Фамильяр

      Она поправляет мантию, спадающую с плеч, всякий раз, когда делает шаг вперёд. В этом году не было подходящей по размеру, и придётся выходить в город, чтобы обратиться к швее за помощью. Но сейчас её голова забита не такими мелочами. Девушка улыбается, потирая ладони в ожидании. Позади неё слышится сотня таких же шагов, что несутся вниз по винтовой лестнице. Гул студентов эхом бьётся о стены.       По плечу раздаётся сильный хлопок. Она оглядывается, ореховые глаза чуть ли не блестят от восторга. Перед ней стоит девушка с вьющимися рыжими волосами и широкой улыбкой, её взгляд пылает счастьем даже при тусклом освещении в таком узком проёме. Позади слышится ещё больше взвизгов, заставляющих их ускорить шаг и спускаться быстрее.       — Мы ждали этого так долго! Слава огненному духу! Четыре года обучения стоили того.       — Ты слишком эмоциональна, Кили. — Да ладно, Лекса! Сегодня же день Кровного соединения, то, чего мы ждали несколько лет! Где твой кураж?       Кураж бил по венам, пульсировал на языке, горечью через слюну попадая в горло. Она ждала этого, возможно, даже больше, чем любой, кто находится здесь. Думала об этом каждый день своего существования с раннего детства. Фантазия рисовала его каждый предыдущий раз, она мечтала об этом всю свою осмысленную жизнь.       Кровное соединение — великий праздник для студентов четвёртого курса. День, когда ты получаешь своего фамильяра. Для кого-то он становится другом, для кого-то — братом или сестрой, а порой и любовью всей жизни. Вы связаны крепкой нитью души, между вами образуется договор, и если одно из условий нарушится, это обернётся смертью для обоих.       Кровное соединение проводится раз в году и только для четвёртого курса. Раньше его проводили и для ребят помладше, но вследствие практики выявилось, что маги помладше недостаточно готовы к их появлению. Бывали случаи, когда они доводили до смерти фамильяров от банального обезвоживания, потому что забывали покормить собственных маленьких спутников.       Когда маг совершает священный ритуал, добавляя частичку своей крови, магия действует таким образом, что эта частица попадает в другой мир — туда, где эти магические существа живут и размножаются. Изначально у них нет облика, нет голоса и характера. Они живут там, плавая по пространству, ожидая встретиться со своей судьбой. Точно неизвестно, как именно они появились внутри этого мира и как волшебники додумались брать оттуда существ, привязывая их к себе навеки.       Связь фамильяра и мага нерушима, ведь они сплетены кровью и душой. Фамильяр — полное отражение способностей мага, его настоящей сущности. Он приходит в их мир изначально в форме животного, как правило, хищного. Чем сильнее животное, тем ярче его способность и тем значительнее оно отражает силу мага.       После недели пребывания зверька в этом мире, если за ним хорошо ухаживать, он уже может принять человеческую форму, и только тогда начинаются совместные магические уроки. Ты учишь его каждому новому шагу и движению, даже обычным потребностям: как держать ложку, как ходить в туалет. Но все эти усилия стоят того, чтобы он был у мага, ведь только фамильяр раскрывает настоящие способности волшебника, его глубинную магию в нём.       Нередко случалось, что маги влюблялись в своего фамильяра, и они становились партнёрами на всю жизнь, разделяя одну судьбу на двоих. В былые времена отношения фамильяра и мага карались законом, ведь считалось, что они связаны кровью, а значит, семейными узами. Но потом провели несколько тестов и выяснилось, что у них разные составляющие ДНК, и кровь играет здесь скорее роль клятвы друг другу, нежели семейности. Хотя находятся и сейчас те, кто презрительно относится к таким союзам.       Дети у подобных пар, как правило, всегда получаются сильнее остальных; почти все современные великие колдуны — последствие связи фамильяра и его покровителя. Лекса была именно таким ребёнком. Её мать, лисица, является фамильяром отца — Дэниеля Агосто. Он сидит в совете магов, а по его правую руку — её мать. Их отношения — показатель для Лексы, она более чем уверена, что её собственные с будущим фамильяром сложатся именно таким образом.       Они с Кили бегут впереди всех, буквально врываясь в кабинет миссис Домине, их преподавательницы искусств по магическим существам. Именно здесь сегодня случится слияние душ с фамильяром, к которому они готовились годами. Поправив мантию, Лекса смотрит на неё горящими глазами, а женщина улыбается такой наивной молодёжи.       Они вдвоём проходят дальше и присаживаются за парты. Ученики за ними толпой врываются в кабинет, и каждый пытается занять более удобное место, чтобы внимательно наблюдать со стороны. Лекса в полном ожидании облизывает пересохшие губы, Кили рядом от энтузиазма трясёт ногами.       Лекса уверена, что ей достанется сильный фамильяр в образе тигра, льва или пумы! А возможно, это будет какой-нибудь северный волк. Она всегда представляла его большим животным, иногда даже думала о медведе! Не зря же она сильная волшебница, дочь своих родителей, не зря лучшая в группе! Её фамильяр точно такой же и будет способен увеличить вдвое объём её магии.       Если это будет лиса, то мама придёт в восторг и сама обучит нового члена семьи всем прелестям лисьих причуд. Фамильяры любят ходить в своих истинных обликах в виде животных — им так комфортнее изучать мир вокруг. Только во время беременности они могут находиться в человеческом подобии, чтобы плод внутри развивался правильно. Её мама, Луиза Агосто, была замечательной колдуньей и лучшей матерью, с детства учившей её, как правильно обращаться со своим фамильяром. Наверняка они с отцом ждут от неё письмо с итогами или скоро сами объявятся, чтобы познакомиться со зверьком.       Кили рядом начинает нервно качать ногами, так, что аж парта трясётся. Лекса старается не обращать на это внимания, сосредоточенно смотря на миссис Домине, которая, дождавшись, пока весь класс усядется на свои места, подошла к ним ближе. Её узкое лицо озарила красочная улыбка, очки постоянно спадали на переносицу, и она их поправляла каждый раз, когда качала головой из стороны в сторону. Чёрная мантия с белым воротником идеально сочеталась с седыми волосами, придавая ей некую загадочность. Курносый нос с горбинкой не помогал оправе держаться ровно, и она снова поправила очки, откашлявшись. Все взоры были прикованы к ней.       Лекса чувствует, как что-то колет в спину. Нахмурившись, она поворачивается, сталкиваясь взглядами с Бором. Худощавый рыжий парнишка с россыпью веснушек по всему лицу, его серые глаза натыкаются на зелёные, и он усмехается; улыбка превращается в оскал. Бор никогда не отличался умом и честью — Лекса не удивится, если у него фамильяр окажется каким-нибудь тарантулом.       — Эй, Агосто, готова увидеть свою жабку? — шепчет он, пока учительница отвлеклась на вопрос одного из учащихся.       — А ты со своим слизнем?       — Посмотрим ещё, что у тебя будет, а то расхвалилась уже всему Виндриверу, что у тебя будет лисичка. Думаешь, фамильяр — это то, что переходит по наследству?       — Заткнись! — шипит она, отворачиваясь.       Лекса ловит взгляд миссис Домине и виновато опускает голову. Преподавательница снова очищает горло и начинает говорить:       — День кровных соединений очень важен для любого мага, и фамильяр — это подарок, что послали нам небеса, дорогие дети. Вот, например, моя Зола, — она щёлкает пальцами, и из фиолетового сгустка появляется дикобраз, который, навострив иголки, смотрит на студентов. — Она — лучшее, что случалось в моей жизни, — учительница поглаживает дикобраза по голове, не боясь уколоться. — Этот ритуал очень важен. Нужно чётко произносить каждое слово, выполнять последовательно все действия и быть сконцентрированными. Если вы произнесёте хоть что-то неправильно, повернёте руку не в ту сторону или отвлечётесь… всё может закончиться очень печально. Или ваш фамильяр не дойдёт до нашего мира, и больше вы никогда не сможете быть с ним, ведь ритуал проводится лишь раз в нашей жизни. У нас фамильяр всего один, более не дано, и потерять его — значит потерять себя, свою суть, упустить великое счастье, любовь, друга и поддержку… Если что-то пойдёт не так, я не смогу вмешаться, потому что это будет бесполезно. Вы умрёте, а вместе с вами и фамильяр. Помните, что вы можете потерять, ребята, и отнеситесь к этому серьёзно.       Лекса почти не дышала, слушая каждое слово профессора. Внутри всё сжималось и разжималось от страха. Ей нужно собраться с мыслями, приготовиться… Она не может потерять ни его, ни себя. На плечах — огромный риск и ответственность, к которым она готовилась всю свою жизнь. Лекса набирает в лёгкие побольше воздуха, настраиваясь.       — Итак, кто первый? — сменяя интонацию, спрашивает миссис Домине. Руки начали подниматься одна за другой, все, кроме Лексы. Она пока не готова, ещё не время. — Хорошо, давай, Бор, прошу.       Рыжий поднялся со своего места и с высокомерием на лице прошёл мимо Лексы, на ходу высунув язык. Она закатывает глаза, но внимательно наблюдает за каждым его действием, чтобы в случае чего не повторить его ошибок. Бор подходит к преподавательнице и встаёт напротив двухметрового зеркала, которое будет являться порталом в другой мир. Перед ним — стойка, на которой стоит золотая чаша, таких в запасе множество, ведь каждый раз нужна новая. Сейчас Бор уже не казался таким смелым: его плечи опустились, а во взгляде отразился ужас. Миссис Домине поддерживающе сжимает его плечо и кивает в знак одобрения.       Каждое произнесённое слово было чётким, верным, его движения хоть и были не такими плавными, но точными, и он закрыл глаза, дабы не отвлекаться на других. Когда он взял нож в руки, его голос немного дрогнул, тем не менее он действовал старательно, и стоило алой капле с пальца упасть в миску, как портал в зеркале ударил рябью, послышалось шипение… и из него выползла большая полосатая змея с капюшоном. Точно кобра! И под стать этой змеиной рыжей морде! Змей шипел, но при виде рыжего быстро заскользил к нему, обвивая ногу.       — Поздравляю, Бор! Не забудь придумать ему имя!       Класс разразился аплодисментами, шум наполнил всё помещение, и так Бор стал первооткрывателем их группы. После него всё пошло как по маслу. Один за другим они получали своих фамильяров: у очкарика Джона вылетела прямо к нему в объятья обезьяна; милашка класса Дэни получила скорпиона; у красавчика вышел лев с золотистой гривой. Лекса то и дело вздыхала при виде таких фамильяров, ожидая, что же будет у неё. А вдруг и правда пума? Или лиса, как её мама. Когда из портала вылетел сокол Кили, Лекса поняла, что пора и ей вырваться вперёд — не хочется получать своего фамильяра последней.       Ноги сами ведут к стойке, и миссис Домине поддерживающе улыбается: ей тоже интересно, кто же будет у дочки таких именитых магов. Кажется, воздух перестал поступать в лёгкие, а в горле образовался горький ком. Кили смотрела на неё с поддержкой, её сокол восседал на хрупком плечике, потираясь клювом о щёку.       И она начинает говорить чётко, не упуская ни слова. Текст, что учила десятилетиями. И даже тогда, когда знала его идеально, старалась улучшить и приумножить произношение миллион раз.

Sanguis tuus — sanguis meus

Vita tua — vita mea

Ego sum tuus in aeternum

      Лекса приподнимает руки, чётко проводя линию вдоль груди. Она чувствует, как портал греется, как нить из сердца ведёт туда, внутрь, образовывая некую связь. Она не сбавляет темп и даже не думает расслабляться. Рука ведёт вверх, раздаётся раскат грома, пугая присутствующих и саму Лексу, но она не открывает глаза и даже не пытается расслабиться — это не выбьет её из колеи.

Tu es meus in aeternum

Fato coniuncti sumus

      Беря нож со стойки, Лекса непроизвольно проводит лезвием по запястью, проливая больше крови, чем нужно. В этом нет ошибки, таким образом ты укрепляешь связь со своим фамильяром, просто она рассчитывала, как и все, резать палец, лишь сделав ранку глубже. Как только струя попадает в чашу, она выкрикивает последние слова:

Anima coniuncti sumus

Et aeternum nobis ardere in uno

      Раздаётся ещё один раскат грома. От волнения горло пересыхает, она приоткрывает рот и оборачивается, желая увидеть того, кто появился так эффектно. Лекса натягивает улыбку, чтобы встретить своего фамильяра с позитивом, но она сползает с её лица, когда она опускает голову.       — Что?! Заяц?! Как такое может быть?!