Коалиция Разрушенных Небес: Эффект Осколка

Сектор «Зеркального Лабиринта» находился на стыке трех реальностей. Здесь небоскребы Нью-Йорка росли прямо из серных скал Преисподней, а облака Рая плыли под ногами, как туман. Воздух здесь звенел. Буквально. Каждое движение рождало звук, похожий на звон бокала, по которому проводят мокрым пальцем. Вики и Мими стояли перед гигантским осколком витрины бутика «Tiffany», который теперь висел в воздухе и отражал не манекены, а искаженные пейзажи других миров. — Настройка сбивается, — прорычала Мими, пытаясь магией стабилизировать дрожащее изображение в стекле. — Я вижу только помехи. И чью-то задницу. Кажется, это задница Дино. — Сосредоточься, Мими, — Вики держала руку на поверхности стекла. Её ладонь светилась мягким золотым светом. — Нам нужно найти частоту Земли. Нам нужны выжившие. — Я стараюсь! Но эти зеркала... они фонят. Они показывают не то, что есть, а то, что могло бы быть. Вики нахмурилась. Она чувствовала сопротивление материала. Зеркало не хотело работать как телефон. Оно хотело работать как кинотеатр кошмаров. — Люцифер! — крикнула Вики через плечо. — Ты там уснул? Нам нужна твоя энергия для усиления сигнала! Ответа не последовало. Вики обернулась. Люцифера не было. Только что он стоял у колонны, подпирая её плечом и изображая вселенскую скуку, а теперь там была пустота. — Черт, — выдохнула Мими. — Он опять пошел гулять. У него аллергия на командную работу. Люцифер не ушел далеко. Он просто... шагнул в сторону. Его привлек блеск. В глубине лабиринта, среди нагромождения бетонных плит и адского камня, стояло Зеркало. Оно было огромным, в оправе из черного обсидиана, по которому струилась лава. Оно не отражало ни руины, ни самого Люцифера. Оно было черным, как нефть. Люцифер подошел ближе. Он чувствовал зов. Это была не магия ментального вируса. Это было что-то родное. Запах серы. Запах власти. — Ну и что ты мне покажешь? — усмехнулся он, скрестив руки на груди. — Моего отца, который скажет, что я разочарование? Я это и так знаю. Поверхность зеркала пошла рябью. Чернота отступила, являя картинку. Тронный зал Цитадели. Но не разрушенный, а величественный, отстроенный заново из черного мрамора и костей. На троне сидела фигура. Люцифер прищурился. Он ожидал увидеть Сатану. Или себя. Но это была женщина. У неё были длинные, густые темные волосы, увенчанные короной из рогов... его рогов. Её платье было сшито из теней и крови. Её поза была расслабленной, властной. Одной рукой она держала кубок, а другая покоилась на голове огромного адского пса. Она повернула голову, и Люцифер увидел лицо. Это была Ости. Но не та Ости, которую он знал — истеричная, завистливая, вечно вторая. Это была Королева. Её глаза горели холодным, разумным огнем. На её лице не было ни одной лишней эмоции, только абсолютное, жестокое спокойствие. — Здравствуй, Принц, — её голос прозвучал не в ушах, а прямо в голове Люцифера. Глубокий, бархатный, опасный. — Или мне называть тебя... Беглец? Люцифер напрягся. Огонь инстинктивно вспыхнул на его пальцах. — Ты не Ости. Ости сейчас красит ногти в соседнем секторе и ноет, что у неё секутся концы. — Я — то, чем она могла стать, если бы ты не мешал, — ответила Зеркальная Ости. Она встала с трона и подошла к стеклу изнутри. — В моем мире ты был слаб, Люцифер. Ты влюбился в Непризнанную. Ты размяк. Ты хотел мира. Она улыбнулась, и эта улыбка была страшнее оскала. — И мне пришлось убить тебя. Люцифер замер. — Убить меня? — Да. Я вонзила кинжал тебе в сердце, пока ты спал. Это было милосердно. Ад не терпит сентиментальности. Я заняла трон. Я объединила легионы. Я уничтожила Цитадель. В моем мире нет Шепфа, нет Матери Жизни. Есть только Я. Она прижала ладонь к стеклу. — Посмотри на меня, Люцифер. Разве я не великолепна? Люцифер смотрел. И, к своему ужасу, он признавал: она была великолепна. Она была воплощением того Ада, о котором он мечтал в детстве. Сильная. Безжалостная. Победившая. — Зачем ты показываешь мне это? — спросил он хрипло. — Хочешь похвастаться? — Я хочу предложить сделку, — Зеркальная Ости склонила голову набок. — Твой мир умирает. Сингулярность сожрет вас. Но я... я могу открыть проход. — Куда? — В мою реальность. Здесь есть место для тебя. Не как короля, конечно. Король здесь я. Но как моего... консорта. Генерала. Любовника. Мы всегда были хорошей парой, Люцифер. Огонь и Ярость. Люцифер почувствовал, как сердце пропускает удар. Власть. Стабильность. Мир, где Ад победил. Мир, где ему не нужно прятаться по бункерам и есть консервы. — Какова цена? — спросил он. Он знал, что цена есть всегда. Ости кивнула на что-то за его спиной. В отражении он увидел Вики, которая вдали возилась с другим зеркалом. — Она, — сказала Ости. — Принеси мне её голову. Или сердце. Мне все равно. Убей Вестницу. Убей эту ошибку природы, которая сделала тебя слабым. Докажи, что в тебе еще осталась кровь Сатаны. И трон — твой. Рядом со мной. Люцифер молчал. Он смотрел на Зеркальную Ости. Потом на отражение Вики в черном стекле. Вики выглядела уставшей, растрепанной, в грязной одежде. Она смеялась над чем-то, что сказала Мими. Она была такой... уязвимой. И такой живой. А Ости в зеркале была идеальной статуей. — Ты предлагаешь мне трон на костях, — медленно произнес Люцифер. — Вся власть стоит на костях, милый. Ты просто забыл об этом, играя в героя. Люцифер сделал шаг к зеркалу. — Знаешь, в чем разница между тобой и той Ости, которую я знаю? — спросил он тихо. — В том, что я победила? — Нет. В том, что ты — скучная. Глаза Зеркальной Королевы расширились. — Что? — Ты убила меня, чтобы получить власть. Ты уничтожила всё, что делало нас живыми. Ты сидишь в пустом зале, на холодном камне, и разговариваешь с отражением мертвого любовника. Это не победа, Ости. Это одиночество. Люцифер поднял руку. На его ладони сформировался шар багрового пламени. — Моя Вики, может, и "ошибка природы". Но она заставляет меня чувствовать себя живым, а не памятником самому себе. И я не променяю её тепло на твой ледяной трон. Даже если мне придется сгореть вместе с этим Осколком. — Ты пожалеешь! — зашипела Ости. Её лицо исказилось, превращаясь в демоническую маску. — Ты сдохнешь в грязи, Люцифер! — Лучше в грязи с ней, чем в золоте с тобой. Люцифер ударил. Огненный шар врезался в стекло. ДЗЫНЬ! Звук разбитого зеркала был оглушительным. Осколки брызнули во все стороны, превращаясь в черный дым, прежде чем коснуться земли. Иллюзия рассыпалась. Тронный зал исчез. Остались только руины Нью-Йорка и запах озона. — Люцифер! Он обернулся. К нему бежала Вики. За ней летела Мими. — Мы слышали взрыв! — Вики подбежала к нему, хватая за плечи. Она осматривала его с тревогой. — Ты цел? На тебя напали? Люцифер посмотрел на неё. На её лице была сажа. На щеке — царапина. В глазах — паника за него. Он вдруг почувствовал такую волну нежности, что ему захотелось рассмеяться. Он только что отказался от короны Ада ради этой девчонки в армейских ботинках. И он ни капли не жалел. — Я в порядке, — сказал он, накрывая её руку своей. — Просто... разбил плохое отражение. Примета плохая, но мне плевать. — Какое отражение? — не поняла Мими. — Неважно, — Люцифер притянул Вики к себе и коротко, жестко поцеловал её в лоб. — Ты нашла частоту? Вики моргнула, удивленная его порывом. — Кажется, да. Мы слышим сигнал. Это... азбука Морзе. Кто-то зовет на помощь. — Тогда пошли, — Люцифер развернулся, расправляя свои огромные алые крылья. — У нас есть работа. И я не хочу заставлять их ждать. Вики и Мими переглянулись. — Что с ним? — одними губами спросила Мими. — Не знаю, — ответила Вики, глядя на широкую спину демона. — Но мне кажется, он только что выиграл какую-то битву, о которой мы даже не знали. Они вернулись к главному зеркалу. Пока Вики настраивала связь, Люцифер стоял в стороне, скрестив руки. Он смотрел на осколок стекла, застрявший в подошве его ботинка. В нем отражался его глаз. Красный. Гордый. — Я убила тебя, потому что ты был слаб, — прозвучало эхо в его голове. Люцифер раздавил осколок в пыль. — Я не слаб, — прошептал он в пустоту. — Я просто выбрал, за что стоит умирать.