Сквозь шторм

      Поездка на Чеджу подходила к концу. Две недели пролетели, словно в тумане. Чонгук всё чаще ловил себя на мысли: пора ли возвращаться в Сеул? Там его ждали дела, студия, контракты, люди, которым он просто исчез. Но каждый раз, когда он смотрел на Тэхена, сидящего на веранде или тихо играющего с детьми, он понимал — ещё слишком рано.       Прогресс был. Маленький, но ощутимый. Тэхен теперь хотя бы реагировал на детей: мог улыбнуться Принцессе, поправить волосы Кая, иногда даже произносил короткие фразы. Всё это выглядело немного наигранно, словно он делал это специально, чтобы Чонгук заметил и порадовался. Но именно в этом и была благодарность — Тэхен пытался показать, что ценит его усилия.       Утро началось привычно. Чонгук готовил завтрак, дети носились вокруг, помогая накрывать на стол. Кай больше мешал, чем помогал, но его смех наполнял кухню живостью. На завтрак был пибимпаб. — Садитесь, — сказал Чонгук, ставя перед ними тарелки. — Приятного аппетита.       В этот момент в столовую вошёл Тэхен. Халат, усталое лицо, тёмные круги под глазами — ещё одна ночь без сна. Он остановился на пороге и смотрел на них, и вдруг ему показалось, что этот момент — самый светлый за последние недели. — Здорово, что ты успел к завтраку, — заметил Чонгук, улыбнувшись.       Тэ попытался ответить улыбкой, но она вышла вымученной. Подойдя ближе, его внезапно скрутило спазмом тошноты. Не успев сесть, он бросился в уборную.       Все замерли. Первым очнулся Принцесса: — Быстро съедай яйца, Кай! Чонгук, открой окно!       Чонгук стоял со сковородкой в руке, собираясь положить порцию Тэ. Принцесса, дожёвывая яйцо, добавил: — Когда папа беременный, он не переносит запах жареных яиц.       Сковородка с грохотом упала в мойку. Чонгук замер, ошеломлённый. Беременный? Он бросился к ванной.       За дверью слышался шум воды. — Тэ… ты в порядке? Открой, пожалуйста.       Дверь тихо приоткрылась. Глаза Тэ были полны слёз. Чонгук понял всё. — Ты уверен? — спросил он тихо.       Молчание стало подтверждением. — Мы что-то придумаем, — сказал Чонгук твёрдо. — Послезавтра вернёмся в Сеул и поедем к лучшему врачу.       Остаток поездки прошёл в тревоге. Тэ больше молчал, но иногда смотрел на детей с особым вниманием, словно пытался запомнить каждую их черту. Чонгук готовил, заботился, делал всё, чтобы они чувствовали себя в безопасности. Но внутри его терзала мысль: что будет дальше?

***

      Вернувшись в Сеул, Чонгук вынужден был отлучиться на пару часов. Он пообещал Тэ, что сразу после этого они поедут к врачу. Дети уговорили папу прогуляться в парке возле дома.       Кай играл в войнушки, доставая брата. Принцесса ныл, требуя оставить его в покое и дать строить замки в песочнице. В итоге Кай переключился на песок и разрушил постройки брата, весело смеясь.       Тэхен сидел на скамейке и смотрел на них. В голове крутилась мысль: разрушение. Оно окружало его. Оно исходило от Кая — ребёнка, который с самого детства дрался, кусался, щипался и ненавидел Нью. Даже в утробе он пинал так сильно, что причинял боль, когда рядом появлялся муж. Словно сам ребёнок говорил: я не хочу его.       Беременность была тяжёлой. Воспоминания накатывали, и Тэ погружался в них, глядя сквозь детей.       Вдруг знакомый голос разрезал воздух: — Неужели ты думал, что спрячешься от меня таким дешевым трюком с билетами и звонками? — голос Нью был холодным, но в нём слышалась ярость. — Да, это доставило мне трудностей. Но я тебя нашёл. И теперь заберу обратно.       Тэхен вздрогнул, сердце ухнуло вниз. Он вскочил, отпрянул назад, инстинктивно заслонив детей собой. — Не подходи! — закричал он. — Уходи! Я не пойду с тобой ни за что!       Нью сделал шаг вперёд, глаза его сверкали. — Ты мой, Тэ. Всегда был и всегда будешь. Дети — мои. Ты думаешь, они забудут, кто их отец? — Ты не отец, — голос Тэ дрогнул, но он говорил твёрдо. — Ты чудовище.       В этот момент из-за деревьев появился Макс. Он поднял пистолет и направил его прямо на Нью. — Отойди. Немедленно.       Нью усмехнулся, доставая свой пистолет. — Ты думаешь, сможешь меня остановить, охранничек? — он перевёл прицел с Макса на Тэхена. — Один шаг — и я стреляю.       Дети замерли. Принцесса вцепился в толстовку папы, а Кай, сжимая в руках игрушечный пистолет, вдруг поднял его и направил на Нью. — Бах! — сказал он серьёзно, с детской решимостью. — Кай! — закричал Тэ, испугавшись до дрожи. — Нет!       Нью замер, посмотрел на сына с непониманием. — Что ты делаешь?.. — его голос дрогнул. — Ты… против меня?       Кай нахмурился и повторил: — Бах. Ты плохой.       Нью отступил на шаг, глаза его расширились. Он смотрел на ребёнка, словно впервые осознавал, что тот его ненавидит. — Даже мой сын… — прошептал он. — Даже ты…       Тэ дрожал, пытаясь удержать детей за спиной. — Ты никогда не был для них отцом. Ты приносил только боль. Они чувствовали это.       Нью резко поднял пистолет снова, но в этот момент Макс шагнул вперёд. — Опусти оружие, — сказал он жёстко. — Последний раз предупреждаю.       Напряжение достигло предела. И вдруг Тэ вскрикнул — по его ногам потекла кровь. — Папа! — закричал Принцесса. — Тэ! — Макс и Нью одновременно рванулись вперёд, но с разными намерениями.       Тишина парка взорвалась криками, плачем и звоном металла.