Проклятье Синей Розы

Дни протекали в ленивой роскоши. Блейз Забини приносил контрабандное вино из личных запасов своей матери, Теодор Нотт расставлял по комнате магические свечи, горящие холодным синим пламенем, а Драко приносил свежие сплетни, над которыми они изящно подшучивали. Сильвер сидела в глубоком бархатном кресле, наблюдая за своими друзьями. Она видела то, чего не замечали другие. Между Драко и Теодором протянулась тонкая, вибрирующая нить, которая с каждым днем становилась всё ощутимее. Драко, обычно шумный и заносчивый, рядом с Тео становился тише. Его вечное напряжение, вызванное письмами Люциуса, таяло, когда Нотт, не поднимая глаз от своей книги, просто клал ладонь ему на колено или поправлял воротник его мантии. Теодор был единственным, кто не боялся Малфоя, и единственным, чьего одобрения Драко искал неосознанно. — Ты слишком много думаешь о Министерстве, Драко, — тихо произнес Тео однажды вечером, когда они сидели у камина. Он взял ладонь Драко в свою и начал медленно обводить линии на его коже. — Посмотри на Сильвер. Она давно выбрала свободу. Драко посмотрел на Сильвер, затем на Тео. В его глазах отразилось смешение страха и обожания. Он подался вперед, сокращая расстояние, и на мгновение в комнате повисла такая густая тишина, что Блейз тактично отвернулся к окну. Сильвер наблюдала за ними с легкой, почти материнской улыбкой. Она видела, как пальцы Драко запутались в каштановых волосах Тео, и как Нотт, обычно холодный и отстраненный, закрыл глаза, отдаваясь этому моменту. Это была их общая тайна — хрупкая любовь двух юношей, чьи отцы готовили их к войне. ### Но как только Сильвер оставалась одна, её личный мир превращался в огненный вихрь. Том больше не церемонился. Его присутствие в её мыслях стало почти физическим грузом. В один из вечеров, когда она уснула прямо в кресле в их тайной комнате, он пришел к ней. Видение было настолько ярким, что Сильвер почувствовала запах его парфюма — морозный воздух и жженое дерево. Она оказалась в огромной библиотеке поместья Гонтов. Том сидел за столом, окруженный горами книг, но стоило ей появиться, как он встал. Он подошел к ней медленно, хищно. В этот раз на нем не было мантии — только тонкая белая рубашка с закатанными рукавами, открывающими его сильные, бледные предплечья. — Пока твои друзья играют в любовь, ты ищешь нечто большее, — прошептал он, обхватывая её за талию и прижимая спиной к холодному стеллажу с книгами. Его руки были повсюду. Одна ладонь скользнула по её бедру, задирая подол мантии, а вторая запуталась в её волосах, заставляя её запрокинуть голову. Том склонился к её губам, его поцелуи были лихорадочными, жадными. Сильвер чувствовала его возбуждение, его физическую мощь, которая вибрировала в каждой клетке её собственного тела. — Ты хочешь этого, Сильвер, — рычал он ей в губы. — Ты хочешь принадлежать тому, кто не боится твоей тьмы. Он подхватил её под бедра, заставляя обхватить его ногами. В этом ментальном пространстве они были свободны от морали и законов. Жар его кожи обжигал её, и Сильвер стонала, впиваясь ногтями в его плечи. Это была битва двух стихий, страсть, граничащая с безумием. В этот момент она ненавидела его за власть над собой и одновременно желала, чтобы эта ночь никогда не заканчивалась. ### Проснувшись от того, что Драко осторожно тряс её за плечо, Сильвер еще несколько секунд видела перед собой серебряные глаза Тома. — Сильвер, пора уходить. Скоро обход Филча, — прошептал Драко. Он выглядел смущенным, его губы были припухшими, а мантия слегка измята. Тео стоял позади него, поправляя галстук, с тем самым отсутствующим видом, который всегда означал, что он абсолютно доволен жизнью. Вернувшись на площадь Гриммо на каникулы, Сильвер чувствовала себя чужой. Сириус пытался вовлечь её в планирование обороны, Римус предлагал дополнительные уроки защиты, но Сильвер смотрела на них как на призраков прошлого. — Ты какая-то... выжженная, — заметил Сириус, когда они сидели на кухне. — Твои глаза... в них нет блеска, Сильвер. Только сталь. Что они с тобой делают в этом «слизеринском гадюшнике»? — Они просто дают мне быть собой, Сириус, — ответила она, потирая шрам на ладони, который пульсировал каждый раз, когда Том думал о ней. — Без проповедей и ожиданий. Она видела, как Драко тайно переписывается с Тео, используя зачарованные монеты, и видела, как светятся его глаза. Она завидовала их простой, человеческой близости. Её же любовь была монстром, который требовал всей её души, не оставляя места для покоя. Пятый курс подходил к концу. Орден готовился к битве. Том готовил трон. А Сильвер Невермор стояла на балконе Хогвартса, глядя на закат, и знала: очень скоро ей придется выбирать между теплом, которое дарил Сириус, и пожаром, который обещал Том.