***
Автомобиль бизнес-класса остановился у ворот здания суда. Они вышли из машины и вошли в здание, держа за руку маленькую девочку в маске. Мать Чжоу следовала за ними с невозмутимым выражением лица. Увидев репортеров, сидящих на корточках и наблюдающих за происходящим, они слегка кивнули и поздоровались с ними. Репортёры хотели взять у них интервью, но их тут же оттеснили телохранители, и им оставалось лишь беспомощно наблюдать, как группа входит в зал суда. Сегодня начался суд над Фан Чжифэем. Фан Куньпэн и его любовница сидели в левой части галереи, держась за руки и что-то бормоча, прижав лбы друг к другу. Казалось, они молятся. Мать Чжоу прошла в правую часть галереи, села и усмехнулась: — Молиться бесполезно. Если ты будешь рассказывать Богу о грехах Фан Чжифэя, это только осквернит его уши. — Ты перегибаешь! — воскликнула госпожа Фан в слезах. Фан Куньпэн покровительственно обнял ту, затем бросил сердитый взгляд на скучающего Чжоу Юнь Шэна и рявкнул: — Фан Чжифэй сказал мне, что аудиозапись была сгенерирована тем хакером, которого ты нанял. Это подделка, она ни за что не пройдёт проверку в полиции. Я заявлю на тебя, как только его выпустят! — Хорошо, тогда мы поговорим об этом после того, как его оправдают и выпустят, — Чжоу Юнь Шэн подошёл к Фан Куньпэну и снисходительно посмотрел на того, произнося: — На самом деле ты лучше других знаешь, что за человек этот Фан Чжифэй. Он подставил меня с помощью Мэн Вань, и ты знал, что он сделал, поэтому так удивился, когда меня отпустили. Фан Чжифэй всегда был твоим единственным сыном, и если ты не игнорировал меня, то лишь демонстрировал презрение. Но, знаешь, я все равно хочу тебя поблагодарить, — люди, пришедшие посмотреть на богачей, с особым интересом прислушивались к его словам. — Я хочу поблагодарить тебя за то, что ты проник в семью Чжоу, притворившись благочестивым. Ты всегда демонстрировал мне свою самую честную, бескорыстную и талантливую сторону, невольно побуждая меня становиться добрее и лучше, понимать, что я должен и чего не должен делать, и протягивать руку помощи тем, кто в ней нуждается. Ты всегда говорил, что лучший способ воспитывать — это учить на словах и подавать пример. Думаю, эта фраза очень уместна. Когда ты был со своей тайной семьей, тебе не нужно было притворяться, ты не стеснялся показывать свое истинное лицо, и Фан Чжифэю оставалось только следовать твоему примеру. Он унаследовал все твои самые темные и грязные стороны, которые ты скрывал от меня. За то, что сегодня происходит с Фан Чжифэем, отвечаешь не кто иной, как ты сам. Ты использовал два разных подхода к воспитанию двух разных сыновей, и у них сложилась разная судьба. Почему бы тебе не задуматься об этом? — он сделал паузу, а затем искренне сказал: — Я хочу поблагодарить тебя за то, что ты дарил мне свой позитив. Это лучший подарок, который ты мне преподнес, — он слегка поклонился и вернулся в правую часть галереи. Его манеры были безупречны. Глаза матери Чжоу наполнились слезами. Она молча села рядом с сыном и ободряюще похлопала его по спине. К этому моменту судья уже занял свое место на трибуне, прокуроры и защита заняли свои, а места на галерее были почти все заняты. Услышав эти слова, зрители первыми зааплодировали, на их лицах отразились эмоции. Судья втайне восхитился честностью Чжоу Юнь Шэна, но всё же стукнул молотком, чтобы успокоить толпу. Фан Куньпэн застыл на месте, пока госпожа Фан не потянула его за рукав, и он не опустился на стул. Он считал себя главой семьи Чжоу, всегда притворялся благородным учёным и строго отчитывал Чжоу Юнь Шэна за малейшие ошибки, вплоть до телесных наказаний. Наказывая его, он никогда не делал этого ради блага ребёнка, ему просто хотелось видеть его жалкий вид. Но всякий раз, когда он возвращался в свой второй дом, он полностью расслаблялся и даже пускал в ход всю свою богатую лексику, чтобы обругать Чжоу Тана и его дочь, выплеснуть свое недовольство и гнев. Он часто подзывал сына и говорил ему, что если он действительно чего-то хочет, то должен добиваться этого любыми способами. Он никогда не задумывался о том, как такое разное отношение к жизни повлияет на его сыновей. В этот момент ему вдруг показалось, что он очнулся от долгого сна. Его самодовольные издевательства и безразличие к Чжоу Юнь Шэну только подтолкнули того на правильный путь, а его снисходительность и терпимость к Фан Чжифэю подтолкнули того к тому, чтобы прыгнуть в пропасть. Тот, кто на самом деле навредил Фан Чжифэю, — это он сам! Как он может называть себя педагогом? Фан Куньпэн с силой ущипнул себя за руку, чтобы не упасть в обморок. Его лицо было серым и унылым, казалось, он разом постарел на десять лет. — Все будет хорошо, Фан Чжифэй сказал, что запись поддельная. Полиция сможет это проверить, так что мы обязательно выиграем это дело, — госпожа Фан ободряюще похлопала его по спине. Фан Чжифэя в наручниках подвели к скамье подсудимых. Сначала он бросил взгляд на Фан Куньпэна и свою мать, а затем безжалостно уставился на Чжоу Юнь Шэна и его мать. Он уже договорился со своим адвокатом, чтобы тот отправил запись в лучшую лабораторию страны для судебной экспертизы. Если там есть следы искусственного синтеза, опытные специалисты их обнаружат. Если он действительно это сказал, то откуда Юнь Шену было это знать? После того как аудиозапись будет отозвана, видео уже не сможет служить доказательством его вины, и он сможет свалить все на Мэн Вань. Обвинение и защита выступили со своими заявлениями, после чего были представлены доказательства. Фан Чжифэй застыл в изумлении: два аудиофайла по-прежнему лежали среди вещественных доказательств, их не изъяли из-за фальсификации. Что здесь происходит? — Я протестую! Аудиофайлы поддельные! Их подделал хакер, которого нанял Чжоу Юнь Шэн! Я никогда не говорил этих слов! Обвинение немедленно предоставило несколько экспертных заключений по результатам идентификации аудиофайлов, подтверждающих их подлинность. Судья ознакомился с заключениями и отклонил возражение. Затем на допрос вызвали Мэн Вань, которая подтвердила подлинность аудиозаписи и сказала, что сделала ее тайно, потому что не доверяла подсудимому. — Мэн Вань, что за чушь ты несёшь?! Ты что, не дорожишь жизнью своей сестры? — Фан Чжифэй уже не владел собой, и даже зрители, не говоря уже о судье, слышали угрозу в его словах. Мэн Вань презрительно улыбнулась ему и помахала рукой маленькой девочке в маске, сидевшей рядом с матерью Чжоу. Теперь она больше доверяла семье Чжоу, чем семье Фан, поэтому, когда мать Чжоу предложила сделку, она согласилась на её условия. К тому же обвинение пообещало ей смягчение приговора за показания против Фан Чжифэя, так почему бы и нет? Если бы не Фан Чжифэй, оказалась бы она сегодня в такой ситуации? Только тогда Фан Чжифэй заметил свернувшуюся калачиком маленькую девочку. Он уставился на них взглядом, полным ненависти, но внезапно почувствовал сильную усталость и без сил рухнул на стул. Через несколько дней суд признал все обвинения обоснованными и приговорил его к 10 годам лишения свободы, а также к еще 5 годам и выплате крупной компенсации за финансовое мошенничество и незаконное финансирование. Некогда весьма уважаемый представитель IT-индустрии стал заключенным. Такая непредсказуемая судьба не могла не вызывать сочувствия.***
Все активы Tengda были заморожены, и крах был лишь вопросом времени. Когда-то популярный «Волшебный мир» полностью исчез из интернета. Фан Куньпэн не смог выплатить долг сына, и им с любовницей пришлось съехать из особняка, взяв с собой лишь немного одежды. Он хотел найти работу в университете второго или третьего эшелона, но его слишком хорошо знали в Y City, и даже «фабрики дипломов» не решались брать его на работу, опасаясь жалоб родителей. Эти двое оказались в отчаянном положении, им едва не пришлось просить милостыню, а когда они наконец нашли жилье с низкой арендной платой, кредиторы пришли к ним и жестоко избили. Казалось, впереди их ждет бесконечное отчаяние. Впоследствии речь Чжоу Юнь Шэна в суде стала притчей во языцех. Китайцы прозвали его «образцом того, как нужно учить словом и примером». Это стало важным сигналом для воспитания подрастающего поколения. Конечно, Чжоу Юнь Шэн не был идеальным человеком, но по сравнению с Фан Чжифэем он был явно благороднее. Полное поражение и утрата авторитета, мятеж и предательство друзей, смерть вместо жизни. Чжоу Юнь Шэн отдал Фан Чжифэю всё, что обещал, но всё равно не чувствовал себя удовлетворённым.***
Фан Чжифэя отправили в тюрьму Лу Миньшань — первую тюрьму нового типа в Китае. Заключенные обладали высокой степенью самостоятельности, могли осваивать различные профессиональные навыки, а также учиться онлайн. Разумеется, все это происходило под надзором охраны. Узнав, что его отправят в эту тюрьму, Фан Чжифэй едва сдержал улыбку. Ограниченная личная свобода не имела для него большого значения: пока он мог выходить в интернет, он был всемогущ. Первые несколько месяцев он вёл себя очень тихо и ничем не привлекал внимания тюремной охраны. Когда они ослабили бдительность, он взломал несколько «некротических» банковских счетов и заработал много денег. Часть он отправил Фан Куньпэну и своей матери, а на остальное подкупил охранников, чтобы проводить больше времени в сети. После полугода поисков и расследований он связался с преступной организацией и предложил 5 миллионов за жизнь Чжоу Юнь Шэна. «Пришлите фотографии и основную информацию о жертве.» Человек, с которым он связался, напечатал эту фразу. Фан Чжифэй быстро загрузил фотографии Чжоу Юнь Шэна, но, когда он уже собирался нажать кнопку «Отправить», экран мигнул и внезапно погас. Его сердце слегка дрогнуло, он уже собирался перезагрузить компьютер, чтобы разобраться, в чем дело, но экран неожиданно включился сам по себе. Чжоу Юнь Шэн слегка прищурил свои персиковые глаза и окинул Фан Чжифэя взглядом. — 5 миллионов, моя жизнь стоит всего 5 миллионов? Отчетливый, ледяной голос мужчины вонзился в барабанные перепонки, словно невидимое шило. Фан Чжифэй тут же надел наушники, чтобы никто не услышал их разговор. — Стой, я Посланник Правосудия, ты арестован за подстрекательство к убийству! Чжоу Юнь Шэн достал маленький зелёный водяной пистолет и выстрелил в экран компьютера, изменив голос так, чтобы его звучный тембр напоминал детский. Фан Чжифэй не смог удержаться и закрыл лицо руками, его кожа покрылась мурашками, как будто его окатили холодной водой. По другую сторону экрана высокий мужчина подошел к Чжоу Юнь Шэну и слегка улыбнулся, промурлыкав что-то вроде «какой непослушный». Он, запустив руку под рубашку Чжоу Юнь Шэна, ласкал его грудь и покрывал поцелуями шею. — Прекрати, дай мне сначала разобраться с Фан Чжифэем, — Чжоу Юнь Шэн оттолкнул голову мужчины, злобно ухмыляясь. Глаза Фан Чжифэя расширились, когда он узнал этого человека. Это оказался И Чжэн, они с Чжоу Юнь Шэном на самом деле были парой, неудивительно, что он был готов вложить миллионы, чтобы спасти ZHOU. После инцидента с ZHOU он вышел на биржу, чтобы скупить их акции оптом. Должно быть, они давно знакомы и их отношения не поверхностны. Фан Чжифэй переманил на свою сторону многих ветеранов ZHOU Tech, а также отправил свою девушку к Чжоу Юнь Шэну, но тот так и не дал понять, что между ними что-то есть. Очевидно, что Чжоу Юнь Шэн давно выстроил защиту от окружающих. Он не был дураком, напротив, он был на удивление проницательным! Художественный стиль этих двух игр был таким же, как у 3D-малыша. Теперь Чжоу Юнь Шэн не только перехватил его сигнал, но и достал знакомый водяной пистолет и заговорил детским голосом. Его истинная личность была очевидна. Фан Чжифэй ни за что бы не догадался, даже если бы от этого зависела его жизнь, что Чжоу Юнь Шэн — хакер, и его навыки намного превосходят его собственные и навыки любого из его современников. Неудивительно, что он смог скрыть людей, создавших «Разрушителя Неба» и Star Warfare, и без труда подделал аудиозапись с его и Мэн Вань участием. «Я проиграл, я окончательно проиграл!» Фан Чжифэй стиснул зубы, едва сдерживая горестный стон. Чжоу Юнь Шэн снова дважды выстрелил в экран и небрежно предупредил: — Фан Чжифэй, Посланник Справедливости всегда за тобой присматривает, не делай ничего противозаконного. Экран компьютера внезапно начал громко гудеть, из него потекло электричество. Если бы охранники не отогнали Фан Чжифэя дубинками, чтобы он перестал стучать по клавиатуре, его бы ударило током. После этого охранники проверили компьютер, но не обнаружили никаких неполадок. Хакер может использовать свои навыки, чтобы удаленно вывести из строя компьютер или даже убить его. Возможности Чжоу Юнь Шэна уже превосходили воображение Фан Чжифэя. Он думал, что в сети он всемогущ, но на самом деле был Бог интернета, способный одним нажатием кнопки решить судьбу человека. Фан Чжифэй только сейчас осознал, какой ужасной ошибкой было нажить себе врага в лице Чжоу Юнь Шэна. Если бы Чжоу Юнь Шэн действительно хотел его смерти, он бы уже сто раз его убил. Но он не убивал его, а прятался в тени, дразнил, как какого-то жалкого солдатика, и наблюдал, как тот, ничего не подозревая, идет прямо в смертельную ловушку. Должно быть, он бесчисленное количество раз смеялся за его спиной и насмехался над его бесполезной самоуверенностью. По мнению того, он был настоящим дураком. Чем больше Фан Чжифэй размышлял, тем сильнее его охватывали смущение и разочарование. На следующий день, включив компьютер, он обнаружил, что его руки дрожат и он не может нормально работать мышкой. Его уверенность в себе окончательно пошатнулась, он потерпел сокрушительное поражение и, помимо обиды, стал испытывать глубокий страх перед Чжоу Юнь Шэном.***
К этому моменту Чжоу Юнь Шэн наконец-то успокоился. Он мог бы просто смонтировать видео и аудио и выложить их в интернет после того, как его подставили, чтобы поскорее избавиться от того, но он этого не сделал. Он выбрал другой, на первый взгляд неуклюжий, но эффективный метод: ожидание, планирование — всё ради сегодняшнего дня. Конечно, нокаутировать противника в первом раунде было очень приятно, но это не соответствовало эстетике мести Чжоу Юнь Шэна. Ему нравилось вгонять соперников в пучину отчаяния в тот момент, когда они чувствовали себя на коне, а также в полной мере использовать свои отточенные навыки, чтобы нанести сокрушительный удар и лишить их всякой уверенности в себе. Он хотел, чтобы они потерпели полное поражение и утратили всякое влияние, чтобы люди восстали, а друзья отвернулись от них, чтобы смерть стала предпочтительнее жизни, чтобы каждый день они жили в бесконечном отчаянии и сожалениях. Полностью уничтожить их разум — такова была высшая форма Закона мести Чжоу. Ухмыльнувшись, он отправил в полицейский участок доказательства того, что Фан Чжифэй — это и есть «Троянский конь». Наконец-то найдя неизвестного организатора в деле о краже секретов компании ZHOU, полиция немедленно вызвала Фан Чжифэя на допрос. Через месяц к его сроку добавили еще 5 лет, и его перевели в тюрьму строгого режима на отдаленных островах. Условия были очень суровыми: только каторжные работы и никакого доступа в интернет. Фан Чжифэй провёл в пытках всего два месяца, прежде чем захотел умереть. Всякий раз, когда он вспоминал прошлое, его охватывали слёзы. Богатство семьи Чжоу не имело к нему никакого отношения, его отец и Чжоу Фанфан поженились по собственному желанию, так что его обида на семью Чжоу была необоснованной. Если бы он мог просто забыть о семье Чжоу и перестать жаждать того, что ему не принадлежало, его жизнь, несомненно, была бы сейчас вполне благополучной. Но мир не подчинялся принципу «если бы да кабы», он уже дошел до этой точки и никогда не сможет повернуть назад. Удовлетворив свою великую ненависть, Чжоу Юнь Шэн тут же пригласил своего возлюбленного в отель, где они впервые встретились, и заказал красное вино и стейк. Сначала он возился с маленькой коробочкой в кармане пальто, а потом, немного нервничая, положил букет на стол. Услышав знакомые шаги, он быстро встал, держа букет в руках. И Чжэн тоже держал в руках букет красных роз. Они посмотрели друг на друга, слегка смутившись. — А, ты тоже купил цветы, давай обменяемся, — он взял букет из рук своего возлюбленного и вложил в них свой. Несколько посетителей за соседними столиками добродушно рассмеялись. — Два сердца бьются как одно, — Чжоу Юнь Шэн быстро взял себя в руки и наклонился, чтобы понюхать цветы. В центре ресторана стояло пианино, за которым сидела пианистка. Увидев жест шефа Чжоу, она тут же начала играть «Свадьбу мечты». И Чжэн догадался, что происходит, и машинально коснулся нагрудного кармана. Он решил, что лучше сделать предложение первым. — Я хочу тебе кое-что подарить, — но в итоге они произнесли эти слова одновременно. Чжоу Юнь Шэн закрыл лицо руками, его лицо выражало крайнее разочарование. Он думал, что сможет сделать масштабное предложение руки и сердца и с нежностью попросить: «Пожалуйста, выходи за меня!» Если бы он сказал такое стальному человеку вроде И Чжэна, то испытал бы ни с чем не сравнимое чувство, от одной мысли об этом у него перехватило дыхание. Но И Чжэн был слишком хитер и не дал ему такого шанса. — Не расстраивайся, это же обязанность мужа (Старого Гуна) — сделать предложение первым, — И Чжэн убрал руку возлюбленного с его лба и медленно достал чёрную бархатную коробочку. Он улыбнулся: — Малыш, пожалуйста, выходи за меня замуж. — Принимай! — восторженно крикнул один из гостей, а остальные просто улыбались в знак приветствия. Чжоу Юнь Шэн отдёрнул руку и отказался: — Я больше не хочу есть. Давай вернёмся и спросим у мамы. Если она не согласится, мне останется только отказаться, — раз его возлюбленный испортил ему настроение, он с радостью отплатит ему той же монетой. И Чжэн не смог сдержать улыбку и несколько раз кивнул. Когда они вернулись домой, мать Чжоу, не дав Чжоу Юнь Шэну и слова сказать, посмотрела на И Чжэна и спросила: — Как прошло предложение руки и сердца? Из-за того, что план Чжоу Юнь Шэна оказался слишком удачным, мать Чжоу действительно поверила, что её сын импотент, и после того, как его подставили, возненавидел женщин. Она отказалась от любых планов на замужество и детей. После того как И Чжэн полгода промывал ей мозги, она совершенно спокойно восприняла новость о свадьбе. Не говоря уже о том, что доброта И Чжэна спасла ZHOU, и, судя по тому, как он относился к её сыну, жаловаться было не на что. Мать Чжоу считала, что ей будет непросто найти более добродетельную невестку. Чжоу Юнь Шэн поперхнулся, его персиковые глаза яростно сверкнули, когда он посмотрел на своего возлюбленного, а затем кивнул: — Да, всё прошло хорошо. Мама, давай быстрее собираться, завтра мы летим в США на регистрацию, — в этот момент спорить было бесполезно. — Я уже собрала вещи, иди собирай свои, а я пока приготовлю ужин, — мама Чжоу спокойно прошла на кухню. Чжоу Юнь Шэн внезапно набросился на своего любовника и укусил того за высокий нос. И Чжэн схватил его за упругие ягодицы и приподнял, глядя на него глазами, полными яркого, сияющего звездного света. Несомненно, это был самый счастливый день в его жизни.