1. 5. 7
1 апреля 2026 г., 15:19
Чжоу Юнь Шэн высунулся в окно и наблюдал за происходящим. Настроение Сюэ Цзы Сюаня было очень переменчивым. С ним он был мягок и внимателен, говорил тихо и вёл себя как истинный джентльмен. Но с другими - был холоден и отстранён, равнодушен, как будто был выше их всех. В присутствии Сюэ Цзин И, которую он когда-то баловал и всячески ублажал, он внезапно становился холодным и безжалостным, раздражительным и полным отвращения, как будто затаил на неё глубокую обиду.
Неужели у этого человека… шизофрения? Подумав об этом, Чжоу Юнь Шэн ударил себя по лбу, словно намазывая голову чистейшими сливками. Этот Сюэ Цзы Сюань действительно тяжело болен.
— Брат, умоляю тебя, пожалуйста, останься. Без тебя мне очень страшно, разве ты не понимаешь? Может быть, сегодня, может быть, завтра я умру. Разве ты меня не любишь? Ты же не оставишь меня умирать, не проводив, правда? Брат, пожалуйста, останься со мной в последний раз. Мне осталось недолго.
Сюэ Цзин И задыхалась от рыданий. Когда она вообще думала о том, чтобы умереть? Если бы она могла вечно быть рядом с братом, разве она захотела бы умереть? Даже если бы она выложилась на полную, она бы сделала все возможное, чтобы выжить. Но ей нужно было притвориться, что она в отчаянном положении. Не зная, в какой момент, но внезапно она поняла, что должна пожертвовать своей жизнью, чтобы заслужить жалостливый взгляд брата. Когда она стала такой ничтожной?
Хуан И. Все это произошло из-за появления Хуан И. Как было бы хорошо без него. Сюэ Цзин И упала на колени и обхватила ноги брата. По ее лицу текли слезы и сопли, но в душе бушевала ненависть.
Мать и отец Сюэ были так расстроены, что бросились ей на помощь и даже не переставали ругать своего любимого сына.
Устраивать истерику, валяться в ногах, умолять — все эти уловки Чжоу Юнь Шэн считал необходимыми. Теперь Сюэ Цзин И использовала их все. Эта этическая драма была по-настоящему захватывающей! Чжоу Юнь Шэн смотрел в окно и с интересом наблюдал за происходящим, но на его лице читались растерянность и тревога.
Сюэ Цзы Сюань смотрел на иссиня-черные волосы Сюэ Цзин И. Его сердце переполняло какое-то странное чувство, в котором смешались радость, печаль и отвращение.
«Ты же не позволишь мне умереть, не проводив меня, правда?»
Ей не нужно было задавать этот вопрос, потому что в прошлой жизни он именно так и поступил. Он не попрощался с ней перед смертью, потому что смерть не пугала его. Страшно было жить так, что лучше бы умереть.
Она взяла инициативу в свои руки и отреклась от мира, но он остался позади, барахтаясь в бездне отчаяния. Кто был более жалок? Кто был более ненавистен? На самом деле они оба были жалкими и ненавистными.
Он наклонился, разжал ее пальцы, которые были словно железные тиски, высвободил ноги, поднял ее, посадил обратно в инвалидное кресло и равнодушно произнес:
— Возвращайся в дом, не устраивай тут беспорядок, — таким небрежным тоном можно было бы успокоить маленькую кошку или собаку.
— Не хочу! Я тебя не отпущу! Я умру, я правда умру! — Сюэ Цзин И обезумела, ее тело билось в конвульсиях.
— Лекарство, лекарство, лекарство. Скорее, принесите лекарство! — Сюэ Ли Дани тоже плакала. От слез ее макияж размазался, и лицо выглядело ужасно.
Сюэ Жуй схватил сына и начал злобно ругать того.
— Цзин И уже в таком состоянии, а ты все равно уходишь? Ты вообще человек? У тебя вообще есть сердце? — затем он вспомнил, что его сын никогда не проявлял эмоций, и тут же потерял дар речи. В его взгляде читалась скорбь. У его сына действительно не было сердца. Они не могли винить его в этом. Они могли винить только себя за то, что не смогли дать ему здоровое тело.
Фу Бо и Сяо Дэн подошли к машине, где стояла аптечка. Они немного порылись в ней. Бутылочки с лекарствами, которая обычно стояла на самом видном месте, нигде не было. Наконец, после долгих поисков, они нашли ее. Когда они открыли крышку, от дрожи в руках таблетки рассыпались по земле.
В этот момент Чжоу Юнь Шэн почувствовал, что ситуация накалилась до предела. Он быстро отстегнул ремень безопасности, распахнул дверь машины и выбежал наружу. Он протянул руки, но не осмелился прикоснуться к девушке, которая билась в конвульсиях. Вместо этого он обхватил руками тонкую талию молодого человека и закричал:
— Брат, давай не будем уходить, ладно? Цзин И так плохо. Я хочу присмотреть за ней. Она у меня одна, моя единственная родственница!
Как бы горько ни рыдала Сюэ Цзин И, она не могла вызвать у Сюэ Цзы Сюаня ни капли жалости. А вот покрасневшие от слез глаза подростка, казалось, пронзали его насквозь, хотя слезы еще даже не скатывались по его щекам. Боль была невыносимой. Он быстро схватил юношу и вытер слезы с его глаз. Он немного помолчал, а потом сдался:
— Ладно, мы не уйдем. Не плачь. С ней все будет хорошо. Ей станет лучше.
Он действительно не мог пойти против того, кто был в его объятиях. Если тот хотел остаться, то он только мог остаться с ним. Если он хотел летать, то мог только надеть на него крылья. Если бы он мог завладеть сердцем юноши, то отдал бы ему все.
Услышав это, Фу Бо вздохнул с облегчением, и его руки перестали дрожать. Он достал несколько таблеток и сунул их в рот девушке. Сяо Дэн быстро напоила её водой.
Сюэ Цзин И, которая билась в конвульсиях, смутно расслышала эту фразу. Ее сердце разрывалось от боли. Ее слезы, мольбы и даже сама жизнь не стоили простого слова Хуан И.
