Несущий свет

Вайт Бонни задержал взгляд на них будто пытаясь что-то вспомнить, как вдруг сказал.       — О, точно. С вами ещё должна быть девушка Бон-Бон Зе Банни, где она?       Бонни оторвался от окна.       — Заболела.       Уайт Бонни достал блокнот и записал.       — Хорошо, тогда хорошего дня парни. — он развернулся и вышел из класса.       Бонни и Спрингтрап продолжали рассматривать снег за окном, как к ним подошёл другой парень. Он был ростом с Бонни, волосы рыжие, уши лисьи, а глаза жёлтые.       — Новые значит, какие вы скучные. — насмешливо произнес он.       — Ты кто? — не менять в лице спросил Бонни.       — Я Фокси Пайрот, запомните меня, ведь я тут главный.       Бонни анализировал Фокси. В отличии от Уайт Бонни аура которого была мягкая и дружелюбная, то у Фокси она была плотная и насмешливая. Спрингтрап невольно напрягся при появлении Фокси. Он инстинктивно почувствовал неприязнь к этому парню, чья насмешливая интонация сразу же вызывала отторжение.       — Главный? — Спрингтрап усмехнулся, глядя на Фокси в упор. — Это ещё почему?       Фокси хмыкнул, его лисьи уши дёрнулись. Он выглядел самодовольным, словно уже одержал какую-то невидимую победу.       — Потому что так было всегда. И потому что, в отличие от вас, я не прячусь за книжками или за спиной своего братца, — он перевел взгляд на Бонни, будто пытаясь вывести его из равновесия. — В этом классе все знают, кто здесь решает.       Бонни продолжал спокойно смотреть на Фокси, его розовые глаза не выражали ни страха, ни злости, только внимательное изучение. Он действительно чувствовал эту плотную, насмешливую ауру, которая словно обволакивала Фокси. Это было что-то новое, не похожее на привычное любопытство или даже легкую зависть, с которой сталкивались они в прошлой школе.       — Кажется, ты слишком высоко о себе мнишь, — ровным голосом произнёс Бонни. — Главный тут только учитель. А мы пришли учиться, а не выяснять, кто круче.       Спрингтрап довольно хмыкнул, одобряя слова брата.       Фокси на мгновение потерял самодовольство, словно такой спокойный отпор был для него неожиданностью. Его жёлтые глаза сузились.       — О, как интересно. Значит, вы ещё и храбрецы? Что ж, посмотрим, как долго продлится ваше рвение, когда столкнетесь с реалиями этой школы, — он усмехнулся, его взгляд снова скользнул по Бонни. — Здесь не все такие милые, как ваш староста, или… как некоторые другие девочки.       Последние слова были произнесены с явным намёком, и Бонни почувствовал легкий укол раздражения. Он знал, что Фокси, скорее всего, говорил о Мангл, и ему не понравилось, как тот отзывался о ней.       — Мы не боимся никаких реалий, — спокойно ответил Спрингтрап, сделав шаг вперед, чтобы встать между Фокси и Бонни. — Просто не любим пустых разговоров.       Фокси, кажется, решил, что дальнейшее препирательство ему неинтересно. Он еще раз окинул братьев пренебрежительным взглядом.       — Как знаете. Просто помните, кто вас предупреждал, — с этими словами он развернулся и, насвистывая какую-то мелодию, небрежно удалился к группе других учеников, которые, кажется, ждали его появления.       Бонни и Спрингтрап проводили его взглядом.       — Ну и тип, — пробормотал Спрингтрап, когда Фокси отошел достаточно далеко. — Вот кого я точно не хотел бы видеть в друзьях.       — Да, — согласился Бонни, его задумчивое выражение вернулось. Он посмотрел на Спрингтрапа. — Кажется, наш первый день будет не только интересным, но и немного напряженным.       Звонок на следующий урок прервал их разговор. Пришлось снова садиться за парты, но осадок от встречи с Фокси остался. Бонни теперь точно знал, что в этой школе ему предстоит столкнуться не только с учебниками, но и с более сложными вещами, чем просто адаптация к новому месту. На все последующих уроках Бонни отвечал везде. Он пытался зарекомендовать себя как примерного ученика. Все удивлялись его знаниям, но некоторые видели в нем зубрилу и ботана. После уроков Бонни стоял на улицу перед козырьком школы и смотрел на снег. Рядом с ним пристроился Спрингтрап и неизвестная ему девушка.       — Это кто? — спросил Бонни не отрываясь от снега.       — Это Баллора, у нас много общего и мы хорошо сдружились.       Бонни слегка повернул голову, бросив быстрый взгляд на незнакомку. Она была высокой, грациозной, с гладкими, блестящими волосами цвета индиго, собранными в пучок. Её глаза были розовыми, но, несмотря на это, в её лице читалось спокойствие и какая-то отстраненная красота. Облегающий синий костюм подчеркивал её стройную фигуру. Она стояла рядом со Спрингтрапом, положив руку на его плечо, и казалась совершенно естественной в его присутствии.       — Приятно познакомиться, Баллора, — произнес Бонни, снова уставившись на снежинки. Он чувствовал легкое удивление. Спрингтрап обычно был более осторожен в знакомствах, но, кажется, с этой девушкой он действительно быстро нашел общий язык.       Баллора повернула голову в сторону Бонни, хотя ее глаза оставались закрытыми.       — Взаимно, Бонни. Спрингтрап много рассказывал о тебе, — ее голос был мелодичным и спокойным, как тихий напев. — Он очень хорошо отзывался о твоих способностях к учёбе.       Спрингтрап добродушно улыбнулся, слегка покраснев.       — Ну, что есть, то есть. Бонни у нас настоящий гений. А ты, Баллора, не менее талантлива в танцах, как я понял.       Баллора слегка кивнула.       — Движение — это мой язык. Я здесь преподаю в школьном кружке.       Бонни наконец отвернулся от снега и посмотрел на Баллору более внимательно. Он почувствовал от нее удивительную энергетику — одновременно спокойную и сильную.       — Значит, ты здесь уже давно? — спросил он.       — Да, я в этой школе уже третий год.       В этот момент к ним подошел Уайт Бонни, его белые волосы были слегка припорошены падающими хлопьями снега.       — Ну что, готовы? — спросил он с улыбкой. — Кофейня ждет! О, Баллора, ты тоже с нами?       Баллора покачала головой, её движения были плавными и изящными.       — Нет, Уайт, я сегодня не смогу. У меня репетиция перед завтрашним представлением. Может быть, в другой раз.       — Жаль, — сказал Уайт Бонни, но тут же снова повернулся к братьям. — Ну, тогда пойдемте втроем.       — Отличная идея, — Спрингтрап похлопал Бонни по плечу. — Смотри, братишка, мир не заканчивается на учебниках.       Бонни кивнул, уже чувствуя, как предвкушение горячего шоколада и новой обстановки начинает вытеснять учебные заботы. Он бросил прощальный взгляд на Баллору, и та, словно почувствовав его, слегка улыбнулась, не открывая глаз.       Когда они втроем пошли по заснеженной тропинке, Бонни в очередной раз отметил, как необычна эта школа. Здесь были не только ученики с уникальной внешностью, но и, кажется, очень интересные личности. И, что самое удивительное, здесь было куда больше тех, кто стремился к общению и дружбе, чем тех, кто смотрел косо. Возможно, эта зима в Хоккайдо принесет ему не только мороз, но и настоящее тепло.       По пути они наткнулись на группу знакомого им Фокси. С ним был высокий худощавый парень с которыми угольно-чёрными волосами и татуировками на правой руке. Его звали Кошмарионн. Второй был с зелёными волосами, а по середине красный ирокез. На лице были очки в форме звёзд, а на руках фиолетовые перчатки без пальцев. Это был Монтгомери Готер. Третья была с волчьими серыми ушами, длинными серыми волосами и зелёной чёлкой. Это Роксана Вульф.       Уайт Бонни, который шел впереди, затормозил, увидев приближающуюся компанию. Его улыбка немного поблекла, но он тут же собрался.       — О, кажется, мы столкнулись с «Местными звёздами», — пробормотал он, стараясь сохранить непринужденность.       Бонни и Спрингтрап остановились рядом, следуя за взглядом Уайта. Навстречу им двигалась пестрая группа. Фокси, как всегда, шел впереди, с той же насмешливой ухмылкой на лице. Рядом с ним высокий и худощавый Кошмарионн, чьи угольно-чёрные волосы казались еще темнее на фоне снега, а татуировки на руке выглядели как хитросплетение теней. За ними шел Монтгомери Готер, его зелёные волосы с красным ирокезом и очки в форме звезд придавали ему немного вызывающий вид, а фиолетовые перчатки без пальцев выглядели внушительно. Замыкала их компанию Роксана Вульф, её серые волчьи уши были настороженно подняты, а длинные серые волосы развевались на ветру.       Когда их пути пересеклись, атмосфера на мгновение сгустилась. Фокси остановился, оценивая их взглядом.       — Ну-ну, кто тут у нас? — произнес он, обращаясь к Уайту и братьям. — Выбрались из своей уютной пещеры, да?       Кошмарионн молча оглядел их, его лицо было непроницаемым, но в глазах читалось некое превосходство. Монтгомери Гатор склонил голову, его звездные очки блеснули в свете фонарей, а перчатки без пальцев слегка сжались. Роксана Вульф, казалось, внимательно прислушивалась к каждому звуку, её волчьи уши слегка шевелились.       Уайт Бонни сделал шаг вперед, стараясь не показывать никакого дискомфорта.       — Мы идем в кофейню, Фокси. Не видим смысла в лишних проблемах, — сказал он ровно, его тон был дружелюбным, но с ноткой твердости.       Фокси усмехнулся, его взгляд задержался на Бонни.       — Проблемы? Да мы просто поболтать вышли. Как поживают наши новенькие? Уже успели понять, что это за место? — его слова звучали как проверка.       Бонни ответил спокойно, как и всегда:       — Мы учимся. Это, кажется, основная цель этого заведения.       Спрингтрап, стоявший рядом, добавил с чуть большей дерзостью:       — И мы не видим смысла в том, чтобы тратить время на пустые разговоры с теми, кто привык только шуметь.       Монтгомери Гатор издал низкий, гортанный смешок.       — Шумные? Мы? Мы просто любим веселиться, зелёные. А вы, похоже, боитесь даже снега.       Роксана Вульф тихо произнесла, её голос был низким и немного хрипловатым:       — Их здесь только двое. А нас четверо. Было бы глупо спорить.       Фокси бросил на Роксану быстрый, но полный понимания взгляд, затем снова повернулся к братьям.       — Она права. Сегодня мы не в настроении для игр. Но помните, новенькие. Это наш город. И мы здесь главные.       Он подмигнул, затем, не дожидаясь ответа, кивнул своим спутникам.       — Пойдёмте, ребята. У нас дела поважнее, чем прохлаждаться на морозе.       И группа Фокси, оставив за собой ощутимый след прохлады и напряжения, продолжила свой путь. Бонни, Спрингтрап и Уайт Бонни проводили их взглядом.       — Вот такие пироги, — вздохнул Вайт, когда группа скрылась из виду. — Не самая дружелюбная компания.       — Да уж, — согласился Спрингтрап. — Кажется, нам придется привыкать не только к снегу, но и к местным «звёздам».       Бонни молчал, анализируя. Эта встреча, хоть и была короткой, оставила после себя неприятный осадок. Он почувствовал, что противостояние с этой группой будет неизбежным, и их первая встреча была лишь предвестием будущих стычек. Но в то же время, он почувствовал и то, что они не одни. Уайт Бонни, несмотря на свою должность старосты, явно был не сторонником Фокси. И, возможно, в этой школе найдется еще немало тех, кто не захочет подчиняться их правилам.