Лисий хорёк с характером выдры.

После того злосчастного вечера, Гермиона проснулась с сухостью в глазах и острой головной болью. Ей казалось, что вчера было просто неудачное стечение обстоятельств, однако несмотря на все это, девушка рада была тому, что из своего привычного школьного графика она превратила рутинные будни в яркий всплеск воспоминания. Поднимаясь с кровати и зарывшись пальцами в непослушные и запутанные кудри, волшебница зевнула и повернулась в сторону кровати Джинни. Кровать была идеально заправлена со вчера, значит её не было. Не ночевала. А где тогда она могла быть? Решив не терзать себя вопросами и мыслями о худшем, Грейнджер присела у тумбочки и принялась наводить порядок. Так как официально их еще не выпустили, Гермиона переоделась в школьную форму и отправилась вниз, прямиком в Большой Зал. В помещении стоял гул и шум. Многие студенты сидели друг с другом, независимо от их эмблемы факультета на груди и улыбались. «Хоть для кого-то выпускной прошёл с приятным моментом.» — подумала она, не спеша двигаясь в сторону Поттера и Уизли. Присев, она опустила карие глаза на содержимое тарелки и удивилась ещё раз. Действительно, праздник такой, что даже еда совершенно другая. Более праздничная что-ли. — Гермиона, как ты? — обратился к ней Гарри, обрывая диалог с Роном. — Все в порядке. Спасибо. — ответила девушка, черпая ложкой ванильный пудинг и отправила в рот. — Я слышал..., что ты вчера с Малфоем.... сцепилась.... — Поттер осторожно делал паузы в предложении и внимательно следил за реакций подруги. Он знал, что при упоминании этой фамилии, триггер срабатывал у всего их Золотого Трио. Особенно у Уизли. — Пустяковое дело. — отмахнулась Гермиона, уминая весь сладкий десерт. — Но я слышал другое, что вы вчера играли в игру какую-то, и он тебя задел, а потом ты... — Так, хватит. — она повернулась к нему, держа ложку как боевой предмет. — Не лезь в мои дела, ясно? — отодвигая недоеденный пудинг, девушка встала изо стола, чем привлекла внимание со стороны слизеринцев. А точнее, Теодора. После вчерашнего он думал о ней. Он понимал, что Малфой переборщил, но и встать на защиту тоже не мог. Нет, не из-за предрассудков, а то, что Грейнджер не поймет этого рыцарского жеста. Однако, в глубине души он хотел и желал, чтоб Гермиона хоть чуточку обратила внимание и поделилась всем тем, что у неё происходит. Ведь Тео это просто клубок надежности, расслабления и спокойствия. Проводив её взглядом до выхода, он подорвался изо стола. Драко, Блейз и Пэнси перевели взгляд. — Нотт..? — Тео, ты куда? — Кудрявый! Три вопроса бросились ему в спину, но Тео уже шёл на пути из зала. Выбегая и выслеживая взглядом женскую спину с кудрями до лопаток, он последовал за ней в библиотеку. Гермиона поприветствовала мадам Пинс, а затем прошла вдоль стеллажей. Выбрав нужную книгу, она уселась в отдаленный угол этого помещения, но именно там четко и ясно падал луч света, создавая картину для чувственного художника. Нотт улыбнулся женщине и скрылся неподалёку от стола за которым сидела гриффиндорка. Создавая вид, будто он что-то выбирает, он внимательно следил за тем, как она задумчиво кусает губы, теребит прядь волос, а её ноги скрещиваются каждый раз, когда она хмурит брови. Эти детали заставляли слизеринца ещё больше иметь к ней доступа. Ему нравился её ум, рассудительность, стратегическое мышление, и самое главное то, как играет роль серого кардинала в их легендарном дуэте. Каждый раз видя её там, он удивился, что такая как она забыла в их составе. А еще эти разговоры между о том, что она встречается с Уизли. Это единственное чему он задавал вопрос. Долго выбирать не пришлось, поэтому вытащив какой-то фолиант, он направился к ней. — Можно? Она оторвалась от своего чтения и взглянув исподлобья, нахмурилась прикрыв книгу. — Ты где-то здесь видишь ещё одно свободное место? Он усмехнулся. Это было ожидаемо с её стороны. Он был готов. — Посчитал, что одна голова хорошо, а две лучше. Все таки то, что читаешь ты может помочь в прочтении этого. — и поднял руку с выбранной книгой, демонстрируя обложку. — Как распознать темную магию и предотвратить её появление? — она с укором вздернула бровь и подавила в себе смешок, рвущейся наружу. Обратив внимание на название и закатив глаза, он понял, что ошибся несмотря на то, что он не выбирал ничего конкретного. В чем был плюс Тео, так это еще в том, что он мастерски выходил из неловких ситуаций как и сейчас. Положив книгу на стол и беря стул из другого стола, он присел рядом, поясняя свой выбор. — Так именно. Вдруг кто-то овладеет тёмным могуществом, а мы будем уже знать как и что за этим последовало. — он улыбнулся. — Не думаю, что кто-то в силах перебить мощность и понизить уровень социального развития двух легендарных магов столетий лишь для того, чтоб не повторять чьих-то ошибок. — пояснила она, бросая равнодушный взгляд на книгу. Нотт закатил глаза. — Тебе говорили, что ты слишком умная, чтобы учиться в Хогвартсе? — Множество раз. — А, например то, что даже умные люди могут ошибаться? — Постоянно. Но я верна только своим расчетам, а они никогда меня не подводят. — Ум не всегда является средством решения, а вот сердце имеет источник к лучшему исходу событий. Анализ – это вечный поиск истины и корня проблем, который задает свою траекторию движения, а сердце... Сердце просто живёт и понимает, что сейчас нет места разуму и нет места анализам. Есть только ощущения и ты. Грейнджер замерла. Она подняла глаза от книги и перевела их на Нотта, который сидел и светился как лампочка. Он не улыбался, но она почему-то чувствовала это. Впервые она могла ощущать, как слизеринец ей улыбался, пусть и скрытно. Она не могла долго держать лицо, поэтому после слов сокурсника, она позволила себе небольшую улыбку. Теодор принял это как выигрышную позицию и раскрыв книгу на другой странице, принялся увлеченно рассказывать о том, что там пишется. Как лично он видит это, какие мысли возникают при виде того, что там описывают. Иногда у них шла активная дискуссия и Грейнджер в своей манере формулировала всевозможные доводы и аргументы, а Нотт слушал, делал поправки, но никак не вступал в спор или соперничество. Как это делал, например, Драко. Его только от одной мысли корежило и одновременно восхищало, что она в некоторых моментах была впереди него. — Ты потом чем будешь заниматься? — спросил кудрявый, закрывая книгу. Гермиона на секунду задумалась. — Я в принципе всегда себе нахожу занятие. Может проведу ещё час здесь, а после подышу свежим воздухом. — Я могу составить тебе компанию? — Тео поправил свой галстук, а после и вовсе снял повесив просто себе на шею. — Да, конечно. — согласилась девушка. — Только без своих сюрпризов, Нотт. — уже чуть строже добавила она. — Обижаешь, Грейнджер. — улыбаясь и поднимаясь с места, он берёт книгу. — Я тогда пошёл. Я пошлю тебе Патронуса. — подмигнув, волшебник положил фолиант на место, а после покинул библиотеку. Гермиона осталась одна и обдумывала эту произошедшую ситуацию. Как так выходит, что обучаются на одном факультете, а сложение ума у всех разное? Может действительно Тео не так уж и плох? По крайней мере, он отличается от своих друзей. Эта мысль грела иллюзорное восприятие волшебницы и давало ей росток для заполнения внутри её хрупкой и нежной души. Через несколько минут, гриффиндорка и сама ушла из библиотеки, оставив легкий шлейф их разговора. Она шла вдоль коридоров и всерьёз задумалась о владении патронуса. Может Теодор станет её ключом к его вызыву? Кто знает как повернется ситуация и что будет, если это станет оправной точкой и потоком вдохновения. С этой мыслью, девушка отправилась на поиски Поттера. Найти его не составило никакого труда. У них была тренировка перед матчем со Слизерином. Во главе двух ловцов был сам Малфой и Гарри, который находился неподалёку от трибун Когтеврана. Гермиона бесшумно прошла вперед и уселась на лавочках, молча наблюдая за игрой. Это было увлекательное зрелище, но в то же время не имеющее для неё ничего логичного. Какая-то группа спортсменов перекидывается мячиками, а потом при поимке снитча получает 150 очков. Несколько участников команды занимали свои позиции в том числе и Рон, находясь около врат колец, где вот-вот должен был залететь мяч от соперника. Поттер и Малфой гонялись по всему полю, чтобы поймать этот проворный снитч, но внезапно кто-то из них упал на землю. Грейнджер в ужасе встала с места и понеслась туда. Это оказался Гарри, упавший с метлы. Девушка присела к нему и обхватив за руку, осторожно приподняла его. — Гарри, ты как? Дышать можешь? Ходить? — Вот кого кого, а личного лекаря для очкастого я ожидать не мог. Что, Грейнджер, не выдержало девичье сердце и ты решила помочь бедняге? А как же нищеброд Уизли? Отпелся? — Малфой держался на метле рядом, но с небольшой дистанцией, наблюдавший за тем, как их подруга аккуратно тащит друга и помогает с ранами. Он почувствовал внутри укол ревности и обиды, что ему не познать прелести заботы и внимания с её стороны. Его обходила Паркинсон, но она делала это без сострадания, а лекари Больничного крыла от необходимости. Но вот Грейнджер... Она подходила к этому с волнением и трепетом. Боясь, что он себе что-то повредит. Разве что мозги, и то если есть они там. Не став терзать окончательно свою душу, он отвернулся лишь на время, скрывая свою внезапную уязвимость. Вновь повернувшись, он бросил едкое: — Не забудьте потрахаться на этом поле. — и улетел, а после скрылся в раздевалке. Команда Малфоя ушла вместе с ним. Тренировка закончилась, а Гарри с Гермионой сидели в Больничном крыле. Ему обработали рану, а после начали перевязку и между этим она поинтересовалась. — Гарри, что с обучением патронусом? Поттер перевёл взгляд и приподнял брови. Она закатила глаза, а после кивнула. Поправив кривые очки, он с энтузиазмом отозвался на её вопрос. — Мы можем завтра начать, если хочешь. Я рад, что ты согласилась заниматься этим. Мне приятно, что ты поддерживаешь, так ещё и сама пытаешься. Спасибо, Гермиона. — он неуклюже попытался обнять. Гриффиндорка неуверенно кивнула и обняла в ответ. — Ты на ужин идешь? — спросил её Гарри, когда почувствовал, что процедура окончена. — Не знаю пока. Я хотела прогуляться немного. — Свою компанию не предлагаю, но ужин возьму тебе. Вдруг захочешь. — Спасибо, Гарри. Раз ты в порядке, то я пойду. Обнявшись, друзья разошлись по разным сторонам. Гермиона как и планировала с самого начала, отправилась на прогулку. Местом отдыха стало – Чёрное озеро. От него веяло прохладой и свежестью. То, что нужно, учитывая какие градусы набирает её тело и мозг. Выбираясь из замка и надевая мантию поверх школьной формы, она направилась к нужной локации. Тем временем, Тео в спальне активно собирал сумку, накладывая несколько книг, пергаментов, еды и палочку. Вдруг что. За этими сборами его застал Малфой. Опираясь об косяк, он с усмешкой бросил ироничную реплику. — Дай угадаю: нашему гению вновь взбрела какая-то дурная мысль и он решил её исполнить? — У меня встреча. — ответил Тео, закидывая последний предмет. — Очередная карамельная особа, которая поклялась любить вечность? Как старомодно, а главное приторно и банально. — он прошёл вперед, усаживаясь на кровать. — К твоему сожалению собеседник достаточно умный и перспективный. Мне с ней интересно, и я был большим глупцом, что не замечал ее раньше. — накинув ремень на плечо, он направился к выходу. — Ставлю сто галлеонов, что этот "собеседник" как ты выразился, станет такой же как и все до нее. То есть, ванильной сучкой, которая только от одного твоего имени будет течь и просить жалобно об акте слияния души и тела. — он рассмеялся. Нотт остановился, а затем развернулся. — Я уже спрашивал себя или тебя почему я до сих пор с тобой общаюсь? — с прищуром спросил он. — Да, на днях буквально. — скучающее ответил Малфой. — Тогда потрудись найти ответ на этот вопрос, а мне пора. — повернувшись и хлопая дверью, Теодор ускорил шаг, направляясь на встречу. Выйдя на улицу во внутренний двор, он взял палочку и взмахнув, вызвал патронуса лисы. Сказав пару слов, телесный дух полетел прямо к адресату, а сам владелец неспеша пошёл к Чёрному Озеру. Гермиона гуляла вдоль озера, пиная песок и мелкие камешки. Иногда поднимала и бросала специально в воду. Она крутила в голове очень много мыслей, но не могла ни за одну зацепиться. Эти дни ярко присутствовали в её жизни, что выбивали из привычной колеи. А тут ещё Тео нарисовался. Дойдя до середины, она неожиданно присела на землю и провела ладонью по прохладной поверхности как вдруг... К ней подлетела лиса и начала крутиться вокруг неё, а через секунду опустившись рядом открыла рот, передавая недавние слова. Грейнджер застыла в изумлении, а затем повернулась через плечо, увидев силуэт идущий к ней. Поднявшись, она прищурилась и снова обратила внимание на место рядом, но телесного духа уже не было. Когда слизеринец подошёл, он протянул ей рюкзак. — Нам будем интересно провести этот вечер, Гермиона. — делая акцент на её имени, она впервые за местонахождение здесь улыбнулась. — Все таки без сюрпризов ты не умеешь, да, Тео? — она копалась в сумке, поочерёдно доставая все, что он собрал. — Я не я, если буду предсказуемым. Вы гриффиндорцы тоже далеки от спокойной размереной жизни, поэтому какие-то противоположности должны притягиваться. Гермиона рассмеялась. — Так, и что же у нас сегодня на повестке вечера? — присев обратно и приняв позу лотоса, уперев ладони в колени, она внимательно следила за его действиями. — Поговорим о философии и социологии человечества под бутерброды? — он протянул ей вкусный и пышный бутерброд. Приняв его и рассмотрев со всех сторон, волшебница приподняла брови услышав тему диалога. — Ты всерьез хочешь поговорить об этом? Со мной? — Конечно. Ты единственная, кто поймет мои мотивы и желание улучшить шаткое положение в магическом мире. — И что же тебя волнует? — гриффиндорка сделала надкус и прикрыла глаза. — Вкусный. Сам делал? — Эльфов попросил. Уж прости, Гермиона, но это их работа. — он виновато приподнял взгляд и надкусил следом. Она промолчала, но махом пальцев напомнила о предыдущем вопросе, сопровождая звуком "ммм". — Не то, чтобы меня это волнует, скорее вызывает интерес и любопытство. Вот ты, ты можешь себя охарактеризовать без наценки общества? Без критики, без диктатуры и всяких подобных ярлыков, которые ты в носишь на себе все 7 курсов. Грейнджер перестала жевать и уставилась на Нотта. Этим вопросом она задавалась давно, но сама для себя ответ знала. Все её успехи и достижения построены лишь на том, чтоб доказать всему волшебному миру, что она как маггл, родившийся без привилегий достигла всего сама. Упорным трудом и силами, а по итогу получала только оскорбления и принижение за социальный статус и положение в ячейке общества. Тео повезло, Гарри чуть-чуть, если не учесть его близкую смерть, но ни ей. По крайней мере так казалось до этого правдивого провокационного вопроса. Тео не торопил, но терпеливо ждал ответа. Он непринужденно поедал бутерброд, пока Гермиона собиралась с мыслями. В итоге, положив остаток хлеба с овощами и вытерев руки, она вздохнула и поддавшись вперед для удобства, начала монолог. — Знаешь, я привыкла к тому, что я нулевой элемент в истории волшебства. Однако, это открывает мне кучу возможностей и потенциал к большому росту. Меня считали кем угодно, но не умницей кроме родителей, которые знали мои успехи с первого курса. Каждый третий волшебник считает себя уникальностью и прирождённым лидером в искусстве магии, а я просто девочка, которая по случайности вклинилась в этот строй и взяла на себя ответственность. Или как говорят маггловские психологи «Синдром самозванца». — Кто? — непонимание отразилось на физиономии Тео. — Синдром самозванца. Это расстройство, которое живёт в человеке и считается, что все к чему он пришёл – незаслуженно, или не признано должным образом. — То есть, ты знаешь, что о тебе говорят, но продолжаешь доказывать, что достойна гордо носить звание волшебника несмотря на статус? — Если ты трактуешь так, то да. Я всегда считала и считаю, что магия доступна каждому кто хочет ею владеть. Главное стремление и дисциплина и тогда все получится. — Черт, вот это манифест потенциала. — смеясь отреагировал Нотт, отряхивая ладони от крошек. Грейнджер взяла остаток и впиваясь зубами, вскоре доела его и решила, что теперь её очередь задавать вопросы. — Скажи, Тео, а в вашей компании ты один избирательный или у всех заложен чип о "правильности" выбора в жизни? Слизеринец пошарил в кармане и нащупал сигареты. Переведя взгляд и молча спрашивая разрешение, она кивнула, а он подкурив, заговорил. — Я просто решил, что это не та жизнь, которую я хочу и которую мне выбрал отец. Да, мы дети Пожирателей, у нас не было выбора отказаться. — он заметил морщинку возмущения на бровях Гермионы и торопливо продолжил. — Нет-нет, ты не спеши отчитывать. Его действительно не было. По крайней мере у меня, да и у других тоже. Во времена Тёмного Лорда, если ты помнишь, то весь штаб Пожирателей был там и убивали каждого кто посмел выдвинуть протест. Я просто переждал бурю, а теперь я волен решить и выбирать, что мне делать дальше. Это не трусость, Гермиона, это просто грамотная расстановка времени и приоритетов. Я понял, что лучшее время для жизни – это спокойный эпизод здесь и сейчас. А еще я рад, что, наконец-то, мне удалось провести с тобой вечер. После слов сокурсника, Гермиона задумалась. Она никогда не была вовлечена в жизнь других людей, а особенно в жизни своих сокурсников чьи отца без разбору убивали и служили Волан-де-Морту. От этих мыслей и воспоминаний её передернуло и она сильнее закуталась в мантию. Этот жест не ускользнул от Тео и он сняв с себя, набросил сверху свою протянул руку. — Пойдем, здесь становится прохладно. Кивая и вкладывая свою ладонь, она подхватывает его сумку передав ему и они вместе идут в сторону школы. Дойдя практически до входа, на пути им встречается Малфой. — Так-так, что тут у нас? Заучка и наш непризнанный гений. Что, Грейнджер, Поттер настолько плох, что решила использовать свои чары на Нотта? — он скривил губы и перебросился на друга. — Так о ней шла речь? Ты с ней ходил на прогулку? Нотт, ради Салазара, я знал, что ты блядун, но не догадывался, что настолько. — Малфой, заткнись. — устало прокомментировал Тео, крепче сжав ладонь девушки,которая хотела поскорее уйти. Драко бросил взгляд на их переплетение рук и его взгляд поменялся. Он резко подошёл почти вплотную к Нотту. — Тео, ты бошкой ударился? Ты знаешь с кем ты гуляешь? — блондин не стеснялся в выражениях, говоря специально и открыто. Он знал, что сказать, а особенно сейчас. — Ты потом не оберешься соплей и слез, а я в тебе с роду успокоителя не видел. — Не вижу смысла это обсуждать. Если это все, что ты хотел сказать, то нам пора. И да, если ты не готов принимать мой выбор, то нам больше не за чем быть друзьями. После этих слов, Теодор обошел с Гермионой Малфоя и решительно пошёл вперед. Драко стоял и сжимал кулаки, но в последствии повернулся и бросил ему: — Ты ещё попомнишь мои слова, Нотт! — но те уже скрылись. — Черт! Черт-черт! — пнув какой-то камень, Драко присел на лавочку осмысляя увиденное. Кто угодно мог крутить с Грейнджер, но Теодор... Он не мог себе представить, что такой как он мог спеться с ней. А с другой стороны, они ведь до боли похожи. Что один зубрежник, что вторая. Встретились два умных одиночества. Но эта перспектива его не радовала почему-то. Он чувствовал, что это неправильно, но не мог объяснить. Он хотел видеть её эмоции, он хотел быть только в ее голове, душе и сердце, даже если это ненависть, но зато только он. Но не Тео. Подняв голову вверх и смотря на звезды, Малфой просчитывал в голове миллион способов и ситуаций, чтоб исправить это недоразумение. Теперь ему ничего не стоило, чтоб разрушить эту прекрасную идиллию и спасти лучшего друга. Либо сам Драко, либо никто. Не став засиживаться до позднего вечера, слизеринец пошёл в замок. Пройдя в спальню, он заметил, что друг уже в своей кровати. Ага, значит они уже разошлись. Бросая на него взгляд, он залез под одеяло и вскоре уснул. Мысли о завтрашнем дне грели лучше, чем любой качественный огневиски.