Мы должны друг друга ненавидеть

      Солнечные лучи пробирались сквозь тонкие шторы, ложились на стены, обволакивали дом теплом. Находясь между сном и реальностью, Фадиме приоткрыла глаза, сразу же щурясь. Солнце добралась и до её лица.       Она медленно, почти лениво перевернулась на бок, замечая, что кресло рядом с диваном пустует. Прислушалась. Чуть дальше, на кухне, слышался негромкий звон посуды.       Ей понадобилось ещё пару минут, чтобы окончательно проснуться. Тогда она поднялась, скинула с себя плед и всунула ноги в любезно предложенные ещё вчера мужем тапки. Ну и что, что минимум на пять размеров больше? Зато ногам не холодно.       Она подкралась тихо, внимательно рассматривая мужской силуэт. Исо уже переоделся в свободные штаны и белую футболку. Стоял к ней спиной, что-то увлеченно мешая в сковороде.       Поза его была расслабленной, волосы растрёпанными, но как же сейчас он по-настоящему выглядел. Фадиме словила себя на мысли, что ей нравится такое утро. — Если ты ещё и любишь мыть посуду… — проговорила тихо, на лице расцвела довольная улыбка. — Не люблю. — почти сразу ответил Исо, поворачиваясь к ней.       Уставший, будто не выспавшийся. Ну оно и понятно. От сна на кресле мало приятного. Надо бы что-то придумать.       Фадиме фыркнула. Плохо. Посуду она тоже мыть не любила. Но с этим как-то разберутся.       Взгляд Исо мягко прошёлся по её лицу. Как она умудрялась с самого утра выглядеть так прекрасно? — Я тебя разбудил?       Кочари отрицательно помотала головой. — Надо бы шторы поплотнее повесить… — проговорила как что-то обыденное, прикрывая рот рукой, зевая.       И это вызвало в его сердце тепло. Как бы ему хотелось возвращаться вечером в свой дом… Там, где он был бы хозяином. Там, где его ждала бы жена. И неважно, ссорились бы они неделями при выборе штор, кресел в прихожую или нет. Просто чувствовать это. Сегодня, завтра, всегда.       Исо засмеялся, а потом вновь повернулся к плите, методично помешивая куймак. — На втором этаже, в спальне, стоит сумка с твоими вещами.       Фадиме кивнула. А потом задумалась. — Когда ты вообще все успеваешь, Фуртунчик? И вещи, и завтрак… Я уже начинаю видеть в этом браке больше хорошего. — сказала неожиданно даже для себя.       Но это было правдой. Впервые, не смотря на все происходящее, её сердце было спокойно. Она чувствовала себя в безопасности. — Ещё вчера Гезеп передал сумку. У тебя есть не так много времени, скоро всё будет готово.       Глаза девушки втупились в мужскую спину. При каждом движении его тела выступали мышцы. И она бы слукавила, если бы сказала, что ей не нравился этот вид. — Спасибо.       Но сейчас действительно пришлось идти.       Поднялась по ступеньками, осматриваясь. Две комнаты, одна из которых была с балконом и небольшая ванная комната. Компактно. Но уютно. Фадиме развернула свою сумку, стоящую на кровати, достала лосины, которые любила носить дома, футболку и широкую кофту с капюшоном на змейке. Гезеп даже додумался косметичку ей собрать… Щётка, зубная паста… И все баночки, которые стояли на её полке в ванной. — Будто выселил меня оттуда! — закатила глаза Фадиме, фыркая себе под нос.       Прошла в ванную. Расчесала волосы, собирая их крабиком, умылась прохладной водой, просыпаясь окончательно.       А потом вновь спустилась к мужу, готовясь помочь с завтраком. Больше они не говорили, но всё чувствовалось таким правильным… Кочари почти наугад нашла нужную полку с маленькими тарелками и блюдцами. Взяла несколько плоских и глубоких. Для сыра, оливок и овощей.       Закатила рукава, обмывая овощи под водой. Делала всё настолько уверенно, будто действительно была тут хозяйкой. И Исо чертовски нравилось на это смотреть. На то, как она постепенно открывается. И от этого его сердце только сильнее трепетало. Открывалось с новой силой и чувствами так, как никогда раньше. — У меня всё готово. — проговорила Фадиме, докладывая оливки в блюдце.       Исо кивнул. — У меня почти тоже. Возьмёшь тарелки?       Фадиме обошла стол, а потом остановилась. Хотела уже потянуться к шкафчику, но поняла, что обычных тарелок там нет. Только маленькие. — Вот тут, возле меня. — подсказал Исо, накрывая сковороду крышкой.       Она подошла к указанному шкафчику, открыла дверцы. Встала на носки, наклоняясь чуть вперед, чтобы достать. Протянула руки и…       В следующий момент её чуть повело в сторону, туда, где стояла горячая сковорода с уже приготовленным завтраком. Но благо Исо отреагировал быстро. Обхватил рукой девичью талию, прижимая к себе и отводя подальше от огня.       Она выдохнула неожиданно и резко. Подняла голову, смотря ему в лицо. Пальцы легли на его предплечье.       Стояли слишком близко, дыхание сплеталось, а сердца бились чаще. Исо не дал времени подумать. Прижался губами к её губам, завлекая в поцелуй. И Фадиме ответила. Вновь поднялась на носках, но уже уверенно, поддерживаемая крепкими руками. Положила руку на его щеку, нежно проводя большим пальцем по щетине.       Исо сделал шаг вперед, заставляя её ступить назад. Поясница уперлась в кухонную тумбу. Его руки пробрались под широкую кофту, пальцы обхватили талию, вжимаясь в нежную кожу. Между ними буквально не осталось никакого расстояния.       Зацепил нижнюю губу зубами, слегка прикусывая. Фадиме шумно выдохнула, отвечая так же яростно. Одна её рука легла на его грудь, сжимая пальцами футболку.       Сердце трепетало внутри, разум отключился, остались только чувства. Прикосновения, неровное дыхание, желание быть ещё ближе.       Он отстранился и вместо слов коснулся губами её шеи, там, где под кожей бился пульс. Фадиме вздрогнула, по телу прошла волна приятного удовольствия. Вновь прикрыла глаза, позволяя себе расслабиться. Следом наклонила голову в сторону, открывая чуть больше нежной кожи. Уткнулась лицом в его плечо, крепко обнимая руками.       Они простояли так ещё несколько минут, прежде, чем она сказала. — Только не говори, что ты ещё и кофе сварил…       Исо усмехнулся, продолжая держать ее в объятиях. — Ну как-то же мне нужно удержать тебя в этом браке. — мазнул губами по щеке.       Потом прижался лбом к её лбу, носы соприкоснулись. — Подкуп, значит… — с напущенным недовольством проговорила Фадиме, её пальцы вновь прошлись по его плечам. — Именно он. — Смотри не переусердствуй, а то действительно не захочу уходить. — прошептала прямо в губы.       И Исо принял приглашение.       Дай Бог, Фадиме. Дай Бог, чтобы ты не захотела уходить.

***

      После чудом не сгоревшего завтрака, уже менее неловких взглядов и всё таких же случайно-неслучайных касаний, Исо отправился в полицейский участок, предварительно указав Фадиме двери незнакомцам не открывать, спичками не играться и по возможности никого не убить… Но это по возможности. Ведь пистолет он ей тоже оставил. Кочари шутку не очень заценила, захлопывая дверь прямо перед носом. Ну, что поделать.       Его уже и так заждалась госпожа прокурор для дачи показаний. Ох, как она удивится, от количества информации, которую он может ей рассказать.       Встреча была назначена в кабинете. Он снял пальто, вешая его на свободную руку и постучал. С той стороны послышался голос и разрешение войти. — Исмаил Фуртуна. Я уж думала, что не прийдёшь.       Исо кивает. Захлопывает за собой двери, проходит вглубь кабинета и устраивается на кресле. — Что интересного расскажешь? — спрашивает женщина, складывая руки на столе. — Даже не представляете, сколько всего я вам расскажу, госпожа прокурор.       Фариде кивает, готовится слушать внимательно. — Ты же понимаешь, что после этого дороги назад не будет? — напоследок спрашивает она. — Её уже нет.       Женщина открывает свой блокнот, готовясь записывать.       Исо говорит чётко и ровно, даже при упоминании убийства Баллы и… отца Мелек. Это одно из малого, что он может сделать для них.       Рассказывает про кровную месть, про то, откуда всё началось, про шантаж, оружие, наркотики и незаконные перевозки через границу. Про то, сколько жизней, включая Эсме, погубил Шериф. Не углубляется лишь в тему истории Адиля и Эсме, считая, что это будет лишним.       Прокурор кивает, иногда задаёт уточняющие вопросы, попутно записывая основные тезисы его показаний к себе в блокнот. — Если твои слова подтвердятся…       Исо понял, что она имеет ввиду. — Подтвердятся. Завтра я привезу вам флешку со всеми материалами, что у меня есть.       Взгляд Фариде меняется. Становится жестче, внимательней, в нём будто появляется огонь. — После этого мы начнём процедуру задержания всех причастных. — Тогда я постараюсь передать флешку как можно раньше. Могу быть свободен? — спрашивает, уже поднимаясь на ноги.       Женщина кивает и он почти уходит, как её вопрос останавливает его у самой двери. — Почему ты решил дать показания сейчас? Не раньше, например, или вообще воздержаться? Показаний Эсме и других людей вполне хватило бы. Шериф же твой дядя… и, честно говоря, я думала, что в этой ситуации ты отойдёшь в сторону.       Исо опускает взгляд. Задумывается на пару секунд. В памяти всплывает образ Фадиме и внутри что-то приятно колышется. Его бы воля, он сгрёб бы её в охапку и не отпускал бы. Но до этого стоит пройти тернистый, как он был уверен, путь. Потому что завоевание сердца Фадиме Кочари — дело нелёгкое. — Я не собираюсь молчать, когда дело и угрозы доходят до моей семьи, а точнее, до моей жены. Если понадобится, я защищу её любым способом.       Фариде кивает и больше ничего не говорит, позволяя уйти.

***

      Больница встречает Исо тишиной и запахом лекарств. Он блуждает по развилкам и коридорам, пока не находит нужную палату. Берётся за ручку и ждёт пару секунд, прежде, чем открыть.       В палате светло. Аппарат рядом с кроватью отсчитывает секунды, выводит на экран показатели сердцебиения и сатурации. — Невестка? — тихо говорит Исо, обращая на себя взгляды.       Адиль поворачивается к нему первым. Не отпускает руку Эсме, поглаживает большим пальцем её пальцы. Ласково и нежно.       Что Кочари умеют быть мягкими, Исо уже узнал, но старшего брата жены решил не нервировать, иначе в отделении травматологии появится новый пациент. — Какая она тебе невестка? — зло шипит Адиль.       Фуртуна поднимает руки вверх, будто бы показывая, что не имел ввиду чего-то такого… — Будущая жена брата моей жены… Кто ты мне, Эсме? — усмехается, вызывая на лице Адиля уже более спокойное выражение, но его брови всё ещё насуплены.       Исо подходит ближе, присаживается на корточки возле кровати. — Как ты? Как самочувствие?       Лицо её бледное, выглядит она слабой. Но жива. И врачи дают хорошое прогнозы. Это самое главное. — В порядке. Только посмотри, какие у меня смотрители. То Адиль часами сидит, то Гезеп на всё отделение шутки травит… Как я могу не поправиться?       Кочари улыбается и опускает голову. Касается губами женской руки. Исо наблюдает за этим, пока в кармане навязчиво вибрирует телефон. Тянется за ним, откидывает пальто на спинку ещё одного стула, но уже по другую сторону кровати. — А вот и моя ненаглядная… — шепчет Фуртуна, принимая вызов.       С экрана на него смотрит внимательная Фадиме, щурится. Исо переворачивает телефон к Адилю и Эсме.       Женщина пытается улыбнуться, пока Адиль машет рукой сестре, приветствуя. Лицо Кочари мгновенно меняется, когда она видит невестку живой и идущей на поправку. — Как ты? — спрашивает тихо.       На мгновение Адиль меняется, но Исо замечает. Спустя двадцать лет лёд и старые обиды начинают потихоньку исчезать. Две главные женщины в его жизни наконец-то могут спокойно говорить. — В порядке. А буду ещё лучше. Я не упущу больше ни единого момента… — уверяет Эсме, аккуратно сжимая руку Адиля.       Несколько секунд они просто молчат. Фадиме замирает, будто бы решаясь что-то спросить. — Брат…       Адиль ёрзает на стуле, пытается усесться поудобнее. — Да, моя красавица?       Исо, как бы ни старался, не может увидеть лица жены, но тоже прислушивается. — Скажи мне вот, что… Чем же вы таким занимались, что Исо пришлось снять кольцо? — спрашивает серьёзно, но в голосе её присутствует тень насмешки.       На пару секунд в палате зависает молчание, после которого Эсме смеётся, но совсем недолго. Грудная клетка болит настолько, что становится тяжело дышать. Адиль недовольно смотрит на любимую, просит больше не делать резких движений и вновь берет её руки в свои. — Если она ревнует хоть на одну сотую, как её брат, то я не завидую тебе, дорогой мой. — обращается Эсме к племяннику.       Исо довольно усмехается, чувствует, как щёки его краснеют, но совсем немного. Адиль наконец-то отвечает на вопрос. — Копали, сестрёнка, копали. Огромную яму посреди леса, с самого вечера и до утра. По уши залезли в грязь, поэтому Исо захотел снять кольцо, чтобы случайно не потерять или не поцарапать. — мужчина размахивает руками, но даже этого недостаточно для того, чтобы показать точный размер.       Уголок его губ едва заметно дергается. Он неожиданно даже для себя воспринимает такое поведение сестры с нежностью. — В этот раз тебе повезло, Фуртунчик.       Довольно выдыхает Фадиме, вызывая улыбку на лицах присутствующих. Сердце Исо быстро бьётся между рёбер, вызывая приятное волнение. Хоть и есть некоторые вопросы к доверию, но ему чертовски нравится. — Я скоро буду, дорогая жена. — говорит Исо, переводя телефон на себя.       Мягко улыбается. Фадиме закатывает глаза, чтобы сильно не обольщаться. — Жду тебя, дорогой муж.       Заканчивает звонок.       Исо прячет телефон в карман, а потом поднимает голову, ловя на себе заинтересованные взгляды. — Что? — спрашивает, удивленно сдвигая брови на переносице. — Да так, ничего, Фуртунчик… — дразнит Эсме.       Они сидят ещё недолго. Приходит медсестра, проверяя различные показатели Эсме и у Адиля с Исо появляется несколько минут, чтобы поговорить. Они выходят из палаты и направляются прямо по коридору. Кочари пару раз оглядывается, проверяя, нет ли никого по близости. — Сегодня я передам флешку в полицию. И с Шерифом будет покончено. — шепчет достаточно тихо но так, чтобы Адиль услышал.       Тот кивает. Устало проводит рукой по лбу, ерошит волосы. — Возможно, будет лучше, если Фадиме сегодня останется в Кочари. Усилим наблюдение, поднимем дроны. Мне неспокойно оставлять её саму дома. Адиль кивает, соглашается. Ему тоже неспокойно. — Тогда заберешь Фадиме, и езжайте к нам. К этому времени Гезеп должен быть дома. — Что по поводу Ильве? — спрашивает Исо.       Глаза Адиля округляются, будто он сам не может поверить в то, что говорит. — Она дома. Сегодня с утра с нами связался Гёкхан. Сообщил, что Ильве в целости и сохранности и что мы можем её забрать.       Фуртуна застывает. — То есть, он пошёл против дяди.       Кочари кивает. — Чудесно. Тогда осталось совсем малость.

***

      Фадиме уже занялась всем, чем могла: обследовала весь дом до деталей, включая книги и картины, поправила подушки на диване, повытирала всю любезно вымытую мужем посуду и расставила всё на своих местах. Время близилось к полудню. — Ну что ж, я считаю, уже можно и позвонить… — пробубнила себе под нос, доставая из сумки оставленный мужем телефон.       Её же лежал где то в бардачке машины, а сим карточка уже пару дней лежала на каменном мосту. Вероятно, перееханная колесами десятка машин, а то и больше.       Разговор принёс облегчение. Эсме хоть и походила на вампира, закормленного чесноком, но говорило твёрдо, держала брата за руку и даже смеялась. Фадиме скрестила пальцы, лишь бы все поскорее закончилось и они вновь обрели своё счастье.       Щёки вспыхнули, когда она вновь вспомнила, что на парах храбрости спросила у брата. Кольцо… Господи, ну надо же было!       Такое с ней случалось впервые и даже своих предыдущих ухажоров она не ревновала. Хотя и с семьей они знакомы не были… Да и замуж так-то она впервые вышла… Вероятно, всё дело было в Исо. Тот, кого пару месяцев назад она видеть не могла и плевалась лишь об одном упоминании белобрысого, сейчас был для неё вполне симпатичным блондином с довольно красивыми глазами. А в них, вообще-то, надо было ещё заглянуть. Выгнуть до боли шею и подняться на носочки… Прямо как тогда, на том мосту… — Фадиме, ты можешь успокоиться? — спросила сама у себя, недовольно смотря в зеркало.       Такие приступы «многодумания» с ней случались не сказать, что регулярно, но в последнее время зачастили.       Пальцы запутались в кудрях, когда тело вспомнило, как он прикасался к ней. Как его руки легли на спину, вжимая в себя, когда её собственные пальцы вцепились в его куртку, а потом пробрались глубже… Где через тонкую ткань футболки было отчетливо слышно его учащённое сердцебиение.       Внизу послышался шорох, отрывающий Кочари от внутренних метаний. Она затаилась. Схватилась за оружие, вертя его в руках ещё несколько секунд.       Настолько тихо, как только могла, медленно ступила на лестницу. И… она скрипнула.       На пару секунд повисло молчание. — Моя дорогая ревнивая жена? — послышалось снизу.       Фадиме облегчённо выдохнула, расслабляясь. Дальше пошла уже не скрываясь. — А что ты такой довольный? Светишься прямо!       Исо улыбнулся, подзывая жену к себе. Когда Фадиме подошла, осторожно опустил ладони ей на плечи, чуть сжимая. — Ильве дома.       Говорил тихо, хоть и никого рядом не было. Боялся спугнуть долгожданное умиротворение. — Как… Когда?       Фадиме позволила себе улыбнуться, запрокинула голову. — Гёкхан сдал дядю, сообщил про местоположение Ильве. — И что теперь? — А теперь мы едем в Кочари. Я передам кое-что прокурору Фериде и… почти всё закончилось, Фадиме.       Её руки легли на его предплечья. Она опустила голову, пытаясь сдержать радостную улыбку. Это равновесие было настолько долгожданным и пока что настолько хрупким, что она боялась верить в то, что скоро всё закончится. Но она очень хотела верить Исо.       Фуртуна сделал шаг ближе, перемещая руки на её спину. И Фадиме точно так же двинулась вперед, прижимаясь к его теплой груди.       Впервые Фадиме Кочари ощущала себя в чужих объятиях спокойно.

***

      Через пару часов двинулись в Кочари. Фадиме увлеченно перебирала пальцами передние пряди волос. — У меня есть ощущение, будто прошло не пару дней, а мы прожили целую маленькую жизнь.       Голос её был тихим. Исо усмехнулся. — У нормальных людей за жизнь бывает не набирается столько, сколько у нас за пару дней. — С такими семьями… еще парочку прожить успеем.       Фуртуна заворачивает налево и уже через пару минут паркуется под домом Кочари. Забирает сумку Фадиме с заднего сидения и помогает жене выйти. Довольно улыбается, сжимая её маленькую ладошку в своей руке. — Да ты джентельмен! — говорит девушка, обхватывая руку в ответ. — Стараюсь, моя дорогая жена.       Фадиме засматривается на него, внимательно вглядывается в уставшие голубые глаза. — Ты смотри, не переусердствуй… Если будешь хорошо стараться, я не захочу разводиться. — шепчет, когда он нависает над ней.       Спина упирается в двери машины, она чувствует теплое дыхание на своих губах и прикрывает глаза, не может сдержаться. — А, может, я этого и добиваюсь, маленькая мафия…       Преодолевает оставшиеся сантиметры, готовый соприкоснуться губами… — А вот и наша Фадиме с зятем! — где-то сзади слышится громкий голос Гезепа.       Исо громко выдыхает и отстраняется на приличное расстояние.       Фадиме усмехается, на секунду прикасается пальцами его руки, а потом следует к кузену.       В доме Кочари было тепло, по-домашнему тесно, но спокойно. После нескольких ночей тут Исо чувствовал себя как дома, и его принимали так же. Без вопросов и пререканий на столе появилась дополнительная тарелка, у входа стояла новая пара тапочек и зубная щетка в ванной. И ему хотелось верить, что так будет ещё долго. А лучше вообще всегда.       Гезеп не позволил разуться, ещё раз стискивая в объятиях Фадиме, а потом крепко сжимая плечо Исо. — Мы уже заскучали!       Кочари усмехнулась. — Нас не было всего один день!       В проходе кухни появилась Ильве. Уставшая, но целая и невредимая. На её плече весело кухонное полотенце, а в руках она держала деревянную лопатку.

***

      Фадиме удобно устроилась на диване, поджимая ноги, а Исо — рядом. Его пальцы невесомо касались её руки, поглаживали осторожно, нежно. Просто молчали, ожидая возвращения родственничков.       Ильве доставала из духовки очередную порцию мяса, пока Гезеп пошёл за дровами. — Да чтоб тебя! — послышался с кухни голос женщины, а следом за ним звук бьющейся посуды.       Фадиме усмехнулась. — Пойду посмотрю, что там.       Почти поднялась, но его вопрос заставил остановиться. — Убегаешь от меня? — спросил Исо, сжимая её руку и притягивая ближе к себе. Смотрел прямо, уверенно, заставляя сердце Фадиме сжиматься. — С чего бы мне убегать, Фуртунчик? — ответила вопросом на вопрос Кочари.       Обпёрлась коленями об диван, придвинулась ближе. Свободная рука легла на его грудь, ведя снизу вверх. Медленно, дразняще. Дыхание Исо сбилось, и хотя он пытался держаться, воображение рисовало непозволительные картинки в голове.       Фадиме продолжила. Левое колено расположилось прямо между его ног, она наклонилась, заставляя его подвинуться чуть дальше. Руки цеплялись за плечи, пока Исо казалось, что он больше не выдержит.       Мужские ладони легли на спину, губы почти встретились в поцелуе. — Держи себя в руках, Фуртунчик. — прошептала тихо, касаясь кончиком носа к его.       И всё оборвалось, она отодвинулась, вставая с дивана и оставляя Исо наедине с его напряжением. Только её горящие щеки и блестящие глаза подсказали ему, что оторваться было сложно. — Дикая кошечка… — пробубнил себе под нос, поправляя штаны, когда девичий силуэт скрылся за проходом кухни.       Дверь хлопнула. Гезеп скинул дрова у печи, усаживаясь обратно на диван. — Ты чего такой напряжённый? — спросил удивлённо, наклоняя голову.       Исо прикрыл глаза, отмахиваясь. — Лучше тебе не знать.       В глазах Кочари вспыхнул огонь, но он отвадил от себя все плохие мысли и способы пыток, которые вспомнились. Дело молодое. Да ещё и официально женаты… лучше ему действительно не знать.       Время тянулось медленно, Исо постоянно поглядывал на экран телефона, ожидая сообщения.       В дверь постучали. Гезеп ударил себя по коленям, а потом поднялся. — А вот и наша малышка.       Элени заполонила все пространство своей сумасшедший энергией и успела пообниматься со всеми по пятому кругу, когда Оруч наконец-то снял ботинки.       Гостиная наполнилась смехом. Фадиме внимательно всматривалась в племянницу, отмечая, как она, все-таки, похожа на брата и невестку. Невероятные глаза… Копна волос, которая точно досталась ей от Эсме, и… начавший проявляться невыносимый характер Кочари.       Телефон Исо наконец завибрировал. Фариде прислала сообщение, где обозначила место встречи. — Я скоро вернусь. — проговорил тихо, обращаясь к жене. — Не суйся никуда, будь рядом с Оручем и Гезепом.       Коротко прижался губами к её щеке, оставляя на коже теплоту прикосновения.       И ушёл, пока в сердце Фадиме разгоралась тревога.