааайт! Я так скучала! — Миса тут же набросилась на Лайта, повиснув на шее последнего и крепко сжимая его в своих объятиях. — И тебе привет, Миса. — Лайт пытался сдерживать себя, но даже пребывая искусным лжецом и манипулятором, скрыть раздражение оказалось довольно трудной задачей. Тот осторожно взял девушку за плечи и отодвинул от себя.  — Привет, Рьюзаки. — Миса коротко улыбнулась, но во взгляде было видно раздражение, а затем Амане быстро плюхнулась на мягкий диван, ожидая, что Лайт и Эл поступят так же. — Привет, Миса-Миса. — Рьюзаки моментально уселся за отдельное кресло, уступая место на диване возле девушки Лайту. Но на удивление черноволосого, Ягами сел на кресло рядом с ним, не с ней. — Лайт! Садись рядом со мной! Я ооочень соскучилась! Мы ведь не виделись 2 дня. — Миса демонстративно надула щечки, и затем посмотрела на того самым невинным взглядом, коим умела. — Извини, Миса, я предпочитаю сидеть на креслах. — Лайт тихонько продвинулся ближе к Рьюзаки.  — Почему ты не хочешь сидеть со мной? — Миса в действительности слегка обиделась. — Ты вечно вторгаешься в мое личное пространство. — Что!?  Я ведь твоя девушка!  — Миса, ты ведь сама меня заставила с тобой встречаться. К тому же, я даже не помню, как мы встретились. — Так ты даже не считаешь, что мы встречаемся?!  Рьюзаки перестал слушать, когда Миса вновь начала кричать и разводить руками, слезно что-то выговаривая Лайту. Он просто потянулся за уже, каким-то образом, вторым куском клубничного торта, мило расположившимся на желтой тарелке с кружевными узорами, пальцами аккуратно поддевая ее край. Наконец, дотянувшись, он ставит торт себе на колени, одновременно ложечкой разрезая мягкий бисквит. Только когда парень съел половину торта и начал пальцем брать крем, то разговор Лайта и Мисы закончился. Рьюзаки не уловил причину, но заметил, как брови девушки изогнулись, и та положила голову на кулак руки, заранее поставленной на бортик красного дивана. Слегка нахмурившись, блондинка изредка вздыхала, а в глазах было видно едва уловимую обиду.  Лайт в это время спокойно сидел на диване, молча думая про что-то. Он украдкой поглядывал за тем, как Рьюзаки облизывает свои пальцы от тающего розового крема, но старался не отвлекаться. С начала свидания прошло уже 20 минут, и почти все это время Амане и Ягами то ли просто разговаривали, то ли пассивно спорили. Тем не менее, в обиде, кажется, осталась девушка. — Ладно, Лайт, может сходим прогуляться? Рьюзаки, ты можешь хоть раз оставить нам немного личного пространства? — Миса посмотрела на черноволосого, наблюдая, как тот слизывает последние остатки крема, грустно посматривая на торт, стоящий перед Лайтом. — Извини, Миса-Миса, но на данный момент это невозможно. Вы - главные подозреваемые по делу Киры, вероятно, серийные и массовые убийцы. — детектив осторожно потянулся за очередным кусочком торта, даже не спросив разрешения у Ягами. — Ты никогда не оставляешь нас одних! Хотя бы один разок, тут ведь везде камеры! — Миса закрыла глаза и сжала руки в кулачки. — Как я уже сказал, я не могу вас отпустить. — Рьюзаки уже дотянулся до  чужой тарелки, как его остановила рука, крепко схватившая тонкое запястье.  Детектив слегка удивился и приоткрыл рот, наблюдая, как Лайт ухмыляется. — Рьюзаки, тебе нужно перестать есть сладкое. Это плохо сказывается на здоровье, и ты уже ешь третий кусок торта!  Ягами убрал его руку, а затем, хоть он и не любил сладкое, начал специально есть свой кусочек.  — Лайт-кун, ты жесток.  Рьюзаки обиженно сел на свое кресло, положив руки на колени, одновременно томно вздыхая.  В какой то момент тишину прервал резкий звонок на телефон: мощный гитарный рок с запоминающейся мелодией, сочетающийся с стилем Амане. Та судорожно начала рыться в маленькой черной сумке, увешанной серебристыми брелками и полной всяких ненужных побрекушек.  — Алло, здравствуйте? Да, хорошо. Скоро приеду! — Миса улыбнулась, а затем улыбка спала так же быстро, как и прошел сам звонок.  Оба парня, не совсем понимая что происходит, продолжали удивленно сидеть на месте и ждать объяснений, после чего Миса начала быстро говорить, одновременно складывая вещи в сумочку. — Извини, Лайтик! Кажется, придется прервать наше свидание. Меня вызывает мое модельное агентство, срочно нужно заменить девушку на съемках. — девушка грустно посмотрела на шатена, а затем крепко сжала в объятиях, когда тот встал проводить ее до лифта.  — Хорошо, пока, Миса.  Девушка с быстрой скоростью уехала на лифте, махая ручкой и улыбаясь. Лайт быстро вернулся на место, сел на кресло и облокотился на спинку, выдыхая. За последние дни он плохо спал, слишком погрузился в дело Киры, еще и должен был справляться со своими чувствами.  Ягами уселся на место, одновременно толкая тарелку на центр стола. Рьюзаки продолжал сидеть на месте, а затем быстро ухватил еще один кусочек, в этот раз посланный Ватари. Спустя 20 минут, оба продолжали сидеть в тишине, не двигаясь и не разговаривая, а Лайт устало опрокинул голову и сидел с закрытыми глазами. Черноволосый продолжал поедать торт, один за другим, не отвлекая Ягами. *Он ест уже 8-ой торт за прошедший час. Он вообще ест, не знаю, овощи, или любую другую еду?* — Лайт-кун, — голос слегка напугал Ягами, — что-то не так? — Рьюзаки говорил спокойно, расслабленно смотрел в одну точку, пережёвывая кусочек торта.  — Ты очень пристально смотришь. Или ты тоже хочешь торт?  Тогда детектив развернулся и посмотрел прямо в глаза Лайту, одновременно пальцем проводя по верхнему слою торта, намазывая на него крем и розовый, яркий джем.  — Нет-нет, — Ягами быстро отмахнулся, — я просто задумался, ты вообще ешь что-то помимо сладкого? — Лайт подвинулся ближе, поставив локоть на стол и облокотившись на ладонь, сгиная безымянный палец и мизинец в излюбленной позе. — Лайт-кун, я не думаю, что нуждаюсь в этом. Сахар - главный источник глюкозы, а глюкоза - главный источник энергии, способствующий работе мозга и улучшающий концентрацию. Учитывая мою деятельность, это лучший способ питаться. — Это не значит, что тебе нужно есть нездоровое количество торта. Ты не можешь так питаться и ожидать, что останешься здоровым. Тебе нужно начать ухаживать за своим рационом!  Рьюзаки помолчал, до конца слизал крем и наклонился над столом. Потянувшись за чашкой кофе, в которой разбавлено не меньше семи кубиков сахара, тот взял маленькую тарелочку в руки, схватил кружку и отпил небольшое количество коричневой жидкости с громким хлюпаньем. Поставив посудину назад с характерным бряканьем, тот резко повернулся в сторону Лайта и приблизился так, что между двумя лицами оставалось сантиметра 3. Шатен удивленно посмотрел на того, впоследствии отвел взгляд и постарался скрыть выступающий румянец. — Ээ… Рьюзаки? — поинтересовался студент, слегка отстранившись от парня. — Интересно… Твое волнение кажется искренним. Ты что, действительно переживаешь обо мне?  — А? Ну, я… — шатен слегка замялся, не отводя взгляд от детектива, — конечно я волнуюсь! Мы скованы вместе уже много месяцев, и работаем вместе. — тот немного нахмурил брови.  *Он что, серьезно пытается анализировать мое волнение? Надеюсь, он не подозревает меня.*  — Ешь хотя бы что-то помимо сладкого, например, салат.  — Я подумаю.  — Серьезно? Я не шучу Рьюзаки, будешь так питаться - как нибудь упадаешь в обморок посреди работы, или… заболеешь. — тогда Лайт действительно начал переживать. — Не волнуйся, Лайт-Кун. Я уверен, что такого не случится.  — Да, мне бы такого очень, очень не хотелось.  Рьюзаки неловко улыбнулся, но есть торт перестал, осторожно отставив его и положив руки на колени. На удивление Лайта, тот просто сел на кресло и продолжал смотреть в стену, но взгляд выглядел так, словно он видит сквозь нее. Ягами продолжал осматривать чужой профиль: ровный, красивый нос, бледные губы, широко распахнутые глаза. Как обычно взъерошенные и шелковистые волосы, длинный палец у рта, водящий ногтем по нижней губе. Шатен непроизвольно засматривался, но внешность детектива словно магнит, заманивала и не отпускала. Затем парень заметил розовый крем у уголков рта, видимо, детектив случайно им обмазался. Студент осторожно потянулся ладонью, а затем большим пальцем одним движением убрал его, вызвав реакцию у Рьюзаки. Черноволосый осторожно повернул голову, устремив взгляд на руку Ягами, внезапно оказавшуюся у его лица. Парень осторожно дотронулся до Лайта, на удивление нежными пальцами обхватывал ладонь. Шатен чувствовал, как холод, исходящий от детектива, обволакивал горячую руку, обжигая. Парень замолчал, чувствуя, как Рьюзаки указательным пальцем водит по тыльной стороне ладони. Странный прилив чувств: нежность, трепетность, быстро захватившие Лайта. Детектив еще немного держал тактильный контакт, как только резко слизал крем с руки студента. — Эй, Рьюзаки! — Ягами быстро разозлился, и романтичная обстановка сошла на нет. Он рукой закрыл тому рот, не давая съесть еще сладкого, а затем немного оттолкнул от себя. — ну ты и фрик, конечно.  Эл улыбнулся, и это выражение лица было таким искренним, что злость пропала с лица Ягами. Тот лишь томно выдохнул, а затем встал с места. — Пойдем в комнату, я устал.