Сквозь шторм

      Утро в больнице было тихим. Солнце пробивалось сквозь жалюзи, оставляя полосы света на полу. Тэ лежал всё так же отвернувшись к стене, но его дыхание стало ровнее. В коридоре дети шумели, требуя скорее увидеть папу. Макс пытался их успокоить, а Чонгук стоял у окна, задумчиво глядя на улицу.       Когда разрешили войти, первым в палату зашёл Кай. Он осторожно подошёл к кровати и положил на тумбочку цветок, сорванный по дороге. — Папа, это тебе. Он не пахнет яйцами, — добавил он серьёзно.       Тэ впервые улыбнулся. Улыбка была слабой, но настоящей. Он протянул руку и погладил сына по голове. — Спасибо, малыш. Ты у меня самый внимательный.       Кай прижался к его руке, будто хотел остаться так навсегда.       Принцесса подошёл следом, сел на край кровати и осторожно взял папу за пальцы. — Мы скучали. Но мы не хотим, чтобы ты страдал. Мы будем вести себя хорошо. Даже Кай. — Эй! — возмутился Кай, но тут же рассмеялся, и смех его прозвучал неожиданно легко.       Тэ тихо усмехнулся и притянул обоих ближе, обнял их за плечи. Дети прижались к нему, и впервые за долгое время он был вместе с ними — не просто рядом, а внутри их маленького мира. Он слушал их голоса, чувствовал тепло их тел и позволял себе быть частью этой живой картины.       Позже Чонгук остался один с Тэ. Он сел рядом, не слишком близко, и сказал: — Ты сегодня улыбался. Я заметил. — Это было ради них, — ответил Тэ. — Они заслуживают видеть меня живым. — А я? — спросил Чонгук тихо.       Тэ посмотрел на него, глаза его были усталыми, но мягкими. — Ты тоже.       Эти слова прозвучали как маленький шаг, но для Чонгука они были огромным.

***

      Вечером Чонгук остался один с Максом в доме. Дети уже спали, и тишина позволяла говорить откровенно. — Нью улетел обратно на Пхукет, — сказал Макс, наливая себе воду. — Но едва ли это надолго.       Чонгук нахмурился. — Как ты вообще оказался здесь? Почему помогаешь?       Макс посмотрел прямо ему в глаза. — Мой единственный начальник — это Тэхен. Хотя официально, я сейчас безработный – улыбнулся Макс, -  За него я готов убить кого угодно.       Чонгук замер, пытаясь осмыслить услышанное. Макс продолжил: — Знаешь, когда Кай был ещё в животе, он пинался так сильно, что Тэхен не мог спать. Но стоило мне положить руку на живот — ребёнок успокаивался. Тэ часто просил меня днём, прямо в кабинете, посидеть с ним рядом пока он спит на диване. Я держал руку на его животе, и только тогда он мог хоть немного вздремнуть.       Чонгук слушал, и сердце его сжималось. — Значит, Кай чувствует тебя с самого начала…Он слушается тебя больше, чем кого-либо. — У нас своя связь, — ответил Макс. — Иногда дети сами выбирают, кому доверять.       Чонгук тяжело выдохнул, прислонившись к стене. — А я всё это время думал, что он просто не принимает меня и тянется к отцу. — Он примет, — сказал Макс спокойно. — Но ты должен быть рядом с Тэ. Не ради детей, не ради себя. А ради него.       Чонгук кивнул, впервые чувствуя, что у него есть союзник.