Что такого в вашем Дерри?

Прошла неделя. Слёзы больше не рвались наружу — будто высохли, оставив после себя лишь тупую, тянущую пустоту. Голос перестал ломаться при каждом воспоминании, но это не означало, что стало легче. Скорее — тише. Боль научилась прятаться, но устойчиво оставалась в груди, не давая о себе забывать. До школы оставалось всего несколько дней. Джойс уже ходила туда, оформляя документы близнецов и настойчиво следя за тем, чтобы их не разделили. Она видела их состояние — не только по взглядам и молчанию, но и по ночам, когда дом будто начинал дышать тревогой. Иногда ей казалось, что было бы проще вернуться назад. В Хоукинс. К знакомым улицам и лицам. К боли, которая хотя бы была понятной и видной. Но страх и здравый смысл удерживали её на месте, не давая сделать и вдоха. Иногда ее душило чувство вины что она стала причиной этого состояния детей. Поэтому Джойс выбрала единственное, что умела делать хорошо и как поступал взрослый человек. Она делала вид, что всё в порядке. --- Уилл сидел у себя в комнате. Если сравнивать с первыми днями после переезда, ему действительно стало немного легче.Всплески эмоций больше не накрывали внезапно, дыхание выравнивалось быстрее, а мысли уже не путались так болезненно. Даже Джейн перестала часто заходить. Наверное, ей тоже стало спокойнее. Или она просто научилась не показывать тревогу — как мама. Он видел что та пытается делать вид что все обычно и нормально, но слово нормально он забыл еще в двенадцать лет, когда на него охотился монстр в другом измерение. Комната была погружена в полумрак. Уилл включил гирлянду, повешенную скорее из необходимости, чем ради уюта, — мягкий свет помогал не чувствовать себя совсем одиноким, и напоминал что он все еще здесь, в реальности. Он подошел к окну собираясь закрыть шторы, знал, что нужно закрыть, но почему-то задержался и посмотрел в окно. В Хоукинсе он бы этого не сделал. С детства Уилл боялся ночных окон — из-за страшилок, которыми пугал отец, из-за теней, что слишком легко принимали неправильные формы. Из-за ощущения, что по ту сторону стекла всегда может быть кто-то ещё. Но он больше не ребёнок. Он должен был помнить об этом. За окном лежала ночь. Тёмная улица, вытянувшаяся вглубь, как незаживающий шрам. Единственный фонарь вдалеке моргал тускло, будто сомневался, стоит ли вообще продолжать светить в таком тухлом месте. Деревья у дома казались неподвижными, но их ветви сплетались так плотно, что взгляд цеплялся за них против воли. Дом напротив — с смешным расположением окон — выглядел почти насмешливо. Дом хмурился.м Уилл даже слабо улыбнулся. Глупо. Просто дом. Тени ночи лежали ровным, тяжёлым слоем, удерживая одну-единственную, тёмную палитру. И именно поэтому боковым зрением он сразу заметил движение. Цвет. Красный. Слишком яркий. Слишком отличается от это темноты. Это насторожило. Холод. резкий, мгновенный, как удар током. В затылке. Он захлопнул окно прежде, чем успел подумать. Стекло дрогнуло, ударившись о раму, звук прокатился по комнате слишком громко, слишком резко. Почти сразу Уилл дёрнул шторы, закрывая их с такой поспешностью, будто кто-то мог смотреть на него в ответ. Или уже смотрел. Тишина вернулась не сразу. Показалось. Обязательно показалось. Он стоял, сжимая пальцы до побелевших костяшек, пока сердце не перестало колотиться в ушах. Уилл не позволил себе оглянуться. Не позволил себе проверять. Он лишь оправдывал это все. Холод потому что окно открыл, а красным был шарик. Наверное из детей кто то потерял, а тот с свою очередь летал по Дерри. Он знал — если начнёт реально думать, всё пойдёт по знакомому, опасному кругу. Поэтому он заставил себя отступить. Забыть. Отложить. Нужно отвлечься. Он вспомнил зачем вообще проворачивал все эти действия, и направился в сторону от окна. Он сел за стол, взял карандаш и наклонился над чистым листом. Выдохнул. Рука повела сама, без усилий, будто давно ждала этого момента. Линии появлялись одна за другой — неровные, тревожные, но живые. И, к его собственному удивлению, у него действительно что-то получалось. --- Джейн проснулась почти в десять утра. 09:55. Она потянулась, чувствуя непривычную лёгкость. Впервые за всю неделю здесь сон был глубоким и ровным, без резких пробуждений и сдавленного страха в груди. Возможно, время и правда лечит. Медленно. Неловко. Но лечит — если рядом есть кто-то, кто не даёт упасть обратно. Друзья, твоя половинка или же в ее случае — брат. Она стала называть Уилла братом после того, как услышала, как он сам сказал это вслух, расказывая какую то историю за ужином — просто, без пафоса, будто это было чем-то естественным. И это слово прижилось в ней удивительно быстро. Теперь её жизнь наконец начинала напоминать нормальную, и те проблемы который переживает обычный подростов: переживать за любовь на расстоянии, спорить с братом, завтракать с семьёй, планировать прогулки. У неё была семья. И это грело сильнее всего. Воодушевлённая этим ощущением, Джейн направилась в комнату Уилла. Открыв дверь, она сразу заметила знакомую картину: брат спал, склонившись над столом. Карандаш всё ещё был зажат в пальцах. Он всегда умел уснуть в самый неподходящий момент.особенно когда рисовал. Не удивившись, она подошла ближе и слегка тряхнула его за плечо — почти так же, как он когда-то будил её в машине. — Уилл. Уже десять. Вставать пора. Он нахмурился, будто это имя вытащило его из глубины сна слишком резко. Глаза открылись не сразу. Сначала — осознание. Потом — тяжёлый вдох. — Что случилось?.. — голос был хриплым, сонным. Джейн улыбнулась. — Пойдём погуляем. Мы ведь толком город ещё не видели, только в магазин и до школы ходили. Уилл приподнял голову. — Прямо сейчас? — Нет, — она покачала головой. — Ближе к вечеру. Будет красиво. И не так жарко. Он замолчал, а потом устало выдохнул: — Тогда зачем ты меня разбудила? — Мне стало скучно. — Не могла почитать что-нибудь? — У меня почти нет книг. Так что считай, я пришла одолжить у тебя. Уилл поднялся, протёр лицо ладонями и кивком указал на полку. — у меня там в основном фантастика. Джейн замерла, и повернулась к Уиллу. — серьезно-о? Тебе в жизни фантастики не хватило? Уилл хмыкнул — вряд ли монстров что пытаются тебя сожрать, можно сравнивать с этими книгами. Но так то мы может сходить в библиотеку. Берешь оттуда то, что показалось интересным. подписываешь там бумажки и забираешь книгу себе, читаешь ее, а после прочтения возращаешь. Уилл кратко обьяснил как это вообще все делается, хотя тот сам то особо не бывал в библиотеках. Джейн загорелась, и кажется у нее появились искринки в глазах, хотя Байерс все свалил на недостаток сна. Джейн уже стоит перед ним улыбаясь. — Мы идем в библиотеку! Уилл кивнул, но после добавил, — идем, но только после завтрака. Они спустились по лестнице, направляясь к кухне, где уже был шум тарелок и шипение воды в кастрюле. Джойс готовила завтрак, и услышав шаги уже поняла кто это, улыбнулась. — доброе утро дорогие, как спалось? Они сели за стол, и это даже стало напоминать обычный завтрак в хоукинсе. Вокруг не было тишины, мама что то готовит, одновременно слушая Джейн что рассказывала как впервые хорошо выспалась за эти дни. Он улыбнулся, но в груди иногда все же болело. Он уже даже перестал надеяться что это пройдет. Надо просто сконцетрироваться на учебе и семье. Два фактора которые сейчас важны и стояли в приоритете. Он даже не надеялся что найдет друзей в этом городе. Да и нужны ли ему они ? Рядом с ним Джейн, Джонатан оба человека которым можно рассказать все. Маме он иногда боялся что то сказать, но этим двоим на данный момент не боится ничего. Доверие — чувство хрупкое. Один раз скажешь не то, и оно рушится. один раз его уже кое кто разрушал. Наконец выйдя из кухни, позавтракав, Джейн сразу подбежала к Уиллу говоря чтоб тот быстро шел в комнату и собирался, и что они идут в библиотеку. Он доверив сестре чтобы она отпрашивала их у мамы, ушел в комнату, собираться. Он уже не выдерживал носить эти шорты, они все какие то слишком короткие, откуда они у него вообще? Славу богу становилось уже прохладно, и со спокойствием мог одеть обычные штаны. Наверх рубашку. Знаменитую клетчутую рубашку Байерса, ее так прозвали дру.. кхм, просто прозвали. Потому что он носил ее постоянно. Особенно в такую погоду и температуру. Он закатил рукава до локтя, с закрытыми руками будет жарко. И наплевав как выглядит, просто расчесал и встряхнул волосы. Готово. Он вышел из комнаты, Джейн же стояла возле зеркало на первом этаже. Он спустился к ней. — О, ты готов, тогда держи. Джейн с улыбкой на лице протянула парню желтое украшения. — кулон? Джейн повернула байерса к себе спиной. Надевая на того украшение. — именно, они вроде как парные. Уилл услышав сомнения, спросил, — ты их сделала сама? Джейн отвела взгляд, и сейчас он заметил похожий на ней. Красного цвета. — да, я еще в хоукинсе нашла эти камни и посчитала их красивыми, забрала, вот вчера и обнаружила их где то в глубине рюкзака. Решила использовать. Уилл улыбнулся, нежно, так он смотрел только на близких людей. Что Джейн замечала когда тот говорил с Дастином, или же Братом, и сейчас он смотрел так, на нее. — спасибо большое, мне очень приятно. Он сделал паузу. Но после продолжил. — я рад что ты рядом со мной. И рад что теперь ты член моей семьи. Джейн расстаяла. Она взяла того под руку, тихо сказав: — я тоже рада. А после потянула брата к двери. Пора бы им проветрится.