Волчья любовь

— Садись. Кай замешкался на долю секунды, но затем со всей осторожностью преодолел последнее расстояние между ними, садясь верхом на мускулистые бёдра Сигурда. Он старался держаться прямо, но из-за чрезмерной близости подобное действие становилось невозможным. Сигурд отставил кубок. Его большие и тёплые руки легли на тонкую талию Кая, почти полностью её обхватывая. Одна ладонь медленно скользила вверх по его спине, словно ощупывая и проверяя каждую косточку. Другая ладонь плавно перешла на его бедро и, как только Кай невольно дёрнулся, то Сигурд недовольно пробурчал. — Расслабься, — в его голосе, как и в прикосновениях, не было и тени расслабления. Он вёл пальцами вдоль позвоночника Кая к основанию шеи, плавно переходя вниз, его ласки говорили больше, чем обычные команды. Будешь слушаться — получишь награду. Постепенно, ловкие пальцы залезли под рубаху мальчика, впиваясь в напряжённые мышцы плеч. Кай зажмурился, издавая первый, сдавленный вздох. Он пытался сдерживаться, но контроль медленно таял с каждым новым прикосновением. Сигурд же, казалось, больше наблюдает за его реакцией, нежели удовлетворяется юным телом. Он развернул Кая к себе, чтобы взглянуть на нечто прекрасное, при этом напоминая, что юноша принадлежит только хозяину и никому больше. Эта сладкая пытка тянулась так долго для Кая, при этом оставаясь развлечением для Сигурда. Одна из ладоней скользнула под грудь Кая, нащупывая быстро бьющееся, словно птичье, сердце. Другая же оставалась на бедре, переходя на внутреннюю сторону, к месту, требующее к себе всё внимание. — Тише, — прошептал Сигурд, его горячее дыхание коснулось раковины уха Кая, чувствуя, как тот весь затрепетал. —Ты мой. Не бойся. Не сдерживайся. От этих слов, от дыхания на шее и действий медленных, уверенных рук мужчины, Кай не выдержал. Из его сжатых в тонкую полоску губ, вырвался тихий, прерывистый стон. Он прижал ладони к своему лицу, заранее пытаясь заглушить ещё всевозможные звуки. Но сквозь пальцы просочился вскоре ещё одним звук, напоминающий всхлип, когда рука Сигурда сжала его бедра. И Кай чувствовал себя абсолютно беспомощным в этих касаниях, которые обезоруживали его сильнее, чем грубая сила. Они напоминали ему о его предназначении быть рабом, а также ставили на место, как в штык. Исследующие ласки Сигурда постоянно становились более целенаправленными. Его рука вновь двинулась, теперь уверено выше, к паху Кая. В то же время он наклонил голову и коснулся губами виска парня. —Перестань прятать лицо, — его голос был низким. Он оттянул его руки от лица, и заглянув, увидел закрытые веки и покрасневшие щеки. —Ну же, смотри на меня. Кай с трудом заставил себя открыть глаза. Его взгляд был наполнен стыдом, пока глубоко внутри были непонятные ощущения. Сигурд удовлетворенно хмыкнул и его губы нашли губы Кая. Это был не нежный поцелуй, а требовательный, губы Сигурда не просили, не осторожничали, а брали, заставляя Кая разомкнуться под их натиском. Язык хозяина проник внутрь, вместе с привкусом красного вина. Кай издал глухой стон прямо в поцелуй, его тело дернулось, почти моментально пытаясь отстраниться, но пальцы на его спине прижимали ещё крепче. Рука на паху Кая медленно ласкала, чувствуя ответную реакцию. —Ты дрожишь, — прошептал Сигурд, отрываясь от его губ и уже принимаясь покрывать поцелуями и легкими укусами его шею и ключицы.— И ты уже готов для меня. Твое тело, оно всегда узнает меня. Твоего хозяина. После пальцы Сигурда от паха переместились на ягодицы, грубо их сжимая. Хозяин одним движением дернул ткань вниз, послышался треск швов. Пальцы стали медленно скользить в ложбинку ягодиц, находя напряженное, неподготовленное отверстие, которое ещё не было разработано. Сигурд, не останавливаясь, продолжал целовать его шею, параллельно смазывая пальцы маслом, чтобы было легче входить. Масло было липким и холодным, но для хозяина это не имело значения. Не церемонясь, два пальца сразу же проникли вовнутрь, начиная своё движение. От таких болезненных действий, Кай слабо вскрикнул, а его тело изогнулось дугой. Боль была острой и разрывающей, а, слезы, не успевая вытечь, тут же впитывались в халат хозяина. По мере того как пальцы двигались внутри, растягивая, к боли начали подмешиваться другие ощущения. Его собственное тело, вопреки всем мольбам и ненависти к этим действиям, начало отзываться. Между его бедер возникла горячая пульсация, которая не скрывала тонкая ткань рубахи. — Вот видишь, — голос Сигурда прозвучал торжественно, когда он увидел эту реакцию. Он добавил ещё один палец и Кай вновь вскрикнул, но в этом звуке было больше удовольствия. Бёдра Кая непроизвольно двигались навстречу его пальцев, и он замер, когда сам заметил это, но пальцы Кая предательски впивались в плечи Сигурда, сжимая ткань. —Нет, пожалуйста — выдохнул он с шепотом, но это была простая формальность, тело уже начинало предавать его. Вдоволь наигравшись, Сигурд, подхватив с легкостью свою ношу, и, одним движением, резко перевернул Кая, положив его на широкое, мягкое ложе собственной кровати, лицом вниз. Прохладный шёлк после резкого контраста с теплым, почти горячим воздухом камина, заставил его вздрогнуть. Сигурд не стал раздевать его полностью. Он лишь задрал рубаху до плеч, открывая вид на бледную кожу спины и округлые ягодицы. Кай, дрожа от новых ощущений, услышал шорох сзади и понял одно: хозяин развязывал пояс халата. Сигурд действовал не торопясь, он только лишь пристраивался сверху, придавливая Кая к матрасу. Его грудь была горячей, сильной и она прижималась к спине парня. — Мой — прорычал он ему в ухо, — сейчас и всегда будешь моим. Сигурд вошел в него, медленно, постепенно погружаясь в горячее и влажное нутро, заполняя его до предела. Крику Кая почти не было конца. Он цеплялся пальцами за идеально приглаженные простыни, а тело невольно пыталось отползти, но хозяин игнорировал сопротивление, продолжая держать его за бедра жёсткой хваткой, так, что потом останутся синяки. Хозяин начал двигаться. Безжалостно и размашисто. Это не было соитием двух тел любовником. Это больше было похоже на очередной урок и превосходство одного над другим, разрушая все границы. Каждый новый толчок отбрасывал тело Кая вперед, всхлипы всё сильнее вырывались из его груди с болезненными стонами, которые плавно переходили в сладкие стоны наслаждения от этих властных толчков. Его бедра начали двигаться навстречу, насаживаясь, пока Кай задыхался в собственном удовольствии. Его член наливался кровью всё больше, и появилось другое знакомое напряжение, нараставшее с каждым движением Сигурда. Мужчина почувствовал как сжимаются стенки вокруг его ствола, на что он решил наклониться, кусая того за плечо и ускоряя темп, доводя мальчика до того самого края, где он терял грань между болью и наслаждением. — Кончай — выдохнув, хрипло приказал Сигурд. Это и стало последней каплей для Кая, заставшее тело вздрагивать в мучительном спазме, а потом, с громким стоном, достигать пика. Его собственное семя брызнуло на простыни, а из глаз пошли слёзы. Руки, сами того не замечая, обхватывали подушку, пока Сигурд делал свои завершающие действия. Его последние толчки были наполнены грубой и животной силы. А после, он вошел резко, заполняя его полностью и извергаясь с низким, удовлетворенным стоном, прямо в Кая. Наступила тишина, которую разрушали лишь тихие всхлипы парня. Хозяин вышел из него с пошлым хлюпом, и Кай, тихо ахнув, остался лежать, наконец расслабив мышцы. Сигурд смотрел на него несколько секунд, пока его собственное дыхание приходило в норму. Затем, он провел пальцами по его лицу, откидывая прилипшие пряди волос назад. — Всё, не плачь. Успокойся и спи, — ровным голосом проговорил он и развернулся к потухающему камину, отпивая вино, оставив Кая лежать в их выделениях.