Коалиция Разрушенных Небес: Эффект Осколка

Они проверяли сектор, который Зеркало скопировало с Школы Ангелов и Демонов. Пустые коридоры, знакомые статуи, только всё это висело в пустоте, а вместо неба был фиолетовый шторм. Мими шла молча. Это место давило на неё сильнее, чем на других. Здесь она была счастлива. Здесь был жив её отец. Здесь она впервые встретила Вики. — Здесь чисто, — сказала Вики, проверяя класс Демонологии. — Никаких аномалий. Идем к выходу. — Подожди, — Мими замерла. В конце коридора, у окна, стояла фигура. Высокий парень с пепельными волосами, в форме, которую они носили во времена Войны с Мальбонте. Он стоял спиной к ним, глядя на разрушенный двор. Сердце Мими пропустило удар. — Кристофер? Фигура обернулась. Это был он. Разный цвет глаз. Знакомая ухмылка, только в ней не было веселья. В ней была горечь. — Привет, сестренка, — сказал он. Голос звучал глухо, как из-под воды. — Ты долго не приходила. Вики схватилась за меч. — Это не он, Мими. Это проекция. Кристофер... он не здесь. — Я знаю, — прошептала Мими, но не могла отвести взгляд. — Но он так похож... Кристофер (или то, что носило его имя) сделал шаг вперед. — Почему ты с ней, Мими? — спросил он, кивнув на Вики. — Она чужая. Она Непризнанная, которая возомнила себя королевой. Из-за неё всё началось. — Это неправда, — голос Мими дрожал. — Она спасла нас. — Спасла? — Кристофер рассмеялся. Звук был страшным, лающим. — Отец мертв. Я мертв (в том мире). Астарот сходит с ума. Мы потеряли всё. Из-за неё. Она — магнит для бедствий. Он перевел взгляд на Вики. Его глаза, обычно холодные, вспыхнули ненавистью. — Если бы она умерла тогда, в начале... мы были бы семьей. Маммон был бы жив. — Не смей, — Мими шагнула вперед, закрывая Вики собой. — Не смей трогать память отца. — Я трогаю память? — Кристофер оскалился. — Я пытаюсь исправить ошибку, Мими. Отойди. Я убью причину наших бед. И мы будем свободны. Он атаковал резко. Кристофер был метисом, сильным бойцом. Он метнул сгусток концентрированного огня, смешанного с воздухом. Мими рефлекторно выставила щит, но удар был такой силы, что её отбросило в стену. — Мими! — Вики рванула вперед. Она не хотела убивать брата своей любимой, даже если это была копия. Она пыталась обезоружить его. Но Зеркальный Кристофер дрался насмерть. Он материализовал огненный хлыст и ударил Вики по ногам, сбивая с ритма, а затем телекинезом впечатал её в колонну. Камень треснул. Вики сползла на пол, хватая ртом воздух — удар выбил дыхание. Кристофер подошел к ней. В его руке сформировался кинжал из черного стекла. — Ничего личного, Уокер, — сказал он холодно. — Просто гигиена вселенной. — Нет! — Мими поднялась. У неё звенело в ушах. Она видела, как брат заносит нож над Вики. Над той, кто была её смыслом. Над той, ради которой она жила. Время замедлилось. Мими вспомнила детство. Как они с Кристофером и Астаротом играли. Как они были похожи. Одна кровь. Но потом она посмотрела на Вики. На её испуганный взгляд, устремленный не на нож, а на Мими. Вики боялась не умереть. Она боялась, что Мими придется выбирать. И Мими выбрала. Снова. Она не стала кричать. Она не стала кидать фаерболы. Она расправила крылья и, используя демоническую скорость, оказалась за спиной Кристофера. Её рука трансформировалась, когти удлинились, став острее бритвы. — Прости, — прошептала она ему на ухо. — Но она — моя семья. Удар был точным. В сердце. Кристофер замер. Кинжал выпал из его руки и со звоном разбился о пол. Он медленно опустил голову, глядя на руку сестры, пронзившую его грудь. Потом он обернулся. В его глазах не было боли. Было... удивление. И, странным образом, облегчение. — Ты стала... жесткой, — прохрипел он, и кровь (черная зеркальная пыль) потекла у него изо рта. — Маммон гордился бы. Он улыбнулся — той самой, настоящей улыбкой брата, которую она помнила. — Береги её, раз уж выбрала. Его тело рассыпалось в серый пепел прямо в руках Мими. Она осталась стоять, обнимая пустоту. Пепел оседал на её одежде, на волосах, на руках. Тишина была оглушительной. — Мими... — Вики поднялась, держась за ушибленный бок. Она подошла осторожно, боясь спугнуть этот момент. Мими медленно опустила руки. Она смотрела на свои ладони, покрытые серой пылью. — Я убила его, — сказала она безжизненным голосом. — Опять. — Это был не он, милая. Это была ловушка. — Он был настоящим, Вики! — Мими резко обернулась. По её щекам текли черные дорожки слез. — Он пах как он. Он улыбался как он. И я... я даже не колебалась. Мими задрожала, и её ноги подогнулись. Вики подхватила её, не давая упасть на пол, покрытый прахом брата. Она крепко прижала демоницу к себе, позволяя ей рыдать, кричать, бить кулаками в грудь. — Ты спасла меня, — шептала Вики, гладя её по голове. — Ты выбрала меня. Я знаю, чего тебе это стоило. Я знаю. — Я ненавижу это место, — выла Мими, уткнувшись лицом в плечо Вики. — Я ненавижу эти Зеркала. Они заставляют нас убивать тех, кого мы любим. Вики взяла её лицо в свои ладони, стирая слезы и пепел. — Мы уничтожим их, Мими. Я обещаю. Мы разобьем каждое зеркало в этом чертовом мире. Но сейчас... ты должна дышать. Дыши со мной. Мими сделала судорожный вдох. Она посмотрела на Вики. В глазах Вики была такая безграничная любовь и благодарность, что боль немного отступила. Мими поняла: Кристофер был прошлым. Мертвым, болезненным прошлым. А Вики была живой. Теплой. Настоящей. — Не отпускай меня, — попросила Мими тихо. — Мне кажется, если ты меня отпустишь, я рассыплюсь, как он. — Никогда, — твердо ответила Вики. — Я буду держать тебя, пока звезды не погаснут. Они вышли из копии Школы, поддерживая друг друга. За их спинами коридор начал рушиться, исчезая в небытие. Мими не обернулась. Она смотрела только вперед, на Вики, которая вела её прочь от могил памяти к жизни.