Жестокий принц

Больница Святого Мунго — не самое приятное место для «доброго утра», но однозначно лучше, чем могила. По крайней мере, сюда проникает солнце, воздух не пахнет сырой землей и здесь куда теплее. Гермиону разбудила копошащаяся медсестра: она принесла вещи девушки и складывала их на тумбочку у кровати. Грейнджер приподнялась на локтях и принялась осматривать помещение, параллельно пытаясь вспомнить, как сюда попала. В кресле неподалеку задремала Пенси Паркинсон. Даже спя сидя, она ухитрялась выглядеть утонченно и женственно. Это всегда поражало Гермиону: как подруга в любой ситуации, даже когда всё выходит из-под контроля, умудряется держаться так прямо, красиво и элегантно. — Мисс, как вы себя чувствуете? — поинтересовалась сотрудница отделения, услышав за спиной шорох. — Спасибо, даже не знаю, как описать. Я не помню, как здесь оказалась. О Мерлин, как ребенок? Я беременна, точного срока не знаю, но думаю, не больше шести недель. Я еще не успела встать на учет, — быстро тараторила шатенка, выдавая всю информацию, которой владела. — С дитятей всё хорошо. Вы поступили к нам около трех ночи с сотрясением и сильными ушибами. — Лоурен, доброе утро. Если позволите, я сама всё расскажу мисс Грейнджер, — перебила её только что открывшая глаза Пенси. — Спасибо вам за заботу. — Это моя работа. Отдыхайте, я подойду позже, чтобы проверить ваше состояние и дать лекарства. Медсестра покинула палату, и подруги остались вдвоем. Стоило двери закрыться, как Пенси ракетой подлетела к шатенке и принялась обнимать её, вкладывая в каждое движение максимум нежности, тревоги и сочувствия. — Пенс, что произошло? Кто меня привез? Что с ребенком? Где Рон? — вопросы посыпались градом, словно Гермиона услышала новую тему на уроке и пыталась разузнать всё и сразу. — Всё хорошо. Ребенок цел и почти невредим. Тебя привезла я. Помнишь мой подарок на Новый год? — Паркинсон уселась на край постели, подогнув под себя ногу, чтобы удобнее расположиться на мягком «островке» подруги. — Помню, конечно: серебряное кольцо с синим опалом. — Правильно. Но есть одно «но»: камень изначально был не синим, а розовым. Незадолго до праздника я начала замечать странности в поведении Рона и ваших с ним отношениях. У меня не было ни доказательств, ни оснований как-то подтвердить подозрения. На все мои попытки разузнать, что происходит в семье, ты отвечала, что всё хорошо. Мол, вы просто немного повздорили из-за твоего графика: он управляет «Вредилками», но успевает домой, а ты — нет. В общем, я решила подстраховаться и на всякий случай зачаровала опал. Если бы тебе грозила опасность, второе такое же кольцо дало бы мне сигнал, чтобы я пришла на помощь. Я так надеялась, что это не понадобится… Прости меня. — Пэнси, тебе не за что извиняться, ты спасла мне жизнь, — Гермиона была шокирована услышанным, но в то же время безмерно благодарна. — Если бы не ты, боюсь представить, что бы произошло. — К сожалению, я спасла не только тебя, но и твоего — в скором времени, надеюсь, бывшего — мужа. Прошу, Миона, скажи, что ты не останешься с ним после такого. Что случилось однажды, обязательно повторится. — К сожалению, это случилось не однажды и даже не дважды, — грустно прошептала Гермиона. — Стоп, спасла Рону жизнь? От кого? — Когда я вошла, вы оба лежали на полу, а вся кухня была залита кровью. Сперва я не поняла, чья она, но когда Блейз вызвал колдомедиков, они всё объяснили. У тебя внушительный список травм, и слава Салазару, что ты осталась жива: сотрясение, ушибы таза и брюшной полости, множественные гематомы по всему телу и лицу, трещины в челюсти и руке, повреждения сосудов шеи, порезы на руках и ногах. И это только твой список. Гермиона не могла понять одного: при таких повреждениях избежать кровоизлияния и выкидыша было практически невозможно. Её познания в колдомедицине со времен школы и Академии говорили о том, что шансов почти нет. Видимо, этих знаний не хватало. — Как я всё это пережила? Даже тело волшебника имеет предел. Тем более с такими травмами... — А не многовато ли информации для первых пятнадцати минут бодрствования? Может, закончим на этом и продолжим, когда ты отдохнешь? — Паркинсон поднялась и потянула простыню выше, укрывая Гермиону до самой шеи и помогая ей удобнее устроиться на подушках. — Но… — Никаких «но»! Ложись и отдыхай, набирайся сил. Я вернусь через пару часов, и мы продолжим. Договорились? — Хорошо. Пэнси шутливо щелкнула Гермиону по носу и вышла, оставив девушку наедине со своими мыслями.