А когда все было окей? Наверно сейчас

✦༺༻✧༺༻✦

Рекен шел по улице, усыпанной вывесками, но нужна была только одна. Большие рекламные баннеры отсвечивали всеми кислотными цветами, которые известны миру, вдали слышались звуки рассекающих воздух уличных гонщиков и шелест листьев дерева микури, просто вид дерева, растущий в данной местности. Он нашёл заведение с вывеской "Каримулий", странное название, зато напитки вкусные. Рекен достал телефон и, найдя контакт "Зен", написал сообщение. Рекен: Удачи на сцене! Я у барной стойки. Зен: Буду знать ;) Спасибо! Но у лиры что-то со струной, надеюсь, не порвётся. Вроде его отправляли за продуктами и сладким для Зои, дочка одной из героинь. А теперь он сидит у барной стойки, протягивая мохито, ожидая выхода Зена. Черт бы его побрал! Парень сверкает своими четырьмя глазками и машет хвостиком, даже не зная, какой он шикарный. А эти его кудрявые волосы, которые хочется не выпускать из рук до конца жизни. Как же бесило Рекена, что он всего лишь "друг", повезло же кому-то.

***

Через какое-то время Зен появился на сцене. И о Боги, да поможет ему Куро Бог Спокойствия и Душевного равновесия, один из 7 сосудов-помощников "Сфинкса", сдержаться не поцеловать его сегодня раньше времени. Да, он запланировал большое событие, очень даже. Он месяц подогревал Зена выступать именно здесь. Он изучил крышу и вид оттуда. Изучил время закрытия и когда им стоит подняться. Заучил признание и даже спланировал поцелуй, или отказ, и попытку самоубийства. Ладно, последнее слишком, но будь он проклят, Зен такой желанный, что и умереть можно. Зен был, как всегда, шикарен: немного смугловатая кожа, хорошо уложенные темные кудри, веснушки рассыпались по лицу и плечам. Он был одет в костюм из полупрозрачного белого шёлка, отблескивающего синим и сиреневым. Верх еле прикрывал грудь, но рукава были длинными, широкими ближе к концу. Штаны тоже широкими, на низкой посадке, оголяя все, что можно, пока не превратится в срам. Он был усыпан золотом: на руках браслеты, на шее чекер, на хвосте тоже, даже в волосах. Он и вправду блистал. Сам же Рекен был бледным, с волнистыми волосами, немного отросшими после последней стрижки. Он всегда был в железе, буквально. На обтягивающей все тело ткани были вставки на груди, на плечах, на руках, на ногах, даже на паху. Всему было под чем прикрыться. Ни очаровательных веснушек, ни милых глазок он не имел, на лице были только пару шрамов, а глаза от природы были узковаты. Но у него была гетерохромия: один глаз был коричневым, другой голубым. Он любил эту часть себя, но не так, как любил Зена. Конечно, он любил его в тысячи раз больше. --- Он наслаждался музыкой и пением Зена и пил уже что-то покрепче, чем мохито. Рядом стояла кучка пустых бокалов и рюмок. Он решил, что нужно просто немного выпить для решимости, но его занесло. Зен закончил выступление и поклонился публике, которая громко аплодировала. Иногда Рекен думал, что он кот, а не человек, настолько он был грациозен в каждом своём действии. Он подошёл к Рекену и сел рядом. — Ты и вправду здесь? Думал, ты врёшь. — Как я могу пропустить твоё выступление, красивые глазки? Просто прозвище или нет? ;3 — Рекен пьяно улыбнулся и положил руку на плечо Зена. — Помню, ты обещал мне прогулку и "важный разговор". Рекен нервно сглотнул, но не подал виду, что даже под действием алкоголя все равно адски нервничает. — Да-да, я помню, Зен! — Ещё на середине выступления он решил отбросить идею забраться на эту крышу, потому что гонщики переместили свои занятия ближе к зданию. Но у него была идея.

***

Они вышли из заведения через задний ход. Они стояли под козырьком, и Зен ждал, когда Рекен наконец зажжёт зажигалку, чтобы покурить. Вот злосчастная зажигалка загорелась, он быстро зажёг сигарету и наконец смог вдохнуть тяжёлый дым вишнёвых сигарет. Когда он выдохнул, Зен подошёл и взял из пачки ещё одну. — Можно одну? — — Для тебя всё что угодно. — Зен зажал сигарету губами и приблизился ближе, чтобы зажечь её. Рекен сначала удивился, но потом потянулся ближе. Казалось, они стояли так вечность.

***

Они шли по каменной тропинке, подходящей к дому Рекена. Чтобы не разбудить спящий в доме табор его друзей, он решил отвести его на крышу через дверь в башенке, стоящей рядом с главным зданием. Мокрая и старая дверь скрипуче открылась. Узкое помещение пахло плесенью и сыростью. Они поднимались по лестнице выше, стараясь не упасть. Как только они оказались наверху, им предстала прекрасная картина: звёзды расскинулись на небе, город сиял всеми цветами радуги. Рекен с друзьями жили на окраине, так что город не резал глаза ярким светом. Зен сел на краю, Рекен последовал его примеру. — Так о чём ты хотел поговорить? — Зен лёг на спину, смотря то ли на небо, то ли на спину Рекена. — Мне нужно поговорить о чувствах к... — Рекен запнулся, ком застрял в горле, он старался что-то сказать, но выходило только хмыкать и молчать. — О чувствах? К кому? — Зен приподнялся на локтях, обратив всё внимание на Рекена. Ответа не последовало, и тогда Зен уже снова принял сидячее положение и пристально смотрел на Рекена. — Рекен?! Скажи что-то, я начинаю бояться! — — Блять, Зен! Просто я пытаюсь собраться! Признаваться лучшему другу в чувствах не так просто!! — — Чего? — Зен смотрел на него глазами, полными удивления и чего-то ещё незримо тёплого и уютного. И тут до Рекена дошло, ЧТО он сказал. Он быстро прикрыл рот рукой. Когда же он научится держать язык за зубами, когда пьян. — П..Прости, Зен, я не хотел!! — Он ждал всего: пощёчины, удар, что его скинут вниз, он ждал оскорблений, но не того, что сделал Зен. Зен положил ладонь ему на щеку и притянул ближе, он нежно поцеловал Рекена, поглаживая его раскрасневшееся лицо. Через какое-то время, когда Рекен решился ответить, Зен коснулся языком его губы, тот не стал мешкать и приоткрыл рот. Он тихо простонал в поцелуй, когда Зен проскользнул языком внутрь. В этот момент всё казалось мелочами: мокрый каменный пол, шум города и даже неприятный холод не мог испортить этот момент. Когда им обоим пришлось оторваться от столь интересного занятия, чтобы подышать, между ними ненадолго потянулась ниточка слюны. — Ёпт твою мать, Зен.. — Рекен пытался отдышаться и прерывисто говорил. — Прости, уж слишком ты заманчивое предложение, железяка. Прозвище для Рекена из-за его костюма. — Они оба рассмеялись, но смех тут же прекратился, когда Рекен приблизился к его уху и, прикусив мочку (если можно так назвать, у него длинные уши, но начинаются там, где обычные уши), прошептал: — Взять вас в моей постели, мистер Зен, вот заманчивое предложение. — — Чёрт, Рекен.. — Хвост Зена начал вилять из стороны в сторону, как будто он какой-то щеночек. Он притянул его ближе, положив руку на бедро, и поцеловал открытый участок шеи. — Тогда нам нужно поскорее туда перебраться. — Как только Рекен это услышал, он рывком подхватил Зена на руки и приблизился к выходу с крыши.

***

Они наконец проникли в дом, но как только дверь закрылась, к ней прижали пьянеющее от возбуждения тело барда. Его шею покрывали поцелуи и укусы, от чего все четыре глаза щурились, а хвост вилял из стороны в сторону, не зная, куда себя деть. — Что выбираешь, бард? Первое: риск, я возьму тебя прямо в зале или на кухне, но нужно быть потише, весь дом спит. Или: немного подрать и подняться ко мне в одну из самых удалённых комнат? — Он шептал ему на ухо, как змей-искуситель. — Я выберу подождать, не люблю рисковать. — Он хихикнул куда-то в шею Рекена. От чего по телу парня прошлась волна мурашек. Он развернулся и, продолжая держать Зена на руках, пошёл в сторону круговой лестницы, ведущей на второй и третий этаж. Они поднялись по лестнице, попутно этому Рекен осыпал барда покровными поцелуями. — Я мог бы и сам идти. — Нет, не-а. — Они направлялись вдаль по коридору третьего этажа, м-да, все же очень много тут комнат, как никак тут целый балаган "мёртвых" людей. Наконец Рекен нашёл комнату с табличкой "Рекен" и внизу подписью маркером "железяка", её Кира написала с разрешения её мамы и самого Рекена. Дверь была с витражным круглым окошком, на котором были изображены лилии. Комната была просторной, у крайней стены стояла двуспальная кровать, освещаемая луной сквозь огромное, тоже витражное окно почти на всю стену. — Мы пришли. — После этих слов Зен полетел на кровать. Послышался глухой стон. Рекен встал у кровати, на ощупь найдя застёжку костюма, нарочито медленно потянул её вниз, изводя Зена. Ткань костюма слезала по его телу, оголяя сначала острые плечи и шею, одежда покатилась ниже, показывая подтянутую плосковатую грудь, и вот ещё ниже, представляя руки, уже выпавшие из тканей, и торс, вроде как дорожку волос, ведущую к резинке трусов. Зен, не удержавшись, подполз к краю кровати, у которого стоял Рекен, и притянул за ткань трусов, опрокидывая на кровать, насидев сверху, седлая бёдрами. Наклонился и прошептал: — Теперь помучаю тебя в ответ, козлина. — Зен провёл пальцами от его губ к пупку и повёл их уже по своему телу, собирая пальцами ненужные украшения. Как только с ними было покончено, он медленно завёл руку за спину и потянул за ленту на спине, шёлк, так красиво блестевший при свете луны, опал с его плеч по самые локти, оголяя грудь. Он стянул её, выгибаясь навстречу Рекену, дразня за его выходки. Он перекинул через него ноги, медленно стягивая брюки. И вот он остался только в трусах. М-да, кто устоит под таким зрелищем, явно не Рекен. Так он и сделал, не устоял и потянулся руками к его спине и шее, притягивая ближе для короткого поцелуя. Как только он оторвался от барда, пробубнил ему в губы: — Мы когда-нибудь начнём? Нет? — — Как пожелаешь. — Рекен потядел пальцами последнее, что покрывало тело Зена, помимо его поцелуев, и стянул, оголяя уже в полной готовности член. Затем то же он проделал с собой. Он поцеловал его в висок. Рекен усадил его на край кровати, а сам опустился на колени перед кроватью, оглаживая его бёдра. Он провёл языком по всей длине, собирая капельки предэякулята. Через несколько секунд облизываний он вобрал в рот головку, услышав довольный стон. Он взял ещё глубже, почти до упора, начиная двигать головой, подводя всё к логическому завершению, но не этой ночи.

***

Он удалился с кровати, подходя к тумбочке, копаясь в поисках. — Нашёл! — он схватил пачку презервативов и бутылёк смазки, затем пулей залетел в кровать. Он усадил на себя Зена. Зен нащупал упаковку контрацептивов и отбросил в сторону. Рекен смотрел на него изумлёнными глазами, он хотел что-то сказать, но его опередили. — Ты же чист? Я — да. — Рекен понял, что немного залип. Он покашливал и ответил: — А, да, да-да, всё окей. Просто я не ожидал. — Рекен потянулся за бутыльком и выдавил себе немного на пальцы и потёр, разогревая. — Блять, Рекен, поторопись. — И тут же карма за его спешку его настигала, палец Рекена проник полностью внутрь. — М... молчу. — Как только Зен привык, он подвигал пальцем на пробу, услышав довольный стон и урчание парня, добавил второй. Он спокойно двигал уже тремя пальцами, растягивая Зена, попутно оставляя красные засосы по всему его телу, как вдруг Зен задрожал и тихонько застонал. Рекен понял, куда он достал, и нажал ещё раз, и услышал жалобный и громкий стон. — Бля, Рекен, прошу, я уже готов, можешь начать, пожалуйста! — — Хорошо, милые глазки. — Он вынул пальцы и размазал остатки смазки на свой член. Он приподнял Зена над собой и дал самому решить, когда и насколько опуститься. И о боги, как он удивился, когда, отпустив Зена, тот махом опустился сразу на половину, протяжно скуля. Он положил ему руки на талию, не отпуская ниже, чтобы тот привык. Тот, в свою очередь, немного откинулся назад, упираясь руками в матрас, покрытый синей простынёй. — Твою мать, Рекен, прошу, дай мне... просто начни уже двигаться. — Рекен не посмел ослушаться и начал медленно двигать бёдрами, постепенно наращивая темп. Зен начал подмахивать бёдрами, давая проникнуть глубже, он запрокинул голову назад, срываясь на стон. Каждое движение Рекена проходилось прямо по простате, вытягивая такие желанные звуки. — Нгх... Рекен, пожалуйста, я скоро, кхм... — Рекену и так было понятно, что парень на пределе, и схватился рукой за его так и нетронутый член, и начал двигать рукой в такт своим движениям. Ещё пару секунд, и Зен бурно излился на живот парня, хрипло скуля. Ещё через пару толчков Рекен кончил, шепча то ли имя Зена, то ли ещё что-то. Тот рухнул ему на грудь, наплевав на то, что ещё больше испачкается. — Нам нужно помыться. — — Хорошо. — Рекен поцеловал его в макушку и, подхватив его за ноги и спину, встал с кровати. И понёс к выходу.

***

Пока за шторой мылся Зен, он чистил зубы и умывался. Когда ему нужны были мочалка или полотенце, он подавал их, подозрительно долго задерживая взгляд на голом Зене, ждущем того, что ему нужно. Как только они оказались в комнате, упав в кровать, мгновенно уснули.

***

Утром они проснулись из-за того, что на кухне что-то бурно обсуждали. Рекен точно слышал ругань Эмили и Кэтт, он-то знал, что они потрахались в саду и будут делать это ещё, но другие нет. Он перевернулся к Зену и начал водить пальцем по его груди и торсу, заставляя на себя посмотреть. — Так, теперь мы..? — — Да...