Глава 12
23 января 2026 г., 23:29
Ду Сю Лан был совсем маленьким, когда мать оставила его у дверей приюта. В то время он был ещё совсем мелким, поэтому его воспоминания были обрывочными, он даже не помнил, как выглядела эта женщина. Он не знал, кто его отец, и единственное, что оставила ему женщина, — это имя и татуировку в виде чёрного ворона на левом плече.
Позже он узнал, что этот ворон был символом крупнейшей преступной организации страны J — Du Conglomerate.
Детский дом был не самым хорошим местом. Еды не хватало, но число брошенных детей, жалобно просящих есть, постоянно росло. Обычно, чтобы побороться за холодную булочку, приготовленную на пару, они могли переломать друг другу кости. С одного до пяти лет его тело было покрыто шрамами, в животе постоянно урчало, а на душе было неспокойно.
Но в этом аморальном месте был один лучик света, который освещал его путь, позволяя ему стиснуть зубы и продолжать бороться каждый день. Эту девушку звали Фан Нянь Ю, она была на десять лет старше его и всегда тщательно заботилась о нём. Даже несмотря на то, что она сама голодала, она делилась с ним последним куском хлеба. Ду Сю Лан не знал, что такое материнская любовь, но с Фан Нянь Ю он чувствовал, что уже испытал её.
В последний год его пребывания в приюте женщина по имени госпожа Ян пожертвовала много денег и в канун Нового года отправила всем сиротам новую одежду и игрушки. Фан Нянь Ю получила розовую куртку, надела её перед ним и покружилась, говоря, как она благодарна госпоже Ян.
Он получил «Трансформера» — то, о чём всегда мечтал. Он даже подумывал о том, чтобы украсть деньги из кабинета директора и купить его. Теперь, когда кто-то прислал ему эту игрушку, он, естественно, был очень рад и почти каждую ночь спал с ней в обнимку.
Вскоре после этого семья Ду отправила кого-то на его поиски. Ду Сюй Лан с радостью последовал за ними в страну J. Он думал, что это начало его счастливой жизни, но сам того не подозревая, попал в ад. У детей семьи Ду, не обладавших никакими способностями, был только один выход — смерть. Его братья вцепились друг в друга, как бешеные псы, как личинки насекомых, борющиеся за единственную возможность выжить.
В эти бесчисленные ледяные ночи, пропитанные запахом крови, улыбка Фан Нянь Ю становилась всё ярче, а его единственная игрушка давно была забыта в углу.
Когда он наконец занял место главы семьи Ду, у него наконец-то появилась возможность вздохнуть спокойно. Поэтому он решил отложить все официальные дела и отправиться в страну С, чтобы найти своих близких.
В маленькой грязной клинике он нашел сына Фан Нянь Ю, Чжоу Вэнь Цзина. Он был избит, у него был сломан нос, а темные глаза затуманены, в них не было ни капли света.
Фан Нянь Ю была доброй женщиной, которая смеялась даже перед лицом невзгод. Почему её сын стал таким? Ду Сюй Лан был зол, а после рассказа Чжоу Вэнь Цзина его гнев перерос в непреодолимую враждебность.
Он не ожидал, что Фан Нянь Ю покончила с собой не из-за депрессии, а из-за того, что её довели до смерти, и она умерла в ванне той, кто её довел до такого. Ему не нужно было быть свидетелем этого лично, он мог представить себе эту кровавую и трагическую сцену.
Семья Чжоу была поистине порочной!
Он не пытался убедить племянника уехать с ним. Поскольку семья Чжоу так жестоко обращалась с его племянником, он решил помочь ему захватить власть в семье Чжоу. Со злым, но в то же время насмешливым умыслом он скрыл своё происхождение и устроился на работу в клан Чжоу, а вскоре завоевал доверие Чжоу Хао.
Как личный помощник, он имел право входить в дом семьи Чжоу и выходить из него. Он начал тайно наблюдать за двумя другими сыновьями семьи Чжоу. Чжоу Юнь Шэн был старшим сыном, он казался очень спокойным, а его успеваемость всегда была на высоте. Чжоу Вэнь Ан был на два месяца младше Вэнь Цзина, младшего сына, он был живым и весёлым, и Чжоу Хао больше всего любил его.
У Вэнь Цзина и Чжоу Вэня были нормальные отношения, но с Чжоу Юнь Шэном они были как огонь и вода. Однако, по мнению Ду Сюй Лана, оба ребёнка из семьи Чжоу были недостойны: один действовал неуклюже, а другой был сладкоречивым, но с чёрным сердцем. У них обоих был ум, но не было мудрости. Напротив, у Вэнь Цзина был сильный, выносливый характер, а также острый и трезвый ум — основа для чего-то великого.
Ду Сюй Лан решил взять этот кусок необработанного нефрита и превратить его в ослепительное произведение искусства. В процессе обучения Чжоу Юнь Шэн часто его провоцировал, и это очень злило Ду Сюй Лана, так что ему захотелось преподать мальчику небольшой урок.
Но, с другой стороны, этот ребёнок решительно дал ему пощёчину. Если бы он не критиковал его так жёстко, если бы не показал свою глубоко укоренившуюся ненависть, возможно, он бы никогда не подумал, что самоубийство Фан Нянь Ю было не местью, а искуплением. Он помнил, что Фан Нянь Ю всегда улыбалась, была добродетельной и красивой. Как она могла оказаться окровавленным злобным духом, полным бездонной ненависти?
Похоже, он ошибался насчёт причинно-следственных связей, и ошибался серьёзно. До этого момента он не связывал госпожу Ян, которая подарила ему новогодний подарок, с матерью Чжоу Юнь Шэна. Он наводил справки о семье Чжоу и должен был догадаться, но словно пелена тумана застилала ему глаза, и он не видел ничего, кроме ненависти.
Но, как сказал Чжоу Юнь Шэн, разве у них с Вэнь Цзином есть право ненавидеть? Ненавидеть следовало его самого.
Возможно, из чувства вины, а может, в качестве компенсации, с того момента он начал искренне заботиться о Чжоу Юнь Шэне и втайне следить за всеми его действиями. Постепенно он узнал, что Чжоу Юнь Шэн ненавидит есть морковь, а когда ему скучно, он гладит себя по запястью. Он очень хорошо разбирается в компьютерах и каждый день перед сном выпивает стакан молока…
Он знал каждую мелочь и привычку из его жизни, но игнорировал последствия, к которым могла привести такая чрезмерная опека.
В конце концов Чжоу Вэнь Ан выступил против Вэнь Цзина, но Вэнь Цзин обрушил свою ненависть и ярость на голову Юнь Шэна. Из-за этого Ду Сюй Лан был очень недоволен. Чем больше он наблюдал за Юнь Шэном, тем лучше понимал, какая сдержанность и сила скрываются за его импульсивным характером. По сравнению с ним Вэнь Цзин казался довольно посредственным. Он даже не мог найти своего настоящего врага; как он мог двигаться вперёд в одиночку?
Ду Сюй Лан не стал его останавливать. Только те, кто оступился, могут научиться преодолевать препятствия. Он вышел из комнаты Вэнь Цзина и по какой-то необъяснимой причине оказался у двери в комнату Юнь Шэна. Скоро они должны были расстаться, и он неожиданно почувствовал, что не хочет этого.
Всякий раз, когда Ду Сюй Лан думал, что уже достаточно узнал о мальчике, тот преподносил ему ещё больший сюрприз. Он раскрыл его прикрытие и узнал о связи между матерью Вэнь Цзина и самим Ду Сюй Ланем. Он также косвенно продемонстрировал ему свои выдающиеся способности и беспристрастность.
По сравнению с Вэнь Цзином, который все еще нуждался в доработке, он был словно луч света, уже готовый расцвести. Ду Сюй Лан с нетерпением ждал его будущего, и это предвкушение было даже сильнее, чем его ожидания от полностью усовершенствованного Вэнь Цзина.
Он отправил нескольких телохранителей, чтобы те тайно охраняли его, и велел им каждые две недели присылать ему отчёты о его передвижениях и фотографии. Его беспокойство о нём постепенно превратилось в привычку. В свой день рождения он вернулся в пустую тихую комнату, пропахшую одеколоном и алкоголем, и случайно открыл электронное письмо с фотографией Юнь Шэна.
Мальчик держал в руках рожок с шоколадным мороженым и высунул кончик языка, чтобы слизнуть сладкую каплю. Казалось, он почувствовал, что кто-то тайком его фотографирует, и бросил на него косой взгляд своих длинных и узких, как у персика, глаз, ленивый, но настороженный. Этот очаровательный взгляд, проникающий в самое сердце, пронзил Ду Сюй Лана, и у него перехватило дыхание.
Он долго и глупо пялился в экран, а потом все-таки позвонил парню.
— Ты свободен? Можем поговорить по видеосвязи? — спросил он, желая увидеть его лицо.
Парень согласился.
Услышав, что сегодня у него день рождения, юноша задумался, а потом открыл музыкальную шкатулку, стоявшую у него на столе. С помощью множества заклепок и шурупов он собрал из нее трансформера всего за полчаса.
Его взгляд был сосредоточен, а гибкие пальцы, казалось, создавали ещё один удивительный, блистательный мир. Ду Сюй Лан невольно засмотрелся, и экран перешёл в спящий режим. Только тогда он очнулся от наваждения.
Юноша был очень внимателен и, видимо, заметил, как понравился Ду Сюй Лану этот подарок. На следующий день он отправил посылку в компанию. Открыв посылку, Ду Сюй Лан не смог сдержать смех. Он долго играл с подарком, прежде чем аккуратно положить его на стол. Перед уходом с работы он бережно упаковал его в портфель, чтобы забрать домой. Сначала он поставил его на книжную полку, но понял, что не сможет сразу его увидеть, поэтому снова положил его на стол. Затем, перед тем как лечь спать, он снова задумался об этом и в конце концов положил его на прикроватную тумбочку.
Это была вторая игрушка, которую он получил в жизни, и первый подарок на день рождения. Она ему очень понравилась.
Его общение с подростком постепенно расширялось. Как только у него появлялась свободная минутка, он звонил ему по видеосвязи, с нетерпением ожидая, когда на экране появится красивое лицо юноши. Парень был очень занят, даже разговаривая по телефону, он продолжал писать программы. Если Ду Сюй Лан не говорил ничего, он погружался в свой собственный мир, забывая обо всём вокруг.
Чтобы подольше понаблюдать за ним, Ду Сюй Лан часто намеренно хранил молчание, а потом завороженно смотрел на сосредоточенный профиль мальчика. Он мог смотреть на него часами, и ему не было скучно. Иногда его отвлекали помощники или секретари, но когда он возвращался после работы, то видел, что мальчик все так же тихо сидит в той же позе, постукивая гибкими пальцами по клавиатуре.
Казалось, что он всегда будет рядом и будет ждать его возвращения. От этой внезапной мысли сердце Ду Сюй Лана ёкнуло.
Но постепенно ситуация вышла из-под его контроля. Стоило ему случайно увидеть гибкую талию, стройные прямые ноги и смутные очертания спины, как он начинал ворочаться во сне. С трудом заснув, он просыпался от мучительного экстаза. Пульсацию в теле и сердце невозможно было скрыть.
Просмотрев фотографии, которые он собирал все эти годы, он почти без колебаний начал преследование. Сначала он просто решил «попробовать», потом стал действовать осторожно и решительно, а затем уже только он мог о нём заботиться. Он увяз в трясине любви и не мог выбраться, но страдал от этого с радостью.
***
Федеральная тюрьма округа К. Чжоу Вэнь Цзин сидел перед окошком для свиданий и нервно курил, когда к нему подошёл тюремный надзиратель и приказал потушить сигарету. Он вспомнил о Чжоу Юнь Шэне, который всегда приказывал дяде тушить сигареты. Дядя всегда шёл на уступки с немного беспомощным и радостным выражением лица. Ему явно нравилось, когда Чжоу Юнь Шэн отдавал ему приказы. Чжоу Вэнь Цзин с усмешкой загасил сигарету. В это время тюремные надзиратели подвели к сидящему мужчине худощавого человека с мрачным лицом. Если бы не бирка с надписью «Чжоу Вэнь Ан», Чжоу Вэнь Цзин почти не узнал бы в этом человеке некогда жизнерадостного третьего сына семьи Чжоу. — Как дела? — безучастно спросил Чжоу Вэнь Цзин, но собеседник не ответил. Он продолжил: — Сегодня Чжоу Юнь Шэн и Ду Сюй Лан женятся. Через несколько дней ты, должно быть, увидишь новости по телевизору. Это наконец-то возымело эффект, и он, заливаясь горькими слезами, закричал: — Вэнь Цзин, пожалуйста, поговори со старшим братом, пусть он меня вытащит! Я знаю, что был неправ, и если он захочет меня вытащить, даже если он захочет, чтобы я стал его рабом, я соглашусь! Вэнь Цзин, пожалуйста, помоги мне, я больше не могу этого выносить, эти люди просто нелюди, они испробовали все способы, чтобы меня пытать… У Чжоу Вэнь Цзина не хватило терпения дослушивать до конца, и он недовольно прорычал: — Ты хочешь пойти на такой компромисс? Ты хочешь сдаться? Чжоу Вэнь Ан, ты просто бесполезен! Бросив трубку, Чжоу Вэнь Цзин вышел из тюрьмы. Душная тяжесть в груди не только не рассеялась, но и стала ещё сильнее. За прошедшие годы его путь не был гладким, и без защиты Ду Сюй Лана он больше не чувствовал себя всемогущим в деловом мире. Напротив, из-за его вражды с Чжоу Юнь Шэном все насмехались над ним, часто вытесняли его и подавляли. Он подумывал о том, чтобы дать отпор, но вступать в конфликт с Noah Group, этим колоссом, было все равно что пытаться разбить камень яйцом, не говоря уже о том, что у противника была поддержка Du Conglomerate. Несколько дней назад он попытался подать заявку на участие в тендере на проект с дочерней компанией Noah, но еще до начала торгов его секретарь продал проект по базовой цене враждебно настроенной компании. Еще до начала войны он потерпел сокрушительное поражение. Он никогда не чувствовал себя таким ничтожным, таким беспомощным. Этими словами он не ругал Чжоу Вэнь Ана, он ругал себя. В этой жизни ему никогда не догнать Чжоу Юнь Шэна. В глубине души он чувствовал, что не должен быть таким бесполезным. Нынешнее положение Чжоу Юнь Шэна должно было принадлежать ему. Он задавался вопросом, почему мир стал таким несовершенным.
