Machine

День матча.

      Чанбин видит Феликса вскользь, когда автобусы их команд приезжают к месту проведения матча и парни с шумом вываливаются из них, громко приветствуя друг друга. На удивление, Феликс не обращает на него никакого внимания и даже когда Чанбин задерживает на нем взгляд дольше положенного, профессионально делает вид, что не замечает его. Вот же сучонок.       Чанбин приготовился одарить его грозной аурой, показав всем своим видом, что он настроен решительно и что ни одному "Котенку" не под силу тягаться с "Быком", но Феликс, хитрая задница, проходит мимо него, словно Чанбин призрак, продолжая о чем-то увлеченно болтать с членом своей команды.       Униженный "Бык" сжимает кулаки и ведет плечами, борясь со вспыхнувшей внутри досадой и колючей обидой. Опять эта звездуля ни во что его не ставит…       Всю неделю Чанбин упорно тренировался, а Феликс так же упорно молчал. Никаких сообщений и тем более фоток в директ от него больше не приходило. На протяжении всех семи дней Чанбин с напряжением ожидал, что мальчишка что-нибудь выкинет, снова потревожит его мирок, и присущее ему хваленое спокойствие пойдет новыми трещинами, но Феликс вел себя непривычно тихо и благоразумно, и именно это бездействие напрягало сильнее, чем его непредсказуемые выходки. Будто бы затишье перед бурей, или Чанбин слишком много себе напридумывал. А нафантазировал он немало… Грань между иллюзией и явью незаметно стиралась, потому что, как бы он ни старался, но у него никак не получалось выкинуть из головы парня, поймавшего его на крючок непомерной дерзостью и насмешливым взглядом.       То, что Феликс пялился на его член, как минимум странно, как максимум — пиздец полный, но в мужском туалете это не то чтобы редкость. Шутки и подколы насчет размера и длины члена считаются нормой между парнями, но только в том случае, если они друзья. А они с Феликсом не то что не друзья — даже знакомы не были.       То, что Феликс пригласил его к себе в номер, било по гордости и выбивало из колеи. Обычно, если к Чанбину подкатывали, то делали это очень осторожно и ненавязчиво, но Феликс явно не входил в число застенчивых и робких персон. В какой-то степени это подкупало и будоражило Чанбина, привыкшего к совсем другому виду общения.       Но едва ли молодая восходящая звезда Феликс Ли подкатывал к нему, скорее, развлекался, выбрав его в качестве своей мишени. Но почему именно его персону? Захотел привлечь к себе внимание? Похайпиться за счёт Непобедимого Быка?       Благодаря одной только пресс-конференции среди хоккейных болельщиков и просто любопытных зевак разгорелся жаркий спор, кто кого поставит раком: «Быки» «Тигров» или «Тигры» «Быков»? В интернете делали ставки и горячо обсуждали предстоящий матч, а фотографии, где они с Феликсом пожимают друг другу руки и улыбаются в камеру, стали самыми просматриваемыми и обсуждаемыми, обойдя по количеству лайков даже фотографии самых популярных участников команд. Благодаря этому у Чанбина прибавилось подписчиков в инстаграме, а “Wild Bulls” поднялись на верхние строчки в поисковиках, но вместе с этим внутри зародилось смутное ощущение, что его втянули в какую-то грязную игру.       Джисон, как заведенный, всё время болтал о том, что фотки с пресс-конференции получились шикарными. Он расхваливал себя и не упускал возможности пройтись по другим, подмечая их плюсы и минусы, но, несмотря на всю поднятую им шумиху, Чанбин знал, кого именно он все время облизывал взглядом, пуская слюни, как голодный зверь.       — Вы с Феликсом выглядите как две противоположности. Он красивый и улыбчивый, а ты хмурый и…       — Спасибо, Джисон.       — Нет, я не говорю, что ты некрасивый, просто…       — Просто я не обладаю таким лицом и дурацкой манерой лыбиться, как придурок!       — Мне кажется, Феликс на фотографиях с тобой выглядит как-то по-особенному красиво. Как будто бы светится изнутри, излучая счастье.       «Еще бы!», — хмыкнул про себя Чанбин. «Попялился на мой член, унизил еще и пригрозил, что надерет зад. Какое простое, незамысловатое у него счастье!».       — Есть в вас что-то такое, что притягивает взгляд. Вы как лёд и пламя, день и ночь... Интересное сочетание.       «Молодой извращенец и ебанутый взрослый» — отличное сочетание, ничего не скажешь, но неприглядная начинка надежно спрятана под внешним лоском.       С каждым днем Феликс Ли все больше раздражает Чанбина.       — Ты пойдешь в буфет? — спрашивает Джисон, когда парни из их команды решают подкрепиться и немного расслабиться перед предстоящей игрой. До матча еще много времени, и торчать в раздевалке никто не хочет. А Чанбин, наоборот, хочет посидеть в одиночестве и поиграть в игру на телефоне. Для него это своего рода медитация и способ расслабления.       — Что-то не хочется.       — Тебе что-нибудь взять?       — Нет, спасибо.       — Ну ладно. — Джисон уходит вместе с остальными членами команды, и через пять минут в раздевалке воцаряется блаженная тишина.       Чанбин устраивается в углу в мягком кресле и, вставив наушники в уши, заходит в игру. Один плейлист сменяется другим, и за это время он успевает выиграть пару гонок, когда из-за изменения положения тела один из наушников вылетает из уха и падает на пол. Чанбин, кряхтя, наклоняется за ним и замирает, прислушиваясь к странным, раздающимся по помещению звукам. Он тут же ставит музыку на паузу, выходит из игры, а наушники быстро прячет в кейс. Догадка о том, что именно могло спровоцировать их появление, вызывает в теле неприятный озноб.       Чанбин поднимается с кресла и, стараясь не шуметь, тихонько, как мышка, идет на зов флейты крысолова. Он минует шкафчики и заворачивает за угол, когда его глазам открывается то, что он предпочел бы никогда не видеть.       Наверное, ему следовало бы сразу развернуться и уйти, попытавшись забыть все, как страшный сон, но, во-первых, он находится в раздевалке своей команды, а во-вторых, какого хуя?!       Чанбин застывает на месте, не в силах отвести взгляд от раскрывшейся перед ним картины: перед Феликсом на коленях стоит девушка и усердно ему отсасывает. Чавкающие влажные звуки её рта, сопровождаемые тяжелым дыханием и редкими, пробирающими до мурашек стонами мальчишки, погружают его в транс. Феликс, зарывшись рукой в волосы своей партнёрши, направляет и контролирует движения её головы, буквально вбиваясь бёдрами в ее податливо сосущий грязный рот. Чанбин скользит взглядом по полуобнаженному напряженному торсу парня, по сексуальной, ведущей к паху дорожке волос, по его заломленным от удовольствия бровям, полуприкрытым глазам и подергивающемуся кадыку. Феликс выглядит так… развратно и горячо, что низ живота скручивает болезненным спазмом.       Чанбин не осознает, с какой жадностью ловит каждое движение соблазнительного тела, мимику и эмоции на лице "котенка", проваливаясь в недра собственного, пожирающего до костей ада. Его завораживает гуляющий по губам язык, животное рычание на особо глубоких толчках и то, как Феликс грубо толкается в рот давящейся его членом девушки… Чанбин ощущает жгучее желание и мерзкую тошноту.       Феликс протяжно стонет, неожиданно вскидывая голову и встречаясь с ним взглядом. Кейс с наушниками выпадает из рук, а Чанбина с головы до пят прошивает током, когда Тигр, закусив губу, растягивает губы в усмешке. Его тёмный похотливый взгляд обжигает кожу, скользя по телу и останавливаясь в районе паха. Чанбин опускает взгляд туда же и чувствует прилив ненависти к себе. Его возбуждение слишком отчетливо и хорошо видно, и жалкие попытки спрятать его от чужих глаз уже не имеют смысла.       Чанбин делает шаг назад и, развернувшись, уже хочет покинуть раздевалку, когда его прибивает к полу низкий грудной смех.       — Молодец, — произносит Феликс и Чанбин зачем-то оборачивается.       Если бы взгляд имел физическую силу, то его бы, как бабочку, распяли на стене.       Феликс поглаживает девушку по волосам, но смотрит прямо на него. Летающие между ними искры не на шутку пугают Чанбина. Они могли бы с легкостью спалить всё, в том числе и огромное здание, в котором будет проходить матч между их командами. Матч... Чанбин будто бы резко пробуждается ото сна, что грязными путами оплел его тело и разум.       К черту. К черту всё. Чанбин вылетает из раздевалки и быстрым шагом направляется в туалет. Его сильно мутит, и он долго стоит у раковины, умываясь и держа руки под холодной водой. Какого хрена Феликс забыл в их раздевалке? Не мог же он специально заявиться туда, чтобы устроить для него этот спектакль? Если его целью было нанести неожиданный удар своему «сопернику», то у него это неплохо получилось.       Чанбин еще раз ополаскивает раскрасневшееся лицо и, выключив кран, смотрит на своё потерянное отражение в зеркале. Он еще даже не вышел на лед, а уже трижды проиграл этому сопляку.

***

      — Команды “Royal Tigers” и “Wild Bulls” наконец-то встречаются на льду! Матч, которого все так долго ждали!       Вокруг царит шум и гам. За пределами льда установлены камеры, потому что игру будут транслировать по телевизору. Болельщики на трибунах поддерживают любимые команды, скандируя кричалки и размахивая фанатской атрибутикой, но всё это отходит на второй план, когда Чанбин замечает направленный на него прожигающий взгляд игрока под номером 15.       Феликс Ли улыбается и машет в камеру, приветствует собравшихся на стадионе болельщиков, но Чанбин опять ловит стойкое чувство, что вся эта бравада предназначается ему, как и «представление», устроенное мальчишкой в раздевалке их команды.       Феликс подъезжает к нему, оставляя между ними расстояние не больше метра, и опускает руку ему на плечо. От взаимодействия двух соперников трибуны взрываются с новой силой, а Чанбин взрывается в новом приступе негодования. Опять из-за выходки австралийской звёздочки они оказываются в центре внимания.       — Тебе понравилось? — спрашивает Феликс, и Чанбин впервые замечает живущие у него на лице веснушки.       В день знакомства их не было видно из-за макияжа, зато сейчас он может хорошенько рассмотреть это свежее чистое лицо. И как же бесит, что даже без косметики этот засранец все равно выглядит безумно красиво.       — Что? — заторможенно отвечает Чанбин, продолжает пялиться на дурацкие эфелиды.       А эти блядские розовые губы… Хочется провести по ним большим пальцем, надавить, оттянуть, может быть, даже укусить. А если представить их красными и распухшими… За подобные мысли Чанбину хочется ударить себя клюшкой по голове.       — Как мне делали минет? — ухмыляется Феликс, сильнее сжимая пальцами его плечо. И Чанбина бросает в пот оттого, что этот говнюк точно так же сжимал плечо девушки, стоящей перед ним на коленях и сосущей его член.       Вспышка ярости ослепляет, проносясь по венам обжигающей лавой, и Чанбин едва не теряет рассудок от желания разбить эту самодовольную рожу. Почему с этим парнем он постоянно находится на грани срыва?       — Сука! Какого хрена ты творишь?! — говорит он негромко, но так, чтобы стоящий рядом с ним "Тигр" точно его услышал.       — А мне понравилось. Особенно твой взгляд. — Феликс игриво подмигивает. — Захотел оказаться на её месте? — И, похлопав его по плечу, отъезжает к членам своей команды.       Чанбин до крови прикусывает щеку изнутри, чтобы привести себя в чувства. Получается плохо, откровенно плохо. По ощущениям, будто его столкнули в огромную, не имеющую дна пропасть, и он летит вниз, а стоящий на краю Феликс с улыбкой на него смотрит.       Он не помнит, что ответил подъехавшему к нему Хёнджину на вопрос: «Что он хотел?». Не помнит, как начался матч и как прошли первые два периода, в которых они продули по его вине. В перерывах Минхо имел его по самые не балуй, а он просто молчал и смотрел перед собой на лед. И только в третьем периоде благодаря Хёнджину они поднялись с колен и забили шайбу в ворота «Тигров».       — Ли Феликс сегодня просто настоящая машина! Он увел две шайбы у Чанбина и смог принести победу команде Тигров!       Единственное, что Чанбин запомнил в этом матче, — это ускользающая от него со скоростью света шайба и клюшка всё время снующего рядом с ним Феликса. Хотя нет, скорее он запомнил его ухмыляющееся лицо, на которое он без конца отвлекался и благодаря которому потерял над собой контроль. Произошедшее в раздевалке буквально свело его с ума.       Возможно, это была хитрая тактика Феликса Ли, а может, Чанбин просто неудачно открыл повстречавшийся ему на пути ящик Пандоры. Но как теперь быть и что с этим делать? Чанбин впервые в жизни чувствует себя настолько уязвимо.