Превышение скорости

Очередной Гран-при. Семьдесят кругов ада, пот, заливающий глаза под шлемом, и только один звук — рев мотора собственного болида. Лидер. Он являлся лидером. За три круга до финиша он уже чувствовал солёный привкус победы на языке. Тото в боксе, не моргая, смотрел на монитор, наблюдая за своими гонщиками — Джорджом Расселом и Кими Антонелли, но больше он наблюдал за младшим гонщиком, именно Кими. Он был молод, талантлив, и Вольфф очень сильно надеялся на него. Эта гонка была шансом для Антонелли. Единственным. Потом… потом была та же проклятая поворотная ось. Микроскопическая ошибка. Левый передний слегка вылетел за пределы трассы, в песок. Песок, ставший ловушкой. Через секунду болид превратился из хищной птицы в тяжёлую, непослушную массу. За ним, словно тени, проскользнули сначала один, потом второй, третий… Пот на лице внезапно стал холодным. Финишировал седьмым. Седьмым. В топ-5 даже не попал. Гонка закончилась для Кими Антонелли не на финишной прямой, а в холодном луче разошедшейся по паддоку неудачи. Кими, ещё дрожа от адреналина и злости на себя, вылез из болида. Первое, что он искал глазами среди механиков, — это взгляд Тото. Прошло не так уж и много времени. Антонелли сидел на диване вместе с Расселом в паддоке и обсуждал как прошла гонка. Всё шло нормально, пока итальянец не повернул голову в сторону и не увидел Тото Вольффа, который стоял недалеко и смотрел ему прям в душу. Тото смотрел на него с разочарованием и раздражением из-за его "перформанса". Плечи Антонелли слегка опустились, его глаза были устремлены на сердитое лицо директора. Он знал, что подвёл всех, особенно себя. Он глубоко вздохнул и отвернулся от него, готовясь к неизбежной лекции. Выражение лица Вольффа помрачнело, когда он увидел, как Кими отвернулся от него. Он расправил руки и подошёл к кудрявому со строгим выражением лица. Джордж который всё ещё сидел рядом, замолчал, понимая, что серьёзное выражение лица Вольффа ни к чему хорошему не приведет. — Антонелли. А ну ка встань. — Резко начал Вольфф. Кими замер на месте, встав и выпрямившись по стойке смирно, когда Тото приблизился. Его взгляд был опущен, парень избегал пронзительного взгляда руководителя команды. — Сэр. – Его голос был едва слышен, наполнен разочарованием в самом себе. – Извините. Тото остановился прямо перед Кими, уперев руки в бока, и посмотрел на него со смесью гнева и разочарования. Рассел наблюдал за их поведением, затаив дыхание, зная, что следующим шагом Тото станет жестоким и его не избежать. — Извините? Извините не значит выиграть гонку, Антонелли. — Да сер... — повторяет Кими тихо, его голос ровный несмотря на страх и отвержение, которое крутится в теле. — Это было жалко. Просто жалко, — сказал Тото низким, напряжённым голосом. Обычно он не ругался и не повышал голос, но его спокойный тон иногда причинял больше боли, чем настоящий крик. — У тебя был болид, отличное положение на трассе... Всё. И всё же ты всё это просрал. Лицо итальянца слегка покраснело от резких слов, но он не стал защищаться или спорить. Он воспринял это как замечание от настоящего профессионала, зная, что это только начало гнева своего босса. — Да... Я напортачил... Голос Тото слегка повысился, когда он продолжил свою лекцию; немецкий акцент стал более выраженным по мере того, как он злился. — Ты не просто напортачил, Антонелли! Ты упустил прекрасную возможность закрепиться в лидерах! Я ожидаю большего от своих гонщиков! Особенно от ТЕБЯ! Кудряш молча терпел словесную критику, не дрогнув. Он знал, что заслуживает каждого резкого слова. Его плечи ещё больше опустились, он чувствовал тяжесть своей ошибки на спине. — Я знаю, сер… — его голос был ели слышен, наполнен ощущением позора и отвращения к самому себе. Гнев Тото, казалось, достиг своего пика; его лицо покраснело от досады. Он подошёл ближе, понизив голос до низкого, напряжённого шёпота, предназначенного только для ушей Кими: — Я не хочу слышать "Я знаю, сер" от тебя прямо сейчас, Антонелли. Кими почувствовал, как по спине пробежал холодок от низкого, напряжённого шёпота. Он слишком хорошо знал этот тон, и это означало, что Тото был вне себя от ярости. Он тяжело сглотнул, и его взгляд наконец встретился с напряжённым взглядом Тото. — Да, сер... — повторяет Кими тихо, его голос ровный несмотря на страх и отвержение, которое крутится в теле. — Это было жалко. Просто жалко, — сказал Тото низким, напряжённым голосом. Обычно он не ругался и не повышал голос, но его спокойный тон иногда причинял больше боли, чем настоящий крик. — У тебя был болид, отличное положение на трассе... всё. И всё же ты всё это просрал. Кими почувствовал, как его лицо покраснело от унижения. Он медленно кивнул, не решаясь пока что говорить. Он как никто другой знал, что ужасно всё испортил. Машина была идеальной, стратегия безупречной, и всё равно он умудрился занять низкую позицию. — Простите... — Простите? — повторил Тото, нахмурившись. Он расправил руки и указал на парковку вокруг них. — Извинения не принесут тебе никаких побед в гонках. Извинения не принесут тебе никаких очков. Извинения не помогут тебе достичь лидерства. Челюсть Кими сжалась от упрека. Он знал, что Тото прав, но постоянное давление и ожидания сказывались на нём. Ему постоянно казалось, что он не соответствует невыполнимым требованиям, которые для него были установлены. — Я знаю, — тихо сказал он, в его голосе слышались разочарование и отвращение к самому себе. — Я просто… — Ты просто что? — Тото наклонился ближе, его голос понизился почти до шёпота, который почему-то звучал громче крика. — Ты просто не мог сосредоточиться? Не мог приложить больше усилий? Не мог вспомнить всё что я тебе говорил? – он глубоко вздохнул, потирая виски. – Кими, я видел как ты ездил через боль, через технические проблемы, через бог пойми что ещё. Взгляд Кими на мгновение встретился с пристальным взглядом Тото, а затем снова отвёлся. Он знал, что его наставник прав, он преодолевал гораздо более тяжелые испытания, чем сегодняшняя гонка. Но в последнее время давление и ожидания ощущались как физический груз на его плечах, из-за которого ему стало труднее дышать, не говоря уже о вождении болида. — Просто... Тото прервал его резким выдохом, крепко схватил Кими за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза. — В гонках нет „просто“. Есть финиши — победные финиши или проигрышные. — Его хватка стала немного крепче, его темно карие глаза не отрывают взгляда от лица Кими. — Что случилось? Ты сбился с курса под конец гонки, когда мог бы выиграть. Что не так? У Кими перехватило дыхание от неожиданного прикосновения, его глаза слегка расширились, а затем смягчились, в них смешались удивление и уязвимость. Он привык к строгому поведению Тото, но это внезапное проявление беспокойства застало его врасплох. На мгновение он просто смотрел в ответ, его мысли метались. — Я... я не знаю... Взгляд Тото на мгновение задержался на кудряше, прежде чем он резко отвернулся, раздраженно проведя рукой по своим идеально уложенным волосам. Джордж Рассел, который всё ещё наблюдал за их перепалкой, нервно переглянулся с Кими, чувствуя напряжение от ситуации. — Пошли в мой офис, срочно. – Он скомандировал, не отворачивая взгляда от Кими, его голос не оставлял места для аргументов и отмазок. Плечи Кими опустились, когда он смотрел, как Тото уходит. Он слишком хорошо знал этот тон: он означал, что его ждут долгие и неловкие разговоры. Тяжело вздохнув, он направился вслед за своим наставником, его уверенная походка была заменена тяжёлыми вынужденными шагами. — Хорошо, сер, — бормочет он тихо, его голова была опущена. В последний раз он обернулся назад, чтобы взглянуть на своего товарища по команде. Джордж же просто кивнул ему с жалостью в глазах, молча говоря, что всё будет хорошо. Офис Тото представлял собой стильное современное помещение с окнами от пола до потолка, выходящими на гоночную трассу. Он сидел за своим большим отполированным столом, сложив пальцы в кулак, когда вошёл Кими. Дверь щелкнула позади Антонелли, оставляя их обоих в кабинете, наполненный воздухом из напряжённой тишины. — Садись... Кими нерешительно двинулся к креслу, указанному Тото; его сердце колотилось в груди. Раньше он бывал с ним наедине в такой обстановке бесчисленное количество раз — для разборов после соревнований, совещаний по стратегии и даже время от времени для выговоров. Но в этот раз это ощущалось по-другому — более новым и интенсивным. Тото наблюдал, как Кими садится, не отрывая от него взгляда, откинувшись на спинку своего кожаного кресла. Тишина тянулась, казалось, целую вечность, прежде чем он наконец снова заговорил; его голос был тихим и измеренным. — Послушай, Кими. Я не собираюсь приукрашивать ситуацию. Кими тяжело сглотнул, в горле внезапно пересохло. Он знал, что Тото никогда ничего не приукрашивает, особенно когда дело касалось проблем с гонкой. Он мысленно собрался с духом, крепко сжав кулаки на коленях, когда он поддерживал зрительный контакт со своим наставником. — Я знаю, – говорит он нежно, его голос еле громче шёпота. Тото резко наклонился вперед, опираясь локтями на стол, и пристально посмотрел на Кими. Флуоресцентные лампы отражались от его очков, делая его взгляд ещё более пронзительным. — Тогда тебе следует знать, что сегодняшняя гонка была неприемлемая. Это непростительно, знаешь ли. Кими почувствовал, как от этих резких слов у него свело желудок. Он знал, что облажался, но услышать это от человека, которого он уважал и которым восхищался так же сильно, как Тото, было равносильно удару под дых. Он медленно кивнул, его глаза опустились на пол, и он изо всех сил пытался сохранить самообладание. Тото смотрел на Кими с не читаемым выражением лица, сжав челюсти, словно тщательно обдумывая свои следующие слова. Он внезапно встал, обошёл стол и прислонился к нему прямо перед кудрявым, закрывая вид на окно и гоночную трассу. — Послушай меня внимательно. Кими резко поднял голову, его глаза слегка расширились, когда он оказался лицом к лицу с Тото. Он увидел вздутые вены на лбу Тото — явный признак его гнева и разочарования. Он глубоко вздыхает, готовя себя к тому, что сейчас произойдет, показывая Тото своё неразделимое внимание. — Да, сер. Голос Тото понизился до напряжённого шёпота; его лицо было в нескольких сантиметрах от лица итальянца, когда он, стиснув зубы, произнес: — Я не знаю, что с тобой сейчас происходит. Личная это проблема или что-то связанное с формулой, но так или иначе — это отображается на твоём вождении. И это неприемлемо. Кими нервно кусает губу, когда лицо Тото приближается к нему. Эти слова ранили больше, чем когда-либо могли бы сделать критики или ненавистники, потому что Тото был не просто каким-то случайным человеком — он был тем, кто верил в него, кто вложил время и ресурсы в его карьеру. Глаза Тото сузились, когда он стал искать на его лице хоть какой-то признак понимания или раскаяния. Он поднял руку и крепко схватил Антонелли за подбородок, заставляя поддерживать зрительный контакт. — Ты лучше этого, Кими. Каждый твой сантиметр лучше этого. Так что, что бы ни мешало тебе... Тебе нужно от этого избавиться. И как можно быстрее. У Кими перехватывает дыхание от внезапного контакта, его глаза слегка расширяются, а затем смягчаются смесью удивления и уязвимости. Никто никогда раньше не отчитывал его так, даже его собственные родители. Интенсивность Тото была пугающей, но в то же время и приземляющей. Тото неосознанно провел большим пальцем по нижней губе кудрявого; на мгновение гнев сменился яростной решимостью вывести его из того подавленного состояния, в котором он находился. Другая его рука двинулась, чтобы лечь на плечо Кими, сжав его нежно, но твёрдо. — Я хочу, чтобы ты был лучшим. Взгляд Кими на долю секунды скользнул вниз, на большой палец Тото, касающийся его губы, а затем резко вернулся вверх. Сердце колотилось так сильно, что он был уверен, что Тото это слышит. Нежное прикосновение так резко контрастировало с грубыми словами, и из-за этого он чувствовал себя совершенно дезориентированным. — Я буду стараться, честно... — прошептал он, и что-то блестнуло в его глазах. Тото на мгновение крепче сжал подбородок Кими, а затем полностью отпустил его, опустив руку вдоль тела. Он подошёл ещё ближе, вторгаясь в его личное пространство, и пристально посмотрел на него сверху. — Ты не просто "будешь стараться" — ты, чёрт возьми, преуспеешь. Кими инстинктивно выпрямился от резких слов Тото, и его соревновательный дух пробудился, несмотря на смущение и разочарование дня. Что-то в напористости Тото пробудило в нём огонь, такой же огонь, который его мотивировал к победам как в Формуле-1, так и ранее. — Я буду. Тото наклонился ещё ближе; его лицо оказалось в нескольких сантиметрах от лица кудрявого, и он заговорил тихим, напряжённым шёпотом: — Я хочу увидеть Кими Антонелли, который доминировал в юниорских чемпионатах — который попал в Формулу-1 благодаря своему таланту. Не это... У Кими перехватило дыхание, когда лицо Тото приблизилось ещё ближе, в его глазах сверкнула решимость и что-то ещё, что он не мог точно определить. Он почувствовал прилив адреналина, его соревновательный дух взял верх, и он тоже немного приблизился к нему. — Я покажу вам это. Взгляд Тото устремился на Кими, его зрачки расширились, когда он увидел знакомый огонь, горящий внутри него. Он внезапно почувствовал прилив гордости и удовлетворения, увидев реакцию на свою напористость — зная, что ему удалось, преодолев разочарование и смущение, разжечь в него дух соперничества. — Вот и хорошо. Грудь Кими слегка вздымалась, когда он смотрел на Тото, его глаза горели непоколебимой решимостью доказать свою состоятельность. На мгновение они просто стояли там, их лица были всего в нескольких сантиметрах друг от друга, их дыхание смешивалось, когда они смотрели друг на друга в упор. — Я сделаю все, что в моих силах. Рука Тото внезапно вытянулась, схватив Кими за руку чуть выше локтя, и он грубо поднял его на ноги. Он не отпустил его сразу, а продолжал держать, прижимая к себе, пока смотрел вниз на Антонелли. Во взгляде мужчины смешивалось разочарование и ожидание. — Твоих лучших усилий всё ещё недостаточно. Глаза Кими слегка расширились от внезапного движения, сердце бешено заколотилось в груди, когда он почувствовал крепкую хватку руки Тото. Он ощущал тепло его пальцев сквозь ткань гоночного костюма, и что-то во взгляде Вольффа которое заставляло горло пересохнуть. — Понял... Хватка на руке Кими слегка усилилась, и Тото наклонился еще ближе; его голос понизился: — Я хочу от тебя большего, чем просто лучшего — я хочу совершенства. Я хочу, чтобы ты выкладывался на полную, и выступал лучше, чем когда-либо. — Его большой палец надавил на точку пульса, чувствуя быстрое сердцебиение Антонелли. У Кими перехватило дыхание от внезапного прикосновения большого пальца Тото к его пульсу, сердцебиение под пристальным взглядом ещё больше участилось. Он знал, что это не просто ободряющая речь — это был Тото Вольфф, директор команды Мерседес, доводящий его до предела возможностей. — Я... Другая рука Тото поднялась, чтобы обхватить щеку Кими; его ладонь была теплой на его коже, когда он запрокинул его голову назад, чтобы Антонелли посмотрел на него. Его большой палец коснулся его нижней губы, заглушая любые дальнейшие слова. — Больше никаких оправданий. Больше никаких ошибок. Только ты, там, на этой трассе, отдаёшь все силы, пока не рухнешь от изнеможения. Губы Кими слегка приоткрылись под нежным прикосновением большого пальца Тото, сердце бешено колотилось в груди. Он чувствовал себя новичком (кем он и был), выслушивая нравоучения от руководителя команды. Но что-то в этом моменте было не так — что-то более интенсивное и интимное. — Я буду так делать... Взгляд Тото следил за движением губ Кими, что-то тёмное и жадное мелькнуло за ними на долю секунды, прежде чем сменилось его обычной интенсивностью. Его большой палец задержался, надавливая на нижнюю губу немного сильнее. — Я знаю, что ты будешь, – его голос был еле слышен, взгляд скользнул к его рту. – Почему я в это не верю? Глаза Кими на мгновение закрылись, когда большой палец Тото сильнее надавил на его губу, и прежде чем он успел себя остановить, из него вырвался тихий стон. Он был совершенно потрясён — накалом момента, прикосновением Тото, силой своих ожиданий. — Я... я обещаю... Большой палец Тото внезапно скользнул в рот Кими, надавливая на язык, и резко прервал его обещания. Его рука на руке Антонелли сжалась с собственническим видом, а та, что обхватывала его щеку, продолжала держать его лицо неподвижно. — Обещания ничего не стоят. — Он резко прошептал ему в губы. — Важен только результат. Глаза Кими расширились от шока, когда большой палец Тото вошёл ему в рот, а его язык инстинктивно обхватил его. Он почувствовал внезапный прилив тепла между ногами от неожиданной близости, а его тело отреагировало прежде, чем разум успел осознать происходящее. Его руки, не задумываясь, крепко сжали запястье Тото. Глаза Тото потемнели от смеси гнева, разочарования и чего-то ещё, когда он почувствовал, как язык кудрявого обхватил его большой палец. Он вдавил его глубже в его рот, представляя, каково это будет заменить свой палец на что-то ещё. — Чёрт, — выругался он нежно. Дыхание Кими сбилось от тихого ругательства, его глаза резко поднялись и встретились с напряжённым взглядом Тото. Воздух между ними, казалось, потрескивал от напряжения, и этот момент был наполнен неразрешенными эмоциями и невысказанными словами. Какое-то время никто из них не двигался и не говорил. Большой палец Тото внезапно с влажным хлопком выдернулся из рта Кими, оставив его губы опухшими и приоткрытыми. Он не прерывал зрительного контакта, поднёс большой палец к своему рту, высосал из него его слюну, прежде чем отпустить его с резким щелчком зубов. Дыхание его теперь было резким и неровным. Глаза Кими расширились ещё больше, когда Тото вылизал свой палец дочиста, и это зрелище вызвало у него дрожь по спине. Он почувствовал себя так, словно попал в какую-то альтернативную реальность — реальность, где строгий директор его команды ведёт себя так, как бы он себе не мог никогда в жизни представить. — Мистер Вольфф? — шепчет он неуверенно. — Что вы делаете? Выражение лица Тото помрачнело ещё больше; он крепко сжал челюсти и уставился на кудряша с напряжённым, почти гневным взглядом. Он подошёл ещё ближе, полностью вторгшись в его личное пространство, и наклонившись к нему, чтобы прошептать сурово в его ухо: — А на что похоже то, что я делаю? У Кими перехватило дыхание от внезапной близости лица Тото, а хриплый тембр его голоса вызвал у него электрический разряд. Тело словно горело, каждое нервное окончание покалывало с ожиданием и страхом. — Я... Я не... Рука Тото переместилась с щеки Кими на затылок, крепко сжимая его и притягивая его ещё ближе. Его губы коснулись его уха, и он произнёс низким, властным голосом: — Я покажу тебе, что происходит с гонщиками, которые не слушаются меня. Глаза Кими на мгновение закрылись, когда Тото крепче сжал его шею, и из его уст вырвался тихий стон от этого властного жеста. Он привык к строгости и требовательности Тото, но это было нечто совершенно иное. — Пожалуйста... — прошептал он. – Я... Хватка Тото на шее Кими усилилась ещё больше, его пальцы собственнически впились в его кожу. — Посмотри на себя, — тихо прорычал он. — Стоишь тут с распухшими губами и расширенными зрачками, и заводишься от того, что я сую свой палец в твой рот. Лицо Кими вспыхнуло густым румянцем от резких слов; его тело слегка дрожало от унижения и возбуждения, переплетающихся в голосе Тото. Он сильно прикусил губу, чтобы подавить стон, и сжал кулаки. — Мистер Вольфф, прекратите... — он слабо умолял. У Тото перехватило дыхание от того, как Кими произнёс его имя — слабо и нуждающееся, — и он вдруг представил, как бы звучал юноша, произнося это, пока Тото трахал его на кровати. Он резко покачал головой, чтобы прогнать эту фантазию. — Ты сейчас возбужден, не так ли? Глаза Кими расширились от шока и смущения, когда Тото догадался о правде. Он чувствовал, что его тело его предает — член пульсировал в костюме, полностью возбужденный доминирующим поведением Тото, несмотря на то, что его разум был в смятении и подавленности. — Н-нет... — плохо солгал он. Глаза Тото резко сузились, его свободная рука внезапно надавила на переднюю часть штанов кудрявого. Он сразу почувствовал его эрекцию сквозь ткань. — Лжец, — прошипел он, — ты чертовски возбужден, потому что твой директор к тебе так обращается... Лицо Кими покраснело ещё сильнее от дерзкого обвинения и сильного прикосновения руки Тото к его члену. Он чувствовал себя совершенно беззащитным и униженным, но в то же время невероятно возбуждённым. Его тело слегка изогнулось, прижимая свой член к чужой ладони и даже не контролируя это. — Мистер Вольфф... Глаза Тото вспыхнули мрачным удовлетворением, когда Кими инстинктивно вжался в его руку. Он надавил сильнее, обхватив его член сквозь штаны. — Посмотри на себя, — прорычал он. — У тебя встал, потому что я тебя отчитываю. Губы Кими слегка приоткрылись; он тяжело дышал, и его тело дрожало от смеси смущения и возбуждения. Он не мог поверить, что это происходит — руководитель его команды, по сути, мастурбировал ему через штаны, при этом указывая ему на его возбуждение. — П-пожалуйста, остановитесь... Рука Тото внезапно обхватила пульсирующий член кудряша, его пальцы с манящей медлительностью обводили его контур сквозь тонкую ткань. — Остановиться? — он мрачно рассмеялся. — Скажи мне, что ты не хочешь, Кими. Скажи мне отойти, и я перестану, — его большой палец прижимался к головке члена Антонелли, размазывая преякулят сквозь ткань. Глаза Кими слегка закатились, когда Тото коснулся его, и из его горла вырвался отчаянный стон. Он понимал, что должен сказать Тото остановиться, уйти — чтобы сохранить хоть какую-то видимость профессионализма между ними, — но из-за ошеломляющих ощущений Антонелли не мог связать ни одного слова. — Я... Я не могу... — говорит он, задыхаясь, а его бедра дёргаются в руках Вольффа. В глазах Тото вспыхнуло торжествующее желание, когда Кими невольно толкнулся ему навстречу. — Ты бы, блядь, не смог этого сказать, даже если бы захотел, — пробормотал он резко, поглаживая теперь медленнее, почти мучительно, и проводя рукой по всей длине. На штанах итальянца образовалось мокрое пятно от предэякулята. У Кими перехватило дыхание, когда Тото продолжал тереть его член сквозь штаны; влажная ткань почти не препятствовала сильным ощущениям. Его разум был полностью разрушен, все рациональные мысли были утрачены из-за всепоглощающего удовольствия и унижения. — Чёрт... о, чёрт... — прошептал он хрипло. Услышав, как Кими ругается и всхлипывает, Тото опасно приблизился к краю пропасти. Он внезапно начал стягивать с Кими гоночный комбинезон, расстегивая молнию свободной рукой. — Подними ноги, — скомандировал он грубо. Тело Кими мгновенно отреагировало, его ноги автоматически поднялись, словно под чьим-то контролем. Он почувствовал, как его комбинезон грубо стянули вниз, оставив его только в термобелье, которое еле скрывало его возбуждение. — Вы уверены... Тото не дал Кими закончить предложение. Одним быстрым движением он схватил пояс его термобелья и потянул его вниз, освобождая его твердый член. Он обхватил его рукой, пристально глядя на него, а затем снова посмотрел на Антонелли свирепым взглядом. Кими резко ахнул, когда его член оказался на открытом воздухе под пристальным взглядом Тото. Он чувствовал себя совершенно беззащитным и уязвимым, сердце бешено колотилось в груди. Когда Тото обхватил его рукой, Кими издал глухой стон. — Мистер Вольфф пожалуйста... — он отчаянно умолял. — Не здесь. У Тото сжалась челюсть, когда он услышал умоляющий тон кудряша. Он понимал, что это переходит все профессиональные границы, но видеть его в таком состоянии — всхлипывающего и отчаянного — совершенно вывело его из себя. — Слишком поздно... — зарычал он, и его рука тут же стала гладить его член медленно. Голова Кими мягко откинулась назад, когда Тото начал мастурбировать ему. Его бёдра слабо выгнулись вперед, стремясь к большему трению. Он чувствовал, будто тонет в удовольствии и унижении, а в голове у него царил хаос из эмоций. Тото наклонился ближе, его горячее дыхание коснулось уха Кими, и он продолжал нежно, но уверенно поглаживать его. — Шшш... ты это выдержишь, Кими. Ты возьмешь руку своего руководителя команды на своем члене, и тебе это понравится. Всё тело Кими содрогнулось от грязных слов, прошептанных ему на ухо. Он мог лишь беспомощно стонать, когда рука Тото сжимала его, ускоряя движения. Его лицо исказилось от стыда и похоти, когда его бедра отчаянно начали двигаться в ритме с рукой Вольффа. Внезапно Тото протянул другую руку, схватил Кими за бедро и поднял выше, получив лучший ракурс для мастурбации. Его движения стали более агрессивными, большой палец скользил по кончику его члена с каждым движением, размазывая преякулят. — Вот так. Хороший мальчик. Слова «хороший мальчик» заставили член Кими резко дернуться в руке Тото. Он почувствовал себя полностью принадлежащим ему и использованным. Его дыхание стало прерывистым, пока он бесстыдно двигался в такт руке Вольффа, а его бедра дико выгибались. — Я... Я сейчас... — предупредил он слабо. Схватил темноволосого за плечи, тулясь к нему ближе. — Я знаю, — прошипел Тото, ещё сильнее сжимая член Кими. Он ласкал его быстрее и сильнее, используя его толчки, чтобы грубо довести до оргазма. Его большой палец надавил на его головку, прилагая давление из-за которого Антонелли видел звёзды. Глаза Кими закатились, когда большой палец Тото надавил на его чувствительную головку. Он издал громкий, отчаянный крик, когда оргазм накрыл его, как грузовик. Его член бешено пульсировал в руке Тото, стреляя густой спермой на пальцы и на запястье Вольффа. Он крепко обнял Вольффа за шею, зарываясь лицом в его плече с громким стоном. Тело Тото напряглось, когда Кими кончил ему на руку, его крики были приглушены, когда он прижался к его плечу. Он продолжал ласкать его, выжимая из него каждую последнюю каплю спермы, пока он не обессилел и не задрожал в его объятиях. — Вот так, хороший мальчик. Кими тихонько заскулил от продолжающихся похвал, его тело было слишком чувствительным и слабо содрогалось от оргазма. Он ненавидел то, как сильно ему нравилось, когда руководитель команды называл его «хорошим мальчиком», в то время как ему грубо дрочили на столе. В конце концов, Тото замедлил движения, пока не стал лишь нежно сжимать размягчающийся член кудрявого, покрытый его спермой. Он с удовлетворением посмотрел на свою испачканную руку, а затем снова на Антонелли. — Посмотри на себя... — он хрипло пробормотал. Кими тихо застонал и попытался слегка отстраниться, внезапно смутившись от того, как сильно он кончил и как страстно он трахал руку Тото. — ...Не смотрите на меня так... — пробормотал он слабо. — Не могу поверить, что я только что позволил вам... — Позволить? – Тото поднял бровь, его голос был низким и опасным. — Ты ведь не возражал, когда я трогал твой член, правда? На самом деле тебе это чертовски понравилось. — Он взял салфетку со стола, чтобы вытереть сперму Кими со своей руки. Лицо Кими покраснело от резкого напоминания Тото. Он открыл рот, чтобы возразить, но из него вырвалось лишь слабое отрицание. Он неуклюже замолчал, вспомнив, как стонал, извивался и практически трахал кулак Тото, как возбужденный подросток (кем он и являлся). Рука его слегка дрожала, словно ему хотелось ещё раз прикоснуться к Вольффу. Тото наблюдал, как кудряш извивался; его отрицание было до боли слабым. Он видел его дрожащую руку,а его тело всё ещё было покрасневшим и возбуждённым, несмотря на то, что он только что кончил. Когда Тото наклонился ближе, его голос был тихим шёпотом: — Ты хочешь от меня большего, не так ли? Хочешь, чтобы я тебя ещё раз коснулся... Кими прикусил губу, и его взгляд скользнул вниз на руку Тото, которая недавно обхвативала его член. Он тяжело сглотнул, его голос звучал едва слышно: — Д-да... — смущенно признался он, немного раздвигая ноги и не осознавая этого. В глазах Тото опасно потемнело от признания Кими. Он наклонился, его губы коснулись губ итальянца в дразнящем, почти карающем поцелуе. — Ты чертовски отчаян, Кими. — Он опустил руку вниз, на бедро Антонелли, нежно сжимая. — Скажи мне, что ты хочешь. Кими всхлипнул во время поцелуя, отчаянно сжимая плечи Тото. Он ненадолго прервал поцелуй, тяжело дыша: — ...Прикоснитесь ко мне ещё... Пожалуйста... — Его бёдра непроизвольно приподнялись над столом. Его лицо очень сильно пылало из-за смущения и желания. — Что? Ещё? — Тото слегка отстранился, с мрачным удовлетворением наблюдая за покрасневшим лицом кудряша. Он точно знал, чего он хочет, но хотел услышать это от него. Его рука скользнула вверх по внутренней стороне бедра, слегка касаясь полутвердого члена юноши. Кими издал отчаянный стон, когда рука Тото поднялась выше по его внутренней стороне бедра. Он без стеснения раздвинул ноги шире, голос его совсем дрогнул: — Твоя рука... твой рот... Твой член... Мне всё равно, просто пожалуйста... Коснись меня... — умолял он открыто. Отчаяние в голосе Кими заставило член Тото болезненно пульсировать под брюками. Он никогда не слышал, как он так умоляет, никогда не видел его таким нуждающимся. Когда Вольфф наклонился, его рот завис над ухом Антонелли: — Твой рот такой грязный, когда ты такой отчаянный, Кими... Умоляешь своего директора трахнуть тебя... Кими громко застонал от грязных слов, уже совершенно не испытывая смущения. Он был просто нуждающимся, возбужденным. — ...Я ничего не могу с этим поделать... — Он заныл, слегка приподняв бедра. Тото потерял самообладание, услышав этот жалобный, нуждающийся тон. Он резко встал, схватил Кими за бёдра и легко поднял со стола. Он сел и посадил его к себе на колени, и ноги итальянца оказались по обе стороны бёдер австрийца. — Двигайся на моей руке. — Грубо приказал он, водя пальцем по его скользя пальцами по его промежине и прижал палец к его анусу. Кими вскрикнул и тут же подчинился, начав отчаянно тереться об пальцы Тото. Он крепко обхватил руками шею Тото. — Ах, черт... Вот здесь... — говорил он, тяжело дыша. — Посмотри на себя, используешь меня, чтобы удовлетворить себя... — Тото тихо зарычал, сильнее надавливая пальцами, точно зная, где коснуться Кими, чтобы он увидел звёзды. – Ты такой чертовски жалкий, когда возбуждён, Кими... Непристойные слова только заставили Кими двигаться ещё сильнее. Он запрокинул голову назад, полностью погрузившись в ощущения. Ему было всё равно на всё, кроме удовольствия, которое доставлял ему Тото. — ...Да... О боже... Пальцы Тото внезапно вошли в Кими, заставив его вскрикнуть. Он внимательно следил за его лицом, когда начал трахать его пальцами прямо у себя на коленях. Кими громко вскрикнул, когда внезапное вторжение растянуло его на части. Он уткнулся лицом в шею Тото, сильно сжимая зубы и начиная с жадностью ласкать себя его пальцами. — Вот так, — подбодрил Тото, его голос был хриплым от возбуждения. Он добавил второй палец, раздвигая их внутри Кими, чтобы как следует растянуть его. Он чувствовал, как тот сжимается вокруг его пальцев, отчаянно желая большего. – Хочешь чтобы я тебя трахнул, не так ли? Кими томно стонал, прижимаясь к шее Тото и отчаянно кивая. — Да, да, да... — повторял он, отчаянно вращая бедрами вокруг пальцев внутри себя. – ...Пожалуйста, Мистер Вольфф... Я хочу вас... Я хочу этого... Пожалуйста, я буду хорошим мальчиком... – он обещает отчаянно, его больше ничего не волнует. Член Тото бешено пульсировал от отчаянных мольб и обещаний. Он никогда не видел Кими настолько отчаянно желающего секса. Он резко вытащил пальцы, заставив его застонать. — Ты будешь хорошим мальчиком? Кими энергично кивнул, его лицо покраснело и выражало отчаяние. Он согласился бы на что угодно, лишь бы Тото засунул свой член ему внутрь. — Да... О боже, да... Я буду таким хорошим... Просто, пожалуйста, трахните меня... – он умоляет, его тело неконтролируемо выгибается, желая его всего. Внезапно Вольф резко встает с Антонелли на руках и кладет кудрявого спиной на стеклянный стол. Руки Тото тут же потянулись к ремню, расстегивая его грубыми, энергичными движениями. Он сдвинул штаны ровно настолько, чтобы освободить свой твердый член, и застонал при виде итальянца, распростертого на его столе. Кими тут же широко раздвинул ноги, закинув руки за голову и ухватившись за край стола. Его изогнутая спина слегка выгибалась над стеклянной поверхностью, выдавая себя совершенно бесстыдно. Тото достал смазку из ящика стола, его руки слегка дрожали от желания. Он накрыл пальцы и без предупреждения втолкнул их обратно в Кими, заставив его снова вскрикнуть. — Не волнуйся, я буду нежным. Кими громко застонал, его ноги дрожали, когда пальцы Тото снова раздвинули его. Он оглядел свое тело, наблюдая, как Тото широко раздвигает его пальцами. — Ты чертовски красив, когда тебя растягивают... – Тото тихо прорычал, проталкивая пальцы глубже. Он согнул их, попав в простату Кими, отчего тот увидел звёзды перед глазами. Он добавил третий палец, растягивая Кими нежно. – Хочешь мой член внутри себя? У Кими от удивления отвисла челюсть, когда Тото снова и снова бил его по простате. Его тело отчаянно извивалось, пытаясь глубже вонзиться в пальцы. — Да... Боже, да... — Ммм, умоляй еще... – Тото нравилось видеть Кими в отчаянии и нужде. Он медленно вытащил пальцы. Вольфф открыл тумбочку которая была встроена в стол, и вытащыл оттуда упаковку с презервативом. Открывши его он натянул резинку на свой орган и расположился между ног Антонелли, схватив его за бедра и поднял их выше. Он прижал головку своего члена к его входу. — Умоляю тебя... – Прошептал Кими – ...Вставь его в меня... Мне это нужно... – умоляет он бесстыдно. Тото застонал от грязных слов, вырвавшихся из уст Кими. Он медленно двинулся вперед, его толстая головка скользнула сквозь тугой край кудрявого. Он быстро достиг дна, его бедра плотно прижались к его заднице. — Черт, ты такой узкий... – он стонет, держа бёдра Антонелли. Кими громко вскрикнул, когда член Тото полностью заполнил его. Он чувствовал каждый его сантиметр, растягивая его настежь. Его глаза закатились, когда таз Тото прижался к его нему, по его телу пробегали электрические разряды удовольствия. — Хороший мальчик... — задыхаясь, прошептал Тото, собственнически сжимая бедра Кими, удерживая его на месте и полностью проникая в него. Он наклонился над ним, его губы зависли чуть выше губ Антонелли. – Ты такой приятный... Кими обнял Тото за шею, притянув его к себе для страстного поцелуя. Он начал энергично покачивать бедрами, двигая бедрами на толстом члене Тото. Тото застонал во время поцелуя, но тут же начал двигаться. Он медленно вытащил член, пока внутри не остался только кончик, а затем резко вставил его обратно, заставив Кими закричать ему в рот. — Тебе нравится? Кими прервал поцелуй, запрокинув голову назад и громко закричав, когда Тото начал вбиваться в него. Он слышал, как по комнате разносились влажные шлепки плоти о плоть. — Да! Да! Я люблю это! – он уткнулся лицом в грудь Вольффа, пытаясь заглушить стоны, боясь что кто-то в паддоке может услышать их. Тото обнял Кими, притянув его к себе, и продолжал энергично двигаться бедрами, прижимаясь к нему. Он снова завладел его губами, заглушая приглушенные стоны, и продолжал двигаться внутри него. — Ты такой шумный... Кими тихонько застонал во время поцелуя, его голос был полностью заглушен губами Тото. Его тело дрожало и тряслось с каждым движением. Он чувствовал, как горячее дыхание Тото смешивается с его собственным, когда они небрежно целовались. Тото глотал каждый шум, издаваемый Кими, его толчки становились все сильнее и глубже. Он точно знал, что его член делал внутри Кими — ударяя по простате с каждым движением его бедер. Он слегка отстранился, чтобы прервать поцелуй, и наблюдать, как лицо Кими молча искажается. У Кими отвисла челюсть в беззвучном крике, глаза крепко зажмурены, наслаждение захлестнуло его. Его тело неконтролируемо дрожало с каждым жестоким толчком. Его ногти впились в спину Тото. — Я... я сейчас... – говорит он задыхаясь, его дырочка сжимается вокруг члена Вольффа. Тото почувствовал, как отверстие Кими сжалось вокруг него, и понял, что кудрявый вот-вот кончит. Он обхватил рукой горло Кими, нежно сжимая его, и продолжал вбиваться в него, его оргазм тоже начал приближаться. — Кончи для меня... Рот Кими широко раскрылся, глаза закатились, когда он почувствовал, что давление в яичках стало невыносимым. Он начал сильно кончать, его ягодицы сжимались вокруг толстого члена Тото, когда Антонелли изливал свою сперму на свой живот, его стоны были заглушены через руку Вольффа на горле. Тото наблюдал, как Кими кончает на его члене, и это зрелище заставило его полностью потерять контроль. Он сильнее вонзил в него свой член, стремясь к собственному оргазму. — Черт... вот так... хороший мальчик... – Он застонал, чувствуя что вот-вот тоже кончит. С последним толчком, он полностью погружается в Антонелли сильно кончая внутрь презерватива. Кими почувствовал, как большой член Тото расширяется внутри него, наполняя презерватив своей горячей спермой. Он ощущал каждое его движение на своих чувствительных стенках, отчего его тело дрожало и тряслось. Его ноги обняли талию Вольффа, держа его внутри себя. Тото долгое время оставался внутри Кими, тяжело дыша, приходя в себя после оргазма. Он медленно вытащил член, отчего Кими слегка поморщился от внезапной пустоты. Он осторожно извлёк наполненным семенем презерватив, и выкинул его в мусорку. — Всё хорошо? Кими медленно моргнул, всё ещё находясь в эйфории от оргазма. Он чувствовал себя совершенно безвольным и удовлетворённым, его тело слегка дрожало, когда он кивнул. — Ммм... Я в порядке... – Он мягко улыбнулся, его щёки покраснели, и его волосы были растрепанные. Его рука потянулась чтобы коснуться груди Вольффа. Воздух утих. Тото, вздохнув, первым нарушил тишину. Но вместо того чтобы удалиться, он осторожно, почти неуверенно, провел большим пальцем по щеке Кими, стирая след пота. — Ты слишком талантлив, чтобы так нервно реагировать на неудачи, – сказал он тихо. – Это был только один поворот. Один круг из тысячи принадлежащих тебе. Это было настолько неожиданно, что Кими застыл. Это были не слова босса. Это были слова... кого-нибудь поближе. —  Я разочаровал вас, – произнес Кими, не отводя взгляда. – Да, – честно признался Тото. –  Но я тоже… увлекся твоей страстью. Даже в провале. От этого Кими почувствовал тепло внутри. Это было признание. Сложное, но честное. Тото встал и протянул руку, чтобы помочь ему встать. Его рукопожатие было крепким, коротким, и оставило на запястье Кими ощущение его темперамента. — Завтра – новый день. Другой настрой. Но сегодня… сегодня иди отдыхай. Ты заслужил.