Некий Научный Ван Пис

Глава 17

Ягуту последовательно открыл несколько больших навесных замков своими ключами, а затем, толкнув тяжелую и прочную деревянную дверь, сказал Мерфи: — Теперь ты должен перенести вещи отсюда на маленькую лодку, подвешенную на корме. Понял? — Понял, — кивнул Мерфи. Его заставили работать грузчиком посреди ночи, и к тому же… Похоже, он получил работу, которую могли поручить только такому новичку, как он. Перед Мерфи стояло несколько сундуков. Ему нужно было перетащить эти вещи из одного места в другое, и это «другое место» было весьма специфичным. Очевидно, здесь хранились ценности корабля. Так по какой же причине этот пират заставляет его посреди ночи перегружать сокровища на шлюпку? Мерфи вынес сундук из трюма и прошел по палубе за кормовую надстройку парусника. На всем корабле царила тишина, лишь его шаги отдавались эхом. Казалось, все пираты спали, и никто не нес вахту. Даже Ягуту, раздав указания, ушел по своим делам, совершенно не учитывая вероятность того, что Мерфи может в приступе безумия просто выбросить пиратские «сбережения» за борт. Будь Мерфи обычным человеком, он бы, конечно, не посмел этого сделать, так как это привело бы к двум исходам: либо он прыгнет в море и утонет, либо его замучают пираты. Но поскольку Мерфи был не обычным человеком, а нынешним Мерфи, он тем более не стал бы этого делать. Ведь в этих сундуках лежали его триста тысяч белли, а всё, что сверх его капитала — ну, разумеется, это проценты. Придя на корму, Мерфи обнаружил, что шлюпка уже подготовлена к спуску и выглядит так, словно готова коснуться воды в любой момент. Лодка была не такой уж маленькой, метров десять в длину, и за главной мачтой у нее даже имелась низкая закрытая каюта. Ему нужно было занести сундуки внутрь этой каюты. Мерфи подивился тому, что у кучки пиратов есть чувство предосторожности — раньше он не думал, что на пиратских судах бывают «спасательные шлюпки». Сделав несколько ходок, Мерфи не встретил ни одного пирата. Когда он, наконец, принес большой дорожный чемодан к борту шлюпки, то обнаружил, что там уже сидят три человека: капитан Вилли и двое заложников. Чемодан в руках Мерфи отличался от сундуков с сокровищами — он, вероятно, принадлежал заложникам, поэтому его тоже необходимо было взять. Без «вещественных доказательств» как заставить кого-то поверить, что заложники действительно у них в руках? Мерфи еще не до конца понял, почему капитан решил покинуть корабль вместе с заложниками, но внутри у него уже сработала тревога на все сто двадцать процентов — противник вполне мог в следующее мгновение предпринять против него определенные действия. Действия, которые можно кратко охарактеризовать как «устранение свидетелей». Мерфи поставил чемодан в каюту шлюпки, затем, изображая смущение, опустил руки, вытер ладони о штаны и нацепил на лицо заискивающую улыбку. — Ты тоже садись, будешь грести, — приказал ему капитан Вилли. «О», — понял Мерфи. По крайней мере, ему не придется умирать прямо сейчас. Вероятно, он умрет чуть позже… Учитывая, что капитан решил бросить судно, взяв только своего доверенного помощника и двух заложников, Мерфи не мог придумать ни одной причины, по которой ему позволили бы остаться в живых. Через некоторое время на шлюпку пришел и Ягуту. Он кивнул своему капитану. Таким образом, включая Мерфи, в лодке оказалось пять человек. Они молчали с удивительным единодушием: двое, кто всё понимал, не нуждались в словах, а трое, кто ничего не понимал, не смели открыть рот. Сцена была пугающе спокойной. Когда Мерфи почувствовал, что шум морского ветра исчез из ушей, он увидел, как капитан Вилли лизнул указательный палец и поднял его, проверяя воздух со всех сторон. Затем он сказал Ягуту: — Пора, Ягуту. Ягуту встал и потянул за трос, медленно спуская шлюпку через блок, пока она плавно не опустилась на воду… Было видно, что старый пират обладает недюжинной силой. В этот момент Мерфи наконец осознал: пиратский корабль, похоже, входил в Калм-Белт. То, что они сейчас делали — это эвакуация до того, как ситуация станет необратимой. Для парусных судов Калм-Белт — это зона полной изоляции; корабль, лишенный ветра, обречен на медленную смерть. Но что еще важнее, воды Калм-Белта кишат крупными и сверхкрупными Морскими Королями. Если их случайно потревожить, весь корабль будет проглочен одним махом. Мерфи не ожидал, что эти двое пиратов действительно осмелятся приблизиться к Калм-Белту. Можно сказать, они «тщательно подобрали» место захоронения для своих товарищей. Хотя ветер постепенно стих, пиратский корабль продолжал двигаться по инерции. Вероятно, он не зайдет слишком глубоко в Калм-Белт, а остановится лишь на его краю… Однако Калм-Белт есть Калм-Белт. Он может стать еще опаснее в глубине, но от пребывания на краю он не становится безопасным. Мерфи взялся за весла и осторожно начал грести на юг. Честно говоря, ему совсем не хотелось тревожить крупных Морских Королей, потому что эти существа были за пределами его нынешних возможностей — с его текущим уровнем владения Фруктом Фува-Фува он не был уверен, что сможет поднять такую тушу в воздух с помощью морской воды. Конечно, сбежать самому — это другое дело. Он греб и греб, неизвестно сколько времени, пока снова не почувствовал дуновение морского бриза. Ягуту поднял парус, и лодка начала двигаться быстрее. Когда они отошли на достаточно безопасное расстояние, Мерфи, то ли наяву, то ли в воображении, услышал отдаленный, специфический грохот… Звук доносился издалека и смешивался с шумом ветра, поэтому он не мог разобрать его отчетливо. Стоявший у мачты Ягуту взглянул в ту сторону, откуда они приплыли, затем повернулся к капитану и сказал: — Дело сделано. В тоне старого пирата звучала уверенность в духе «я всё устроил, можешь быть спокоен». Эта фраза заставила Мерфи мгновенно всё понять. Похоже, он считал этих двух пиратов слишком добрыми — они не просто отправили корабль с командой в Калм-Белт, но даже установили таймер и подорвали порох на борту. Разнесет ли взрыв корабль в щепки — вопрос второй, но такой грохот определенно вызовет переполох среди Морских Королей. Это означало, что все на корабле обречены. Поэтому Мерфи стало немного странно: почему он до сих пор жив? Разве он не должен умереть? Нет причин оставлять его, это слишком нелогично… Честно говоря, ему уже не терпелось узнать развязку. И тут капитан пиратов заговорил: — Теперь давайте решим другую проблему. Еды и воды на этой лодке маловато… А до ближайшей суши довольно далеко. Как только прозвучали эти слова, и присутствующие осознали их смысл, четыре пары глаз — включая глаза двух заложников — уставились на Мерфи. — Хм… Эта реакция, наоборот, заставила Мерфи вздохнуть с облегчением. Ну вот, он же говорил. У них нет причин оставлять его в живых.