Меланхолия уборки

«Давай-ка поговорим, Занка». Тон почему-то вечно непринуждённого Энзина не казался таким же, как всегда. Он смотрел прямо, но не в желании вонзиться с допросом, скорее как на маленького ребёнка, который все равно влез в корзину со сладким, несмотря на запрет. И теперь он ждал ответа, не согласия начать разговор, а первого слова, что скажет юноша, чуть пряча за спину руки вместе с палкой. Он ждал признания, но что он мог успеть натворить? Вряд ли вопрос касается громкого ругательства, их лидер не зацикливался на таких мелочах. Испытывать за что-то вину, не понимая, о чем речь, было бы глупо, но ничего другого не было, кроме киселем стекающей обиды. Почему он просто не может обойти мимо вечно и так старающегося не отсвечивать парня? - Ты молодец. Чуть вздрогнув, не ожидающий победы в этом молчаливом противостоянии Занка смущенно среагировал на выпад, после чего поднял взгляд на стоящего перед собой мужчину. Ничего хорошего от Энжина похвала вначале серьёзного разговора не значит — он задабривает, особенно когда нужно сказать что-то, что после он будет обдумывать неделями. И все же, пусть ради такого, но услышать заветные слова было высшим удовольствием, пусть и ценой дальнейших отягощающих высказываний. Занке не привыкать чувствовать себя дерьмово и слушать о собственных ошибках, оставляя все лавры на душу команды. Он всегда был тем, кого обгоняли, кому ставили в пример других, поэтому надломленная душа отчаянно нуждалась в признании, заставляя его и дальше служить на пользу людям. Это буквально стало смыслом его жизни, поэтому и сейчас этот юноша, что достиг уже многого, стоял и ждал, ни сбегая, ни надеясь. Может, лишь самую малость. —— Почесав голову, Энзин все больше размышлял о том, к чему их всех ведет подобная жизнь. Он бы не хотел стать свидетелем случайной смерти товарищей, а ситуации, где раненным и без сознания оставался только Занка, было так много, что заставило лидера уборщиков лично попросить об этом разговоре с юношей. Да, суд, как и решение над этим делом, был в руках блондина, но все же вот так взять и вываливать всё он не желал. Хотя, это же Занка. Ему можно все сказать прямо. Всегда можно было. Непонятную ранее тоску он испытывал в своем сердце к этому ребенку. Желание обрести массу друзей и создать с ними узы привело к тому, что нашелся человек, к которому эти чувства оказались как будто бы слегка сильнее. Лишняя привязанность мешала, а беспокойство в стычках с расхитителями и вовсе дали понять, что ничего как раньше уже не будет. Открыв рот, мужчина не нашел ничего лучше, чем пойти по своей старой схеме — желание смягчить разговор не привело ни к чему хорошему, стало видно, насколько напрягся парень перед ним. Да, они хорошо знают повадки друг друга. Вот он, в привычной манере напуган, но почти сразу берет себя в руки и спокойно смотрит в глаза. Он может пытаться обмануть Рудо, Риё, но Энзин видел всё прекрасно. То ли в интуиции дело, то ли в слепом доверии к открытости Занки — стоит только колыхнуть, и вся башня из уверенности развалится, оставляя за собой лишь щебень. Но они слишком давно знакомы для того, чтобы проверять его на прочность. Даже если эта башня рухнет, то не станет проблемой, ведь она падала, рушилась уже столько раз, что и сосчитать сложно. Занка ни разу не сдался, ни разу не опустил палку и ни разу не отвернулся. - Постарайся не принимать слишком близко к сердцу, но лидер беспокоится, насколько много у тебя травм с каждым нашим заданием. Ты почти всегда находишься на грани жизни и смерти, потому что постоянно лезешь на рожон, прикрывая собой даже в тех ситуациях, где это не требуется. Это вызывает беспокойство ровно настолько, чтобы об этом требовалось говорить. Тебя никто не хочет оплакивать, да, пока что тебе удается избегать смерти, но твоя удача не может длиться вечно. Занка, я говорю о том, что... —— Белым шумом стали звучать следующие слова, он уже не слышал ничего, хотя сам недавно ругал в голове Рудо, который игнорировал и спорил. На словах «твоя удача не может длиться вечно» на лице появился злой оскал, а глаза сузились ровно настолько, чтобы говорящий стал просто пятном на свету. Удача? Длится вечно? Это та приставучая удача, о которой все вокруг так твердят? Уж кто-кто, а Энзин должен был знать, что удача — это последнее, на что надеется в бою парень. Или эта жизнь, которая сейчас у него есть, и есть удачная ее версия? Абсурдно ровно настолько, насколько звучит. Только упорный труд и желание заставят этот мир признать простого человека, неспособного вырасти без должного ухода. И это определенно никак не связано с удачей, что осознанно избегает юношу. - Чего ты хочешь, Энзин? Чтобы я ушел из уборщиков? - Если так будет проще, то да. Неловкое, но такое привычное почесывание шеи лидера их команды заставляет парня дернуться, как от удара током. Так будет проще? Избавиться от проблемы в лице слабого человека, раз пришёл новичок, подающий надежды? Неужели жизнь и дальше будет из раза в раз тыкать его в обстоятельства неподвластные ему самому? Нет, нельзя надумывать, он сейчас не один, он не может просто стоять и ничего не делать. Никогда не мог, позлиться он всегда успеет, а возможности провести такой диалог уже не будет. Уж кто, а Занка себя в руках держать умел. -А если... Не попроще? На губах Энзина появилась легкая, спокойная улыбка. Да, именно за это он и любил своего временами недогадливого ученика, принимать критику парень мог постоянно, и можно быть уверенным, он проработает ее все без обиды и ругательств. Искать пути обхода не было необходимости, все понятно на уровне нейронов, каждый сделанный шаг. - Тебе нужно посмотреть, как сражаются уборщики, и увидеть, что ты стараешься слишком сильно. Кто бы мог подумать, что вообще возникнут подобного рода трудности... Тяжело вздохнув, мужчина оглядел бегающего по кругу Рудо с ног до головы и вернул взгляд к стоящему напротив парню. - Тебя временно переведут в штат помощников. Будешь ходить и смотреть сзади за всем, что происходит, и вести поддержку. Не становиться живым щитом, не атаковать в лоб первым, никаких самоуправлений. Сейчас ты носишь гордое звание учителя, так сделай милость, не приучай его к самопожертвованию. Разве ты видел хоть раз, чтобы я сломя голову бежал без плана на врага? - Ну вообще... - Тот факт, что я не говорю вам, не значит, что у меня его нет. Я всегда уверен в своих действиях, и ты должен. Занка, я не хочу тебя хоронить. Никого не хочу. А ты постоянно заставляешь меня думать о довольно паршивых вещах, раз за разом. Дослушав свой собственный приговор до конца, парень тихо кивнул, без особого сожаления. Если бы Энзин действительно хотел его выгнать, не стал бы говорить это сразу, а привёл бы к этому умозаключению ближе к концу, заставляя принять поражение. Да и о каких паршивых вещах он постоянно думает, чаще всего мусорные твари не представляют для них угрозы. - А с кем я буду ходить как помощник? Мне обратиться к Сэмиу? - О чем ты говоришь? Естественно, ты будешь ходить под моим присмотром, как нашкодивший котенок. Ясно тебе? Это все еще твое наказание, так что терпи уж. - Ясно.