Убежище

— Ты серьёзно?! — раздался со второго этажа возмущенный голос. — Никакой тебе ванны! — крикнул в ответ Баки, перекладывая яичницу на тарелку. На самом деле после озера он просто забыл вернуть всё как было, но признаваться не собирался. Гельмут спустился по лестнице медленно, прижимая руку к груди — выкашливать лёгкие при сломанных ребрах было больно даже с таблетками. Баки подождал пока Земо не займёт место у стойки, поставил перед ним тарелку с завтраком, чуть мазнул пальцами по тыльной стороне ладони барона. Тридцать восемь. Приемлемо. — В чём просьба? — проигнорировал подношение Гельмут. — Может ты сначала… — Не увиливай. Баки вздохнул и положил перед бароном планшет. Скрестив руки на груди отошёл, прислонился к столу. — Реши проблему. Земо перелистнул несколько страниц, поднял глаза на Барнса. — Думаешь, я не вижу, чего ты добиваешься? — Я бы разочаровался, если бы ты не видел. Гельмут положил руки на стойку, подался вперёд, внимательно вгляделся в лицо Баки. И вот он, впервые за прошедшее с озера время — тот самый взгляд. — Они ведь даже не догадываются, да? — хрипотца не смогла скрыть бархат голоса барона. — Что в тебе так много от Зимнего Солдата, потому что в Зимнем Солдате было много от тебя. Баки с вызовом вздернул подбородок, и Гельмут хмыкнул, выпрямился, кивнул на планшет. — Только это? И ты отстанешь? — Только это. И можешь хоть с крыши прыгать. — А почему проблемой не займётся ЩИТ? — Юрисдикция. ЩИТ не может вмешиваться в дела других стран. — С каких пор? — усмехнулся барон. — С подписания Заковианского соглашения. Земо фыркнул, но взялся наконец за вилку.

***

Следующие дни были похожи на время перед озером: Баки и Земо не особо взаимодействовали, несмотря на существование под одной крышей. Но уже к первому вечеру Барнс убедился, что Гельмут может сам справляться с бытовыми делами и не собирается проглатывать пузырек обезболивающего целиком. Ко второму — что температура барона держится в пределах тридцати шести-тридцати семи градусов. К третьему Земо стал уже не так равнодушен к миру — даже заметил таки яичную скорлупку в поданном Барнсом завтраке. Перед отъездом Баки ещё раз параноидально проверил, что вольво на ходу, что топлива для генератора хватит на месяц, а необходимых Земо препаратов так и на два. Но когда Баки покидал дом, кивнув на прощание пропадающему за ноутбуком барону, на душе всё равно было неспокойно.

***

Звонок раздался через месяц, Баки даже не удивился, что Земо раздобыл его новый номер. — Приезжай в дом, — прозвучало в трубке без приветствия и прощания.

***

В ожидании пока Гельмут спустится, Баки налил себе выпить, прошёлся по первому этажу, понимая, что ему не хватало спокойствия этого места. И даже купание в полынье не испортило очарование озера. Гельмут встретил его неприветливым взглядом, бросил на столешницу толстенную бумажную папку, сел за стол напротив Баки, откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди. Уже не такой худой, как в их последнюю встречу, но кольцо по-прежнему висело на цепочке на шее. Барнс пролистнул пару страниц, закрыл папку, отодвинул на край стола. Отзеркалил позу барона. — Проверять не будешь? — хмуро спросил тот. — Зачем. Если ты хочешь что-то уничтожить, то уничтожишь. — И не будешь больше меня останавливать? — Я же обещал, — пожал Баки плечами. Встал, подхватил куртку, в два глотка допил виски, отсалютовал Земо бокалом и вышел. Уже в машине Баки прижался лбом к рулю и просто сидел так пару минут. Гельмут был жив. В холодильнике была еда. После смерти семьи Земо жил, пока у него было дело: уничтожение ли Мстителей, предотвращение ли возвращения сыворотки, освобождение бывшего подчиненного или даже выхаживание еле живого волчонка, что барон сентиментально взял в дом. Баки играл грязно, когда выбирал о чем попросить Земо. Уничтожение организации по торговле детьми, до которой никак не мог дотянуться ЩИТ, показалось ему лучшим выбором. У большинства подобных организаций, как и у Гидры, при отрубании одной головы вырастали другие, и, чтобы выкорчевать такое до основания, требовалось куда больше месяца. Может целая жизнь.

***

Звонок застал Баки в его бруклинской квартире: готовить без присмотра Земо было сложновато, но Барнс потихоньку набивал руку. — Слушаю, — осторожно ответил он незнакомому номеру. — Ты втянул меня в это, — раздался приглушенный связью голос Земо. — Теперь помогай. Я пришлю координаты.

***

Когда на следующий день Баки выходя из самолёта окунулся в удушливую боливийскую жару, Земо уже ждал его в джипе на краю лётного поля. Баки закинул сумку на заднее сиденье машины, будто невзначай мазнув пальцами по загорелому предплечью барона. Почти тридцать семь. Хорошо. — Не старайся, — завёл Гельмут мотор, когда Баки занял своё место, — всё равно плохо получается. — Что не старайся? — Скрывать свою самодовольную ухмылку. Рад, что уловка сработала? Баки закусил губу. — Приятно же? — уточнил Земо не сводя взгляда с дороги. — Взять власть в свои руки? Самому стать хэндлером? — Я не… — Ты отправил подневольного человека решить твою проблему, — перебил его Гельмут. — Прекрасно осознавая, что решение будет далеко не мирным. Ты буквально натравил меня на неугодных тебе людей. Знакомо, не правда ли? — Это не… — Хочешь сказать, Гидра или Советы не считали свои цели благими? Барнс засопел. Барон умудрялся разбивать его доводы до того, как Баки успевал их озвучить. — Зачем я здесь? — Я засветился, и одного из моих людей перекупили. — Только одного? — А ты быстро схватываешь суть. — А мне ты доверяешь? — Людей, которым я доверяю, убить проще, чем тебя. И ты официально не в ЩИТе, никаких проблем юрисдикции. Почему сам этим не занялся? — Я занялся, — взял себя наконец в руки Барнс. — Поручил своему лучшему исполнителю. Гельмут впервые с аэропорта посмотрел прямо на Баки, усмехнулся. — А ты растешь, маленький волк.

***

Гельмут остановил джип около непримечательного деревянного дома. Перед тем как Баки вышел из машины Земо придержал его за локоть, одернул рукав длинной кофты, прикрывая металл, подтянул перчатку. Людей в команде барона оказалось всего двое: громила Роб, и больше похожий на технаря Алек. — Внутри восемь человек, — отчитался Роб, и только сейчас Баки заметил, что с этой позиции хорошо просматривается двухэтажный каменный дом, выделяющийся на фоне других неказистых построек. — Но автобуса нет. — На два дня раньше срока? — спросил Гельмут. — Какой у работорговцев вообще может быть установленный план, — пожал плечами Роб. — Через два дня отсюда должен был уехать автобус с десятью детьми, — потирая лоб пояснил барон Баки. — И сейчас у нас примерно четыре направления, куда он мог уехать. — И как узнать нужное? — Пойдём и спросим, — качнул головой Земо. Между воротами и нужной комнатой было всего семь человек, и благодаря своим людям Гельмут встретил только одного из них. Земо пробежал глазами по бумагам на столе, щелкнул кнопкой компьютера. — Значит ты тот мудак, что пытается развалить мой бизнес? — раздалось от двери. — Я много чей бизнес пытаюсь развалить, — пожал плечами Гельмут, перебирая чужие записи, даже не поднимая головы на звук взводимого курка. — Ты Рико, да? Подскажи, куда уехал автобус. Человек у двери шагнул ближе, направив дуло пистолета Земо в лоб. — Кто из моих конкурентов тебя нанял? — Что, прости? — На кого ты работаешь? — Я волонтёр. — Если ты думаешь, что я не прикончу тебя, потому что ты… — Ты не прикончишь меня, потому что стоишь слишком близко к окну, — улыбнулся Земо. Рико взвыл, получив пулю в плечо, уронил пистолет и упал на колени. Гельмут присел перед ним, отпихнул чужое оружие в угол. Вздохнул. — Мой снайпер лучший в мире. А ещё принципиальный, так что я уверен, твоя рана не только не смертельна, так ещё и не особо болезненна. Вот только, — Земо убрал руку Рико от расплывающегося на футболке кровавого пятна, — пока он доберётся сюда со своей позиции, я успею это исправить. Так куда уехал автобус? Баки оказался перед кабинетом Рико в тот момент, когда Гельмут вышел из него, тщательно прикрыв за собой дверь. — Я знаю куда ехать, — сказал Земо, направляясь к выходу. — А… — обернулся Барнс на кабинет. Гельмут остановился, полностью развернулся к Баки, внимательно вгляделся в чужое лицо. Ты буквально натравил меня на неугодных тебе людей — Если знаешь дорогу, то ты за рулём, — сдался Барнс. — Будто бы я пустил тебя за руль, — хмыкнул барон. Алек и Роб встретили их у машины. — Босс… Баки вздрогнул когда Гельмут походя, почти не глядя, выстрелил Робу в голову. — Значит не одного? — уточнил Барнс, садясь в машину следом за Алеком. — Не одного. — Какой теперь план? — осторожно спросил Баки. — Прежний, — хмуро ответил Земо, сдавая назад.

***

— Будешь на узкой неровной дороге останавливать автобус на ходу? — спросил Баки, глядя на упомянутый участок с небольшой возвышенности. — Может лучше я? — Выживай пассажиры при твоих навыках остановки движущегося транспорта, мы бы не познакомились. — Даже не знаю, о чём из этого я жалею больше. — Грубо, — хмыкнул Гельмут, шагнул ближе, наклонив голову к плечу. — Ты можешь и лучше. — Кхм, — обратил на себя внимание Алек. — Автобусу до точки осталось минут пять. Баки отступил и кивнул: для этой форы Земо гнал по окольными дорогам, по которым автобус проехать физически не мог, нельзя было её лишаться. Гельмут остановил автобус разыграв аварию. Даже через прицел винтовки Баки поверил, что это трагическая случайность и барону очень жаль. Когда из автобуса вышло трое, Земо дал отмашку и Баки быстро их устранил. Убедился, что у Гельмута всё под контролем, и покинул позицию, вскинув винтовку к плечу. Он успел сделать лишь пару шагов, когда почувствовал неясную тревогу. — Хель…! — крикнул он за секунду до закрывшей барона вспышки, -… мут… Когда Баки добрался до автобуса, то обнаружил взволнованно галдящих детей, Земо, потрепанного, тяжело дышащего, но живого, и четырёх мертвецов: тех, что снял сам, и Алека. Причём входное отверстие в голове Алека было характерно для оружия барона. Не одного, и не двух. — Гельмут… — Барнс потянулся было к Земо, от которого пахло горелой кожей и жженым волосом. Тот отступил, медленно, по одному пошевелил пальцами висящей плетью правой руки. — Кажется теперь ты за рулём, — хрипло сказал он. Баки накинул на плечи Гельмута куртку водителя, прикрывая ожог на спине, коснулся кожи на предплечье. Тридцать восемь. Твою ж мать. — Показывай дорогу.

***

Всё время, что Гельмут передавал автобус смуглой женщине, которую представил как Натали, работника правозащитной организации, Баки стоял рядом с ним. Барон периодически подтягивал левой рукой сползающую с плеча чужую куртку, но держался как всегда спокойно и прямо. Барнс пытался уговорить его обработать рану до переговоров, но Гельмут закинул в рот горсть обезболивающего и послал суперсолдата очень далеко. Тридцать восемь. Заканчивай уже формальности, тебе же больно. Тридцать девять. Гельмут, тебе нужна помощь. Тридцать девять. Земо, твою ж мать. Гельмут пошатнулся, когда автобус отъехал минимум на милю. — Нужно обработать твою рану, — сразу же потащил его в дом Баки. — Показывай. Земо оперся руками о стол, позволяя чужой куртке соскользнуть с плеч. — Блять, — выдохнул Барнс, только сейчас оценив масштаб травмы. Ожог пришёлся на спину, где куртка самого Гельмута и часть ремня кобуры почти вплавились в кожу от правой лопатки до шеи, уже покрывающейся волдырями и уходил выше, под опаленные волосы. — Нужно… Нужно очистить рану, — сглотнул Баки. — Так делай. — Будет больно, — предупредил Барнс. — Да неужели, — огрызнулся Земо. — Делай уже. Баки дёрнул ткань с раны резко, без предупреждения, и Гельмут взвыл несмотря на закушенный ремень. Барнс осторожно обработал ожог, заклеил стерильным пластырем, помог барону надеть новую рубашку. Всё ещё тридцать девять. Земо сгорбился, прислонившись к столу, снова внимательно проверил работу правой руки. — Гельмут… Барон кинул Баки ключи от одной из машин перед домом. — У меня ещё пара дел здесь. А ты уезжай. — Гельмут… Тридцать девять, блять. — Езжай, Джеймс, — повторил Земо с тем самым взглядом, и Баки подчинился.