По следам теней

Сидя в пыльном и душном архиве, Аластор перебирал старые газеты. Смуглый лоб парня был покрыт испариной, а рукава рубашки пришлось закатать, чтобы стало хоть немного легче. Он был ещё школьником, когда произошла трагедия семьи Морнингстар, но он помнил, как его дорогая матушка обсуждала это с соседкой. В его памяти трагедия отложилась в нескольких словах: пожар, дети, смерть, потери. Он уже несколько часов сидел среди газет, ища хоть что-то полезное. Действовал он уже на автомате: очередная газета в руках, беглый обзор названий статей, вздох, газета уходит туда, где была взята. Ещё одна газета в руках: строительство церкви, смерть юной актрисы, трагедия семьи Морнингстар, ограбление... Взгляд Аластора вернулся к предыдущему пункту: трагедия семьи Морнингстар. Он выдохнул и улыбнулся, не веря своим глазам.

"ТРАГЕДИЯ СЕМЬИ МОРНИНГСТАР"

Сегодня утром город был потрясён бедствием: сильный пожар уничтожил фабрику по обработке хлопка И. Морнингстар. Пламя, вспыхнувшее внезапно, с поразительной быстротой охватило всё здание, наполненное легко воспламеняющимся сырьём.

Как стало известно, в момент возгорания в помещениях фабрики находились дети владельца предприятия. По словам очевидцев, густой дым и жар сделали спасательные работы крайне затруднительными. Несмотря на самоотверженные усилия пожарных команд и работников фабрики, одному ребёнку выбраться из огненной ловушки не удалось.

Оставшиеся в живых были вынесены из здания и немедленно переданы врачам. Остальные подробности уточняются.

Город скорбит вместе с семьёй Морнингстар. Эта трагедия вновь напоминает о той высокой цене, которую порой приходится платить в век машин, огня и спешки.

Рядом с новостной колонкой красовалась фотография семьи: двое взрослых и двое детей. Аластор внимательно рассматривал фотографию. Он глядел то на мальчишку, то на девчонку, сравнивая их. Дети с фотографии смотрели на него внимательными глазами. Радиоведущий нахмурил брови, пытаясь понять, что именно его смущает. Раздался стук в дверь газетного архива. — Господин Аластор, вы закончили? — раздался низкий голос за дверью. — Да, закончил. — ответил Аластор, не отводя взгляда с фотографии, — Могу ли я взять на время несколько газет? — он обернулся на скрип двери, мужчина, находившийся за ней лишь пожал плечами, что означало — без разницы. Смуглый молодой человек лишь кивнул с улыбкой на лице. Он схватил газету, которую читал и ещё несколько газет за следующую неделю. Поблагодарив знакомого, он вышел из архива. Мысли были где-то в другом времени, во времени, когда он учился в школе и подслушивал мамины разговоры с другими взрослыми. Мальчишка стоял в тени, вжавшись в стену, молясь, чтобы никто не заметил его присутствия. Он держал руки у себя на груди, будто пытаясь заглушить частые удары сердца. Страх слабо давал сконцентрироваться на диалоге взрослых, до него долетали лишь обрывки фраз: "Ты читала.... пожар... кто-то из детей умер... какие потери..." Мальчик услышал звук шагов, сердце вот-вот пробьёт грудную клетку, он сорвался со своего места, чтобы в миг оказаться на безопасном расстоянии. Никто не пришёл проверять его. Отгоняя своё прошлое, он слегка потряс головой и руками поправил кудрявые волосы, натягивая на лицо привычную улыбку. Сегодня вечером они с коллегой идут на светский вечер, куда их позвали из-за успешной радиопередачи. Аластор слышал, что семья Морнингстар тоже должна быть там.

***

Огромное помещение медленно заполнялось людьми, музыканты где-то в глубине зала играли весёлую музыку. Особенно выделялся звук саксофона — такого современного инструмента. Голоса и смех людей смешивались между собой, образуя какофонию звуков. Сухой закон словно обошёл стороной это место, каждый третий держал в руке бокал с каким-либо алкоголем. Аластор не оставал от присутствующих, он непринуждённо болтал с тучной низкой женщиной, которая звонко смеялась над его каламбурами. Парень то и дело ловил на себе косые взгляды находящихся здесь людей. Но это его мало заботило, он глазами искал миловидную девушку с белокурыми волосами. Собеседницу Аластора пригласил на танец какой-то мужчина, чьё лицо мало отличалось от других. Блуждающий взгляд молодого человека остановился на блондинке в голубом белом платье, чьё лицо скрывала кружевная вуаль. Девушка стояла подле возрастных людей, которые бурно обсуждали что-то между собой. Аластор, поправил свои очки и ловко, не задевая никого, подошел к незнакомке. — Разрешите пригласить на танец? — спросил он так, чтобы она точно услышала. Плечи девушки вздрогнули, она обернулась на родителей — те лишь синхронно кивнули. Аластор не видел, но догадывался, что незнакомка улыбается. Он легко взял её за руку и закрутил в незамысловатом танце. Вёл он беззаботно и аккуратно, давая партнерше привыкнуть к темпу. Парень улыбался, не отрывая своего взгляда от лица девушки. С каждой секундой танец становился живее. Кружевная вуаль развевалась, изредка открывая его взору части лица блондинки. Аластор закружил девушку, лёгкая ткань на долю секунды сначала обнажила счастливую улыбку, а после и голубые глаза, наполненные неподдельной радостью. Когда мелодия остановилась, партнёры поклонились друг другу. Молодой человек, взяв ладонь девушки в свою, проворно отвёл её к родителям. — Благодарю за чудесный танец. — он улыбнулся и лёгко коснулся её руки губами.

***

Аластор вернулся на своё место, где его ожидал коллега. Тучный мужчина, сдерживая улыбку, похлопал по плечу брюнета, как бы в знак восхищения и одобрения. Без слов они вместе поднялись на балкон, где было свежо и прохладно. Небольшая группа людей уже находилась там, они что-то бурно обсуждали и весело смеялись. Аластор вытащил из кармана своего пиджака сигарету, но не успел он и закурить, как до него донесла нарочито громкая фраза: "Иногда людям с радио лучше продолжать сидеть в своей будке, оставаясь голосом, чтобы не пугать приличных людей своим происхождением." Звонкий смех дам заполнил балкон, а человек, произнесший эту фразу, оценивающе оглядел всех присутствующих, его взгляд остановился на Аласторе — брюнет молчал, глядя с прищуром и широкой улыбкой.

***

Ночное небо пестрило звездами-точками, ни одна туча не закрывала этот прелестный вид. В этой части города фонари не освещали улицу — всё было окутано тьмой. Редкие прохожие особенно быстро проходили по этой дороге, стараясь не смотреть в безумно тёмные переулки. — Некоторым людям лучше делать вид, что они совсем не обладают голосом. — Аластор навис над мужчиной, хищно скалясь. Его глаза, напротив, выражали пугающие спокойствие. Мужчина под ним извивался. Он попытался схватить Аластора за лицо, но брюнет перехватил его пальцы зубами. Челюсть сжалась. Раздался еле слышный треск кожи, а вместе с ним стон боли. Аластор выпустил чужие пальцы, почувствовав на языке привкус металла. Облизывая губы, он схватил человека за подбородок, разворачивая его голову. — Теперь мои действия сходятся с моим происхождением, а? — прошептал Аластор в самое ухо, зажимая чужой рот. Складной нож, покоившийся до этого представления в кармане пиджака, блестнул в свете луны. Глаза лежащего мужчины расширились, из горла вырвался зверинный крик. Удар пришёлся под челюсть. Острый нож скользнул вдоль шеи, располосовав горло мужчины. Кровь ярко-алым фонтаном брызнула в лицо Аластора. Человек перестал дёргаться, словно принимая неизбежное. Аластор чуть поднялся и резким движением руки вонзил острый предмет в брюшную полость. Кровь, темно-красными лепестками, усыпала пиджак и белую рубашку Аластора. Своё оружие он вытер о брюки, сложил и снова поместил в карман. Брюнет поднялся. Прочистил горло. Поправил галстук-бабочку. И пошёл вдоль теней к собственному дому. Обычно убирающий за собой "мусор" Аластор, посчитал, что так это станет жутким напоминанием. Путь домой он держал в тени, сливаясь с пейзажом, но улыбка до самого конца пути не сходила с его лица.

***

Центральную улицу тускло освещали фонари. Ко входу многоквартирного дома подъехала черная машина "Студебекер", откуда вышла семья из трёх человек. У двери их встретила скрюченная женщина. Все жители квартиры разбрелись по комнатам. Женщина отправилась в след за Люцифером. Молча она помогла парню переодеться и умыться. Люцифер не смотрел на неё, отводил взгляд всякий раз, когда её лицо было перед ним. Грудь нещадно болела, ощущение будто лёгкие сжались и медленно возвращают себе прежний вид, отчего вдохнуть глубоко не выходит. Юноша покусывал губы, а руки сжимали нижнюю часть рубашки. Женщина уже собиралась выйти из комнаты, как вдруг её остановил тихий голос наследника: — Скажите, вы же знаете планы родителей, они уже точно определились с Адамом? — — Ох, господин, — с грустью в голосе произнесла она, — они не говорят мне такого. — Люцифер лишь опустил взгляд. Женщина тихо пожелала ему доброй ночи и ушла. Он остался один. Юноша подошел к окну, его пальцы коснулись стекла, почувствовав холод,он резко убрал руку, словно обжегся. Люцифер сложил ладони вместе у груди и,подняв взгляд в высь, принялся что-то шептать. Его обращение путалось и обрывалось, поток мыслей мешал собраться. Юноша думал о будущем — чужой дом, чужой человек. Страх и тревога сковывали его. Меньше всего хотелось входить туда, где всё было решено ещё до того, как он пришёл. Он вспоминал разговор родителей в машине, они обсуждали мужчину, с которым Люцифер танцевал. Из их слов он понял, что это был достаточно популярный радиоведущий. Парень никогда не видел этого человека, но его голос казался знакомым. Люцифер нечасто слушал радио, но, как ему казалось, пару раз он точно попадал на волну, где крутили голос этого мужчины.