Навсегда

Штаб «Голубой розы» встретил её привычным ароматом цветов. Не резким, не навязчивым — мягким, едва уловимым, как дыхание сада после дождя. Он поднимался из внутреннего двора, где росли десятки роз, переплетался с запахом бумаги, чернил и холодного камня, из которого было сложено здание. Белый камень стен отражал дневной свет так, что коридоры казались почти сияющими. Высокие арочные окна пропускали внутрь полосы солнца, и пыль в воздухе медленно кружилась в этих лучах. Где-то звякнуло оружие. Где-то тихо рассмеялись. Кто-то спорил над отчётом. Всё было привычно. Чётко. Организованно. И всё же, когда двери главного зала открылись и внутрь вошла Шарлотта, разговоры оборвались почти одновременно. Не потому что так было приказано. Просто… так происходило всегда. — Капитан вернулась. Это сказала тихо одна из младших рыцарей, и её слова словно прошли по залу волной. Несколько девушек быстро поднялись со своих мест. Кто-то выпрямился, кто-то поспешно сложил бумаги. Даже те, кто сидел дальше у окна, невольно обернулись. У дальней стены резко поднялась высокая фигура. Сол почти вскочила со своего места так быстро, что ножка стула глухо скрипнула по каменному полу. — Сестрица! В её голосе прозвучала неподдельная радость, почти детская, и на секунду строгая атмосфера зала треснула. Шарлотта прошла внутрь спокойно, не ускоряя шаг. Плащ с эмблемой отряда мягко колыхнулся, когда она остановилась у длинного стола. Золотые волосы были собраны в строгую причёску. Ни одна прядь не выбивалась. Ни один жест не был лишним. Она на мгновение посмотрела на Сол — и в её взгляде мелькнула почти незаметная мягкость. — Начнём отчёт. Голос прозвучал ровно. Как всегда. Сол немедленно выпрямилась ещё сильнее, словно сама фраза была приказом. *** Работа началась мгновенно. Карты развернули на столе. Пергамент зашуршал. Перьевые ручки заскользили по полям заметок. — Южная граница спокойна, капитан. — Патруль у северного перевала заметил следы магии. — Возможно, остаточные после последнего нападения. — Когда именно? — спросила Шарлотта. — Три дня назад. Её пальцы скользнули по карте. — Сколько человек было в патруле? — Пятеро. — Магический след подтверждён? — Да, капитан. Вопросы следовали один за другим. Чётко. Логично. Ни один не был лишним. Она слушала внимательно, иногда делая короткие пометки на полях карты. Её лицо оставалось спокойным, почти бесстрастным. Сол стояла чуть в стороне от стола, скрестив руки на груди, и слушала с тем сосредоточенным выражением, которое появлялось у неё только во время серьёзных обсуждений. Она всегда гордилась этим моментом. Когда её капитан — её сестрица — управляла всем залом одним спокойным голосом. Она слушала, как Шарлотта задаёт вопросы, делает пометки, спокойно распределяет задачи — и каждый раз в груди появлялось знакомое чувство. Гордость. Когда собрание подходило к концу, одна из рыцарей — та, что обычно не боялась говорить вслух то, о чём остальные лишь переглядывались, — осторожно кашлянула. — Капитан… — начала она, — мы тут подумали… может, стоит снова… ну… попробовать? Шарлотта подняла взгляд. — Попробовать что именно? Девушка замялась, но её поддержали взгляды остальных. — Капитана Ями, — сказала другая. — У нас есть новая идея. На этот раз без… лишнего давления. Просто совпадение миссий. Случайная встреча. Сол резко выпрямилась. — Чего?! Её голос прозвучал громче, чем следовало. Несколько девушек вздрогнули. — Вы снова за своё?! Она шагнула вперёд, нахмурившись. — Зачем вообще это обсуждать?! — Сол… — тихо попыталась успокоить её одна из рыцарей. Но та уже распалилась. — Этот грубый, ленивый… — она резко замолчала, бросив взгляд на Шарлотту, — этот… капитан Ями не заслуживает сестрицы! Она скрестила руки ещё крепче. — Если он до сих пор ничего не понял — значит, ему и не нужно. Зал на секунду замер. Шарлотта тоже замерла. Всего на мгновение. Потом выпрямилась. — Не нужно. Ответ прозвучал спокойно. Даже мягко. Но он остановил разговор так же надёжно, как приказ. Сол чуть повернула голову в её сторону, и в её взгляде мелькнуло что-то похожее на облегчение. В зале стало тише, чем обычно. — Почему? — вырвалось у кого-то слишком искренне. Шарлотта провела пальцами по краю карты, выравнивая пергамент. — Потому что нет смысла стучаться в закрытую дверь. Она не повышала голос. Не звучала резко. Это было не решение, принятое сгоряча. Это было "принятие". Сол медленно кивнула. — Именно, — тихо сказала она, почти ворчливо. — Пусть сам разбирается, если такой глупый. — И… — Шарлотта сделала паузу, — лучше перестать мелькать у него перед глазами. Иногда уважение к себе важнее, чем надежда. Сол на секунду сжала кулак. — Сестрица права. Она посмотрела на остальных строго. — Мы не будем бегать за этим… — она снова остановилась, — капитаном. Девочки переглянулись. — Капитан… — тихо сказала одна из них. — Мы просто хотели, чтобы вы были счастливы. Шарлотта посмотрела на них. И на мгновение её взгляд стал мягче, теплее. — Я знаю, — сказала она. — И я благодарна. Правда. Давайте теперь сосредоточимся на работе. Сол тихо выдохнула. — Конечно, сестрица. *** Позже, когда зал опустел, Сол задержалась у двери. Она посмотрела на Шарлотту, стоящую у окна. Хотела что-то сказать. Но потом лишь тихо пробормотала: — Если он действительно такой идиот, что не замечает тебя… Она отвернулась, сжимая кулак. — Тогда он просто тебя не достоин, сестрица. И вышла. А Шарлотта ещё какое-то время продолжала стоять у окна, вглядываясь в даль. Где-то там мог быть он. Или мог не быть. Она выдохнула и развернулась. "Лишний раз без надобности", — подумала она, — "не нужно". *** Поле боя давно исчезло из виду. Трещины в земле затянулись молодой травой, разрушенные стены восстановили, а шум войны постепенно растворился в обычной жизни королевства. С тех пор прошло несколько месяцев. Слишком много, чтобы люди продолжали говорить о каждом ударе той битвы, но слишком мало, чтобы память о ней успела поблекнуть. Некоторые вещи просто оседают глубже. Например — усталость. Или слова, сказанные однажды слишком тихо. Башня Короля магов как и прежде встречала шумом и привычной суетой. Высокие окна пропускали холодный дневной свет, который падал на длинный стол совета. Каменные стены отражали голоса капитанов, делая разговоры чуть громче, чем они были на самом деле. Несколько карт уже лежали развернутыми. Метки магических отрядов были расставлены по границам королевства. Шарлотта вошла в зал собраний капитанов вовремя, как и всегда. Форма сидела безупречно, осанка — прямая, лицо — спокойное. Всё было на своих местах. Кроме неё самой. Она почувствовала его ещё до того, как увидела. Это было не магическое давление — к такому она давно привыкла. Скорее… присутствие. Тяжёлое, уверенное, слишком знакомое. Сердце отозвалось раньше разума, сбившись с ритма, будто тело само узнало опасность. Ями Сукехиро по обыкновению устроился на соседнем от неё месте, сложив руки на груди, лениво слушая кого-то из капитанов. Живой. Сильный. Невозмутимый. На нём не осталось и следа той беспомощности, которую она видела тогда, на поле боя. Хорошо. Слишком хорошо. Шарлотта заняла место, не глядя в его сторону. Она просто… не смогла. Взгляд отказывался подниматься. Пальцы сжались чуть сильнее, чем нужно. Сердце билось так, словно она снова стояла рядом с ним, наклоняясь слишком близко, шепча слова, которые не должна была произносить. Она заставила себя дышать ровно. В центре стоял Юлиус, разложив несколько старых магических записей. Он выглядел так же увлечённо, как ребёнок, нашедший новую игрушку. — Удивительно! — воскликнул он, поднимая один из пергаментов. — Эти остаточные следы магии почти идентичны тем, что мы обнаружили после последней атаки. Он повернул свиток к капитанам. — Видите? Магическая структура словно… смещена во времени. Потрясающе! Кто-то из капитанов тяжело вздохнул. — Король магов, — устало сказал один из них, — мы здесь, чтобы предотвратить новые атаки, а не восхищаться ими. Юлиус на секунду моргнул. — Ах! Да, точно. Он улыбнулся. — Но согласитесь, это всё равно невероятно интересно! По залу прошёл лёгкий смешок. Юлиус провёл пальцем по карте. — Похоже, остаточные всплески магии появляются вдоль нескольких старых линий маны. Возможно, это просто последствия прошлых сражений… но я бы не стал исключать и новые аномалии. Он поднял взгляд на капитанов. — Нам стоит усилить патрули. Кто-то кивнул. Кто-то уже делал пометки. Тогда заговорил Ями. — Если эти ублюдки снова высунутся, — сказал он своим обычным тоном, — просто снесём им головы и дело с концом. Юлиус улыбнулся так, будто услышал совершенно разумное предложение. — Простое решение тоже иногда самое эффективное. Он задумчиво наклонил голову. — Хотя, конечно, было бы интересно сначала изучить их магию… Несколько капитанов переглянулись. Шарлотта поймала себя на том, что тело уже подаётся назад, едва заметно. Не потому что она хотела уйти — потому что оставаться становилось невыносимо. Щёки предательски нагрелись. Как только собрание закончилось, она поднялась первой. — Эй, Королева. Голос Ями догнал её уже у выхода. Она остановилась — ровно настолько, насколько позволяли приличия. Несмотря обернулась. — Да? — Ты куда так рванула? — хмыкнул он. — Мы ещё не договорили по поводу совместного патруля. Совместного. Слово зазвенело в голове. — Я передам все указания через заместителя, — ответила она слишком быстро. И тут же смягчила тон: — Прошу прощения. У меня срочные дела в отряде. Это была правда. Просто не вся. Она ушла прежде, чем он успел сказать что-то ещё. Почти сбежала. Коридор показался слишком длинным, воздух — слишком плотным. Сердце билось в горле. Она остановилась лишь тогда, когда убедилась, что достаточно далеко. Прислонилась ладонью к холодной стене и закрыла глаза. Вот так, — подумала она. — Вот поэтому. Она не могла. Не теперь. После того, как сказала. Даже если он не знал — она знала. И тело отказывалось притворяться, будто ничего не изменилось. А за её спиной, в зале Король магов тихо наклонился к столу и с любопытством посмотрел вслед закрывшейся двери. — Хм… — задумчиво произнёс он. Ями нахмурился. — Что? Юлиус улыбнулся чуть загадочно. — Ничего. Он перевёл взгляд на карты. Но в глазах мелькнуло знакомое любопытство мага, который только что заметил очень интересное явление. *** В следующие дни всё повторялось. Она приходила раньше и уходила раньше. Меняла маршруты. Передавала дела через подчинённых. Если чувствовала его магию — поворачивала в другую сторону. Не осознанно. Не из страха. Просто… сердце не выдерживало. И в этом было странное утешение. Никто из «Чёрных быков» ничего ему не сказал. Она видела это по нему слишком ясно. Ями оставался прежним. Не избегал её. Не искал взглядом. Не задерживался дольше обычного. Не смотрел иначе. Иногда он бросал ей привычное: — Эй, Роузрей, не перенапрягайся. Иногда — ленивый кивок. Иногда — ничего. И каждый раз внутри что-то болезненно сжималось — и тут же отпускало. Хорошо, — убеждала себя Шарлотта. — Так и должно быть. Пусть он думает, что она просто занята. Строгая. Как всегда. Пусть считает её надёжным капитаном, боевым товарищем, женщиной с характером, но не той, чьё имя всплывает в мыслях ночью. Это было легче, чем объяснять. Легче, чем видеть недоумение. Легче, чем услышать в его голосе то самое неловкое: «Я не это имел в виду». Она предпочитала боль, которую могла контролировать. И всё же, проходя мимо тренировочного поля и услышав его смех — громкий, живой — Шарлотта на мгновение замедляла шаг. Сердце снова отзывалось. Но она более не оборачивалась. Если Ями Сукехиро так и не узнает, почему капитан «Голубой розы» стала реже появляться рядом — это будет её маленькой победой. И её молчаливым поражением.