Кошки-Мышки

В машине Минхо быстро уснул. Ночное небо, ровная дорога и лёгкий алкогольный градус создали все условия для того, чтобы забыться и свалить ответственность за свою безопасность на друга. — Мы приехали, Хо, — тихо произнёс Джисон, и его голос отразился от стен домов на опустевшей улице. — Я не могу встать, — еле формулируя слова, ответил Минхо. Он будто мысленно начинал приходить в сознание, однако тело его подводило. — Ладно. Сначала найди ключи. — Джисон опёрся о стойку автомобиля и склонился ближе к другу, принимая от того металлическую связку. — А теперь постарайся держаться за меня. Он помог Минхо выбраться из машины, а затем подхватил на руки, словно тот не весил ни грамма. Сейчас Минхо казался невероятно хрупким и беззащитным. Хотя для Джисона он всегда был таким. Был тем, ради кого хотелось терпеть боль, ради кого хотелось стать мужественнее, надёжнее. Стать той опорой, которой обоим парням не хватило в детстве. — Извини, — устало прошептал Минхо, прижимаясь к телу Джисона и крепче хватаясь за его шею. Тот улыбнулся, поглаживая чужую спину: — Всё в порядке. Ты честно заслужил свой отдых, поэтому расслабься и ни о чём не думай. Они зашли в подъезд, и когда Джисон зажал кнопку лифта, Минхо едва слышно спросил: — Ты ведь сейчас уедешь, да? Тот застыл, ощущая, как на его руки и грудь переходит чужая дрожь. Повисло почти ритуальное молчание, которое прерывалось лишь отдалённым гулом механизма и классической мелодией внутри кабинки. — А ты хочешь, чтобы я уехал? — Не хочу, — признался Минхо. — Значит, не уеду.

***

Утром, около семи часов, на телефон Минхо поступил звонок. И если сам Минхо ни на мгновение не собирался просыпаться, то Джисона повторяющийся и поистине раздражающий сигнал разбудил, даже несмотря на то, что он находился в другой комнате. И он мог поклясться, что ему было совершенно неинтересно, кто и по какому поводу беспокоил друга, однако данное имя он не был готов упустить из виду. Феликс. Недостаточно надышался подарком, видимо, раз решил позвонить сюда вновь. Хотя и сам Джисон был бы не против ещё раз напомнить этому парню о границах. Он провёл по экрану и поднёс гаджет к уху. — Алло? Минхо, привет. Нам нужно поговорить. Срочно. Джисон на мгновение замер, прислушиваясь к уже такому ненавистному тембру. Голос по ту сторону трубки звучал напряжённо, почти панически. Пальцы Джисона непроизвольно сжались вокруг корпуса. И он медленно выдохнул, прежде чем ответить, нарочито делая интонацию спокойной и невозмутимой: — Доброе утро, — произнёс он низко и бархатисто. — К сожалению, Ли Минхо сейчас не может подойти. Он крепко спит. На линии повисла гробовая тишина. — Кто… кто это? — наконец выдавил Феликс, и в его голосе послышался ледяной шок. — Это Хан Джисон. Мы ведь знакомы, доктор. Вернее, медбрат с мизерной зарплатой, который всеми силами цепляется за финансовые подушки, абсолютно наплевав на чувства близких людей. Так будет правильнее, не считаешь? — Откуда тебе известно? И что ты сделал с Минхо? Где он? — Я же сказал: он всего лишь спит. После вчерашнего вечера его организму очень нужен отдых. Он хорошо провёл время. — Джисон намеренно сделал паузу, позволяя словам обрести нужный, двусмысленный вес. Феликс тяжело задышал в трубку и спустя мгновение продолжил: — Откуда ты узнал? — Это ведь очевидно. Он сам рассказал мне. — Джисон опёрся о стену, переводя взгляд с окна на сладко сопящего Минхо. — Феликс, в моём мире, если ты даёшь обещание, то ты его держишь. Если называешь кого-то своим, то защищаешь до конца. А если предаёшь, то платишь самую высокую цену. Ты разрушил чужое доверие — значит, в ответ разрушат всю твою жизнь. — Да что ты возомнил о себе? Не лезь не в своё дело! Из динамиков послышался нервный крик, но Джисон спокойно продолжил: — Береги себя, Феликс. К тому же последствия аллергии могут быть смертельно опасными.

***

Лиза сидела одна в просторном кабинете, перекладывала бумаги из стопки в стопку, успевая прочитать их содержание и, где надо, поставить печать от имени Джисона. Через полтора часа изучения текстов, написанных мелким шрифтом, она позволила себе оторваться от документов. Лиза спустилась в кафетерий, который также включал в себя выход на балкон, в зону для курения, и там впервые за неделю встретилась с братом. Тот только недавно уехал в другой город по поручению Джисона и вот уже вернулся, судя по всему, с неутешительными новостями. Что ж, ни поесть, ни покурить с этим бизнесом. — Хёнджин? Ты почему здесь? — Привет, Лисо. — Он потушил сигарету, попрощался с коллегой и вышел навстречу сестре. — Где Джисон? — Он не в офисе. А в чём дело? Почему ты так рано приехал? — Звони. — Хёнджин поспешил в коридор, утягивая Лизу за собой. — Его хотят убить.

***

— Доброе утро, — прошептал Джисон, когда Минхо распахнул веки и зажмурился от солнечных лучей. Всё ещё сонный, тот приподнялся на локтях и осмотрелся вокруг, чтобы убедиться, что находится в своей квартире. — Доброе, — прохрипел Минхо в ответ. Воспоминания начали возвращаться, и отрывки вчерашней ночи сложились в голове в цельный пазл. — Как ты себя чувствуешь? — Не очень бодро… Но нормально. Минхо развернулся, чтобы спуститься с кровати, в то время как Джисон стоял рядом и сопровождал его взглядом. — Хорошо. Тогда я поеду, наверное? — Ты завтракал? — вдруг спросил Минхо, выходя за дверь. — Нет ещё, но… — Тогда ты не поедешь, — перебив, заключил он и направился на кухню. — Но я не завтракаю, Минхо. — Джисон поспешил за ним и по пути слегка споткнулся о порог. — Чай будешь? Кофе? Джисон вздохнул. Он чувствовал, что сейчас доставляет лишние проблемы. Но, если честно, он и сам не хотел бы уезжать. Не хотел бы оставлять Минхо в одиночестве. И сам не хотел бы оставаться без него. — Сделай то же, что и себе. Спасибо. Вскоре напитки были готовы. Парни присели за круглый стол друг напротив друга, а затем Минхо решился начать разговор: — Джисон. Где ты пропадал все десять лет? Тот ухмыльнулся, прикрывая глаза. Однако это была лишь натянутая эмоция, скрывающая волнение от предстоящего диалога. От раскрытия той правды, которая неизбежно всплыла бы со дна на поверхность. — Знаешь, ты никогда не умел подбирать удачные моменты для обсуждений. — Я просто хочу разобраться в том, что сейчас творится с моей жизнью. И, согласись, твоё появление — одна из ключевых причин. — Минхо. — Джисон протянул руку и невесомо коснулся тыльной стороны чужой ладони. — Я готов рассказать правду, если ты готов её принять. Я не хочу обманывать тебя. Но и терять тоже не хочу. Особенно когда только нашёл… — Вот, я говорю именно об этом. Что за тайну ты строишь вокруг себя? Почему ты молчал так долго, а теперь вдруг объявился? И продолжаешь о чём-то умалчивать. Я ведь не знаю тебя такого, Джисон. Кто ты?

***

— Он не берёт трубку! — Лиза уже собрала во дворе службу защиты, подала красный сигнал разведке, медикам и даже связалась с полицейскими, которые помогали организации за немалый процент. — Значит, надо ехать к нему. Брат и сестра стояли в самом центре толпы, вновь и вновь набирая номер лидера. — Я поеду. Я помню адрес, — ответила она, но её голос дрожал. Было видно, как Лиза переживает. За все те немногочисленные разы, что Джисона пытались убить, она была рядом. И она всегда была уверена в его силе, но теперь… Теперь он стал уязвим. У него появилось слабое место. Болезненная точка, на которую стоит лишь немного надавить, чтобы сломать на сотни осколков. — Хорошо. — Хёнджин смирился и похлопал её по плечу. Он уже понял, что спорить со своей старшей сестрой бесполезно. А сейчас каждая секунда определяла дальнейшую судьбу не только главы, но и всей построенной ими империи. — Пусть три машины бригады едут за тобой. — Ты справишься здесь сам? — Справлюсь, — успокоил её брат, но с грустью добавил: — Пока что… Прошу, сделай так, чтобы нам не пришлось руководить в одиночку всю оставшуюся жизнь. У нас это плохо выходит. После этого Хёнджин и Лиза обнялись так крепко, словно прощались навсегда. Однако, ещё будучи подростками, они договорились, что умрут от старости, в кругу детей, внуков и котов. Что проживут долгую-долгую жизнь, продолжая любить друг друга и помогать. Ни один пункт не был реализован, а значит, волноваться не о чем. Но сердце уже начинало предательски обливаться кровью. — По местам! — прокричал Хёнджин, когда четыре автомобиля выехали с парковки. Сам он остался во дворе и беспрерывно звонил Джисону. Но безуспешно.