Навсегда

Когда Адриан и Ями ушли приводить себя в порядок после спарринга, разговор в гостиной продолжился. Элеонора медленно поставила чашку на блюдце. — Ну что ж. Шарлотта сразу насторожилась. — Мама... У тебя такой вид, будто ты сейчас собираешься задать мне очень неудобный вопрос. — Возможно. Элеонора невинно улыбнулась и немного подалась вперёд. — У вас всё хорошо? — Да. Мать внимательно посмотрела на неё. — Совсем всё? Щёки Шарлотты стали ещё краснее. — Мама! Элеонора некоторое время молчала. А потом спросила уже прямо: — У него нет никаких... проблем? Шарлотта закрыла лицо руками. А Элеонора терпеливо ждала. Дя неё было важно услышать ответ на этот вопрос. Наконец дочь простонала: — Нет. Элеонора заметно расслабилась. — Хорошо. Значит, с наследниками проблем быть не должно. Шарлотта готова была провалиться сквозь землю. — Мама! Элеонора ласково погладила дочь по руке. И уже мягче добавила: — Я правда рада за тебя, Шарлотта. Очень рада. Она посмотрела в сторону двери, за которой недавно исчезли Адриан и Ями. — Честно говоря, я уже начала думать, что ты никогда никого к себе не подпустишь. Шарлотта смущённо опустила взгляд. — Я тоже так думала. А потом появился он. На губах Шарлотты сама собой появилась улыбка. Тёплая. Совсем особенная. Элеонора заметила её. И окончательно успокоилась. Потому что такой взгляд невозможно было подделать. Так смотрит женщина, которая действительно любит. И которую любят в ответ. *** Когда мужчины вышли, Шарлотта (да и Элеонора тоже) была уверена, что если они и за говорят, то разговор продлится максимум десять минут. Однако... После дуэли Адриан неожиданно заинтересовался катаной. Причём совершенно искренне. Сначала спросил о балансе. Потом о длине клинка. Потом о технике хвата. А потом разговор как-то сам собой перетёк в обсуждение мечей вообще. Ями даже не заметил, когда перестал отвечать односложно. — Значит, центр тяжести смещён вперёд? — Да. — Любопытно. Адриан задумчиво провёл пальцами по подбородку. — Для рубящих ударов действительно удобнее. — Именно. Ями кивнул. — Хотя первое время непривычно. — А фехтование? — Совсем другое. — Я заметил. Они как раз направлялись в гостиную. Потом Адриан неожиданно сказал: — Шарлотта всегда любила меч. Ями усмехнулся. — Это заметно. — В детстве она постоянно пропадала в тренировочном зале. Ями тихо хмыкнул. — Вот теперь всё встало на свои места. Адриан впервые за разговор негромко рассмеялся. — Она была очень упрямым ребёнком. — Была? Лорд Роузрей покосился на него. — Справедливое замечание. Ями усмехнулся. Потом они ещё долго говорили. О тренировках. О магии и мечах. О Шарлотте. И к удивлению обоих оказалось, что им действительно есть о чём поговорить. --- Когда они наконец вернулись в гостиную, Шарлотта подняла голову первой. И сразу удивлённо замерла. Потому что её отец и Ями не выглядели людьми, которые только что спорили. Наоборот. Они продолжали обсуждать что-то уже на ходу. — ...но если изменить угол запястья, удар получится быстрее. — Да, но потеряется часть силы. — Не всегда. — Всегда. — Спорное утверждение. — Проверим позже. — Договорились. Шарлотта моргнула. Потом ещё раз. Элеонора тоже выглядела слегка озадаченной. Мужчины остановились. Адриан спокойно сел в кресло. Ями занял место рядом с Шарлоттой. И только тогда заметил их взгляды. — Что? — Вы нашли общий язык? Ями пожал плечами. — Вроде того. Адриан совершенно невозмутимо добавил: — У него интересная техника владения мечом. Шарлотта перевела взгляд на отца. Потом на Ями. Они выглядели так... Будто знали друг друга гораздо дольше одного дня. *** Комната была мягко освещена. Большие кресла. Низкий стол. Адриан и Элеонора сидели напротив. Отец посмотрел на них двоих и произнёс: — Шарлотта, ты не могла бы подать нам чай. Элеонора посмотрела на супруга и, поняв его замысел, улыбнулась. — Тот самый. Шарлотта с волнением посмотрела на Ями. И заметив в его глазах спокойствие, кивнула и вышла. Когда дверь за Шарлоттой закрылась, Адриан посмотрел на Ями. — Что вы намерены делать дальше? Ями сразу понял к чему идёт разговор. Ведь и сам думал об этом много раз. Он вздохнул. — Прямо сейчас… Чуть пожал плечами. — Нас всё устраивает. Пауза. — Но. Он поднял взгляд. — Когда настанет подходящий момент… Он сказал спокойно: — Я намерен жениться. Он посмотрел прямо на родителей. — И прошу у вас благословения. Адриан и Элеонора переглянулись. Этот мужчина был странным. Грубоватым. Не аристократом. Но… Он говорил честно. И смотрел на их дочь так… Будто она была самым ценным сокровищем. Адриан медленно сказал: — Ты… Он наклонился вперёд. — Если посмеешь обидеть нашу дочь… Его голос стал холоднее. — Я с тебя три шкуры спущу. И ты больше никогда её не увидишь. Ями кивнул. — Я никогда не посмею её обидеть. Он усмехнулся. — И уверяю вас… Он чуть наклонился. — Шарлотта сама с меня три шкуры спустит, если я это сделаю. Элеонора рассмеялась. — О да. Наша девочка может. Адриан тихо улыбнулся. Потом посмотрел в окно и сказал: — Позволяю. Ями моргнул. Он действительно позволил? Адриан повернулся. — Правда женишься? Ями рассмеялся. — Я от неё уже никуда не денусь. Он поднял руки. — Женюсь. Адриан кивнул. — Тогда благословляю. Элеонора добавила мягко: — Да. Я тоже. Она улыбнулась. — Главное, чтобы Шарлотта была счастлива. Она посмотрела на Ями. — А с Вами… Она, кажется, счастлива как никогда. Ями молчал несколько секунд, а потом выдохнул и тихо сказал: — Спасибо. Родители улыбнулись. Элеонора добавила с хитрой улыбкой: — Только не медлите долго. Нам нужны наследники. Адриан кашлянул, но возражать не стал. — Это, конечно, само собой. Он чуть почесал затылок. — Но есть ещё кое-что, что вам стоит знать. Адриан внимательно посмотрел на него. — Мы слушаем. Ями спокойно встретил его взгляд. — Скоро я уйду с поста капитана. В комнате стало тихо. Элеонора слегка удивлённо подняла брови. — Оставите орден? — Да. Ями кивнул. — Не завтра. И не через месяц. Но рано или поздно уйду в отставку. Он лениво откинулся на спинку кресла. — Честно говоря, я уже давно об этом думаю. Адриан задумчиво нахмурился. — И чем вы собираетесь заниматься после этого? Ями усмехнулся. — Работать. Он продолжил: — Я не собираюсь сидеть дома без дела. И уж тем более не собираюсь жить за счёт Шарлотты. Его голос прозвучал спокойно, но твёрдо. — Поэтому хочу создать собственный независимый отряд. Небольшой. Без привязки к столице. Будем брать задания, сопровождение, охрану, зачистку опасных территорий. Он пожал плечами. — Работы хватает. А опыт у меня есть. Адриан некоторое время молчал. Элеонора спросила мягче: — И Шарлотта знает об этом? — Конечно. Я бы не стал скрывать от неё подобные вещи. На самом деле они обсуждали это уже не раз. И каждый раз Шарлотта слушала его спокойно и внимательно. Адриан некоторое время смотрел на него. А потом медленно кивнул. — Хорошо. Ями вопросительно поднял бровь. — Хорошо? — Да. Лорд Роузрей чуть улыбнулся. — Я предпочитаю человека, который честно говорит о своих планах, человеку, который обещает золотые горы. Он сделал небольшую паузу. — К тому же, если бы вас интересовали деньги нашей семьи, вы бы вряд ли пришли сюда и сообщили, что собираетесь добровольно оставить столь высокий пост. Ями негромко рассмеялся. — Это точно. Элеонора посмотрела внимательно на Ями. И вдруг сказала: — Знаете… Раз уж мы дали своё благословение. Он посмотрел на неё. — Когда сочтёте уместным… Она улыбнулась. — Можете называть меня «мама». Ями замер. Адриан же сдержанно кашлянул в кулак. И произнёс: — В моём случае… Он поднял палец. — Лучше повременить с «отцом». На это Элеонора засмеялась, взяв супруга за руку. Именно в этот момент дверь открылась. Шарлотта вошла. Она везла маленький столик. Чайник. Чашки. Печенье. Аромат травяного чая наполнил комнату. — О чём беседовали? Элеонора загадочно улыбнулась. — О всяком. Шарлотта подозрительно прищурилась, но решила не допрашивать. Она разлила чай. И села рядом с Ями. Они говорили ещё долго. Смеялись. Вспоминали разные истории. И вдруг Ями спросил: — От кого у Шарлотты ямочки на щеках? Родители переглянулись. Элеонора улыбнулась. — От бабушки. Она поднялась. — Пойдём. Покажу. Она протянула руку. Ями посмотрел на Шарлотту. Та кивнула. Он взял руку её матери. И они вместе направились по длинному коридору. Позади неторопливо шли Адриан и Шарлотта. --- Элеонора открыла дверь в небольшой зал. Он сильно отличался от тех помещений, через которые Ями уже проходил. Здесь не было ощущения официально стих. Никаких парадных портретов в тяжёлых рамах. Никаких строгих поз. На стенах висели картины, наполненные жизнью. Семейные. Тёплые. На одной совсем маленькая Шарлотта, лет семи, в светлом платьице с широкополой шляпкой, держала огромный букет полевых цветов. Улыбалась так широко, что на щеках отчётливо виднелись ямочки. Ями невольно остановился. — Вот это да... Элеонора тихо рассмеялась. — Она тогда убежала в сад и решила, что хочет собрать огромный букет цветов для меня сама. Адриан, подошедший ближе, усмехнулся. — Вернулась вся в траве. Но совершенно серьёзно продолжала вести себя невозмутимо. Будто так и должно быть. Шарлотта смущённо отвела взгляд. — Мне было семь... — Мы помним, — с улыбкой ответила мать. Рядом висела другая картина. Шарлотте здесь было уже около десяти. Тренировочная форма. Деревянный меч в руках. Взгляд сосредоточенный. А за спиной стоял молодой Адриан. Ями задержался и возле неё. — Уже тогда тренировалась? Адриан кивнул. — Конечно. — Отец сам учил меня фехтованию, — тихо сказала Шарлотта. — Она схватывала всё очень быстро, — с заметной гордостью произнёс Адриан. Элеонора мягко улыбнулась, наблюдая, как Ями внимательно рассматривает каждую картину. Потом подошла к самой дальней стене. Там висел портрет женщины. Высокой. Статной. С благородной осанкой. На её лице была спокойная улыбка. И точно такие же маленькие ямочки на щеках. Ями сразу заметил их. — Вот... Тихо сказала Элеонора. — Это мать Адриана. Ями несколько секунд молчал. Потом перевёл взгляд на Шарлотту. Потом снова на портрет. — Похожа. Очень. Адриан подошёл ближе. Некоторое время молча смотрел на изображение матери. Потом негромко сказал: — Иногда мне кажется, что Шарлотта очень напоминает её. Он улыбнулся. Совсем немного. — Такая же умная. Такая же смелая. И... Он усмехнулся уголком губ. — Такая же темпераментная. Шарлотта смущённо опустила голову. — Отец... — Что? Он посмотрел на дочь с теплотой. — Это правда. Ями снова взглянул на портрет. Потом на Шарлотту. — Теперь понятно, откуда у неё такая улыбка. *** Вечером они ужинали вместе. А потом слуги приготовили комнату для гостей. Адриан нахмурился. — Комната одна? Элеонора спокойно сказала: — Дорогой. Она посмотрела на него. — Они живут вместе. — Но… Он растерялся. — Наша девочка… — И? Она подняла бровь. — Они поженятся. Она наклонилась ближе. — И ты сам хотел внуков. Адриан вздохнул. — Это нечестно. Но спорить не стал. *** В комнате Шарлотты было тихо. Ями осмотрелся. — Они действительно позволили нам остаться в одной комнате? Шарлотта улыбнулась. — Вероятно, мама уговорила отца. Она посмотрела на него. — Ты им понравился. — Думаешь? — Несомненно. Она подошла. — Спасибо, что приехал, Хиро. Она поцеловала его. Он ответил мягко. — Не благодари. Провёл рукой по её волосам. — Надо было сделать это раньше. Она улыбнулась. — Сегодня я люблю тебя ещё сильнее. Он усмехнулся. — Я это запомню. И ночь опустилась на поместье. Тёплая. Спокойная. А в соседнем крыле лорд Адриан пытался тихо выйти из комнаты. Но Элеонора поймала его за рукав. — Куда? — Проверить. — Нет. — Но… — Адриан. Она строго посмотрела на него. — Оставь детей в покое. Он вздохнул. — Трудно быть отцом. Она улыбнулась. — Особенно когда дочь выросла. *** Утро настало спокойно. В поместье было необычайно тихо. Солнечные лучи мягко проникали через занавеси, окрашивая комнаты в тёплые золотистые оттенки. По утрам слуги обычно будили хозяев. Но сегодня никто даже не подошёл к двери комнаты Шарлотты. Элеонора ещё вечером спокойно сказала прислуге: — Молодых не беспокоить. Пусть выспятся. И весь дом послушно исполнял распоряжение хозяйки. --- Шарлотта проснулась, как и всегда, рано. По привычке. Некоторое время она просто лежала, не открывая глаз. Потом медленно улыбнулась. Потому что почувствовала знакомую тяжесть. Ями во сне снова почти полностью устроился на ней. Одна рука крепко обнимала её за талию. А голова покоилась у неё на груди. Шарлотта тихо усмехнулась. — Хиро... Почти шёпотом. Он что-то невнятно проворчал во сне. Но даже не подумал просыпаться. Она осторожно запустила пальцы в его тёмные волосы. Медленно перебрала мягкие пряди. Потом начала неторопливо гладить его по голове. Так же, как делала дома почти каждое утро. Ями заметно расслабился. Даже вздохнул глубже. Шарлотта не удержалась и очень осторожно поцеловала его в лоб. Потом ещё раз. — Ты такой тяжёлый... Едва слышно прошептала она. — Мм... Раздалось сонное ворчание. Он не открыл глаз. Но всё-таки послушно немного сместился. Совсем чуть-чуть. Ровно настолько, чтобы ей стало легче дышать. Шарлотта тихо рассмеялась. — Спасибо. — Мм... Пробормотал он так, будто разговаривал сквозь сон. Прошло ещё несколько спокойных минут. Она продолжала гладить его по спине. Иногда по волосам. Иногда осторожно проводила ладонью вдоль плеч. Ей всегда нравилось смотреть, каким спокойным он становился во сне. Совсем не похожим на сурового капитана. Наконец Ями медленно открыл один глаз. Несколько секунд просто смотрел на неё. Потом лениво спросил хриплым после сна голосом: — Уже пора вставать? Шарлотта улыбнулась. — Если хочешь ещё поспать... Она снова погладила его по волосам. — Спи. Нас никто не торопит. Он прислушался к себе. Потом неожиданно покачал головой. — Нет. На удивление... Выспался. Она ласково улыбнулась. — Правда? — Ага. Он чуть приподнялся и посмотрел на неё внимательнее. Шарлотта снова запустила пальцы в его волосы. Он почти довольно прикрыл глаза. Именно в этот момент в дверь очень деликатно постучали. Шарлотта сразу выпрямилась. — Да? Из-за двери послышался вежливый голос горничной: — Леди Шарлотта... Доброе утро. Прошу прощения, что беспокою. Шарлотта переглянулась с Ями. — Доброе утро. — Лорд и леди Роузрей просили передать, что не хотели вас будить. Но интересуются... Когда вас ожидать к завтраку? Шарлотта невольно улыбнулась. Даже сейчас родители не стали тревожить их сами. Ями тихо усмехнулся. — Передайте... Он посмотрел на Шарлотту. Та вопросительно наклонила голову. — Минут через двадцать? Она кивнула. — Да, пожалуйста. Через двадцать минут мы спустимся. — Разумеется, леди. Шаги горничной постепенно стихли. В комнате снова воцарилась тишина. Ями потянулся. Потом посмотрел на дверь. — Твоя мама всё-таки не дала никому нас разбудить. Шарлотта тепло улыбнулась. — Она очень заботливая. — Это я уже заметил. Он нехотя выбрался из постели. Потянулся. Тихо хрустнули плечи. — Всё-таки, хорошо спалось, — удовлетворённо пробормотал он. *** Они неторопливо шли по длинному коридору поместья. Дом уже проснулся. Слуги занимались привычными утренними делами. Но стоило им увидеть Шарлотту, как почти каждый останавливался. — Доброе утро, леди Шарлотта. — Доброе утро, госпожа. — Рады видеть вас дома. Она каждому отвечала одинаково тепло. Улыбалась. Спрашивала, как дела. Иногда интересовалась здоровьем. Кого-то называла по имени. Кого-то благодарила за работу. Ями наблюдал за этим молча. Потом всё-таки тихо спросил: — Ты всех знаешь по имени? Она удивлённо посмотрела на него. — Конечно. — Всех? — Почти. Она улыбнулась. — Многие работают здесь очень давно.. Они видели меня ещё совсем маленькой. Некоторые учили меня завязывать ленты, когда я была ребёнком. Другие приносили мне книги. Она посмотрела вслед дворецкому. — Они для меня почти семья. Ями тихо хмыкнул. — Ты и правда всеобщая любимица. Он посмотрел вперёд. — Это заметно. В это же время несколько молодых служанок украдкой поглядывали уже на самого Ями. Стоило ему посмотреть в их сторону, как девушки сразу смущённо отвели глаза. Ями негромко усмехнулся. — А на меня чего так смотрят? Шарлотта тихо рассмеялась. — Им любопытно. — Что именно? Она слегка покраснела. — Кто смог покорить моё сердце. Ями повернулся к ней. И улыбнулся той самой довольной улыбкой. — Понятно. --- Когда они вошли в столовую, Адриан и Элеонора уже ждали их. Лорд Роузрей сидел за столом с привычно серьёзным выражением лица. Хотя стоило дочери войти, как взгляд его заметно потеплел. Элеонора же сразу улыбнулась. — Доброе утро. — Доброе утро, — ответила Шарлотта, слегка смущаясь. Ями тоже кивнул. — Доброе. Элеонора с едва заметной улыбкой посмотрела сначала на дочь, потом на Ями. — Надеюсь, ночь прошла спокойно? Шарлотта почувствовала, как мгновенно вспыхнули её щёки. — Д-да... Ями совершенно спокойно ответил: — Отлично выспались. Шарлотта бросила на него быстрый взгляд. Он сделал вид, что ничего необычного не сказал. *** Завтрак прошёл спокойно. Отец иногда ворчал, но в глазах его сквозило внимание к Ями, мать мягко улыбалась. А после завтрака родители проводили их к выходу. — Приезжайте ещё, — сказала мать, обнимая Шарлотту. — Мы обязательно, — ответила Шарлотта. Отец положил руку на плечо Ями, тихо сказал: — Ты пообещал, да? Ями сжал плечо в ответ: — Да, обещал. *** Ями и Шарлотта покинули поместье. — Знаешь… — сказал отец спустя мгновение тишины, — я бы очень хотел… внуков. Мать улыбнулась сквозь полумрак, слегка кивнула. — Конечно, малыши, рожденные нашей милой Шарлоттой… — начала она, — будут очаровательными. — Да, — тихо согласился отец с улыбкой, а потом вспомнив их бой с Ями, добавил — а ещё сильные. Почему-то я представляю себе маленьких сорванцов, которые будут бегать по нашему поместью с заклинаниями, словно маленькие торнадо… и никто их не сможет остановить. Мать мягко рассмеялась, поднося руки к лицу: — Даже если Шарлотта решит остаться капитаном в столице и не станет наследницей… кто-то из её малышей всё равно сможет продолжить наш род. — Да. Главное — чтобы Шарлотта была счастлива. — Именно, — согласилась мать, — всё остальное приложится.