Фестиваль цвета киновари

Fog Lake - Rainy Days

      Дождь лил не переставая уже тусклую неделю. Небо, покрытое серыми облаками заполоняло не только отражения в окнах, но и мысли, а продолжительная мигрень сдавливала голову в тисках, заставляла заскочить в аптеку перед работой за аспирином. Лакированные туфли ловко обходили лужицы, ноги быстро несли Самаэля через нелюдную улицу. В мыслях поселились только мечты о машине или выходном. Сроки горят, время девять утра, бумажный стаканчик с быстро остывающим горячим шоколадом неприятно отсырел. Мужчина достает из кармана дребезжащий телефон, со вздохом отвечая на звонок от начальства.       Вырваться из колеса одинаковых дней не получалось, как и написать действительно стоящую статью. Кажется, коллеги в офисе начинают раздражать только сильнее, а мигрень становится все мучительнее. Когда Самаэль забегает в здание, на ходу снимая белое пальто и приглаживая мокрые волосы, его сразу же подзывает в кабинет главный редактор. Тяжелый вздох, быстро пройденные стадии принятия, залпом допитый остывший шоколад, неприятной вязкостью оседающий на языке и пересеченный порог в кабинет. Пару минут мужчина стоял напротив стола, неловко дожидаясь, пока главный редактор закончит телефонный разговор. Он толком не вслушивался, всего себя отдавая рассматриванию интерьера, который мог нарисовать по памяти.       Дождь мирно барабанил по окну, создавая размеренный блюзовый ритм, слегка разгоняя напряжение в плечах. Закрытые плотные жалюзи не позволяли рассмотреть вид из окна, а холодный свет квадратных матовых ламп в потолке создавали болезненное ощущение сырости. — Так, Морнингстар, есть важное дело, которое мне стоит с вами обсудить. На следующей неделе открывается осенняя ярмарка в Хазбин Виллэйдж, нужно съездить, написать пару тройку слов, сделать фотографии. Обычно, туда ездит Кэтти, но она в прошлом году устроила скандал. Чудо, что наших журналистов еще ждут там.       Информация ударила в голову с новой пульсацией. Командировка не входила в планы Самаэля. Не то, чтобы у него вообще были планы, но отсутствие в городе на неопределенный срок создаст дискомфорт и жуткую тревогу. Взять с собой дочь, лишь бы скрасить свое времяпрепровождение в незнакомом месте он тоже не сможет, у той как раз началась учеба. Первый курс колледжа, поддержка для нее сейчас необходима, а его отправляют невесть куда. Да и неоконченная статья все еще проскальзывала в сознании часами, что он провел дома за ноутбуком во внерабочее время. — Подождите, а как же статья про модный показ? Я не закончил ее. — Том за нее возьмется, я его уже об этом предупредил, он согласен. — Но это же мой проект! Я взял интервью, написал уже больше половины стандарта. Это будет просто нечестно, у нас даже стиль написания разный. — Слушай, до начала ярмарки шесть дней. Продлится она две недели. Дорога и проживание оплачиваются. Если сможешь дописать статью до пятницы - прекрасно, если нет - передаешь все файлы и наработки Тому, тебя укажут как соавтора статьи. Все чеки с покупок билетов и со снятия номера в отеле сохраняешь и присылаешь мне фотографией, складываешь в конверт, потом передашь его лично мне в руки. После приезда тебе положена премия.       Голос начальника звучал сухо и строго, это был голос, не терпящий пререкательств и возмущений, точно холодный и четкий приказ. Журналист стоял, переминаясь с ноги на ногу и подминая жесткий ковер. Казалось, дождь начал барабанить по окну только сильнее, а свет ламп стал еще сырее, делая лицо человека напротив неживым. — Хорошо, сэр. Я постараюсь завершить статью. — Иди работай, Морнингстар, — тяжелый вздох сопроводил шум включающегося компьютера.       Самаэль вышел из кабинета и быстрым шагом направился в офис. Весь день его раздражение только возрастало, а нахождение поблизости Кэтти и Тома только поджигало новую партию керосина в душе. К вечеру, когда офис опустел, мужчина выпил четвертую таблетку обезболивающего и отписался дочери, что уже собирается домой. Нужно ее предупредить о скором уезде, возможно успокоить, по дороге забежать в магазин за сладостями. Пальто так до конца и не высохло, а дождь и не думал заканчиваться. Возможно, стоило переезжать в более южный штат, где солнце, тепло почти круглый год и рядом море.

Fog Lake - holy cross

      Улица встретила его ветром и холодными каплями, шумом проезжающих машин и запахом сырого асфальта. Быстрым шагом Самаэль направился в сторону дома, поворачивая на более спокойные улочки, пересекающие дворы и парки. Запахи сменились на более приятные, проникая в легкие отзвуками травы, листвы и свежести. Подходя к моллу, мужчина остановился ненадолго послушать уличных музыкантов. Подбросив им пару купюр, он вошел в магазин и быстрым шагом направился к отделу со сладким.       Прихватив для Чарли клубничное мороженое, а для себя карамельный сироп и несколько пачек горячего шоколада, он поспешил на выход. До дома оставались считанные шаги, стоило только пересечь улицу и пройти по узкой тропинке к подъезду. Рядом проехала машина, обрызгав его светлые брюки, от чего вырвалось недовольное цоканье. Но вот уже знакомый лифт позволяет откинуться спиной к большому зеркалу, расслабленно опуская плечи. Два щелчка дверного замка и радостный приветствующий крик дочери допустили мысль, что все не так уж и плохо. — Чарли! — выставил Самаэль руку вперед, не позволяя дочери обнять его, — Подожди, я весь мокрый. Дай сначала разденусь.       Объятия не заставили долго ждать. Сырое насквозь пальто висело на плечиках, убранное подальше, мужчина о нем даже и не вспоминал, стискивая в руках дочь. — Как сегодняшний день? По моему, ты сегодня должна была представлять презентацию, — быстро помыв руки, он направился на кухню. Голод пробирал до костей, скручивал живот и манил свернуться креветкой. Самаэлю понадобилось много воли, чтобы не скупить пол магазина. Много воли и напоминание, что зарплата еще не скоро. — Да, презентация прошла неплохо, я думаю? — Чарли звучала не очень уверено. Она поправила короткие домашние шорты, оттягивая их вниз. — Но мне поставили "отлично", не переживай! Я сейчас хотела пересмотреть "Сумерки", ты со мной?       Самаэль, не найдя ничего готового в холодильнике, решил, что глазунья с беконом - удачная перспектива ужина. Живот начал истошно бурчать, заставляя поторопиться с готовкой. — Спрашиваешь! Дай пять минут, я перекушу и присоединюсь к тебе. Там в коридоре пакет, принеси мне шоколад и сироп, мороженое можешь забирать.

Buddy Holly - Everyday

      Младшая Морнингстар просияла, быстро убежав в коридор. Самаэль же ушел в свою спальню переодеваться. Надев розовый свитер и пижамные штаны, он накинул сверху любимый халат. В квартире было прохладно, босые ноги быстро покрылись мурашками. Сделав себе пометку в голове, что нужно приобрести домашние тапочки, он направился на кухню. Пока жарился бекон, Чарли расспрашивала его о любимой диснеевской принцессе. Самаэль знал, что дочери нравится Тиана, но сам никогда не задумывался о том, кто нравится больше ему. Разбивая яйца на сковородку, он все таки пришел к выводу, что это Рапунцель. — Почему именно она? — Потому что она креативная, смелая, с мятежным духом и с крутыми волосами.       Вопросов к его выбору не было. Морнингстар даже думал, что, в каком то смысле, они с Рапунцель даже похожи. Пока Чарли рассказывала про успехи в колледже, глазунья была съедена, а молоко для горячего шоколада уже разогревалось. Мигрень уже полностью прошла, когда они вдвоем уселись на диван и включили фильм. Во время заставки старший все таки принес плед, чтобы укрыться. Смотря на короткие шорты и хлопковую футболку на дочери, ему становилось еще холоднее. На предложение укрыться вместе, Чарли отказалась. — Пф, ну и мерзни дальше.       Самаэль отпил горячего шоколада и устремил взгляд на экран телевизора. Он снова задумался о переезде. Мысли о нем все чаще приходили на ум в последнее время. Уехать от работы, от надоевших подлизывающихся знакомых, которые обсуждают за спиной, куда-нибудь подальше, в тихий городок, где нет суеты и высотных офисных зданий. А еще туда, где по ночам видно звезды. — Слушай, сколько у тебя длится учеба? Три года? — Четыре. — Как бы ты посмотрела на возможность переезда в другой город? В какой-нибудь небольшой, солнечный? — Пап, ты же понимаешь, что у меня здесь друзья, мама. С чего ты вообще захотел переехать? — Не знаю, просто захотелось чего-то нового. Ладно, не забивай свою светлую головушку.       Мысли о том, что Чарли не хочет переезда, отозвались червоточиной в груди. Когда Самаэль собирался стать отцом, он вычитал в книге, что дети должны сепарироваться от родителей. С этим он справлялся неплохо, как думал, но вот что делать, если он сам еще не готов сепарироваться от дочери? Мысль, что когда-нибудь у Чарли появится своя семья, и она будет меньше проводить с ним время, прозвучала глухим ударом. Он понимал, что жизнь дочери не зависит от него одного, но в глубине души кричало то темное нечто, что она - единственное его сокровище, которое хочется оберегать и держать при себе. Как он думал, неправильность этого желания плодило чувство стыда за собственный эгоизм и бессилие. Он сам не мог изменить свою жизнь, хотел, чтобы кто-то был рядом, так не страшно, так увереннее и безопаснее. — Сейчас появится Карлайл.       Фраза Чарли выбила Самаэля из тумана. Как только появился старший Каллен, он откровенно начал визжать, не стесняясь своей одержимости вампиром. Девушка была к этому готова: закрыв уши, она ехидно смеялась, смотря украдкой на своего отца. — С каждым просмотром твоя реакция не меняется. — Это же Карлайл! Ты только посмотри на него! Иногда я задумываюсь, я хочу быть им или с ним. — Мне больше нравится Чарли. И как Белла не замечает, что ее отец такой крутой? — Ха-ха, да...       Самаэль скрыл неловкий смех, отпивая шоколад. Нужно было собраться с силами и рассказать дочери о поездке, чем дальше затягивался диалог, тем сложнее было решиться. Он допил содержимое кружки и с тяжелым вздохом поставил ее на журнальный столик. Чарли с немым вопросом в глазах посмотрела на отца. — Пап, что-то не так? — произнесла она после небольшой игры в гляделки, где одна смотрела с беспокойством, а второй набирался смелости. Девушка взяла пульт и поставила фильм на паузу. В тишине квартиры Самаэль заметил, что дождь уже не барабанит по окну, уступая звукам проезжающих машин. — Слушай, мне по работе нужно будет уехать. Сама понимаешь, тебя взять с собой не смогу. Нужно будет ехать на границу штата, а я так бы не хотел уезжать так далеко. — Хорошо. А можно мне позвать подругу в гости, когда ты уедешь? — Чарли достала телефон и начала в нем что-то печатать.

flatsound - u wanted to look for help...

— Подожди, ты не обижаешься? Мы же всегда ездили вдвоем, а тут придется оставить тебя одну, я буду сильно волноваться.       Старший укутался в плед сильнее, чувствуя как начинают подрагивать ноги. Только он не знал: это от нервов или от холода. Девушка же посмотрела на него с недоумением. — Пап, мне уже семнадцать, я не маленькая! Можешь спокойно доверить мне квартиру. — Дело не в квартире Чарли, пойми, меня не будет рядом две недели как минимум. А если ты заболеешь? Или что-нибудь случится? Меня не будет рядом, чтобы помочь. — Я уже достаточно взрослая, чтобы оставаться одной, не переживай, я справлюсь. — После этих слов я вспоминаю прошлый июнь, — Самаэль ехидно улыбнулся, смотря на стремительно меняющееся лицо дочки со спокойного на шутливо раздраженное. — Я думала ты забыл об этом! Мне было пятнадцать и я извинилась! Хватит смеяться, папа!       В гостиной разразился бархатный хохот отца и дочери. Казалось, что мир остановился и остались только они вдвоем. Катилось бы все к черту: и этот гребаный журнал, и эта поездка, и недописанная статья тоже. Смотря на такую счастливую Чарли, Самаэль мог перетерпеть все. Взяв со стола кружку, он встал с дивана, снова поежившись от холодного паркета. — Пойду сделаю еще шоколада. — Знаешь, иногда меня пугает твоя гиперфиксация на еде. — Гипе...Фис... Что?       Чарли уткнулась в ладони, чтобы заглушить свой смех, на что отец только пожал плечами и ушел на кухню. Пока разогревалось молоко, он тихо нашептывал слова для собственного успокоения. Потерев виски кончиками пальцев, он закрыл глаза. Чарли и в правду уже не маленькая, поэтому не стоит сомневаться в ней. Как же в такие моменты не хватало Лилит. Она всегда знала что сказать мужу, чтобы тот не унывал. Слегка похлопав по щекам, Морнингстар убеждал себя не огорчаться. Он взял кружку с готовым напитком в руки и вернулся в гостиную. — Ты говорила, что хочешь пригласить подругу. — Да, — Чарли дописала сообщение и отложила телефон в сторону. — Я познакомилась с одной девочкой, мы с ней в последнее время часто общаемся, поэтому хотелось бы пригласить ее к нам. — Надеюсь, ты меня с ней как-нибудь познакомишь, — Самаэль снова укрылся пледом, но заметил, что былого холода он уже не чувствовал. — Конечно! Вэгги очень крутая, занимается единоборствами, легко понимает темы на парах. Иногда объясняет мне то, что я не понимаю. — Она мне уже нравится, — Мужчина отпил немного горячего шоколада и посмотрел на экран телевизора. — так на чем мы там остановились? — По моему на том, что они поехали на экскурсию. — Точно!

***

      Синхронное "спокойной ночи" отразилось в глубине дома, когда Самаэль достал свой телефон, чтобы поставить будильник на утро. В уведомлениях висело непрочитанное сообщение от начальства: дата, на которую нужно взять билет, в какой отель прибыть, что сказать для скидки. Так же были прикреплены ссылки на мероприятия и предыдущие статьи Кэтти. Читать ничего не хотелось, а среда наступит меньше, чем через несколько часов. В голове Морнингстара крутилось много вялых мыслей, они, словно крупные хлопья снега в новогоднюю ночь, медленно сводили с ума, а потом таяли, не успев прожить на земле и пары минут. — "Улыбайся, не доставляй беде удовольствия" — произнес мужчина вслух, потушив светильник на тумбе и смотря на такую яркую растущую луну. С глубоким вздохом, он прикрыл глаза и заснул.       Ночь была неспокойной, несколько раз Самаэль просыпался от тревожного ощущения падения, после чего долго лежал на спине, глубоко дыша. Несколько раз он ходил на кухню, чтобы налить стакан воды или ополоснуть лицо. Когда на улице начало светать, смысла засыпать уже не было, поэтому, захватив ноутбук и зарядку, мужчина вернулся на кухню. Что-то кричало в голове, не позволяло расслабить тело. Открыв окно, из которого сразу подул холодный утренний воздух, сырой, пахнущий туманом, он щелкнул кнопкой на чайнике и посмотрел на облака. Они лениво тянулись по небу, вдалеке смешивались с мутной дымкой, играли нежными оттенками розового с бархатным оранжевым.

Crywank - Deep Down

I`m American Werewolf

      Щелчок чайника отвлек его. Время четыре утра, радио станция тихо бормочет легкий фолк-рок и кантри, а чашка с чаем стоит возле прогружающегося на столе ноутбука. До выхода оставалось меньше пяти часов, которые Самаэль планировал провести над текстом. Забытое воодушевление охватывало разум, полностью давая погрузится в статью, которая стопорила всю его работу. Мысль о командировке кажется уже не такой уж и мрачной, скорее предвещала легкий трепет перед неизведанным. Когда Чарли проснулась, ее отец уже давно покинул стены дома.       Погода впервые за несколько недель радовала солнцем. Прогулочным шагом Самаэль шел вдоль улочек, постоянно останавливаясь и наслаждаясь теплыми лучами. В офисе еще никого не было, поэтому, сходив за порцией горячего шоколада, он принялся доделывать свою работу. Статья давалась удивительно легко, непривычное рвение закончить ее поскорее и приступить к долгожданной редакции окутывало все тело, проявляясь в покачиваниях ногой, тряске рук и сухостью во рту.       Последняя точка в работе была поставлена, все коллеги расположились за своими рабочими местами, все шутки и взаимные оскорбления Кэтти и Тома были произнесены. Перед редактурой Самаэль решил сходить на обеденный перерыв, перезагрузить голову и убрать замыленность в глазах. Встав с кресла, он поправил на себе вязаную розовую жилетку и направился к шкафу с верхней одеждой. — У нас, конечно, есть слабые звенья в коллективе, точнее сказать, одно конкретное звено, которое нарушает все сроки. Но не думаю, что главный редактор будет это долго терпеть, — услышал мужчина часть диалога коллег, выходя из офиса. Стыда у Киллджой не было никогда, именно это и делало ее хорошим журналистом, который всегда задает острые вопросы. Языком она владеть умела, но совершенно не знала человеческих границ. Самаэль толком не знает, что произошло в Хазбин Виллэйдж в прошлом году, но знает, что она вывела из себя кого-то очень важного. После этого инцидента ей запретили появляться на мероприятии.       На телефон пришло уведомление. Распахнув дверь и выйдя, наконец, на свежий воздух, Морнингстар направился в ближайшую пекарню. Горячий шоколад из автомата был противно горьким и совсем без добавления молока, от чего сухость во рту только ухудшилась. Достав свой телефон, он увидел несколько сообщений от дочери и одно с незнакомого номера.       Чарли желала доброго утра и просила не задерживаться на работе, так как сегодня они договорились посмотреть вторую часть "Сумерек". Самаэль быстро ответил и вышел из чата, не забыв отправить несколько стикеров с утками.       Сообщение от неизвестного, казалось, было бессмыслицей, состоящей из набора букв, разных символов и отдельно проскальзывающих слов. Четко читались только слова "совы, две сосны, красный, рога". Остальное казалось пустым шумом, не имеющим смыла. Решив ничего не отвечать, Морнингстар открыл стеклянную дверь пекарни, глубоко вдыхая чудесный аромат сахарной пудры, ванили и свежей выпечки.

***

— Ты уже заказал билеты, Люцифер?— спросил главный редактор. Он стоял посреди офиса, уже прощался со всеми присутствующими. Журналист посмотрел на начальника немного виновато, за что в ответ получил тяжелый вздох. — Самаэль. Мое имя Самаэль. А насчет билетов, я думал заказать их за день до отъезда, сэр. — За день до отъезда их может и не быть, дурень! Поедешь третьим классом или на автобусах!— смеялась Кэтти, собирая свою сумку и выключая ноутбук. Она процокала на каблуках к выходу из офиса и громко попрощалась со всеми. — Слушай, — продолжил главный редактор.— я понимаю, что у каждого своя жизнь, Морнингстар, всем бывает нелегко. Но это не должно отражаться на твоей работе. Может быть, журналистика это вовсе не твое.       Он похлопал Самаэля по спине, снова попрощался со всеми и начал идти к выходу. — А билеты закажи лучше как можно скорее. В Хазбин много кто приезжает отдыхать, так что отель тоже лучше бронируй заранее. Все, я ушел!       Мужчина потер глаза. Голова снова тарабанила болью, выбивая все нужные мысли. Решив, что доделает работу дома, он начал собирать вещи. Хотелось прогуляться, от этого Самаэль всем существом надеялся на то, что солнце все еще не покинуло город, скрывшись за облаками.

if i die in mississippi -

my friend Jay has a tatoo gun

      Толкнув дверь одной рукой, а другой поправляя лямку шоппера, в котором уместился ноутбук, журналист вышел на улицу. Солнце еще светило, радуя бледную кожу мягкими лучами. Доставая телефон из кармана, мужчина решил написать дочери с предложением "подышать свежим воздухом, возможно, сходить в книжный на углу". Чарли не отвечала несколько минут, после чего раздался звонок. — Чар-Чар, привет! — Хей, пап! Ты предложил прогуляться, прости, я сейчас с Вэгги. Мы с ней возле Тако Белл, захотели сходить перекусить весте, — помимо голоса дочери, слышался шум проезжавших машин и отдаленные голоса прохожих. — Хорошо, дорогая, я все равно передумал и сейчас направляюсь домой, не переживай! — громко произнес мужчина, скрывая за голосом небольшую ревность и обиду. — Точно? Ты не сильно расстроился? — Пф! Я вообще не расстроился, повеселитесь там! До скорого!— красная кнопка завершения звонка была нажата до того, как Чарли успела что-либо произнести. — Хорошо, что у нее есть друзья, Люцифер. Ты можешь гордиться своей дочерью.       Телефон был мгновенно убран в карман, а настроение потускнело. Посмотрев на пролетающих далеко в небе птиц, Самаэль мысленно себя успокаивал. Он делал так часто, разговаривал сам с собой, под нос бормотал оправдания для грубости окружающих, уверял себя, что у Чарли иногда и в правду нет времени, чтобы провести с ним вечер. Такие мысли он всегда объяснял своей эмпатией. "Я все понимаю, ничего страшного, у каждого бывает плохой день" звучало так часто, что Самаэль и сам верил в эти нелепицы.       Прогуляться он все-таки планировал, поэтому, быстро встряхнув мысли, направился в книжный. Пока благоволила хорошая погода, нужно было пользоваться. В книжном он пробыл недолго, открыл в телефоне список желанных непрочитанных книг, быстро отыскал любимое издание, немного постоял и повздыхал над подарочными дорогими экземплярами с иллюстрациями, расплатился и вышел. Небольшая книга с толстой корочкой комфортно умещался в ладони, книга с эксцентричной цветастой обложкой давно приглянулась мужчине, и вот, наконец, она принадлежала ему.       В голове стоял выбор между кафе с парклетом и небольшим парком, где часто играли уличные музыканты. Ноги сами повели Самаэля подальше от шумного центра, в место обитания его любимых уточек и уютных скамеек. Парк представлял собой небольшой сквер с деревянными мостками, низким неглубоким озером, которое поросло кувшинками. Вдоль тропинок располагались беседки и перголы с качелями.       Расположившись в более спокойной и неприметной части парка, Морнингстар отложил шоппер, уселся поудобнее, боком, кладя ногу на ногу и закидывая правую руку на спинку деревянной скамьи. Книга была сразу же раскрыта и начата.       Спустя двадцать минут умеренного увлеченного чтения телефон уведомил о новом сообщении. Снова какая-то бессмыслица, но в этот раз слова были другими. "Пирог, одноглазая, улыбающийся мешок". Но было и целое предложение: "Акула ходит сквозь стены".       Самаэль ничего не понимал, но ему стало очень интересно. Сообщение не было похоже на спам или рассылку, а ощущалось как что-то целенаправленное. Немного подумав, мужчина напечатал "что это значит?" и взглянул на время. Начинало холодать. Захватив свои вещи, он поспешил домой, сильнее запахивая свое белое пальто.       Пришло новое уведомление. И снова. И снова. Уже дома, переодевшись и включая ноутбук, он их прочитал. Поставленный кипятиться чайник начал громко шипеть, поставленная впопыхах стирка приглушенно отбивала барабанный ритм. Все по домашнему спокойно, как и должно быть, не хватало только Чарли с ее постоянной болтовней и неожиданными вопросами. Неизвестный номер: "Мне часто снятся странные сны" "Мой врач говорит, что ко снам нужно прислушиваться" "И я написала вам то, что должна была. Вы же Люцифер?" — Какого хера? — произнес вслух Самаэль. Звуки сразу же исчезли, уступив все внимание сознания паранойе. Но, быстро успокоившись, усмиряя покалывающую нервозность в кончиках пальцев, он смог ответить.

Самаэль Морнингстар:

"Вы знаете меня? Уверены, что не ошиблись номером?"

Неизвестный номер: "Я вас не знаю" "Ваш номер был в моем сне" "Все, в чем я уверена, что именно вы будете потерянным осколком"       С каждым сообщением становилось больше не по себе. Самаэль встал, чтобы налить себе чай, а когда вернулся, то увидел последние непрочитанные сообщения. Неизвестный номер: "Не верьте совам, они в акульей пасти" "Спрячьтесь под красной горой, там теплее" "Я почти решилась"

Самаэль Морнингстар:

"На что?"

      Но ответа не последовало ни через час, ни через два, когда Чарли вернулась с прогулки. Настроения смотреть фильм не было, поэтому Самаэль всего себя отдавал почти законченной статье. Ближе к ночи он отложил ноутбук, почистил зубы и лег в приятную мягкую постель. Сон почти обуздал его разум, но маленькая мысль, проскользнувшая на краю сознания, заставила подорваться с нагретого местечка. — Вот черт! Я забыл про билеты!

***

Nevasca - I Won`t Feel Anything

      В пятницу Самаэль ушел домой пораньше. В два часа дня, стоя возле своего шкафа, он отбирал вещи для своей двухнедельной поездки. Небольшой винтажный кожаный чемоданчик валялся распахнутый на кровати. Он уже был заполнен наполовину всем необходимым. Теперь же Самаэль выбирал костюмы на выход и повседневные удобные вещи. Из колонки играла расслабляющая музыка, окно было распахнуто, впуская свежий воздух и птичье пение в комнату. Поезд отправляется утром субботы, днем он уже прибудет в Хазбин. — Это слишком вычурно, в этом я буду выглядеть неуместно, — размышляя вслух, мужчина ловко бегал пальцами по вешалкам. — что если просто взять пару свитеров и пиджаки? Строго, но и комфортно.       Определившись на нескольких вариантах комбинации одежды, он все таки добавил парочку рубашек и растянутых футболок. В поезде он решил, что будет в белом спортивном костюме, а как приедет, то переоденется в привычную рубашку с розовым вязаным жилетом. Чемодан с небольшим усилием закрылся, щелкнули металлические застежки. — Что мне еще нужно? Ноутбук с зарядками в шоппере. Все для душа в чемодане. Ощущение, что я что-то забыл...       Хождение туда-сюда по квартире не дало никаких плодов. Только уже сидя рано утром в такси, которое подъезжало к вокзалу, его озарило, что надо было взять фотоаппарат. Камера на телефоне тоже подходила, но Самаэль считал, что "это другое". — Надо будет как заселюсь сходить в магазин. По-моему, отложенных денег должно хватить на камеру, — снова бормотал себе под нос. Расплатившись с таксистом, Самаэль направился к зданию вокзала. Погода, на удивление, была пасмурной. Осенью солнце казалось роскошью.       Уже расположившись на своем месте в небольшом сидячем вагоне, довольно приличном, как считал Морнингстар, он достал новую книгу и продолжил чтение, не обращая внимания на происходящее вокруг. Дальше только он, книга и легкое покачивание поезда.