Человек без человека

(Из личной переписки

Николь М. с Софьей Ж.)

— Он подловил меня возле школы.

— Опять он? Ты ему говорила,

что занята?

— Ещё пока нет… Постоянно меня

затыкает.

— Мне действительно жаль… — выглядывая из-под поваленного шкафа, русая девушка посмотрела на Костю. — Если бы тебе было жаль, ты бы не поступила так со мной. Ты стала такой же… Дай она мне разрешение проводить её до дома, я бы сберёг её от этой системы… От инспектора. Я подошёл к ней когда она разговаривала со своей подругой. — Ника, я… — Она смотрела сквозь меня, как будто меня тут и нет. Это не игнорирование. Это стирание меня из мира. — Я хочу проводить тебя, — выдавливая из себя последние капли вежливости, улыбка появилась на лице. — Я уже с Филиппом договорилась, — она отвела взгляд в сторону. Выбрала пустые глаза системы. Как мои глаза проиграли смерти? Эти зелёные глаза затягивают её как тягучее болото. Но если она сделает хотя бы один шаг в их, я её не спасу. Я не могу допустить, чтобы инспектор захватил её сознание. Но можно было бы хотя бы взглянуть на меня. — Прости… — она отшатнулась на шаг назад, увеличивая расстояние. Боится меня. Что она будет делать, если я не прощу её? Раньше бы она извинялась дальше. Теперь ей плевать на меня, появился эталон, который будет пудрить ей мозги. Почему она ведется на это? Так не надо думать, не надо жить. Выбрав глаза-болванки, ей не придется ничего более выбирать. Так проще. Они когда-нибудь слышали, что простая дорога ведет в ад? Всегда всем было плевать на мои желания, но она ведь не из всех. Я вижу это. Она не косит под их “идеалы". Николь тоже понимает, что это всё система. Её вечная занятость выводила меня. Морозила всё во мне. Остальные так не делают, она единственная, хоть и приносящая мне чувства. Только как я тогда не понял, что это было чувство заплыва в прорубь. Я замахнулся. Вот она лежит на полу, вокруг никого. Всем плевать на дела других людей. Никому не нужны чужие проблемы. — Я буду свободна в субботу. — Она улыбнулась мне, давая новый глоток воздуха. Всё же я ей нравился, более чем уверен в этом... — Ты сам себе всё придумал! — женский громкий голос прервал его рассказ. С чего вдруг она решила вступиться за свою подружку? Ей же всегда было плевать на неё. — Оу, правда? Почему же она была не против, когда я встретил её после школы? — Он направил Glock в лежащий на боку стол. — Да ты ж её насильно захватыв... - Теперь её рассказ прервал выстрел. — Хорошо, значит вспомним то, что хотите вы. В среду после седьмого урока прозвенел звонок. Все дружно ринулись из кабинета, будто за первое место давали "5" в четверти. Мне пришлось пробиваться сквозь толпу школьников, которые не собирались отдавать свою позицию. На кой чёрт они так яро борются за то, как бы побыстрее забрать кофты и сменную обувь? Будто будет разница: выйдешь ты на три минуты раньше или нет. Забрав отцовскую олимпийку из гардероба, я вышел на улицу. Сменку перестал носить еще с конца марта. Ну а что? Толку от неё, если на улице уже сухо и тепло? Я ослеп, как только поднял голову. Солнечные лучи не задерживаются в облаках, хотя последних и нет. Весна... Ни жарко, ни холодно, ни душно, ни морозно. Как я и люблю. Можно спокойно выходить на улицу в одной футболке да кофте. В лицо дует тёплый ветер, смывая с меня все переживания за день. Один вдох, и лёгкие наполняются свежим воздухом, очищая налипшую грязь на лёгкие. Она такая же как весна. Она — весна. Такое прекрасное создание, которое не смотрит на общество, сдавливающее не схожее с их мнение. Кто я для неё? Конечно весна. Я же тоже такой, как она. Она как я. Только ей надо дать понять, что я весна. "Какой индюк меня..?!" — хотел обматерить того, кто задел меня сзади. А. Знакомый затылок с двумя косами. — Николь, тебя проводить до дома? — Моя рука скользнула по её плечу. — Орлов, ты дурак? Я же сказала, я с Филом договорилась. Забыл? Точно. Как это могло выпасть из памяти? Странно. — А.. Ну да, я задумался просто. Вылетело как-то. — Опять эта улыбка. Знает, что я таю от неё, и злоупотребляет этим. Коза. — Ничего. Я всё понимаю. — Понимает. И я это знаю. Ника - моя умная девочка. Всегда ею гордился. — Ничего. Я всё понимаю. — Понимает. И я это знаю. Ника - моя умная девочка. Всегда ею гордился. Нужно проводить её. Вдруг этот инспектор что-нибудь ей сделает? Я должен её защитить. О. Вот и Зайцев. Ну давай, попробуй взять чужое. Я не следил за ними, а контролировал процесс. Отвёл взгляд на дорогу, а Филипп пропал. Куда делся?! Так. Ника у магазина, значит он там. Выглянув из-за угла, оглянувшись, я застыл. Нет. Мне необходимо подойти. Шаг, второй, третий... Вот она, такая близкая, такая моя. Почему у неё испуганный взгляд? Уверен, что она боится его. Да, я прервал её, прижав к стене. Такая стеснительная, что даже сейчас меня не может обнять. Мило. Руки легли ей на шею, выводя узоры большими пальцами. Какие же у неё мягкие губы. Эти руки, постоянно хватающиеся за меня. Правда, хватка у неё сильная, но это же значит, что сильно любит. Строит из себя недотрогу, хотя сама меня вынудила. Я посмотрел на неё с улыбкой, передавая всю нежность к ней, а она оттолкнула. Что я опять сделал не так? Ей бы понравилось, будь это раньше. Этот инспектор уже начал вбивать в неё свои гвозди, мудак. С чего он решил, что в праве ломать чужие вещи?