Что такого в вашем Дерри?

Уилл поморщился во сне. Какой-то лёгкий холодок прошёл по спине. В Дерри они приехали ранним утром, солнце только-только начало поднималось. Они должны были приехать ещё 2 часа назад, но, видимо, у пробок были другие планы. Когда же они доехали до дома, солнце уже вставало, проникая своими лучами в окна чужих домой и автомобилей. От этих же лучей и проснулся Уилл, что нагло светили в глаза, мешая спать. Он открыл их, проморгался, приходя в себя, всё ещё не осознавая, что он вообще делает в машине. На него падает озарение секунд через десять, и ложится тяжёлым грузом. Он ощущал чёткую горечь после вчерашнего расставания с друзьями. Он осмотрелся. Оди лежала, облокотившись на него, положив голову на плечо, обнимая одной рукой. Как раз-таки на неё лучи и не попадали, что та все еще наслаждалась сладким сном. Они были накрыты лёгким одеялом, и, догадываясь, кто их накрыл, он посмотрел на брата. Похоже, тот вырубился, и даже лучи ему не особо мешали. Он перевёл взгляд на маму — та измученно прикрывала глаза, явно желая поспать лишний часок. Уилл решил узнать, где они вообще сейчас, спрашивая едва слышимым шёпотом: — Мам, где мы сейчас? Джойс дёрнулась, скорее всего от того, что всё это время было тихо. Она повернула голову к сыну. — Доброе утро, солнце, в Дерри. Уже к дому подъезжаем, так что начинай будить этих сонь. Она повернулась обратно к дороге. Он кивнул, задерживая взгляд на синяках под глазами мамы. Она вела машину всю ночь, не спав. Они с чего то резко решили что ночью будет ехать безопаснее. — Джонатан пытался не спать вместе с тобой, да? Джойс посмотрела в зеркало в машине, и, увидев, что её сын уже смотрит туда же, кивнула, мучительно улыбнувшись. — Он упрямый. Его мама констатировала факт. Его брат этим в маму, только вспоминая, как она пыталась найти сына в Изнанке. Нет. Нельзя вспоминать. Он уже вспомнил. Холод прошёлся от спины, двигаясь выше, Уилл привычно коснулся затылка, пытаясь прогнать ужасающий холод. И постепенно разглаживая место, где как ему показалось, было слишком холодно. Прошло минут 15, как они завернули на какую-то улицу и, подъезжая к новому дому. Уилл оттягивал пробуждение Оди как можно дольше, вспоминая, какая она была вчера. Но не проспят же они все сутки в машине, верно? Нехотя, он коснулся её плеча, слегка потряхивая. — Оди, просыпайся, приехали. Та, в свою очередь, проснулась резко, сразу поднимая голову и этим чуть не ударив головой, Уиллу в нос. Она моргает, потом протирает лицо руками. Нда, последствия вчерашних истерик очень хорошо остались и также хорошо виднелись. Скорее всего, Уилл выглядел так же. — Приехали? Мы же только вые… вау, и вправду. Машина уже подьехала к дому, паркуясь. Она посмотрела в окно, разглядывая новый дом. Он был вполне опрятный, двухэтажный, даже с парой цветков перед домом. — Выглядит мило, — сказала Оди, всё ещё рассматривая. Джойс в это время выключала машину и отстёгивала ремень на себе. — Я тоже так думаю, милая. Оди слегка улыбнулась, повторяя действия Джойс. Джонатан всё ещё сопел, облокотившись о стекло. Упс. Уилл забыл разбудить брата. Он отвлёкся на дом. Теперь его дом. Но как бы он ни отвлекался, брата всё же решил разбудить. — Джонатан, приехали, просыпайся. Тот, в свою очередь, не особо и хотел вставать, бормоча что-то, что понимал только он. Тогда Уилл уже потянулся к брату, толкая того в плечо. — У меня выходной… а. Оди, наблюдавшая за этим, поперхнулась смешком. — Доброе утро, Джонатан Байерс, но сегодня вы должны сдать отчёты. Пробормотала его мама, пытаясь сделать мужской голос. Теперь и Уилл выдавил смешок. — Ма-ам! Старший закатил глаза, но всё же улыбнулся. — И давно я уснул? Джойс задумалась. — Часа 3, наверное. Так, всё, дети на выход. Подростки вышли из машины, доставая за собой плед, а Джонатан же не вышел, а буквально вывалился из машины, чуть не упав. — Вот поэтому тебе и говорили, чтоб ты не противился, а спал. Джойс, наблюдавшая все это время, за этой картиной, покачала головой. Все направились к багажнику, там была в основном вся одежда, ну и продукты на первое время — которых они купили ночью, пока ехали. В каком-то продуктовом, что им попался по дороге. Понадавав всем в руки пакеты и коробки с одеждой и едой, Джойс закрыла багажник, направляясь к двери дома. Она отворила дверь, впуская в дом детей и прохладный, утренний воздух с улицы. Мебель уже была расставлена, Джойс об этом позаботилась, заранее дав указание грузчикам, как и куда что ставить. — По-быстрому осматриваетесь, выбираете себе комнату и начинаете распаковывать вещи. Джонатан едва простонал, он спал 3 часа, в чём сам и был виноват. Все разбрелись по дому. Уилл и Оди выбрали себе комнаты, у Джонатана же не было выбора, и он взял последнюю оставшуюся. После выбора, все начали разбирать одежду, вещи и всё, что нужно было. Уилл доставал из коробки краски, кисточки, измазанные уже давно в чем-то, что не отмывалось. Комиксы, книги — в основном про героев или фантастику про рыцарей и королей. Достал фотки: с друзьями, с семьёй, с Майком. Майк. Как он сейчас? Что делает? В груди при воспоминании о друге что-то защемило. Он отогнал как мог мысли о первой любви, быстро расставляя фотки. Одну он повесил над кроватью — с семьёй. На тумбочку — с друзьями. А на стол — с Майком. Они были такие маленькие на фотографиях… им тут лет семь? Шесть? Уиллу было грустно. Ужасно грустно. Он сел на пол перед коробкой и склонил голову, уткнувшись лицом в ладони. Он уже скучал. по всем им. Как он это переживёт? Он ведь жил ими, да он с ними проводил времени больше чем с родным отцом! Да, последний год выдался не лучшим, но это ведь его друзья. Всё ещё друзья. Глаза заслезились, он был полностью разбит. В дверь постучали. Уилл, что чуть ли уже не плакал, протёр глаза руками, проверяя. После, как только мог, сделал голос увереннее. Не ломающийся от пустоты и боли в груди. — Кто? По ту сторону двери ответил ломающийся голос девушки. Ей тоже было не лучше. Уилл сказал глухое «входи», и та зашла с вновь заплаканными глазами. Он понял всё без слов, просто встал, подошёл, обнимая подругу. Нет. Она уже далеко не подруга. Сейчас он стоял и обнимал сестру. Маленькую, что плакала навзрыд ему в плечо, стараясь быть тише. Сестру, которую сейчас он успокаивал, гладя по волосам. Если им и было плохо — они были вдвоём. Не по одиночке, как привыкли. Вдвоём. Это помогало. Спустя 2 дня ребята пришли в себя. Уже почти спокойные и почти пришедшие в себя. почти. Блять. Вещи они разобрали, оставались пару коробок с декорациями и ненужными пока что вещами. У Джойс не доходили до них руки, она знает, что в одной из этих коробок, поэтому и не торопится их открывать. Фотки. Фотки — это то, что хранит настолько много воспоминаний, что иногда эмоционально взрываешься. Она знала: если сейчас увидит хоть одну фотку Хоппера, а ещё и не дай бог Боба, она точно взорвётся. Она убрала их к дивану, чтобы не мешались. по крайней мере сейчас. Возможно, когда-нибудь она их и откроет? Джонатан же смотрел на фото улыбающейся Нэнси. И почему он такой придурок? Все его мысли сейчас были о девушке, колледже и семье, что до сих пор приходит в себя. Но Джонатан потерял поменьше них, и за это чувствовал какую-то странную вину. У него особо не было друзей — ни в школе, ни на работе. Он почти всегда был один, не считая младшего братишки. Да, мама тоже была задействована, но в то время она не обращала внимания ни на кого, работая сутками, а по выходным: днём убиралась, а вечер проводила за телеком, смотря какой-то идиотский ситком, попивая дешёвое вино. После пропажи брата вообще сошла с ума, как думал на тот момент Джонатан. А после его нахождения сосредоточилась на его безопасности и самочувствии. Ну и он тогда был занят «выгнанием демона» из брата, но мама как-то больше поработала над этим. А в этом году она работала, а потом немного закрывала портал в штабе у русских, но это так, по сравнению с работой. А сейчас она занята домом. Блять. Мда, Джойс не особо, оказывается, и показывала своё присутствие в жизни старшего сына. Но. Она ведь его любит, и всё ещё кормит, и он всё ещё находится под крышей. Заметно расстроившись, Джонатан решил отодвинуть мысли о матери, вспоминая изначальный поток мыслей. А. У него ведь и правда не было друзей. Лишь Нэнси, что сейчас уже его девушка. Это было лучше любого друга. Она — его поддержка и всё ещё хоть какое-то желание учиться, чтобы поступить в один колледж и видеться хоть каждый день. Это были его первые и очень удачные отношения. Он соскучился. Знакомое чувство одиночества появилось где-то за спиной. Оно стояло над душой, мучая. Оди лежала в комнате, смотря в стену. Она думала о новой школе, о том, что там будет, заведёт ли она новых друзей… Чёрт. Она закрыла лицо руками, явно хотев закричать, что опять вспомнила. Повторных истерик она уже не выдерживает. Да и к Уиллу уже стыдно ходить, она столько раз приходила за эти два дня. А как чувствовал Уилл сам себя? Он ни разу не обратился к ней. Может, он ей даже и не доверяет? Вот и новая тема, над которой она будет мучиться. Класс. Уилл сидел за столом, пытаясь хоть что-то нарисовать на чёртовом листке. Он приходил только к одному лицу. И как ему не стыдно? Это ведь парень. Это парень его сестры и подруги. А он вот так его любит. Так ещё и осмеливается его рисовать. Как противно. Уилл вздрогнул. Он не может так. Он так долго отрицал, что это именно любовь, оправдывая, что это «привязанность» или же «братская любовь». Но он слишком умный, и осозновавший, что к брату такого не испытывают. С братом не краснеют от касаний. На брата не засматриваются, разглядывая губы. И уже на том моменте раздумий пожалел, что он вообще умеет думать. Мысли сжирали. Да, так уж он точно ничего не нарисует. Холод поджидал его, а боль в сердце добивала. Это так и будет продолжаться вечно?