Холодный Ротков

Второй период начался с того, что Ян забил «лакросс-гол», перебросив шайбу за спину вратарю в стиле, который считался пижонством. Трибуны взлетели в экстазе. Ян, проезжая мимо скамейки «Отряда», посмотрел прямо на Дмитрия и приложил палец к губам, призывая к тишине. Дмитрий сжал клюшку так, что карбон жалобно хрустнул. Через пять минут он поймал Яна у борта. На этот раз он не просто блокировал его. Дмитрий прижал его всем телом, чувствуя, как под экипировкой бьется чужое сердце — такое же быстрое, как и его собственное. — Ты думаешь, это цирк, Ян? — прорычал Дмитрий, вжимаясь шлемом в шлем противника. — Ты подставляешь команду своим эгоцентризмом. — Я живу моментом, Генерал, — Ян смотрел на него снизу вверх, и в его темных глазах, обрамленных густыми ресницами, плескалось чистое озорство. — А ты умираешь от скуки. Посмотри на себя: ты ведь даже не чувствуешь вкуса победы. Тебе просто нужно, чтобы всё было «правильно». Но правильно — не значит хорошо. Ян неожиданно подался вперед, так что их решетки масок почти соприкоснулись. — Скажи честно, Дима. Ты меня сейчас убьешь или... попросишь мой номер? У тебя зрачки расширены. Это не адреналин игры. Это адреналин охотника, который влюбился в свою добычу. Дмитрий резко оттолкнул его, едва не получив удаление за толчок на борт. Его трясло. Ян смеялся — громко, искренне, раздражающе. После сирены на перерыв Дмитрий не пошел в раздевалку. Ему нужно было остыть. Он свернул в технический коридор, где обычно хранили заливочные машины. Там было темно и пахло холодом. — От себя не убежишь, Генерал. Даже на коньках. Ян стоял в тени, прислонившись к стене. Он снял шлем, и его черные волосы, мокрые от пота, отливали сталью в свете редких ламп. Без экипировки он выглядел менее угрожающим, но гораздо более опасным. — Что тебе от меня нужно? — Дмитрий подошел к нему, тяжело дыша. Его доспехи сейчас казались ему тесными, мешающими сделать вдох. — Хочу увидеть, что там внутри, — Ян сделал шаг навстречу. — Под этим слоем льда, под этой формой, под этим «я всегда знаю, как лучше». Там ведь кто-то есть, верно? Тот, кто хочет сорвать этот чертов свитер и просто... быть. Ян протянул руку и медленно, вызывающе коснулся ладонью щеки Дмитрия. Его кожа была горячей. — Ты — хаос, Ян. Ты — то, против чего я боролся всю жизнь, — голос Дмитрия стал хриплым. — Так перестань бороться, — прошептал Ян, сокращая расстояние до минимума. — Проиграй мне один раз. Тебе понравится. Дмитрий схватил его за запястье, собираясь отбросить, но вместо этого его пальцы сжались на пульсе Яна. Они стояли в полумраке, два капитана, два врага, две крайности одного мира, и тишину нарушал только гул трибун где-то далеко наверху. Дмитрий медленно склонился к лицу Яна, и в этот момент в коридоре зажегся свет — охранник делал обход. Ян молниеносно отстранился, вернув на лицо свою фирменную издевательскую ухмылку. — Не опаздывай на третий период, Генерал. У нас еще есть неоконченное дело.