Renegade

Пробежка? Маки Зенин эквивалент движения "вверх”? Тоге смотрит на экран своего телефона, тщательно обдумывая, как ответить. Он почти жалеет, что не проспал все это время. Ему действительно не хочется бегать этим утром, но он также не в состоянии отказаться от предложения кого-либо из своих друзей прямо сейчас. Он никогда не знает, когда может выпасть следующая возможность. Он скидывает большой палец вверх  в ответ на сообщение и вылезает из постели. Один взгляд на изморозь на его окне - и он понимает, что будет холодно, но все равно надевает шорты. Маки заставит его двигаться быстро, и он мгновенно перегреется. Кажется особенно жестоким, что она просит его сделать это на следующий день после перепалки с Ютой, не говоря уже о воскресенье, но Тоге уверен, что это специально. Она хочет подвести итоги. От одной мысли об этом у Тоге сводит живот. Собирается ли она извиниться за поведение Юты? Или она просто собирается прочитать ему очередную лекцию? Тоге и близко не был способен предвидеть ее поведение с тех пор, как Юта вернулся. Она стучит в его дверь, прежде чем он успевает завязать шнурки. "О боже, ты уже слишком медленный", - говорит она ему, подстрекая его еще до того, как они начинают бежать. Он уже взвинчен. Первая миля, как и ожидалось, проходит в напряженном темпе, но самое худшее - это жуткая тишина. Сначала Тоге думает, что она просто пытается как бы невзначай втянуть его в разговор, который им предстоит, не набрасываясь на него с этим сразу, но с каждым шагом ее истинный план становится все более очевидным. Она заводит его достаточно далеко, чтобы Тоге не смог сбежать от нее, если все пойдет на наперекосяк. В конце концов, он не сможет от нее убежать. Это ловушка, а Тоге - бесполезный маленький кролик, который забрел прямо в нее при первом же взмахе морковки. Они, наконец, сбавляют темп на полпути к своему обычному маршруту, где лесная тропинка начинает изгибаться и ведет обратно к главной части кампуса. «Значит, Юта извинился вчера вечером?» Маки наконец-то спрашивает. Тоге коротко кивает. «Нам нужно поговорить об этом?» Он смотрит на нее, пытаясь понять, что она имеет в виду. Ее лицо безмятежное, даже незаинтересованное. Если это не связано с тем, что произошло вчера, то что же еще это может быть? Что она может сказать такого, что, по ее мнению, заставит Тоге пуститься наутек? Тем не менее, Тоге рад любому предлогу, чтобы не вдаваться в подробности вчерашних событий. Он хотел бы стереть все это из своей памяти, если это возможно, большое вам спасибо. Он качает головой, возможно, с излишним энтузиазмом. Маки задумывается над этим, пару раз украдкой поглядывая на него. «Тебе не понравится то, что я собираюсь тебе сказать». Вот и началось. "Я хочу, чтобы ты был добрее к Юте". Тоге останавливается на полпути. Она шутит, да? Она, должно быть, шутит. Тоге? Быть добрее к Юте? А не наоборот? Вчера вечером он на глазах у всех назвал проклятую технику Тоге шуткой на вечеринке. И Маки хочет, чтобы Тоге был добрее. Есть по крайней мере сто вещей, которые Тоге хотел бы сказать по этому поводу. Он редко чувствует себя по-настоящему ограниченным в своем словарном запасе, но Маки только что поцарапал кожу и пустил кровь. "Да, ты", - отвечает она, останавливаясь перед ним. «Я прочитала тот отчет о миссии, который ты отправил Годжо на прошлой неделе. Это действительно было необходимо?» Тоге вздыхает. Он вернулся и перечитал его вчера вечером после того, как Юта упомянул об этом. Это не было нечестно, но, безусловно, грубо. Тогэ мог бы быть намного мягче в своих формулировках, но он был чертовски зол и, по общему признанию, все еще ошеломлен от всей этой техники обратного проклятия. В то время он был не в лучшей форме. Хотя, даже перечитав, он не подумал, что все так уж плохо. Юта любимчик. Не то чтобы Тоге думал, что сможет повлиять на его репутацию, сдав это. Но, очевидно, все было настолько плохо, что Годжо счел нужным обсудить это с ним. И так продолжалось целый час, если Юта не преувеличивал. "Я не говорила тебе этого, потому что это не твое дело, но тебе явно нужно знать",- говорит Маки низким голосом. "Юта не ездил в Африку тренироваться. Его отправили туда. Против его воли". Подожди. Что? Но это означало бы... "В прошлом году он попал в неприятности", - быстро объясняет Маки, не оставляя места для вопросов. "Этого было достаточно, чтобы даже Годжо сорвался. Они вдвоем поссорились, а на следующий день сумки Юты были собраны". Так что Африка была наказанием. В голове Тоге все постепенно встало на свои места. Тогэ никогда не понимал, почему Юта ушел, если он так сильно любил своих друзей. Он только начал изучать проклятую технику. Зачем уходить так рано и пропускать целый семестр, а потом еще и часть из-за учебной экспедиции, которая вполне могла бы подождать до окончания учебы? Годжо точно знал, что он делает, когда отослал Юту. Он знал, что Юта больше всего не хотел расставаться со своими друзьями. И если Годжо намеренно хотел причинить ему боль, то, что бы Юта ни сделал, это должно было быть действительно плохо. И прошлой ночью сам Юта сказал, что он был на напряженные отношения. Вот почему Годжо так хотел получить отчет Тоге в ту ночь. По какой-то причине он почувствовал необходимость сразу же проверить Юту после его первой миссии. Нет, все гораздо хуже. Годжо сопротивлялся даже тому, чтобы позволить Юте отправиться на эту миссию. Что такого плохого мог натворить Юта, что его отстранили от участия в миссиях? Как бы то ни было, Тогэ явно усугубил ситуацию, что не входило в его намерения. Он думал, что сбивает с толку золотого мальчика. Он не думал, что на самом деле наносит какой-либо ущерб. Он бы не сделал ничего подобного, каким бы засранцем ни был Юта. Маки вздыхает, читая лицо Тоге. "Ты не мог знать", - признает она. "Но Тогэ. Ты бы никогда не сделал ничего подобного, если бы это была я, или Нобара, или даже другие первокурсники. Так почему же сейчас? Почему Юта?" Тоге почти смеется. Маки - одна из самых проницательных людей, которых он когда-либо встречал. Если она действительно не понимает, как возвращение Юты изменило их отношения, то она даже не подает виду. Что, на самом деле, неудивительно. Это самое большое время, которое они провели вместе за последние недели. вместо того, чтобы спросить ее об этом, он опускает взгляд и разглядывает свою обувь.Он не должен объяснять ей это. "Послушай. Я знаю, что это не похоже на правду", - говорит Маки. «Но Юута действительно чувствителен». Тогэ вскидывает голову, искренне пытаясь понять, шутка это или нет. Это не так. Брови Маки странно приподняты - не то чтобы обеспокоенно, но сочувственно. Это не то выражение, которым она щедро делится. Но Юта Оккоцу чувствительный? Она, должно быть, ошибается. "Ничего страшного, если он тебе не нравится. Меня это разочаровывает, потому что я бы хотела, чтобы все ладили, но у тебя может быть свое мнение. Я просто прошу вас быть вежливыми, хорошо?" Тоге умудряется слегка кивнуть и снова начинает двигаться. Он хочет, чтобы этот разговор закончился. Он не может не разозлиться на нее за последнюю фразу - за то, что она сказала, что он разочаровал ее, не поддержав дружеских отношений с Ютой. Не то чтобы Юта как-то облегчал им обоим дружеские отношения в любой момент. Тоге, конечно, не виноват во всех их проблемах. Но все же, даже зная, что она несправедлива, Тоге обеспокоен этим. Он ненавидит, что разочаровал ее. "Я сказала, хорошо?"Маки повторяет, без усилий догоняя его. Тоге снова кивает. "Могу я получить устное подтверждение, пожалуйста? Ты за всю неделю почти ни с кем не перекинулся ни словом". "Лосось", - удается выдавить Тоге. Они продолжают бежать еще несколько секунд. Он думает, что, возможно, она этого не слышала, но, конечно, она слышала. В конце концов, это Маки Зенин. "Тоге", - рычит она, снова замирая на месте. «Почему ты говоришь так, будто проглотил чертову терку для сыра?» У него не такой уж плохой голос. У него вырывается кашель, который он сдерживал последние несколько минут, так как уже был на взводе. Конечно, он все еще немного не в себе после вчерашнего. Через пару дней с ним все будет в порядке. Боль в горле - это просто часть работы. У него бывали ситуации и похуже, но даже если бы и не было, он не позволит Юте Оккоцу стать причиной его падения. Тоге продолжает бежать, а Маки догоняет его, почти мгновенно переключая скорость. «Насколько все плохо? Будь честен». Просто продолжай бежать, говорит он себе. Все это скоро закончится, и тогда у него будет весь остаток дня, чтобы ничего не делать, кроме как пить чай и обливаться обезболивающим спреем, если все действительно так плохо, в чем Тоге все еще не уверен. В любом случае, ему нужно быть более стойким к таким вещам. Если Юта или Иэйри сразу же устранят повреждения, он сомневается, что получит какую-либо пользу от своих усилий. "Кровь?" Маки неумолимо продолжает. "Черт", - осознает она. "Ты вчера стирал. Ты отстирывал кровь со своей формы, не так ли?" Тоге изо всех сил старается просто продолжать бежать, но он не может убежать от ее. Она отталкивается от земли и летит на целый шаг впереди него, вытягивая шею назад, чтобы заглянуть ему в лицо и оценить его отсутствие реакции. Он делает все возможное, чтобы игнорировать ее. Он смотрит прямо вперед, сосредоточившись на возвращении в общежитие. Это ее нисколько не обескураживает. «Ты должен был рассказать нам об этом. Ты не можешь оставить такую травму без лечения, и ты это знаешь. Можешь просто остановиться на секунду?» Она протягивает руку, преграждая Тоге путь. Они вместе замедляют шаг и останавливаются, и Тоге сразу же начинает задыхаться. Он так запыхался, что вынужден согнуться пополам и упереться руками в колени. Блядь. Он знает, что лучше не пытаться превзойти Маки в темпе. Он не может этого сделать даже в свой лучший день. "Задумайся об этом на секунду", - медленно произносит она."Что, если бы ты проснулся сегодня утром от вызова на задание? Мы оба знаем, что у тебя не хватило бы ума отказаться от этого, даже несмотря на то, что ты явно не в состоянии сейчас даже пробежаться. Ты бы сделал себя совершенно уязвимым или сделал бы еще хуже. И ради чего? Ты мог бы просто пойти…" Она резко обрывает разговор. Иэйри? Нет, Тоге не мог пойти к ней. Их вчерашний маленький показательный бой был неофициальным, и Тогэ теперь понимает, что это потому, что Годжо никогда бы не одобрил что-то подобное, если бы он был так зол на Юту, как говорит Маки. Было бы совершенно неуместно, если бы Тогэ попросил применить технику обратного проклятия после несанкционированного действия. Одно дело, если бы это был простой спарринг, и он получил растяжение связок или вывихнул что-то и нуждался в исправлении, но необходимость объяснять, что он использовал свою технику против другого ученика без специального разрешения школы, только навлекла бы на них неприятности. Иэйри никогда не рассматривалась как вариант. Остается Юта, и они оба знают, что у Тоге не было ни малейшего шанса попросить Юту об одолжении после того дерьма, которое он устроил прошлой ночью. Он, вероятно, не попросил бы Юту об одолжении в любом случае. Маки вздыхает. "Мы собираемся привести тебя в порядок перед завтрашними занятиями. Юта к этому времени уже проснется. Давай просто вернемся в-" Тоге снова переходит на бег. Он не такой уж хрупкий. "Или нет", - фыркает она, догоняя его. Она раздраженно качает головой, но не спорит. Она позволяет ему вернуться в общежитие первым, вероятно, ей не хочется ускорять шаг, следуя за ним слишком близко. Тоге врывается в комнату и быстро кивает Нобаре в знак признательности, надеясь, что это скроет его плохое настроение. Она улыбается в ответ на приветствие и выскальзывает из дверного проема на кухню, обнаруживая - конечно же, черт возьми - Юту Оккоцу, стоящего перед раковиной и изо всех сил сжимающего в руке чашку кофе. Тогэ даже смотреть на него сейчас не может. Он проходит мимо него и рывком открывает дверцу холодильника, даже не оглянувшись. Хуже всего то, что до этого разговора с Маки, Юта и Тоге на самом деле были в нормальных отношениях. Они были хрупкими, но они нашли хотя бы небольшой участок мира между собой. Маки просто схватила этот мир обеими руками и сломала его об колено, как ветку дерева. Тоге снова возненавидел Юту. Он ненавидит Юту за то, что он доносит на него, и за то, что он постоянно привлекает к себе всеобщее внимание, и он особенно ненавидит Юту за то, что Маки разочаровался в нем. Тоге выпивает половину своего спортивного напитка одним глотком, пытаясь заставить горло болеть только за счет гидратации. Это не сработает, особенно с учетом того, что Маки нацелилась на более эффективный способ исцеления, но и просто ничего не делать он тоже не может. " Юта! - Кричит Маки, распахивая дверь. - Иди сюда! Тоге хочет попросить тебя об одолжении." Тьфу. Какого черта она так это сформулировала? Это ее просьба, а не Тоге. Он пытается бросить на нее осужденный взгляд, но она уже занята. Нобара молча протягивает ей кружку, и Маки наклоняется и целует ее в щеку, когда она берет ее. Они что-то украдкой шепчут друг другу, пока Тоге смотрит на них, но говорят достаточно тихо, чтобы Тоге не мог расслышать, о чем они говорят. Он клянется, что уловил, как Маки произносит эти слова одними губами, все было хорошо. Нобара спрашивала, как прошел их забег, что подтвердило бы теорию Тоге о том, что весь их разговор сегодня утром был спланирован заранее. Что-то в этом просто кажется ему отвратительным. Он ненавидит, когда им управляют. Он скучает по тем дням, когда они просто разговаривали друг с другом. По его опыту до приезда Юты, если у кого-то возникали проблемы с кем-то, это возникало само собой, и они с этим справлялись. Тем не менее, Тоге сомневается, что у кого-то здесь когда-либо были такие серьезные проблемы, как у Тоге и Юты. Юта выплывает из кухни, прихлебывая кофе и с интересом наклоняя голову набок. Тоге уже видит, как в уголках его губ появляется подобие ухмылки "Это правда?" спрашивает он. Этот ублюдок наслаждается происходящим. Он выжидающе переводит взгляд с Маки на Тоге. "О чем бы ты хотел спросить меня, Тоге?" Тоге не может удержаться и раздраженно закатывает глаза. Они все знают, что он не собирается вести здесь никаких разговоров, так что, если бы Маки поторопилась и сделала это за него, было бы здорово. Не нужно растягивать унижение. "У Тоге что-то с горлом", - наконец-то объясняет Маки. «Его нужно исцелить». "О, это?" Спрашивает Юута с кислой миной на лице. "Да, я уже пробовал. Он мне отказал." «Подожди. Ты знал?» Обвиняет Маки, больше не притворяясь милой. Нобара рядом с ней плотно сжимает губы, явно пытаясь подавить улыбку. Приятно осознавать, что Тоге не единственный, кто наслаждается, наблюдая, как Юта попадает в беду. Тоге думает, что у него хорошо получается сдерживать смех, но Маки бросает на него предупреждающий взгляд. Очевидно, он тоже не в восторге. «А что я должен был сделать, засунуть это ему в глотку?» Юта защищается. Тогэ внезапно пробирает дрожь, когда он вспоминает, как Юта сделал это в первый раз - странное ощущение, когда большой палец Юты погрузился в лужицу теплой крови у Тоге во рту, то, как он властно надавил на язык Тоге. Тоге не уверен, что в первый раз он был в достаточном сознании, чтобы полностью осознать это, и теперь воспоминания заставляют его снова краснеть от смущения. "Гм, да", - возражает Маки, как будто Юта был полным идиотом, раз думал иначе. "Если он говорит, что с ним все в порядке, я уверен, что с ним все в порядке", - ворчит Юта. О, как удобно. Вчера Юта, предположительно, был так одержим защитой Тоге, а сегодня он готов бросить его под автобус, как только получит нагоняй от Маки. Это могло бы раздражать, если бы не было так предсказуемо. Маки резко оборачивается, смотрит на Тоге и прищуривает глаза. Ой-ой. Это не может быть хорошо для него. «Хорошо. Скажи им, какой ты хорош. Давай послушаем это». «Икра». Даже если он говорит так тихо, как только может, хрипота становится очевидной. Проклятая энергия брызгает в маску Тоге, и он начинает ощущать привкус металла обжигающий горло. По крайней мере, говорить не больно. Это просто неэффективно, и, возможно, это еще хуже. Лица Нобары и Юты одинаково морщатся, слушая его, и, похоже, это единственное, в чем они согласились с тех пор, как Тоге их знал. "Э-э", - говорит Юта, явно испытывая неловкость.«Может быть, немного техники обратного проклятия не повредит». «Ты так думаешь?» предостерегает Маки. Она поворачивается к Тоге с деловым видом. "Сядь. Это продолжается уже достаточно долго". Тоге приходится сдерживаться, чтобы не затопать ногой, как ребенок, когда он подходит к одному из диванов и плюхается на него. Все это кажется таким нелепым. Он закрывает свою бутылку  и отбрасывает ее в сторону, внезапно разозлившись на то, что напиток не решает все его проблемы, как какой-то чудодейственный эликсир. Теперь его единственный выбор - Юта Оккоцу. Он садится за кофейный столик напротив Тоге, а девушки смотрят на него. Уже странно, что они делают это так формально. Еще более странно, что у них есть аудитория. "Мы просто введем небольшую дозу", - обещает Юта, - обещает Юта, согревая его руки, как это сделал бы настоящий врач. "Может быть, ты не будешь такой чувствительной, если мы сделаем все по-маленькому? Тебе, наверное, все равно нужно меньше, чем большинству людей, учитывая твой рост". Хорошо, эта последняя часть действительно была нужна? Он невысокий. Достаточно того, что Тогэ вынужден все время смотреть на него снизу вверх. Ему не нужно напоминать об этом вслух. Юта осторожно протягивает руки, кладя их на горло Тоге и опираясь большими пальцами по обе стороны от кадыка Тоге. Тоге не может не сглотнуть, чувствуя давление пальцев Юты. "Готов?" Юта спрашивает, настолько сосредоточенный, что даже не смотрит Тоге в лицо. Тоге кивает. Верный своему слову, Юта поражает его всего одной искрой. Она настолько слабая, что не могла длиться и секунды. Тогэ ощущает едва заметное тепло, но это все. Он по-прежнему остается самим собой. Он задается вопросом, взломал ли Юта какой-нибудь код, ограничив экспозицию. Но потом Тоге кашляет. Он держит рот закрытым, не желая кашлять Юте в лицо, но звук очевиден. Они все это слышат. Выражение лица Юты смягчается, становясь почти печальным. Тогэ видит, что он вложил в это немало сил. Просто этого было недостаточно. Впервые за все утро они смотрят прямо в глаза друг другу, вместе обдумывая последствия случившегося. "Позволь мне попробовать еще раз,", - бормочет Юта, делая вид, что он просто допустил ошибку. Они оба знают, что это не так, но Юта не доносит на него Маки и Нобаре. Возможно, он понимает, что таким образом он бы донес и на себя. Возможно, травма Тогэ серьезнее, чем он показывает, но Юта прекрасно осведомлен о том, как именно он получил эту травму. Он глубже впивается пальцами в шею Тоге, и на этот раз он не возится с ней. Тоге чувствует прилив сил по всему телу, внезапно. У него кружится голова. Кровь в его теле была заменена воздухом, гелием. Он может парить. Он мог бы парить. И он больше не просто смотрит на Юту. Теперь он смотрит на Юту, которого видел прошлой ночью, одетого в ту самую промокшую белую футболку, которая так радостно облепила каждый его пресс. Вода стекает с его темных волос и по подтянутым рукам, и, черт возьми, если он не выглядит так, словно сошел с обложки какого-нибудь рекламного ролика. Нет, все гораздо хуже. Со всех сторон его окружает яркий свет, придающий ему бело-золотой оттенок. Юта выглядит как Бог. «Тоге?» Возвращение к реальности происходит быстро, но шок длится долго. Тогэ моргает, цепляясь за каждую деталь своего окружения, когда выходит из галлюцинации. Общая комната. Нобара и Маки. Юта в темно-синем свитере с круглым вырезом, все еще полусонный и полностью зависящий от чашки кофе, стоящей рядом с бедром. Он всего лишь человек. Он всего лишь человек. Тоге замечает встревоженные лица присутствующих и поднимает руку, демонстративно шевеля пальцами. - Лосось, - объявляет он, доказывая, что с ним все в порядке. Его голос звучит именно так, как и должен звучать, немного слишком низкий для его фигуры и наполненный знакомым тембром проклятой энергии. Юта сделал свое дело. Он наконец убирает руки, и Тоге встает, больше не связанный. Он хочет поскорее убраться отсюда. Маки и Нобара с беспокойством наклоняются вперед, когда он поднимается. Юта, словно защищаясь, поднимает руку, растопырив пальцы, всего в нескольких дюймах от талии Тоге, готовый подхватить его, если он упадет вперед. - Полегче, - бормочет он себе под нос, настороженно наблюдая за каждым движением Тоге. Все три пары глаз прикованы к нему. Тоге вздыхает, бросая на Маки умоляющий взгляд. Он сделал так, как она хотела. Он полностью исцелился, и он даже встал на ноги и двигается. Чего еще они от него хотят? «Мы просто хотим убедиться, что с тобой все в порядке. Позволь нам время от времени заботиться о тебе, хорошо?» дразнит она, ласково улыбаясь. "Мы твои старшеклассники". Я бы предпочел, чтобы вы просто были моими друзьями, жалко думает Тоге. Друзья равны. Друзья не нянчатся друг с другом. Друзьям это и не нужно. Но когда Тоге оглядывает комнату, все трое выглядят обеспокоенными и внимательными, он понимает раз и навсегда, что их отношения безвозвратно изменились. Теперь Тогэ для них - это все, о чем нужно заботиться. Возможно, ему просто нужно смириться с этим. По крайней мере, он что-то значит для них, когда он такой. Тоге не замечает, что его голова склоняется набок, внезапно становясь слишком тяжелой, чтобы ее можно было удобно держать. Первоначальное головокружение проходит, и Тогэ уже не чувствует себя так хорошо, что он не может в это поверить, а совсем теряет контроль над собой. Его тело хочет опуститься на пол. Он мог бы прилечь прямо здесь. Это даже не кажется такой уж плохой идеей. Он может закрыть глаза и представить себе… "Ух ты", - кричит Юта, подхватывая Тоге  и приподнимая его. Маки тоже там. Ей удалось пересечь всю комнату за то короткое время, пока Тоге был в полной темноте. Он что, пытался потерять сознание? Тогэ недовольно морщится. "Прекрати", - требует Маки, хватая его за другое плечо. "Ты в порядке, мы с тобой". Но это не то, чего хочет Тоге. Он хочет сделать это сам. Желание глупое и детское, и он это знает, но оно все равно есть, и игнорировать его нельзя. "Тебе можно", - твердо говорит Юта. О тебе можно позаботиться в течение десяти секунд. Почему это так сложно для тебя?» Просто заткнись, думает Тоге. Он не хочет это слышать. Тоге изо всех сил старается отстраниться на целую минуту, которую требуется, чтобы Юта и Маки помогли ему спуститься по коридору, опираясь на их поддержку гораздо больше, чем он хотел бы. Они укладывают его на кровать, и Маки просит Юту подержать его секунду, осторожно снимая ушные крючки с маски. Как только его отпускают, он позволяет себе упасть лицом в кровать, зарывшись в подушку. Они уходят без шума, ничего, только дверь за ними захлопывается. Тоге благодарен за это. Он просто хочет, чтобы его оставили в покое. Но, видимо, избавление от сна было бы слишком большой милостью. Тоге то и дело всплывает из странно ярких снов, и, что настораживает, больше половины из них связаны с Ютой, который то промокает насквозь, то остается без футболки. Он смотрит на Тоге с определенным блеском в серо-голубых глазах и смеется. Каждый сон индивидуален, но есть одна постоянная. Он снова и снова оказывается в одной и той же ситуации. Юта протягивает Тоге руку, и каждый раз Тоге не может решить, принимать ее или нет. Он так переживает из-за этого, что снова просыпается, и цикл повторяется. "Позволь мне позаботиться о тебе, маленький щеночек", - насмешливо говорит Юта во сне. "Тебе бы это понравилось, не так ли?" Тоге удается снова проснуться. Почему это происходит? Он протягивает руку и начинает вытирать шею рукавом, надеясь стереть следы прикосновения Юты. Неужели он оставил после себя остатки своей проклятой энергии или что-то в этом роде? Так вот почему Тогэ не может перестать видеть сны о нем? "Вот ты где", - говорит он с понимающей ухмылкой, когда Тоге снова погружается в сон. Он выглядит так же, как и сегодня утром, настолько потрясающе красиво, что Тоге не может отвести взгляд. «Ты так добр ко мне сегодня, маленький щеночек. Как я должен тебя вознаградить?» Желудок Тоге переворачивается, и и он не может понять, сон это или реальность. Он отводит глаза, но то, что он видит, когда опускает взгляд, гораздо хуже, чем золотой цвет лица Юты. Их руки переплетены. Даже не задумываясь, Тоге поддался ему. Он просыпается, задыхаясь. Что это было, черт возьми? На этот раз ему нужно не спать. Он не может продолжать в том же духе, иначе сойдет с ума. Он переворачивается на спину и пытается уставиться в потолок, но даже эта решимость исчезает. Его конечности тяжелеют, а веки медленно закрываются. Он то терял сознание, то приходил в себя, ничего не понимая, пока его дверь со скрипом не открылась. Сейчас ночь. Должно быть, так оно и есть, потому что свет из коридора покалывает ему глаза. Он спал весь день, и почему-то этого недостаточно. "Он все еще без сознания", - говорит голос Юты. Его настоящий голос, Тоге осознает с облегчением. "Вот если бы мы только могли заставить тебя так уснуть", - шутит Маки. "Ха-ха", - сухо отвечает Юта, явно не находя насмешку над его вечными мешками под глазами забавной. - "Как ты думаешь, он успеет завтра на занятия?" «Да, он крепкий орешек». Тоге чувствует, что начинает расслабляться, тело снова погружает его в сон. Но потом она добавляет: «У него была нелегкая жизнь, знаешь ли». Каждый мускул в теле Тоге напрягается. Нет, он тихо умоляет. Пожалуйста, не говори ему об этом. Ему хочется кричать, но его тело все еще слишком захвачено сном, чтобы пошевелиться. Его конечности словно из стали вросли в кровать. Он прикован к месту. Возможно, это действительно ночной кошмар. "Думаю, я как бы догадывался об этом", - тихо признается Юта, слегка нервничая из-за всего этого. "Судя по тому, что я слышал, ни один маг на самом деле этого не делает" "Нет", - мгновенно отвечает Маки. "Это не обычное дело, Юта. О чем бы ты ни думала, я обещаю, что все гораздо хуже". Пожалуйста, остановись, Тоге мысленно умоляет ее, желая, чтобы его глаза открылись. Пожалуйста, не говори ему. Пожалуйста, не говори ему этого. Тоге не любит, когда кто-то узнает об этом, и меньше всего Юта. Юта и так его жалеет. Если он узнает, то никогда больше не увидит в Тогэ ничего, кроме бедного, избитого щенка. Пути назад нет. «Правда?» заинтересованно спрашивает Юта. «Правда». Тоге затаил дыхание, ожидая, что кто-нибудь из них объяснит. Это все равно что сидеть на пассажирском сиденье, когда машина движется навстречу столкновению. Он знает, что они вот-вот разобьются, но ничего не может сделать, чтобы остановить это. Но все, что говорит Маки, это: «Так что веди себя хорошо», и дверь скрипит, закрываясь. Облегчение захлестывает Тогэ, как поток. Его мышцы становятся ватными, и он чувствует, что снова погружается в сон, как плот, опрокидывающийся над водопадом. Он спит до восхода солнца, не прерываясь и, по милости Божьей, без снов.