Ангел хранитель

Эбби открыл глаза он, оказался в месте, которое поразило его своей красотой. Яркое оранжевое небо с золотистыми всполохами простиралось над ним, а под ногами, вместо привычной твердой поверхности, текла широкая, сверкающая река. Вода была настолько прозрачной, что можно было разглядеть гладкие камни на дне, освещенные мягким сиянием. Это было место покоя, полной гармонии, где каждый звук — шелест ветра, журчание воды — казался музыкой. Внезапно, среди этого великолепия, он увидел знакомый силуэт. Лана. Она стояла у самой реки, погруженная в свои мысли, ее светлые волосы развевались на легком ветру. Сердце Эбби сжалось от смеси радости и боли. Он шагнул к ней, и каждый его шаг по воде был легким, словно он ступал по воздуху. — Лана… — его голос звучал мягче, глубже, но в нем по-прежнему слышалась все та же дрожь, что и раньше. Лана медленно повернулась. В ее изумрудных глазах, которые он так хорошо помнил, появился проблеск удивления, а затем — глубокой печали. — Эбби… — прошептала она, и по ее щекам потекли слезы. Эбби бросился к ней, не в силах сдержать собственные рыдания. Он обнял ее крепко, чувствуя, как ее тело дрожит в объятиях. — Я так скучал, Лана! Я… я думал, что… — Я тоже, Эбби, — ее голос был полон боли. — Нас забрали так быстро… Но я рада, что ты здесь. Что ты жив… — Я… я тоже жив, — прохрипел он, — но я не могу понять… почему я здесь? Почему я не с тобой? — Потому что твоя судьба еще не окончена, Эбби, — сказала Лана, отстраняясь немного, чтобы посмотреть ему в глаза. — Ты должен защищать Баббл. Слова Ланы пронзили его, как острое лезвие. Увидеть ее, почувствовать ее тепло, а затем снова потерять… Но он знал, что она права. Он видел в ее глазах не только скорбь, но и надежду. — Я… я обещаю, Лана, — прошептал Эбби, вытирая слезы. — Я буду оберегать Баббл. Я буду ее ангелом-хранителем. Лана слабо улыбнулась, и в ее глазах снова заблестели слезы. Она прижала его к себе еще раз. — Я знаю, что ты справишься, Эбби. А теперь… иди. Баббл ждет. С этими словами, Лана начала растворяться в мягком свете, который медленно окутывал их. Эбби почувствовал, как его тело снова наполняется силой, но на этот раз это была не сила ангела, а теплое, живое чувство. Когда свет рассеялся, он оказался в знакомой комнате. Мягкий лунный свет падала из окна, освещая комнату, где на кровати, свернувшись калачиком, спала Баббл. Ее личико было спокойным, но Эбби знал, что мир вокруг нее полон опасностей. Он подошел к кровати и осторожно сел рядом. Его новая, более прочная сущность позволяла ему чувствовать ее уязвимость, ее страхи, но и ее надежду. Без колебаний, он обнял ее, укрывая своими крыльями. Он ощущал ее легкое дыхание, ее ровный пульс. В этот момент, он знал, что нашел свою истинную цель. Он защитит ее. Он будет ее светом, ее щитом, ее ангелом-хранителем. И в этот момент, он почувствовал, что нашел свое место. Эбби чувствовал, как прохладная вода реки ласкает его лодыжки, пока он смотрел, как Лана тает в золотистом сиянии, оставляя после себя лишь дрожащий воздух и аромат полевых цветов, который он помнил с их первой встречи. Его пальцы всё ещё сжимали пустоту, где мгновение назад было её тепло, и эта пустота жгла сильнее, чем любая рана в мире живых. Комната, в которой он оказался, дышала тишиной. Лунный свет струился сквозь тюль, рисуя на полу серебряные дорожки, и каждая пылинка в этом свете казалась звездой, упавшей с небес. Баббл спала, её грудь мерно вздымалась, и Эбби заметил, как её губы чуть шевельнулись во сне — возможно, она видела сны, где не было монстров, где не было страха, где была только безопасность. Он протянул руку, чтобы коснуться её волос, разметавшихся по подушке золотым ореолом, но остановился в дюйме от них. Его новая сущность пульсировала внутри, как второе сердце, и он чувствовал биение её жизни через кончики пальцев — каждый удар сердца отдавался эхом в его груди. — Я не подведу тебя, — прошептал он в тишину, и его голос звучал странно, словно эхо из другого мира. — Никогда.