Глава 8. Хладная Гавань
28 января 2026 г., 12:01
Отчаяние. Это слово всегда характеризовало Кэля лучше всех остальных. Он лежал на чём-то мягком, холодном и склизком и не мог открыть глаза, внутри разливалась ядом выворачивающая наизнанку слабость. Он с трудом мог пошевелить пальцами, чтобы разогнать кровь в онемевших руках, будто бы его оплетали омерзительной сетью тысячи липких паутин. Воздух вокруг был тяжёлым, пах гнилью, холодом и солью.
Кэль почувствовал, как что-то ползёт по его лицу. Ему стоило больших усилий поднять руку и смахнуть насекомое со щеки; как он понял позже, это была трупная муха. Они летали над ним чёрной тучей, жужжа и время от времени садясь на кожу. Имперец с трудом разлепил глаза, стерев с них смешанную с грязью засохшую кровь, и сел, оглядываясь.
Вокруг были горы трупов. Изъеденные мужчины и женщины, старики и дети, эльфы и люди лежали вокруг в лужах гнили и крови, и от тяжёлого трупного запаха разрывались лёгкие. Кэль отмахнулся от назойливых мух и поднялся на ноги. Сохранять равновесие было непросто. Он откинул ногой пару трупов, чтобы выйти из этой помойной ямы, и двинулся в неизвестном направлении. При нём не было ни оружия, ни щита, ни доспехов. К телу прилипала грязная льняная рубаха, на ногах были его протёртые сапоги и порванные на коленях штаны. Земля, по которой он шёл, поднималась вверх, словно Кэль действительно был сброшен в яму с трупами. Выбравшись на ровную грязную дорогу, он увидел огромные чёрные башни вдалеке. Они были безобразны, уродливы и несимметричны, и даже в кошмарах Кэль не смог бы представить Хладную Гавань такой. Воздух действительно был очень холодным, от него немели пальцы.
Кэль на мгновение подумал, почему он чувствует боль, если умер, но ответ сам дал о себе знать, как только мужчина вспомнил последнее, что увидел перед смертью. Он вспомнил испуганные глаза Хлои и понял, что душа куда явственнее переносит боль, нежели тело.
Рука коснулась щеки, ощущая под пальцами неровные ожоги, но Кэль вдруг осознал, что больше они не доставляют ему неудобства. Эта боль, которая осталась на его теле вместе с магией пироманта, исчезла. Имперец подумал, что это была самая незначительная рана из всех, которые он получал за свою жизнь.
Самой страшной раной стало расставание с Хлоей в Великом лесу, когда он накричал на неё, а она сказала, что он снова стал Саревом и тот мужчина, которого она любила, умер. Умер раньше, чем его пронзил кинжалом служитель Молага Бала.
Отчаяние не давало Кэлю мыслить разумно, но он заставил себя вспомнить, ради чего сделал всё это. Он должен убить Сэлгара и Тэрриантэль. Но он понятия не имел, как сможет сделать это, ослабший, обезумевший от холода и страха и лишённый оружия.
Хладная Гавань была ужасной. Отовсюду доносились крики боли и страдания, пахло трупами, вдалеке бродили люди, лишённые кожи, полусгнившие, напоминающие зомби, летали жирные чёрные мухи. И было так холодно, что даже ноги удавалось передвигать с большим трудом. Кэль поднял глаза вверх, посмотрев на небеса, которыми здесь было бесконечно горящее пламенем полотно. При мысли об огне Кэлю становилось дурно. Он не знал, куда ему идти и что делать, но упрямо двигался в неизвестном направлении, давно замочив сапоги в той мерзости, которая укрывала эту мягкую землю.
— Добро пожаловать домой, — высокий смеющийся голос возник из ниоткуда, и Кэль резко обернулся, ища взглядом обращающуюся к нему женщину, — Сарев.
За его спиной появилась девушка, совсем молодая и очень симпатичная, но Кэль чувствовал исходящую от неё опасность. Она тоже была вампиром, искусительницей, как Тэрриантэль.
— Кто ты?
— Лесли, — мелодично представилась имперка. — И я ждала тебя. Идём. Пришло время познакомить тебя с самой очаровательной и способной искусительницей Гавани.
— Ты о Тэрри?
— Да, — пренебрежительно протянула Лесли, беря Кэля за руку и ведя за собой по тропе, вытоптанной в грязи. — Отец сказал, что ты тот, кто убьёт её. Я жду этого с нетерпением.
— Почему?
— Во-первых, когда этой твари не станет, то любимой дочерью Отца стану я, а не глупая эльфийская девчонка, которая умеет только убивать тех, кто слабее, и раздвигать ноги перед теми, кто сильнее. Тэрриантэль глупа, некрасива и эгоистична. Но среди искусительниц она почему-то считается лучшей.
Кэль нашёл в себе сил усмехнуться над абсурдностью ситуации. Он попал в план Даэдрического Принца, но проблемы здесь ничуть не отличались от тех, которые присущи смертным. Он, решив долго над этим не размышлять, спросил:
— А что во-вторых?
— А во-вторых, когда ты убьёшь её и нарушишь свою клятву, то останешься здесь навсегда. А ты мне нравишься. Ты станешь одним из самых сильных и опасных вампиров, и ты станешь моим.
— Какие у тебя обширные планы на меня, Лесли.
Она обернулась через плечо, сверкнув алыми голодными глазами.
— Ты стал известен в Хладной Гавани, Сарев. Ты же не думаешь, что я упущу такого мужчину?
Кэль снова усмехнулся и лучше рассмотрел свою спутницу. У неё была толстая коса светлых длинных волос, изящная фигура и большая грудь, а ещё очень смазливое личико. Лесли была искусительницей. Многие мужчины, наверное, продали свою душу Молагу Балу за ночь с ней.
— Ты сказала, что если я нарушу клятву, то останусь здесь навсегда. А что тогда сейчас?
— Ты всё равно умер.
— Тогда твои слова прозвучали странно.
Она пожала плечами, отмахиваясь от неприятной темы, и Кэль заподозрил, что она лжёт ему. Он настолько запутался, что теперь сомневался даже в том, что умер.
Они вошли в какой-то город. Дома здесь были обгоревшими и разрушенными, в колодце на центральной площади вместо воды была какая-то мутная жижа, и зачерпнувшая её ведром старуха выглядела безжизненной, будто не понимала, что она делает, зачем она здесь, да и вообще где она. Кэль тревожно посмотрел на Лесли.
— Кто все эти люди?
— Эти души принадлежат Отцу. Они слишком слабы, чтобы служить ему, поэтому они все выполняют бессмысленную работу, потому что привыкли так у себя в плане смертных, а доверять что-то важное им не решатся даже чахлые скампы. А потом они пойдут на корм даэдротам.
Искусительница усмехнулась и свернула на большую улицу, мощёную чёрным камнем. Сюда, похоже, смертных души заходить боялись, поэтому здесь было так безлюдно, и это натолкнуло Кэля на мысль, что здесь живёт местная элита.
Так и было. Город оказался большим, и смертные жили только на его окраине, а в самом центре высились уродливые дома дочерей и сыновей Хладной Гавани. Здесь росли сухие деревья, вместо птиц мелькали летучие мыши. В этом месте всегда была ночь, но пылающие небеса освещали Гавань неприятным жёлтым светом. Лесли остановилась в центре площади с фонтаном, в котором вместо воды плескалась густая кровь, и села на грязную скамью, закинув ногу на ногу так, чтобы Кэль смог хорошо разглядеть её бёдра. Лесли действительно была очаровательна.
— Видишь дом на углу той улицы? — Она кивнула направо, указывая на каменное двухэтажное здание. — Тэрри там. Убей её.
— Каким же образом? — Имперец развёл руками, показывая, что у него нет даже столового ножа.
— Она боится тебя и ещё не знает, что ты в Гавани. Ты что-нибудь придумаешь, Сарев. Иди. Мне уже не терпится скормить её труп моему Дрогрку.
Кэль решил не ждать и осторожно направился к указанному дому. Он не думал, что Лесли опаснее Тэрриантэль, но, в отличие от альтмерки, эту искусительницу он совсем не знал, как и не знал, чего от неё ожидать.
Дверь в дом Тэрриантэль оказалась не заперта, и Кэль легко открыл её, проходя внутрь. Помещение оказалось освещено красными свечами, тихо коптящими на полках. Здесь пахло маслами, перебивающими запах гнили, царящий во всей Хладной Гавани, полы устилали чистые ковры, мебель была дорогой и изящной. Кэль догадался, что частые путешествия в Тамриэль оставили на Тэрриантэль свой отпечаток. Её дом ничем не отличался от богатых домов в Сиродиле, даже в камине горел огонь, правда, магический.
Имперец взял тонкий кинжал, будто специально оставленный для него на тумбе рядом с какими-то бумагами, и, поняв, что на первом этаже альтмерки нет, осторожно двинулся наверх. В большой комнате с двуспальной кроватью, высоким платяным шкафом и туалетным столиком, Кэль её и обнаружил. Она сидела на полу в углу помещения к нему спиной, и в её руках светилось что-то. Искусительница была так увлечена работой, что не заметила опасности позади.
— Ответь мне, Подлиза!.. — Её отчаянный шёпот заставил Кэля промедлить и не всадить в неё кинжал сразу. — Я не знаю, где ты, но если ты меня слышишь, беги оттуда. Бери Хлою, и беги как можно дальше…
Упоминание о девушке должно было разозлить Кэля, но он вдруг опешил и опустил оружие. Тэрри выглядела напуганной и беспомощной, и у имперца не хватило силы духа поднять на неё руку.
— Что ты делаешь?
От его голоса она в панике обернулась, и магический артефакт, похожий на большой стеклянный камень, упал на пол, откатившись в сторону. Это стоило Тэрриантэль большой затраты энергии. Она вскрикнула, почувствовав сильную морозную боль, и прижала руки к груди, пытаясь погасить созданную магическую связь с Нирном. В её глазах был виден настоящий страх. Она сидела по полу перед возвышающимся над ней Кэлем и даже не собиралась защищаться, хотя её меч лежал рядом.
— Что ты делала только что?
— Я знала, что ты появишься здесь рано или поздно, если Подлиза тебя не остановит. Вижу, ему не удалось.
— Ты упомянула Хлою.
— Я хочу, чтобы она спаслась.
— От чего?
Тэрриантэль опустила глаза, тихо произнеся:
— К чему этот допрос, Кэль? Ты пришёл убить меня. Так убей. Я не буду сопротивляться.
Имперец неожиданно для неё опустил кинжал и присел рядом.
— Раз так, то у меня есть прекрасная возможность тебя допросить. Для начала: что это?
Он кивнул на прозрачный камень, всё ещё светящийся магией, и Тэрриантель, тоже взглянув на него, вдруг громко закричала от боли. Кэль видел, что ей было по-настоящему больно, она свернулась на полу, впиваясь ногтями в ковёр и стеная. По её лицу заскользили змейки крови.
Имперец коснулся плеча эльфийки, не зная, что ему делать, но неожиданно сам почувствовал что-то инородное, отзывающееся болью внутри, и вскоре понял, что это было самое обычное, родное тепло, идущее с солнечными лучами в Сиродил.
Откуда оно здесь?
Ответ явился вместе с ярким порталом, открывшимся в центре комнаты. Кэль беспокойно оглянулся и успел увернуться от чьего-то тела, вылетевшего из яркого сияния телепорта и со стуком ударившегося о пол. Со вспышкой портал тут же закрылся, и камень Тэрриантэль погас, треснув. Девушка, появившаяся из портала, стонала на полу от боли. Её русые волосы были растрёпаны, а грудь судорожно дёргалась, пытаясь набрать воздуха, которого ей не хватало.
Забыв про Тэрриантэль, Кэль бросился к Хлое, приподнимая её голову, боясь, что она может умереть у него на руках, так глупо и беспомощно. Девушка смотрела на него, но Кэль знал, что она видит только чёрные пятна и слышит лишь стук собственной крови в ушах.
— Всё хорошо, эльфийка. Дыши, ты справишься. Я здесь, с тобой.
— Кэль... — Она закашлялась, пытаясь произнести его имя, и перевернулась в его руках, сжав его пальцы до боли.
Тэрриантэль, которой уже стало легче, вжалась в угол, испуганно глядя на Кэля и Хлою и, кажется, совсем ничего не понимая. Потом она взяла в руки камень, осмотрела его и, откинув в сторону, словно какую-то безделушку, коротко приказала:
— Кэль, бери её и бежим. Нет времени объяснять, быстро в подвал!
Он, сам не зная почему, послушался. Легко подхватив задыхающуюся Хлою на руки, он поднялся и пошёл за альтмеркой. Она спешила. В одной руке сжимая тяжёлый двуручный меч, она сбежала по лестнице и, приблизившись к камину, нащупала рукой нажимной блок. Камин со скрежетом сдвинулся с места, и Тэрри кивнула в тёмный проход.
— Идём. Быстро.
Кэль хотел верить ей. Проскользнув в узкий тоннель, он ещё сильнее прижал Хлою к себе, убеждаясь, что она дышит. Тэрриантэль закрыла потайную дверь и, осветив пространство вокруг слабой магией, побежала вниз по склону, ведущему под землю.
— Что за спешка? Объясни мне!
— Это был Небесный Осколок, я нашла его однажды в старой пещере здесь, в Гавани, и оставила себе. С его помощью можно связываться с Нирном телепатически и физически. Не знаю, как, но, видимо, Подлиза смог открыть портал из Нирна, когда я попыталась с ним связаться. Обливионский скамп! Нужно было бежать от даэдра, а не к ним!
— Это… я... — слабо прохрипела Хлоя. — Поставь меня, Кэль. Я в порядке.
Он ещё сильнее прижал её к себе.
— Это ты открыла портал?
— С помощью моей магии! — вдруг догадалась Тэрриантэль. — Как ты это сделала?
— Не знаю. Подлиза попытался удержать связь, но я видела, что у него не хватает сил, поэтому уцепилась за первый попавшийся мне источник магии.
— За меня! — восхитилась Тэрри. — Ты высосала из меня силы через пространство и Барьер!
— Зачем, Хлоя? — Кэль бежал за альтмеркой по подземелью и пытался понять, что происходит, но не мог. Происходящее мелькало вокруг так быстро, что Кэль не успевал ничего соображать.
— Из-за тебя. Мы должны выбраться отсюда. Подлиза сказал, что это возможно.
— Подлиза умный скамп, — неожиданно подтвердила эльфийка. — Но уже невозможно. Осколок не выдержал таких перемещений магических потоков. Выбраться отсюда мы уже не сможем.
Кэль в сердцах сплюнул, не зная, восхищаться Хлоей или ненавидеть её за то, что она самолично пришла в лапы к даэдра. Отбросив эти мысли, он решил думать о том, что важно в данный момент.
— От кого мы бежим?
— От Лесли и её прихвостней, — презрительно бросила Тэрриантэль. — Твоя подружка первая в списке тех, кто жаждет моей смерти, а вспышка портала точно была видна с улицы. Она подумает, что мы сбежали в Сиродил, а когда поймёт, что это не так, откроет на нас охоту.
— Ты знаешь, что она привела меня сюда?
— Конечно, знаю. Она слишком жаждет тебя заполучить. Знал бы ты, как она завидовала, что ты достался мне.
— Я ничего не понимаю.
Альтмерка решила остановиться, чтобы дать Кэлю отдышаться. В её взгляде теперь было что-то человеческое, то, во что когда-то поверила Хлоя. Имперец поставил девушку на ноги, убедившись, что она уже в порядке.
— Ты очень сильный, Кэль. Здесь, в Хладной Гавани, это самое достойное качество. Тот, кто сильнее, тот и главный. И если ты станешь вампиром, то ты подчинишь себе всё и всех. Поэтому я так увлеклась тобой. Ты единственный из всех, кого я знаю, можешь справиться с Сэлгаром, а его до сих пор никому так и не удалось сразить.
— Какая тебе выгода в смерти Сэлгара?
— Я ненавижу его. Если бы ты занял его место, многое бы изменилось.
— И ты подумала об этом, как только увидела меня в той пещере?
Она кивнула.
— Считай, что так. Я давно хотела найти кого-то, кто убьёт его здесь, в Гавани. Только он оказался умнее. Он понял мой план и не поверил, что я просто хочу заполучить ваши души.
— А какой был план? — неожиданно спросила Хлоя, и Кэль почувствовал напряжение в её голосе. Он понял, что полукровка готова убить Тэрриантэль прямо сейчас. Но Хлоя должна выбраться из Гавани, а без Тэрриантэль ей это не удастся.
Он положил ладонь Хлое на плечо, приказывая ей успокоиться, и Тэрриантэль решила всё рассказать:
— Это я рассорила вас, и я сделала так, чтобы в Бравил пришёл Вителлус. Мне были нужны нарушенные клятвы, чтобы я смогла заполучить ваши души. — Альтмерка прислонилась к стене и почему-то поникла.
— Ты хотела, чтобы я, злясь на Кэля, была с Вителлусом? — В голосе Хлои прозвучало настоящее удивление.
— И всё к этому шло, признайся. — Она хмыкнула, и Хлоя потупила взгляд. — Если бы ты, Кэль, не бросился под огонь, защищая её, то Хлоя бы точно о тебе забыла. А потом она убила бы твоего отца, а ты разозлился бы так, что не смог бы себя сдержать. Ты лично отправил бы её душу ко мне, нарушив свою клятву. И я одной стрелой убила бы двух зайцев.
Хлоя медленно обнажила один из своих танто.
— Я здесь не только ради Кэля. Я здесь, чтобы убить тебя. И сделаю это немедленно.
— Давай. — Тэрриантэль действительно уже было всё равно. — Мой план пошёл даэдроту под хвост. Кэль оказался слишком благородным, а Сэлгар — слишком умным. Поняв всё, он поспешил забрать меня в Гавань, напоследок поиздевавшись над тобой. В итоге мне не достанешься ни ты, ни Кэль. Так что, — она развела руки, открывая грудь, — давай.
Хлоя замахнулась клинком, и Кэль, проклиная себя за это, схватил её запястье. Полукровка непонимающе обернулась.
— Ты чего, Кэль?..
— Стой. Не сейчас. — Взгляд Хлои был полон непонимания, но имперец не хотел ничего объяснять ей. — Тэрри, если я убью Сэлгара, мы сможем найти способ вернуться в Тамриэль?
Она неуверенно кивнула.
— Попытаться стоит. Ты действительно хочешь убить его? Ты сильнее, но… может не получиться.
— Знаю. Только скажи без обмана. Действительно ли можно вернуться?
— Да. — Сейчас её голос прозвучал увереннее.
— Когда я говорил с Молагом Балом, он сказал, что моё желание убить тебя уже есть нарушение клятвы.
Она усмехнулась.
— Никогда не верь даэдра, Кэль.
— Жаль, что ты не предупредила меня об этом раньше. — Зло хмыкнула Хлоя. — Я не верю тебе и сейчас.
— Имеешь полное право. — Тэрриантэль говорила мягко и устало.
— На чьей ты стороне? — Кэль сделал шаг вперёд, пытаясь понять Тэрри. Теперь, когда она выглядела такой подавленной и опустошённой, понять её было ещё сложнее.
— Точно не на стороне Сэлгара. Я вам помогу. Идём.
Она молча пошла дальше, пообещав, что осталось ещё немного. Хлоя выглядела недовольной, но молча терпела, как и всегда, и Кэль не знал, стоит ли о чём-то говорить с ней сейчас. Однако она первая обратилась к нему:
— Как ты можешь верить ей после всего, что случилось?
— А у меня есть выбор? Я хочу вернуться. Но я понятия не имею, как.
— Я тоже хочу вернуться. С тобой. И идея идти к Сэлгару мне не нравится.
— Для чего ты вообще пошла за мной?
Она громко сглотнула и боязливо промолвила:
— Я подумала, что ты мне солгал…
— Конечно, солгал, — отрицать этого он не стал. В Великом лесу он наговорил ей столько всего, что теперь жалел. И самым обидным было то, что её это не остановило.
Хлоя приподнялась на носочках и тихо шепнула ему:
— Тогда давай убьём их обоих. И Сэлгара, и Тэрриантэль. И сделаем это вместе. А потом найдём способ вернуться.
Кэль улыбнулся ей, чтобы подбодрить.
— Давай.
На самом деле он не верил в такой блестящий расклад. Он не думал, что без Тэрри они смогут вернуться, не думал, что справится с Сэлгаром. Только вот пока Хлоя была рядом, у него не было права сдаваться.
Как и обещала Тэрриантэль, они вскоре вышли на улицу, рядом с замёрзшей рекой. Эльфийка кивнула в сторону невысокой каменной постройки, совершенно не похожей на общие пейзажи Гавани. От неё веяло светом и белой магией.
— Нам туда.
— И что это?
— Телепорт, с помощью которого можно перемещаться в пространстве. Он сохранился здесь ещё со времён Первой Эры. В Тамриэле таких уже не осталось.
Голос Хлои прозвучал с отчаянием:
— Опять порталы?
Тэрри с улыбкой обернулась к ней.
— Ты вцепилась в мою магию через тонкую связь между мирами и умело использовала её! После такого даже я бы погибла. А теперь ты боишься безобидного стабильного телепорта?!
Кэль с опаской глянул на Хлою, понимая, что она и сама раньше не подозревала о своих магических способностях и теперь не верила словам Тэрриантэль. Имперец первым шагнул на белую, покрытую грязью платформу.
— И что делать?
Тэрриантэль тоже ступила на камень и подала руку Хлое, однако девушка не захотела дотрагиваться до даэдра и встала рядом с Кэлем. Альтмерка не стала их предупреждать: она сказала какое-то слово на странном некрасивом языке, и яркий портал поглотил их.
Вместо уже ставшего привычным пейзажа Хладной Гавани перед глазами возникли древние айлейдские руины, выбивающиеся из общей атмосферы так же, как и старинные телепорты. Альтмерка смело шагнула к древней двери, открывая её прикосновением ладони, и, обнажив меч, шагнула во мрак подземелья, пояснив:
— Это Библиотека Сумрака, место, где учёные ставят над душами опыты. Место, где Сэлгар пытает смертных, ломает их, превращая в рабов. Пока я с вами, здесь не опасно.
— Веди меня к Сэлгару. — Кэль смело сделал шаг вперёд. — Я убью его.
— Возьми. — Тэрриантэль передала ему свой большой меч, оставшись совсем безоружной. — Тебе он сейчас пригодится.
Сила даэдрического клинка ощущалась уже в касании. Когда Кэль сжал ладони на холодной рукояти, то почувствовал знакомую лёгкость, понимая, что соскучился по родному двуручному оружию и что готов убить вампира одним уверенным и привычным движением. Тэрриантэль продолжила:
— Сейчас это твоя битва. Иди. Поверни направо, когда уткнёшься в тупик. Там будет коридор с пыточными. В них и отыщешь Сэлгара.
— Я не хочу пускать тебя одного!
Кэль остановил Хлою грубым движением.
— Будь здесь. Это действительно моя битва. К тому же, если ты пойдёшь, велика вероятность, что это обернётся против меня.
— Но…
— Оставайся здесь! — Кэль вынужденно повысил голос. — И на этот раз не смей меня ослушаться.
Понимая, что Хлоя от испуга не сдвинется с места, имперец крепче сжал меч и пошёл по указанному альтмеркой пути. Он не боялся оставить её наедине с Тэрриантэль. Ему казалось, что эта альтмерка — единственная, кто может им помочь.
Пыточные камеры были недалеко, и Кэль быстро нашёл их. Они располагались по обе стороны коридора, и внутри них стояли низкие столы, дыбы, висели цепи с оковами. Во многих Кэль видел истерзанные трупы.
— Твой страх пахнет слаще крови, смертный. — Грубый насмешливый голос донёсся из-за очередного угла. — Ты так долго ко мне шёл, что я успел задремать, пока ждал.
— Тогда просыпайся, чтобы насладиться своими последними минутами.
Кэль, выставив клинок, повернул в очередную камеру, и тут же был сбит с ног стремительным ударом кулака. Сэлгар схватил Кэля за запястья, заставляя выронить меч, и потащил к дыбе.
— Какая самоуверенность! Посмотрим, как ты заговоришь, когда я добавлю твоё сердце в свою коллекцию!
Кэль напрягся, дёрнув руки на себя. Левую удалось высвободить, потому что вампир такого отпора не ожидал. Имперец дотянулся до клеймора и выписал им в воздухе дугу, рискуя перерубить Сэлгару руку, которой он держал его. Сын Хладной Гавани был вынужден отпустить Кэля и уклониться, выхватывая из ножен свой клинок.
— Ты действительно силён. — Он хмыкнул. — Тэрри считает, что настолько, будто справишься со мной голыми руками. Проверим?
— Тогда бросай меч.
— Мне нравится твоя решимость. — Отбросив клинок в дальний угол пыточной и дождавшись, когда Кэль сделает так же, Сэлгар напал первым, попытавшись ударить под дых.
Имперец перехватил удар, отводя его в сторону, схватил вампира за ворот рубахи и отбросил к дыбе. Она не позволила Сэлгару упасть, но замедлила его движения. Кэль действовал быстро. Он приблизился, чтобы ударить, но альтмер тут же увернулся, оказываясь за спиной. По сравнению с большим и массивным Кэлем, Сэлгар был высок, тощ и ловок, но из них двоих нельзя было выбрать лучшего.
Кэль получил удар в спину, но был вынужден это стерпеть, понимая, что сейчас у него только одна попытка покончить с этим монстром. Он резко повернулся, ударив наотмашь, но промахнулся. Сэлгар засмеялся.
— Ты тот ещё зверь, когда злишься. Ты пришёл мстить мне за ту девчонку? Брось, она даже ничего не почувствовала.
Избежав ещё одного кулака, Кэль изловчился ударить Сэлгара в грудь. Пока вампир пытался отчаянно заглотить воздух, которого ему не хватало, Кэль припечатал его к стене лицом и, взяв за загривок, пару раз ударил о каменную стену. Послышался хруст ломающегося носа, на стене остался кровавый след.
— Всё ещё думаешь, что Тэрриантэль была не права насчёт меня? — Кэль, почувствовав, что теперь преимущество на его стороне, продолжил бить эльфа головой о камень, снова и снова оставляя на стене свежую кровь.
— Ты слишком высокого мнения… о себе, — сквозь боль процедил вампир, пытаясь вырваться. Кэль держал его очень крепко. — Я всё равно убью тебя. Не сейчас, так после перерождения.
— Нигде ты не переродишься. — Выбив из Сэлгара весь дух, Кэль бросил его на пол, со злостью пнув ногой. — Тебя ненавидит вся Хладная Гавань, даже твоя любимая Тэрри. И сейчас я убью тебя. Навсегда.
Склонившись над вампиром, Кэль, разбивая собственные кулаки, принялся с холодной злостью бить альтмера по лицу и спустя какое-то время, убедившись, что у противника уже нет никаких сил, успокоился и отошёл на пару шагов.
— Поднимайся. — Сэлгар в ответ тихо застонал, не веря в то, что проиграл обычному смертному. — Поднимайся, выродок!
Не выдержав, Кэль сам схватил его, рывком ставя на ноги у стены. Залившая глаза кровь не позволяла Сэлгару видеть что-либо, он только тяжело дышал, пытаясь не застонать от боли. Оставив избитого мера стоять у стены, имперец наклонился за его мечом, мечтая пронзить его тело насквозь.
Вместо этого он ударил с разворота, точно попадая по горлу. Хруст перерезанного позвоночника и вид брызнувшей на стену крови как нельзя лучше дополнил мрачную атмосферу Хладной Гавани.
Понимая, что всё закончилось, Кэль пренебрежительно отбросил меч Сэлгара к его трупу и, подобрав двуручник, медленно направился к выходу. Спина только сейчас начала нестерпимо болеть от вампирского удара, но боль давно не волновала имперца. Она была его постоянной спутницей.
Ни о чём не думая, Кэль добрался до выхода, веря, что теперь всё кончено, что с помощью Тэрриантэль они смогут выбраться и вернутся с Хлоей в Тамриэль. Но у двери наружу его встретила белокурая миловидная имперка, покачивающая длинным острым мечом. Хлоя лежала на полу под воздействием какой-то магии, стоная от боли, а Тэрриантэль стояла на коленях у ног Лесли, которая в любой момент могла отрубить ей голову точно так же, как минуту назад Кэль казнил Сэлгара.
— Во имя Отца! — восхищённо пропела Лесли, подходя к окровавленному Кэлю. — Ты и в самом деле справился с ним! — Она перехватила свой меч за клинок и передала рукоятью мужчине. — Но осталось ещё кое-что.
— Что ты делаешь, Лесли?
— Это ты что делаешь?! — Она вдруг разозлилась. — Ты должен был убить Тэрриантэль, а не сговариваться с ней. Видишь Хлою? Видишь, как она мучается из-за моей магии? — Лесли специально подняла руку, сжимая в ней энергетическую сферу, и Хлоя закричала ещё громче и ещё страшнее. — Либо ты убьёшь Тэрри, либо я убью Хлою. Выбирай.
Долго думать Кэлю не пришлось. Он отказался от оружия Лесли и выставил вперёд двуручный меч, касаясь остриём груди Тэрриантэль. Альтмерка выглядела совершенно спокойной.
— Ты ведь понимаешь, что, если убьёшь меня, то уже не выберешься?
— Понимаю. Но другого выхода нет.
— Есть.
— Думаешь, я променяю Хлою на свою свободу? Никогда?
Тэрриантэль обратилась к Лесли:
— Отпусти нас. Троих. Я открою для них портал, и они уйдут.
— Это убьёт тебя. — Имперка высокомерно хмыкнула.
— Тогда ты должна быть этому рада. А если я выживу, то тоже уйду.
— Хороший план. Но я слишком хочу заполучить этого мужчину, чтобы так просто отпустить его. Убей её, Кэль.
Альтмерка опять посмотрела на Кэля, тихо сказав:
— Но есть и третий выход.
Лесли засмеялась, услышав эти слова, но её смех прозвучал нервно.
— Хватит болтать с ней. Убей её, пока я не замучила Хлою до смерти! — По её голосу Кэль понял, что она всё-таки боится Тэрриантэль. Даже сейчас, когда безоружная альтмерка стоит перед ней на коленях.
— Мне любопытно, — пояснил имперец, взглядом прося эльфийку объяснить, что она задумала.
— Третий выход, — почему-то улыбаясь начала она, — это исключительная способность Хлои.
Кэль понял, что она задумала, не поверив в это, но заметил, как Хлоя, тоже сообразив, кивнула, преодолевая боль заклинания Лесли. В одно мгновение Тэрриантэль выпустила из себя большое количество энергии, и Хлоя мгновенно перехватила её, собрав в своих руках, словно что-то материальное и преобразовав в искрящиеся между пальцами молнии. Глаза Лесли наполнились ужасом. Кэль отпрянул в сторону, спасаясь от вырвавшегося заклинания, и наполнивший руины крик Лесли заставил его ужаснуться. Она упала на пол замертво, дёргаясь в судорогах.
— Как ты делаешь это? — Кэль с опаской взял Хлою за руку. — Ты в порядке?
— Я не знаю, как это…
— Я знаю, — вдруг ответила Тэрриантэль, поднимаясь на ноги и отряхивая свои одежды от пыли. — Ты Атронах, Хлоя. Ты не можешь колдовать, потому что не умеешь черпать энергию из Этериуса, но ты легко можешь уцепиться за чужую силу и преобразовать её в нужную тебе.
— Почему я раньше так не могла?
— Могла. — Кэль передал эльфийке её меч, но она почему-то отмахнулась от него. — Только боялась и не знала этого. Поэтому, когда на тебя влияли магией, ты поглощала её, сама наполняясь ею настолько, что твоих внутренних резервуаров не хватало. И как с этим справиться, ты не понимала.
— Ты знала всё это?
Тэрри кивнула, выходя на улицу, где царила вечная ночь.
— Конечно, знала. Я поняла это ещё тогда, когда пыталась околдовать тебя в разрушенном святилище. Ох и намучилась я с тобой.
Хлоя глубоко задумалась над этим, не понимая, почему никто раньше не мог разъяснить ей эту истину, и замолчала. Альтмерку окликнул Кэль:
— Тэрри, а как же тот огненный шар?
Она предположила:
— Она могла бы поглотить огонь, как и любую магическую энергию. А могла бы серьёзно пострадать. Здесь трудно угадать.
— Я не понимаю, как это.
— Это… очень сложно. Лучше вам посоветоваться с профессиональными магами, которые в этом разбираются. Я не из их числа. — Она остановилась у телепорта. — Идите. Времени слишком мало.
Кэль осторожно взял Хлою за руку, шагая на телепортационную платформу.
— Что ты собираешься делать?
— Я хочу пробудить одно из оставшихся в Тамриэле святилищ и телепортировать вас туда. Это будет стоить мне больших усилий, но я справлюсь.
— Лесли сказала, что это убьёт тебя, — тихо заметила Хлоя, ещё крепче сжимая руку Кэля.
— А тебе вдруг снова стало меня жалко? — Она съязвила, но это прозвучало очень формально и ненатурально. — Я в самом деле не желаю вам больше зла. Я знаю, что вас ждёт, если вы останетесь, поэтому вам надо бежать. А как ещё убедить вас в этом, если не пожертвовать собой?
— Если получится, то... спасибо.
Она кивнула, принимая благодарность, а потом закрыла глаза и зашептала что-то на даэдрике, раскинув руки в стороны. Как и в первый раз, свет телепорта окутал Кэля и Хлою, и в последней магической вспышке, имперец увидел, как альтмерка с криком упала в грязную землю Хладной Гавани.
Тэрриантэль и сама не могла знать, какое святилище в Тамриэле ей удастся активировать. Это может быть заваленная землёй пещера, может быть затопленная часть какого-то острова, может быть холодный снежный север или покрытый зелёными джунглями юг. Сбежав из Хладной Гавани, Кэль и Хлоя могли бы и не выжить. Но это точно было лучше, чем остаться здесь.
Долгое время Кэль видел перед собой только белый свет. Было холодно, но этот холод был живым, а не таким душераздирающим, как в плане Молага Бала, и это почему-то согревало его сердце, которое снова билось.
— Думаешь, что ты обманул меня, смертный? — От боли, которую принёс этот утробно низкий голос, скрутило как от самой жуткой болезни. — Ты трусливо сбежал от меня, но ты обязательно вернёшься. Я дам тебе и твоей девчонке ровно десять лет. И если за это время вы не нарушите своих клятв, то я отпущу вас. Но вы их нарушите. Для вас, смертных, десять лет — это очень много.
— Мало, — подумал Кэль. — Десять лет — это очень мало.
— О чём ты, Кэль? Очнись!..
Он открыл глаза и увидел перед собой перепуганную Хлою. Его пробуждению она обрадовалась так, как не радовалась никогда.
— Слава богам, ты очнулся! Ты бредил. Ты говорил какие-то странные вещи и кричал от боли. Что с тобой?
— Плохо перенёс телепортацию, — сказав это, он почти не соврал. — Где мы?
— Я не знаю. Какой-то грот, но там есть выход к воде. — Она указала в широкий проход, скалившийся ледяными сосульками. — Пойдём?
— Да. — Он тяжело поднялся и пошёл следом за Хлоей. Зимний мороз после Хладной Гавани казался солнечным теплом.
У Кэля было много вопросов, которые ему предстояло зарыть глубоко в себе, понимая, что он не найдёт на них ответы. Он был жив. Он дотронулся до щеки, чувствуя ожоги на коже, и понял, что это было его тело, оставленное где-то у подножия святилища Молага Бала в Великом лесу. Как получилось так, что теперь оно было на другом конце Сиродила? Кэль, оглядевшись, мысленно поправил себя. Скорее всего, это был другой конец Тамриэля. Наверное, Тэрриантэль смогла бы дать на это ответ, потому что она часто прибегала к подобным перерождениям, но альтмерка была мертва. Кэль считал, что она умерла достойно, искупив свои злодеяния этой жертвой.
Когда Хлоя отошла подальше, Кэль отодвинул ворот рубахи. На груди остался узкий глубокий шрам от кинжала, и имперец усмехнулся, поражаясь этой магии.
Ещё его очень волновали вдруг открывшиеся способности Хлои. Всё это время полукровка сама не знала, на что способна, потому что боялась той боли, которая приходила к ней вместе с наполняющей её чужой магией. Кэль не был магом и не знал, каково это, но думал, что очень опасно и неприятно. В любом случае он считал, что им вместе стоит с этим разобраться и всё понять.
— Да здесь в самом деле огромное море, Кэль! — крикнула ему Хлоя, обернувшись. Она ёжилась от холода, и Кэль обнял её.
— Пойдём, не стоит долго стоять на ветру.
— И что теперь, Кэль?
— Теперь найдём ближайший город или хотя бы деревню.
— А потом?
— А потом я найду кузницу, чтобы выковать тебе новые танто. И наконец-то женюсь на тебе. Больше тянуть я не намерен.
* * *
Перо поставило точку в конце листа, и тот присоединился к общей стопке будущей книги, возвышающейся на столе. Он поставил перо в чернильницу, радостный и довольный своим трудом, и поднялся из-за стола, потягиваясь. Плечи устали склоняться над столом, а глаза болели от напряжения в тусклом свете свечи. — Госпожа! — Он осторожно заглянул за ширму, где в большой деревянной ванне, наполненной горячей водой, мылась эльфийка. С её волос капала красная краска, которую женщина так давно не смывала, а пальцы осторожно расплетали чудные косы, которые обычно носят редгарды. — Ты чего такой радостный? — Она посмотрела на него красивыми серыми глазами, очень выразительными и строгими. — Я дописал! Эльфийка удивлённо приподняла бровь и взяла со столика, стоящего рядом, бокал вина. — В самом деле? — Да! Я поставил последнюю точку! — Молодец. Я прочту чуть позже. — Они напечатают мою книгу? Ты ведь заплатишь? — Если мне понравится, — уточнила женщина. — Я так старался! Обязательно понравится. И у тебя теперь так много денег! — Это стоило мне немалых усилий. Ещё больших, чем отыскать тебя в Сиродиле. — Проклятые имперцы! — с горечью промолвил он. — Я чуть было не погиб в ихних лесах! — В их, — терпеливо поправила эльфийка. — Иди. Радуйся где-нибудь ещё. Когда он ушёл, эльфийка расслабилась в горячей воде, посмотрев на верхнюю полку, на которой красовался большой этериусный камень белого цвета, треснувший в центре. Для неё он хранил куда больше памяти, нежели рукописи её маленького друга. И зачем она только научила его писать! Прикрыв глаза, она постаралась не думать о прошлом. У неё было ещё очень много дел.
