4.20
18 мая 2026 г., 14:48
Как раз в тот момент, когда племя Рено собиралось объединить усилия с другими племенами, чтобы уничтожить зверей из прошлого, они наконец обнаружили скрытую угрозу.
В племени рождалось все меньше самцов, и многие детеныши были зверями из прошлого, которых либо убивали, либо выбрасывали. В результате в популяции произошел полный дисбаланс.
Когда они наконец подвели итоги, оказалось, что в племени много мужчин, которые с возрастом ослабли, и много юношей-самок. Осталась лишь горстка молодых, здоровых и сильных мужчин, которые были главной силой племени. Без сильных мужчин у них не было бы ни еды, ни шкур животных для защиты от холода. Будущее племени было голодным и холодным.
Племя Рено неизбежно вступило в эпоху старения населения. Слабые старики не могли взять на себя тяжкую ответственность за защиту племени, а оно было единственным источником драгоценных красных кристаллов. Неудивительно, что они стали мишенью для других племён. После нескольких кровопролитных сражений племя Рено было уничтожено, и огромное количество красных кристаллов разошлось по другим племенам.
За праздничной атмосферой скрывалась медленно распространяющаяся катастрофа. Племя Рено уже ощутило на себе последствия злоупотребления красными кристаллами, и теперь настала очередь других племён последовать их примеру, и первым в очереди было племя Баянь.
***
Под руководством Куна племя Баянь с каждым днем становилось все сильнее. Он не только занял место вождя, но и подчинил себе Адди, став его единственным партнером. Он обладал абсолютной властью в племени, и даже старый шаман не мог вмешиваться в его решения. Именно он предложил объединить другие племена, чтобы напасть на племя Рено. Как оказалось, это решение было верным. Затем он использовал красные кристаллы, чтобы завоевать сердца воинов племени и сделать их преданными ему. — Кун, ты объединил все племена восточного континента, ты Король восточного континента, так почему ты должен терпеть этих отсталых тварей, заселивших восточный лес? Иди, напади на них, принеси мне голову Сяо Аньчуня и того другого юноши, — мрачно подначивал его Адди. Сяо Аньчунь не только не умер, но и жил припеваючи. Это постоянно раздражало Адди, ему было трудно по-настоящему радоваться. Сердце Куна сжалось, но он не подал виду. Он не осмелился сказать Адди правду и лишь сказал, что Сяо Аньчунь спас его и он вернулся, когда поправился. Так что в тот момент Адди не знал, насколько ужасны были золотой лев и прекрасный юноша. Взрослый тираннозавр мог уничтожить весь восточный континент, а сила золотого льва и прекрасного юноши в совокупности была намного больше, чем у тираннозавра, и достаточна для того, чтобы разрушить планету. — Нет, я не могу этого сделать, — он отрицательно покачал головой. Увидев сомнение на лице Адди, он тут же добавил: — Ты беременен нашими детьми, как я могу оставить тебя сейчас? Адди остался доволен и нежно погладил себя по животу. Два месяца, члены племени с нетерпением ждали этого события, и наконец-то у них родились маленькие принцы. Адди был достоин того, чтобы считаться сыном старого шамана, — его плодовитость была очень высокой. Он родил шестерых детенышей, все они были самцами. Они принадлежали к той же пепельно-серой волчьей породе, что и Кун. Шесть маленьких волчат еще не открыли глаза и были похожи на пушистые комочки, свернувшиеся в маленьком гнездышке из мягкого мха. Они издавали тихие посвистывающие звуки и выглядели очень мило. Кун нежно погладил их, его сердце переполняли чувства. Он тихо сказал: — Через месяц, как только они перерастут, я приглашу шаманов всех племён, чтобы они помолились за них. Мои дети наверняка будут благословлены богом зверей. Когда они вырастут, они точно станут Королями восточного континента. — Конечно, — Адди самодовольно улыбнулся. За сотни лет в племени Баянь родилось всего два зверя из прошлого, поэтому они не сомневались, что их дети тоже смогут сменить форму. Месяц спустя, когда шесть детенышей так и не превратились в зверолюдей, Кун и Адди отказались принимать реальность и подождали еще месяц. Но результат был тот же. Шли дни, и все уже были уверены, что эти шесть волчат — бракованные. Соплеменники ждали решения своего вождя: оставят их или прогонят? Из-за того, что в восточном лесу появились звери из прошлого, отношения между зверолюдами и этими зверьми ухудшились. Двух зверей из прошлого, которых они раньше держали, уже прогнали. Логично было предположить, что и этих шестерых тоже не оставят. Кун опустился на колени перед статуей бога зверей с изможденным видом. В конце концов, это были его дети, в их жилах текла его кровь, как он мог от них отказаться? — Не сомневайся! Выброси их! Я, Адди, не могу рожать зверей из прошлого! — Адди медленно вошел в пещеру с решительным выражением на лице. Он родил шестерых зверей из прошлого за один раз и стал посмешищем для всего племени. Юноши-самки, которые когда-то ему завидовали, теперь смотрели на него с презрением. Он не мог смириться с этим и должен был смыть с себя это пятно. Кун тут же оглянулся и недоверчиво посмотрел на своего партнера. Мужчина и юноша долго стояли друг напротив друга, и в конце концов Кун сдался и неохотно кивнул. Адди подошел к нему и утешительно обнял: — Не горюй, у нас еще могут родиться здоровые дети. Забудь о них. «Да, мы еще молоды, у нас еще будут здоровые дети.» Кун повторял это про себя, крепко обхватив руками талию своего партнера. Они не осмелились сделать это лично и приказали воину-самцу выбросить шестерых детёнышей на границе восточного леса. Они знали, что звери из прошлого охотно принимают брошенных детёнышей и усыновляют их, потому что те становятся их сородичами. Но шесть детёнышей, проведя с родителями больше трёх месяцев, привязались к ним и не хотели уходить к странным зверям. Они несколько раз возвращались в племя, но их каждый раз прогоняли. Они до сих пор не видели своих родителей, поэтому, естественно, не теряли надежды. Однако их частые визиты испытывали терпение Адди. Он хотел поскорее забыть об этом унижении, но детеныши настаивали на возвращении в племя, напоминая всем о его несостоятельности. Это все больше злило его, и он уже не мог сдерживать свою жестокость. Когда волчата снова выскочили из кустов и побежали в сторону племени, он отвел их в лес, нашел обрыв и сбросил вниз одного за другим, проклиная на чем свет стоит. Под обрывом был только туман, дна не было видно, падение с такой высоты наверняка убило бы их. Адди раздраженно выдохнул и спокойно пошел обратно, делая вид, что ничего не произошло. С тех пор шестерых детёнышей никто больше не видел. Кун думал, что они живут очень хорошо. Звери из восточного леса никогда не бросают своих детёнышей, они хорошо о них заботятся. Вскоре Адди снова забеременел и через два месяца благополучно родил. На этот раз родился только один самец, но трагедия повторилась: самец не трансформировался. Как говорится, первый шаг всегда самый трудный. На этот раз Адди не стал спрашивать мнение Куна. После двух месяцев терпеливого воспитания детёныша, видя, что он не превращается, он выбросил его в том же месте. Но никто не заметил, как ястреб, летавший в тумане туда-сюда, подхватил детёныша, который вот-вот должен был разбиться насмерть. Адди был чрезвычайно упрям и никогда не признавал своего поражения. Чтобы смыть позор, он последовательно беременел и рожал. Но ни один из его детей не стал зверолюдом, и он прослыл позором племени. Старый шаман даже заподозрил, что на него наложено проклятие, и три дня подряд помогал ему молиться. Можно было себе представить, каково было юноше, проклятому богом зверей. Изначально он был преемником шамана, которого все считали неприкасаемым, за ним все охотились. Но теперь он стал разносчиком чумы, и все его сторонились. Престиж Куна, его патнера, тоже сильно упал. За два года многие юноши-самки племени забеременели. Обычно они рожали по четыре детеныша-самца за раз, но только один или два из них обращались в зверолюдов, а иногда не обращался ни один. В довершение ко всему, юношей-самок рождалось так мало, что их можно было пересчитать по пальцам. Ситуация становилась все более опасной. Постепенно никто уже не осмеливался смеяться над Адди, потому что все они столкнулись с той же бедой — утратой способности рожать здоровых детенышей. Из-за этого старый шаман и Кун сильно переживали, но Адди радовался. Пока страдал не только он, этого было достаточно. Никто не замечал, что территория Восточного леса стремительно расширялась, а враждебность по отношению к племенам зверолюдов усиливалась. Несколько раз в год случались масштабные нашествия зверей. Молодые и сильные звери из прошлого нападали на племена зверолюдов ради забавы, их налитые кровью, полные ненависти глаза внушали страх.***
Три года спустя разразилась самая масштабная волна нашествия зверей, и Кун объединил все крупные племена, чтобы дать им отпор. Волна зверей осаждала воинов-зверолюдов, и группа пепельно-серых волков постоянно бросала вызов Куну, их укусы были очень жестокими. Несмотря на то, что Кун был воином 8-го уровня, они несколько раз прорывали его защиту, и он был весь в кровавых синяках и порезах. Самый сильный волк вцепился Куну в горло, и если бы он не разжал челюсти, то отправил бы Куна на тот свет. Но в последний момент волк отпустил его и долго смотрел на Куна. В его глазах были ненависть и боль. Неподалеку раздался рык тигра, и звери откликнулись ему. Они отступили, словно волна, оставив после себя раненых зверолюдов. Кун закрыл лицо руками и горько заплакал. В глубине души он знал, что это были дети, которых он бросил, и они его ненавидели. Вернувшись в племя, Кун впал в уныние. Но, к сожалению, он был самым тяжело раненным воином: все его конечности были переломаны и кровоточили. Из-за злоупотребления красными кристаллами в племени появилось много воинов высокого ранга, что поставило под угрозу положение Куна. Видя, что он лежит раненый в постели, некоторые воины забеспокоились. Адди не мог усидеть на месте и попросил шамана подарить ему чашу с божественной кровью. Кун тоже поддерживал статус старого шамана, так что, естественно, тот не отказал. Он набрал полную чашу божественной крови и отправил ее в дом Куна. — Не волнуйся, тебе скоро станет лучше. Бог зверей благословит и защитит тебя, — Адди равномерно распределил отвратительно пахнущую божественную кровь по ранам Куна. По какой-то причине Кун неожиданно вспомнил предостережение Сяо Аньчуня, сказанное много лет назад. Но он быстро отогнал от себя эти тревожные мысли, заменив их непоколебимой верой. Адди настаивал на ежедневном нанесении «свежей» божественной крови, и в конце концов по всему дому распространился гнилостный запах. Кун постепенно начал замечать, что что-то не так: у него поднялась температура, и он почувствовал сильную слабость. Изначально ярко-красная рана почернела, из нее сочился желтый гной с кровью. Хуже того, раны увеличились, поглотили кожу и мышцы, превратив их в кровавое месиво. Стали видны кости, внутри которых копошились личинки. От невыносимой боли Куну хотелось умереть. Он понимал, что медленно разлагается, и в его голове снова и снова звучали предостережения Сяо Аньчуня, причиняя ему невыносимые страдания. «Эта штука ядовитая, нельзя наносить ее на рану!» «Мне все равно, веришь ты в это или нет, но я действительно пытаюсь тебя спасти. Эта кровавая паста — не божий дар, а сплошная мерзость. Если ты намажешь ею раны, они загноятся, и ты умрешь.» «Знаешь, что такое «инфекция»? Красная плоть превращается в желтый гной, который постепенно распространяется, пока вся плоть на твоей ноге не сгниет. Останутся только кости. В таком случае единственный способ спасти — вырезать сгнившие части. Но есть и еще более ужасный исход: даже если вырезать пораженные участки, гной все равно будет распространяться по организму, и вскоре все твое тело начнет медленно разлагаться, пока не обнажатся кости и ты не умрешь мучительной смертью.» Сумасшедшая чушь, над которой он когда-то смеялся, теперь казалась пророчеством, ставшим реальностью. Кун открыл рот и отчаянно закричал. Он ошибался, и только в этот момент понял, насколько сильно ошибался. Сяо Аньчунь действительно спас его, он спас его! Каждый раз, когда Сяо Аньчунь что-то уверенно заявлял, разве это не было правдой? Разве этот факт не был доказан давным-давно? «Нет, нет, нет, я не могу умереть! Я не хочу умирать!» Пережив приступ истерики, Кун огляделся по сторонам и закричал: — Адди, Адди, где ты?! Отправь меня в восточный лес, я хочу найти Сяо Аньчуня, я найду его! — многие соплеменники услышали его крики и успели собраться вокруг. Они насмешливо смотрели на пепельное лицо Адди. После столь долгой борьбы он всё же проиграл Сяо Аньчуню, и все остались довольны таким исходом. — Что за чушь ты несёшь, дай мне отдохнуть! — Адди толкнул сопротивляющегося Куна и процедил сквозь зубы: — Смотри, ты испортил божественную кровь! Это богохульство в адрес бога зверей! — он взял чашу и начал заново наносить слой грязной крови. — Нет, это ядовитое! Не прикасайся ко мне! Ты меня убьешь! Мало тебе бед, что ты натворил?! Убирайся, убирайся немедленно! — Кун швырнул деревянную миску и, тяжело дыша, рухнул на кровать. У него уже не было сил, чтобы самому покинуть племя. Адди не смог вынести унижения и убежал. Увидев, что в дом входит второй по силе воин племени, Кун слабым голосом произнес: — Я умираю, выбросьте меня, оставьте на границе восточного леса, — он мог только надеяться, что Сяо Аньчунь, как всегда, проявит милосердие. Может быть, он вспомнит об их давней дружбе и снова его вылечит. Сяо Аньчунь был прав. Все, что он говорил и делал, было правильно. Ему следовало поверить ему, когда была такая возможность. Именно эти слова и хотел услышать тот воин. Он тут же приказал кому-то вывести Куна и выбросить его. К тому времени, когда Адди узнал об этом, он уже был не партнером вождя, а брошенным мужем, брошенным мужем, который даже не мог родить здоровых детёнышей. Ни один самец не хотел иметь с ним дел, а юноши-самки и вовсе не желали его видеть, опасаясь, что его проклятие передастся им. Старый шаман был уже слишком стар и собирался уйти на покой в ближайшие несколько дней. Он планировал передать свой пост сыну, но новый вождь решительно воспротивился этому и назначил на эту должность своего младшего брата. Отцу и сыну не на кого было положиться, поэтому они питались только дикими фруктами и в конце концов умерли от голода.***
В день масштабного нашествия зверей Сяо Аньчунь наконец-то разработал пилюлю, которая позволяла зверям из прошлого трансформироваться. Именно поэтому Снежок внезапно приказал всем вернуться, иначе ущерб, нанесённый крупным племенам, был бы ещё больше. Чжоу Юнь Шэн и Чжао Сюань уставились на Сяо Аньчуня, окружённого толпой зверей. Чжоу Юнь Шэн махнул рукой и сказал: — Он уже вырос, так что нам тоже пора. Иди собирайся. Чжао Сюань кивнул и направился обратно в домик на дереве, чтобы привести в порядок их багаж. Брать с собой было особо нечего, кроме местных продуктов: соленой рыбы, вяленого мяса, капченого мяса дракона, а также диких фруктов и овощей. Все это было завернуто в рыбью кожу и уложено в пространственное кольцо. Они задержались еще на несколько дней, чтобы проверить эффективность пилюль. Снежок первым принял человеческий облик. У него были белые волосы и зелёные глаза, и выглядел он очень красиво. Сяо Аньчунь чуть не упал в обморок от потрясения. Чжоу Юнь Шэн собирался пойти поздравить Снежка, но, поднявшись в домик на дереве, услышал изнутри громкий скрип. Он покачал головой и ушел. — Они заняты? — спросил Чжао Сюань, но в его голосе не было особого любопытства, потому что он уже знал ответ. Он посадил своего возлюбленного на плечи и направился к указанным координатам. Через двенадцать часов за ними придут военные. Дойдя до границы восточного леса, они увидели Куна, лежащего в кустах, покрытого гноящимися ранами. Он был очень слаб, но сильное желание выжить заставляло его без остановки звать на помощь: — Сяо Аньчунь, где ты? Пожалуйста, помоги мне! Я был неправ, я был неправ… — О! Давно не виделись, — Чжоу Юнь Шэн улыбнулся и помахал ему. Затуманенный взгляд Куна прояснился, но не успел он и рта открыть, как Чжао Сюань уже отошел, оставив его смотреть вслед удаляющейся спине. Кун закашлялся, из его глаз потекли слезы. Вскоре несколько пепельно-серых волков учуяли его запах, принюхавшись, долго и равнодушно смотрели на него, а потом разошлись.***
Когда Сяо Аньчунь обнаружил, что бог-мужчина и золотой лев исчезли, прошло уже три дня. Выйдя из племени, чтобы отправиться на поиски, он наткнулся на полуразложившийся труп Куна. На его лице не было печали, и он тихо произнес: — Вырой яму и похорони его. Снежок свистнул, призывая на помощь зверолюдов из племени. Они прочесывали лес больше полумесяца, но так ничего и не нашли. Но они были твердо уверены, что с парой все в порядке и однажды они обязательно вернутся. Основанное ими племя позже получило название Сюаньчэн, созвучное с именами супругов — Сюань и Шэн. Постепенно оно стало самым могущественным племенем на планете зверолюдов.
Примечания:
Поздравляю! Данная работа подошла к концу. Надеюсь она вам понравилась, и мои труды не были напрасными. Всем удачи и хорошего настроения!
