Ace для двоих

Максим никогда в жизни не испытывал настолько сильных эмоциональных качель как сейчас. Буквально пару минут назад он чувствовал себя просто космически, имея всю власть над мальчиком, от которого он без ума. Он был уверен, что Даня априори принадлежит только ему и доказывать это не придется, ни себе ни кому-то другому. Но кто, блять, такой этот Монеси, что после его сообщения Даня в улыбке расплывается и, кажется, совершенно забывает о присутствии Максима, быстро что-то печатая тому в ответ. Как будто пару минут назад это не он смотрел на Киасуке взглядом полным преданности и обожания. Как будто он не был присвоен Максимом полностью и бесповоротно. Как будто всё, что между ними произошло, он мог сделать с кем-то другим. С кем-то, кто не Максим. От этой мысли он настолько разозлился, что скрывать своё раздражение больше не собирался. - Это тот самый Илья? - недовольно спрашивает Максим, впившись хмурым взглядом в школьника напротив. Даня довольно смотрит в ответ, но тут же теряется, когда видит сдвинутые к переносице брови и руки скрещенные на груди другого парня. - Да, - неуверенно отвечает он, бросая взгляд в телефон, - он меня в стиме в друзья добавил, чтобы мы могли вместе играть. - Мг, - скептически хмыкает Максим, пытаясь сдержать свои эмоции, чтобы это не было похоже на очередную сцену ревности с его стороны, - и ты сейчас собираешься с ним играть? После того, как я пару минут назад трахнул тебя в рот? - похоже, он провалился, потому что Даня заметно напрягается от этих слов и, кажется, даже расстраивается, смотря на него обиженно. - Во первых, ты трахнул меня в рот только потому что я тебе разрешил, - отвечает школьник, пытаясь выглядеть уверенно, но дрожь в голосе выдает его с потрохами. - А во вторых, да, я собираюсь играть с Ильёй, потому что я этого хочу, - слишком агрессивно добавляет он, с вызовом смотря на парня напротив. - Замечательно, - подытоживает Киасуке, нервно вскидывая руки вверх, - надеюсь, вы хорошо проведёте время вместе, - он подхватывает свой рюкзак с пола, куда тот был небрежно брошен ещё вначале и поворачивается к выходу, - Да что с тобой такое? - в непонимании выкрикивает Даня в спину тиммейта. - Что со мной такое? - оборачивается Максим, устанавливая между ними зрительный контакт, от которого у Дани по коже пробегают мурашки. Он никогда не видел настолько рассерженного Киасуке. - Я тебе уже говорил, что мне не нравиться этот Илья, но ты всё равно продолжаешь с ним общаться, - на самом деле Максим хотел сказать намного больше, чем это. Он хотел сказать, что не хочет видеть кого-то другого возле Дани. Не хочет, чтобы тот улыбался из-за какого-то парня, который потенциально может быть преградой их отношениям. Он не хочет, чтобы Даня думал о ком-то ещё, кроме него. Максим хотел, чтобы Даня поклялся ему в том, что он принадлежит только ему, и что никто не имеет права прикасаться или даже смотреть на него так, как смотрит Максим. Но все эти мысли он держал внутри, боясь показаться слишком жалким и слишком уязвимым. Он боялся, что Даня посчитает его слабым и неуверенным в себе лохом с кучей комплексов и загонов. Возможно, он боялся признаться сам себе в том, что он слабый и неуверенный в себе лох с кучей комплексов и загонов. - То есть, я должен делать то, что ты хочешь, просто потому, что ты так сказал? - спрашивает Даня, испытывающе смотря на другого парня. “Да!”, - мысленно кричит Киасуке. - Нет, конечно, - отвечает он, немного теряя изначальный напор, когда видит, насколько серьезно смотрит на него школьник напротив, - просто, блять, делай что хочешь, мне похуй, - Максим гнобит себя мысленно за то, что ему не хватает смелости сказать Дане всю правду, признаться в своих чувствах прямо сейчас и наконец-таки присвоить его себе. Он действительно слишком слаб, чтобы произнести эти слова вслух. - Ну раз тебе похуй, тогда съебись отсюда и дай мне поиграть, - с демонстративной дерзостью отвечает Даня, удивляя другого парня своей решительностью. Максим проиграл. Он поспешно выходит из комнаты, а следом из квартиры, пытаясь убежать от Дани, от себя и от своих мыслей. Напротив дома очень кстати расположен продуктовый магазин, в котором он покупает бутылку дешевого коньяка, пытаясь сделать голос поглубже, чтобы состроить из себя взрослого, но кассирше, похоже, глубоко всё равно на возраст клиента, чему Максим несказанно рад. Как же ему, блять, хочется забыть последние 20 минут и оставить в памяти только то, что было перед этим. Даня тем временем сидит перед монитором своего компьютера и плачет. Он не может поверить в то, что один и тот же человек может вызывать настолько противоречивые эмоции. Почему Максим сначала делает его самым счастливым человеком в мире, а потом устраивает сцены на пустом месте? Может, он сделал что-то не так? Сообщение от Steam: m0NESY подал запрос на начало голосового чата. Даня смотрит на экран пустым взглядом, мысленно принимая решение, принять или отклонить звонок от Ильи, но рука сама тянется к мышке и спустя секунду в наушниках слышится уже знакомый голос. - Привет, как ты? - даже не видя его лица, Даня чувствует, что тот сейчас улыбается. - Нормально, - отвечает школьник с предательской дрожью и слишком очевидной грустью в голосе. Блять, зачем он принял звонок в таком состоянии, он всё ещё был на грани слёз. - Ого, братан, нихера не нормально, - взволнованно произносит Илья, делая небольшую паузу, которая слишком быстро становится неловкой, потому что Даня не сдерживается и опять начинает плакать, прикрывая рот рукой, чтобы его не было слышно в микрофон. - Дань, ты там живой? Что-то случилось? - Нет, - кое-как выдавливает из себя школьник, но громкий несдержанный всхлип вырывается из него совершенно случайно, и он больше не старается скрыть того факта, что прямо сейчас он сидит у себя дома и плачет, как девчонка из-за отношений с парнем. - Эй, Дань, послушай меня, пожалуйста, - Илья звучит обеспокоенно, но его голос почему-то действует успокаивающе, - ты хочешь рассказать, что случилось? Я готов выслушать. Если не хочешь, можем просто помолчать вместе, но не отключайся. Я хочу быть рядом, - последняя фраза прозвучала слишком трепетно, и Даня не был к этому готов. Он всегда начинал плакать ещё сильнее, когда кто-то проявлял к нему доброту и пытался успокоить в моменты слабости. Слёзы буд-то сами начинали течь с новой силой и он никак не мог взять это под контроль. В голову пришла мысль о том, что он сейчас позорится перед Ильёй, но сбрасывать звонок не хотелось. Присутствие другого человека его всё же успокаивало. Спустя пару минут Даня собрался силами, чтобы снова заговорить: - Извини, Илья, я просто… поссорился с.. другом, - хрипло начинает он. Голос звучит абсолютно убито. - Это тот самый друг, который был с тобой в пк клубе? - аккуратно спрашивает парень. - Да, это он, - отвечает Даня, всё еще периодически всхлипывая. - Я могу узнать, из-за чего вы поссорились? - осторожно продолжает Илья, стараясь не давить на школьника слишком сильно. - Вообще-то… из-за тебя, - неожиданно для самого себя отвечает Даня, после чего между ними наступает достаточно долгая пауза. Честно говоря, он не хотел говорить правду, но, в то же время, Илье почему-то хотелось доверять. Он каким-то образом вызывал необъяснимое чувство безопасности и комфорта. - Из-за меня? - скептически спросил тот, спустя ещё какое-то время. - Просто, дело в том, что… Блять, я не уверен, могу ли я это тебе рассказать, - говорит Даня, мысленно ругая себя за то, что позволил себе настолько разоткровенничаться перед Ильёй. - Мы всё-таки слишком мало знакомы, и я не знаю, как ты к этому отнесешься, - неуверенно добавляет он, стыдливо краснея перед монитором. - Всё в порядке, если это слишком личное, то можешь не говорить, - спокойно отвечает другой парень, - вот только я не совсем понимаю, как это касается меня? - в его голосе отчётливо слышатся нотки непонимания. - Ладно, - резко произносит Даня. Он собирается объяснить всё Илье, чтобы между ними не было этого странного напряжения из-за незаконченного разговора, - дело в том, что мы с Максимом не совсем друзья, то есть… блять, мы не встречаемся, но… занимаемся тем, чем занимаются парочки… - Окей… - медленно произносит Илья, не понимая, как ему на это реагировать. Даня чувствует себя идиотом. Зачем он вообще всё это начал? Теперь неловкость между ними казалась ещё более ощутимой. - И после того, как мы познакомились с тобой в клубе, он начал ревновать меня к тебе, - выпаливает Даня на одном дыхании, напрягаясь всем телом в ожидании реакции другого парня на свои слова. - Ну ничего себе, - растерянно отвечает m0NESY, издавая нервный смешок от удивления. - Да. Вчера я сказал ему о том, что мне нравится, как ты играешь, и его это сильно взбесило, - продолжает рассказывать Даня, чувствуя себя более свободно из-за отсутствия негативной реакции от Ильи, - а сегодня он психанул просто потому, что увидел, как ты мне написал в стиме, - школьник устало выдохнул, откинувшись на спинку своего геймерского кресла. Рассказывать, что было перед этим он не рискнул. - То есть, вы с Максимом просто дружите, но при этом он устраивает тебе сцены ревности на ровном месте и доводит тебя до слёз? - переспрашивает Илья, чтобы удостовериться в том, правильно ли он всё понял. - Типо того, - отвечает Даня, уставившись бездумным взглядом в монитор. Он чувствовал себя странно, когда обсуждал Киасуке за его спиной, словно это предательство на каком-то другом негласном уровне. Но обида и злость всё ещё подначивали его к продолжению разговора не смотря на сомнения. - Слушай, ну это полная хуйня, если честно, - подытоживает другой парень, громко выдыхая в микрофон. - Но у меня появилась одна идея, - внезапно продолжил он, привлекая внимание школьника своим заявлением. - Ты о чём? - растерянно спрашивает он, с интересом приподнимая голову. - Доверься мне, - загадочно отвечает Илья, оставляя Даню без каких-либо дальнейших объяснений, - сможешь затащить его завтра в клуб после уроков? - Думаю, да, наверное, - неуверенно произносит школьник, ничего не понимая. Честно говоря, слова Монеси его заинтриговали. Он понятия не имеет, что на уме у этого парня, но не сделает же он ничего такого, о чём Даня потом будет жалеть? - Отлично, - коротко отвечает другой парень довольным голосом, - настроение пойти в кс-ку ещё есть? - спрашивает он и Даня слышит эту заботу в голосе Ильи, которая кажется ему слишком непривычной в данный момент, но всё равно приятной. Может, он просто не привык к хорошему отношению к себе? - Да, погнали, - отвечает он и чувствует, как настроение наконец-то приподнимается от мысли об игре с Ильёй. Впрочем, отвлечься от своих мыслей Даня успел совсем ненадолго, потому что спустя пару часов он чувствует, как телефон начинает вибрировать на рабочем столе, и школьник чуть ли не давится слюной, когда видит имя Киасука♡ на экране входящего вызова. Он смотрит на телефон как на бомбу, которую нужно задефьюзить и дрожащими руками свайпает по зелёной иконке вправо, прикладывая трубку к уху. - Ты дома? - резко спрашивает знакомый голос. - Да, - коротко отвечает Даня, затаив дыхание. - Выходи, - смазано произносит Максим, громко выдыхая в динамик телефона. - Макс, ты что пьяный? - удивленно спрашивает школьник, когда замечает плавающий тон другого парня. - Да, выходи на улицу, - отвечает Макс, упёрто требуя своего. - Родители скоро вернутся, я должен быть дома, - Даня находит достаточно вразумительную по его мнению отговорку, но слово “вразумительный” и пьяный Максим никак не сочетаются вместе, по крайней мере сейчас. - Если ты не выйдешь, я начну орать на весь подъезд, что ты гандон, - скомкано выговаривает парень, пытаясь звучать угрожающе, но Даню почему-то на смех пробивает. - Какой же ты идиот, - говорит последний, вставая с кресла и направляясь к входной двери, всё ещё по-глупому улыбаясь с выходки тиммейта. Вот только, когда он оказывается припечатанным к подъездной стене буквально сразу же, после того, как открыл Максиму дверь, становится совсем не смешно. Он чувствует грубую хватку сначала на своей талии, потом в волосах, и в следующую секунду они встречаются взглядами, поочерёдно утопая в глубине глаз друг друга. Даня наверное совсем с ума сошел, потому что ему так нравится вид пьяного Киасуке, нависающим над ним сверху и пропахнувшим дешёвым алкоголем. Киасуке, который тычется носом ему в ухо и слишком влажно облизывает шею, несдержанно прикусывая её в особенно чувствительных местах. Даня чувствует, как сильно его это возбуждает и материться вслух, потому что это просто ёбанный пиздец. - Макс, ты совсем ебанулся? - сдавленно выговаривает Даня, безуспешно пытаясь оттолкнуть от себя другого парня. - Наигрался с Ильёй, пока меня не было? - раздражённо спрашивает последний, игнорируя заданный ему вопрос и впиваясь пронзительным взглядом в замершего под ним школьника. - Я… Макс, это просто игра, мы с Ильёй ничего не- - Нет такой вещи, как “мы с Ильёй”, понятно? - перебивает Максим, не давая Дане возможности договорить до конца. Он упирается руками в стену по обе стороны от головы школьника и устало выдыхает. - Я не хочу, чтобы ты играл с ним. Я не хочу, чтобы существовал даже шанс на то, что ты влюбишься в него спустя какое-то время, точно так же, как влюбился в меня, - искренне произносит Киасуке, и Даня чувствует, как у него подкашиваются колени. Он совсем не ожидал услышать что-то подобное от своего тиммейта. - У тебя лихорадка, походу, иди протрезвей, - Даня выдает первое, что ему приходит на ум, но тут же жалеет о сказанном, когда Максим напористо хватает его за талию и со всех сил прижимает к себе, давая возможность ощутить его твёрдый, совершенно очевидный стояк. - Не выёбывайся, Дань, - горячо выдыхает Киасуке прямо в рот школьнику, - просто пообещай, что он не уведёт тебя у меня, - добавляет он, прикрывая глаза и нежно прижимаясь своим лбом ко лбу тиммейта. Даню кроет не по-детски от подобных выпадов со стороны Максима. Он чувствует себя на грани сумасшествия. - Макс, какой же ты, всё-таки, дурак, - тихо произносит школьник, облизывая свои пересохшие губы и нежно целуя другого парня в щёку. Максим смотрит на него не совсем осознанно, всё ещё пребывая в состоянии лёгкого опьянения. Видимо, нужно объяснить ему всё как можно доходчивее. - Мне никто никогда не нравился так сильно, как ты, - немного застенчиво произносит Даня, утыкаясь взглядом в пол, чтобы слова давались легче, - и я никому бы не позволил делать со мной то, что делаешь ты, - чуть более уверенно добавляет он, кидая быстрый взгляд на Максима, который слушает его внимательно, будто ничего важнее сейчас в жизни нету. - И ты не хотел бы, чтобы тебя целовал или трахал Илья? - тут же спрашивает Максим чуть ли не с жалостью в голосе, поднимая лицо Дани вверх, чтобы у того не было возможности отвести взгляд. - Нет, только ты, - медленно произносит школьник, тут же замечая, какой эффект этот ответ дал на Максима. - Я рад, - последний шумно выдыхает и снова утыкается носом в шею Дани, будто ищет там комфорта и облегчения. Возбуждение ушло на второй план, и теперь они оба просто стоят, обнявшись вместе в коридоре и тихо дышат в унисон. - Можно я у тебя останусь? - вдруг спрашивает Максим, не поднимая головы, словно стыдясь своего предложения. - Не хочу домой идти, там всё равно никого нет. - Родители скоро придут, - спокойно отвечает Даня, хоть и будучи удивлен инициативой своего тиммейта, - если тебя не смущает знакомство с ними, то можешь остаться, в принципе. - Правда? - спрашивает Максим с лёгким изумлением в голосе. Похоже, он совсем не ожидал положительного ответа. - Да, но сначала пиздуй в душ, от тебя алкоголем несет за километр, - школьник показательно машет рукой перед носом, словно пытаясь избавиться от плохого запаха. Максим выглядит невероятно счастливым, когда пытается добраться до ванной комнаты нетрезвой походкой, ударяясь о дверной косяк и громко матерясь в ответ на свою же неуклюжесть. Даня смотрит на него как на щенка, который впервые пытается спуститься по лестнице и непроизвольно улыбается, наблюдая эту забавную сторону своего тиммейта. Он, конечно, горит желанием отчитать его за то, что тот напился посреди белого дня просто потому, что не умеет по-другому справляться со своими эмоциями, но эту задачу школьник оставляет на потом. Сейчас главное скормить ему пачку жвачек, чтобы от Максима не воняло спиртом каждый раз, когда он открывает свой рот. Киасуке послушно исполняет все приказы, которые даёт ему Даня, чистя зубы какой-то дорогой зубной пастой и закусывая это дело ядерной мятной жвачкой, которая, кажется, отрезвляет его лучше прохладного душа, который он только что принял. - Хавать охота, - произносит Максим в унисон со своим урчащим животом, немного одомашнившись. - Сейчас закажу что-нибудь, - отвечает Даня, начиная копаться в своём телефоне, чтобы оформить доставку. - А вы, типо, всегда что-то заказываете? - спрашивает Киасуке, с интересом осматривая кухню, в которой они сейчас стояли. - Ну да, - невозмутимо говорит школьник, поднимая взгляд на своего друга, - а что? - Просто я могу и сам приготовить что-то, если продукты дома имеются, - предлагает Макс, почесывая затылок, - мы с мамой никогда не можем позволить доставку, поэтому она научила меня готовить, чтоб я с голоду не умер. - Ничего себе, я думал, ты только в кс-ку играть умеешь, - с ухмылкой произносит Даня, пряча телефон обратно в карман джинсов. - Можешь глянуть в холодосе, что там есть. Я, честно говоря, не очень хорош в готовке. - Оно и не удивительно, - говорит Максим, открывая холодильник друга, чтобы исследовать его содержание. - Ебать, да здесь целый магазин! - выкрикивает он восхищённо, когда видит перед собой кучу продуктов, из которых можно приготовить ужин на 20 человек, наверное. - Да, мама зачем-то всегда наполняет холодильник свежими продуктами в надежде на то, что у нее появится желание готовить, - говорит школьник, с интересом наблюдая за реакцией Киасуке, - более склонного к самообману человека я ещё не встречал. - Сочувствую тебе, нет ничего лучше домашней еды, - с уверенностью произносит Макс, доставая из холодильника набор продуктов, к которым Даня никогда в жизни бы не притронулся в их сыром виде. - Для меня процесс готовки больше похож на алхимию, - говорит школьник, усаживаясь на стул, в предположении, что следующий час это будет его основной задачей, - я никогда не знаю, что получится в итоге. Максим ухмыляется на слова школьника и принимается за готовку, немного потерянно передвигаясь по кухне, в которой он никогда не готовил. Даня смотрит за этим всем с какими-то странными противоречивыми чувствами. Уж слишком непривычной кажется для него такая обстановка. Но он не жалуется. Ему на самом деле нравится наблюдать за таким одомашненным Киасуке, который не дерзит и не злится, а просто готовит еду, попутно рассказывая о том, что они едят дома с мамой и расспрашивая Даню о его вкусовых предпочтениях. Он хотел бы, чтобы этот момент длился как можно дольше, но спустя полчаса домой возвращаются родители школьника, которых тот знакомит со своим новым другом. Оба парня неловко краснеют в присутствии взрослых, но те, кажется, настроены крайне дружелюбно, вежливо улыбаясь Максиму и безустанно нахваливая приготовленную им пасту Болоньезе, которая и вправду получилась очень вкусной. Даня впервые с таким удовольствием ужинал за семейным столом. - Вы не против, если Максим переночует у нас сегодня? - осторожно спрашивает он, на что оба родителя реагируют вполне спокойно, радуясь, что их сын наконец-то живёт нормальной подростковой жизнью. - Если хочешь, можешь лечь в гостиной, - предлагает мама Дани, собирая грязную посуду со стола, - или мы можем достать надувной матрас, чтобы ты мог лечь в комнате Дани. Вам же наверное захочется поболтать до ночи о чем-то своём, - весело говорит женщина, подмигивая Максиму, от чего тот смущается немного. Максим и не предполагал, что у Дани настолько прекрасные родители, да и вообще их семья кажется вполне себе счастливой и благополучной, в отличии от его собственной. Пусть эти люди и занятые, но от них веяло заботой и любовью, которую они не стыдились показывать. Он чувствовал себя максимально чужим в этой семье, но какая-то часть внутри него хотела, чтобы на него тоже обращали внимание в подобном ключе. Ему нравилось, как папа Дани с важным видом рассказывал о своей работе и машине, в которых Максим совсем не разбирался, но слушал с интересом, потому что раньше у него ни с кем не было подобных диалогов. А ещё он искренне кайфовал от тёплых улыбок, адресованных ему мамой Дани, которая уже несколько раз назвала его “очень красивым мальчиком” и даже погладила его по волосам, когда он помогал ей убирать со стола. Вся эта семейная идиллия ощущалась очень по-новому, но Максиму она очень сильно нравилась. - Мне кажется, я никогда в жизни не видел тебя таким, - произносит Даня, когда они оба оказываются в его комнате, чтобы обустроить место для ночлежки Максима. - Каким? - заинтересованно спрашивает тот, поднимая взгляд на школьника. - Радостным, счастливым… - отвечает последний, делая небольшую паузу, - а не больной, ёбнутой истеричкой, - добавляет он в конце, уворачиваясь от подушки, которая тут же прилетела в его сторону. - За языком следи, пиздюк - угрожающе произносит Киасуке, поднимаясь с пола и сокращая расстояние между ними. Даня сидит на своей кровати в позе лотоса, немного сгорбившись, будучи расслабленным, но когда Максим наклоняется к нему поближе - резко выпрямляется, в панике отталкивая от себя другого парня. - Ты с ума сошёл? Родители за стенкой вообще-то, - слегка испуганно произносит он, бросая взгляд на дверь в комнату. - Тогда советую тебе быть потише, - зловеще отвечает Макс, аккуратно толкая школьника на кровать, чтобы расположиться над ним сверху. Даня чувствует себя совершенно беззащитным, полностью находясь во власти нависшего над ним тела. Он позволяет себе пробежаться руками по торсу Киасуке, ощущая крепкие мышцы под своими пальцами, и чуть ли не пищит от восхищения. Фигура Максима кажется ему совершенно идеальной, и он поверить не может в то, что такой красивый парень обратил на него внимание. И хоть у Дани не было сильных проблем с самооценкой, но на фоне красоты Киасуке, он ощущал себя обычной серой мышью. - Макс, что ты делаешь? - взволнованно произносит он, когда одной рукой Максим скрепляет запястья школьника у него над головой, а другой начинает жадно облапывать все доступные участки хрупкого отзывчивого тела. - Развлекаюсь, - отвечает Киасуке, поднимая футболку Дани вверх, чтобы притронуться губами к плоской груди тиммейта, сразу же чувствуя мгновенный отклик возбуждения от своих действий. Максим поймал себя на мысли о том, что ему нравиться исследовать мужское тело гораздо больше, чем женское, и он не знал, то ли это дело в Дане или в том, что он гей. Он на пробу прикусил один из сосков школьника, продолжая поглаживать его талию другой рукой и тут же услышал несдержанный выдох, который по громкости граничил со стоном, но, видимо, Даня ещё отдавал себе отчёт и пытался не издавать слишком явных звуков. Максиму захотелось сломить его до конца, даже если это приведет к плохим последствиям. Он ещё раз прошёлся зубами, по чувствительному соску, снова получая шумный выдох школьника в вознаграждение, после чего начал спускаться поцелуями ниже, освобождая Даню из своей хватки, чтобы сжать его тонкую талию в обеих руках. Макс немного помедлил перед тем, как расстегнуть ширинку на джинсах дрожащего под ним парня и рывком снять с того боксеры, вынуждая Даню надрывисто пискнуть от стыда и удивления. - Макс, что ты- , - начал протестовать последний, пытаясь прикрыть своё возбуждение обеими руками, ярко краснея под пристальным взглядом Киасуке. - Тише, - отвечает тот, отталкивая ладони школьника в стороны, чтобы вдоволь налюбоваться открывшимся перед ним видом. Даня обречённо откидывает голову на кровать, стараясь не умереть прямо здесь и сейчас. Лицо Максима находилось в катастрофической близости от его члена, и всё о чём школьник мечтал в эту минуту - это увидеть, как Киасуке будет смотреться с ним во рту. Он чувствует тёплое дыхание на своих ляжках, которое тут же заменяет влажный язык другого парня, оставляя за собой липкий мокрый след, из-за чего подбородок Макса пачкается в его собственной слюне. Даня сначала умирает от приятных ощущений, которые словно током прошибают всё его тело насквозь, а потом ещё раз коньки откидывает, когда видит измазанного в слюне Максима, смотрящего на него чуть ли не хищным взглядом. Словно вампир, который попробовал первую каплю крови своей жертвы и больше не в силах остановиться. - У тебя есть смазка? - внезапно произносит Макс, выбивая из головы Дани остатки разума своим вопросом. - Что? - непонимающе отвечает последний, смотря на Киасуке как на упражнения по логарифмам. - Хочу выебать тебя пальцами, - невозмутимо отвечает тот продолжая испытывающе смотреть в глаза тиммейта. Даню, кажется, заклинило от услышанного. Его хватает только на то, чтобы махнуть рукой в сторону рабочего стола и машинально наблюдать за тем, как другой парень прошаривает ящики со школьными принадлежностями, чтобы наконец достать из одного маленькую пластмассовую бутылочку. Максим инспектирует её на предмет вскрытия и довольно улыбается, когда видит, что она ещё не была распечатана. - На всякий случай прикупил? - спросил Киасуке с саркастическим смешком. - Ага, на случай, если меня захочет выебать Илья, - огрызается Даня с неожиданной для себя смелостью, но тут же жалеет о своём поступке, когда видит, как чернеет радужка в глазах тиммейта после сказанных слов. Максим приближается к нему в течении доли секунды, прижимая Даню всем своим телом и широко раздвигая хрупкие бёдра школьника, чтобы агрессивно толкнуться вперёд своим пахом. Даня чуть ли не кричит от интенсивности нахлынувших на него ощущений, но в следующую секунду твердая ладонь ложиться на его рот и всё, что ему остаётся - это глухое мычание, которое вырывалось из него с каждым новым движением бёдер Маскима. Его джинсы немного болезненно задевали возбуждение школьника, так как Киасуке всё ещё был полностью одет, заставляя того сдвинуть брови к переносице и сжать покрывало в ладонях, чтобы переключить фокус внимания с жёстких толчков, на другие ощущения. Даня думает о том, что ему больно, но внезапно вместе с болью он чувствует какое-то ненормальное, больное возбуждение, от которого у него глаза закатываются и пальцы на ногах поджимаются. Он видит перед собой разъяренный взгляд Киасуке и чувствует, что его любят, несмотря на грубое обращение. Может, эта любовь немного нездорова, но Даня тоже по-своему ёбнутый. Иначе почему он сейчас чувствует себя так, будто кончит через минуту, если Макс не остановится. - Если ты ещё раз спизданёшь такую хуйню, то я разобью ебало этому Илье, - рычит последний, приостанавливая свои движения, чтобы школьник обратил внимание на его слова. - Извини, - избито отвечает Даня, когда рука с его лица перемещается на шею, мягко сдавливая чувствительную кожу. Он тоже тянется руками к шее Киасуке, чтобы притянуть того поближе для неожиданно нежного поцелуя. Ему так нравится целоваться с Максимом, даже несмотря на то, что делают они это немного неуклюже, всё ещё привыкая к темпу и напору друг друга. Дане нравиться целовать медленно, неспешно переключаясь с нижней губы на верхнюю, чтобы как следует прочувствовать всю красоту момента. Киасуке же, в свою очередь, любил делать это глубоко и страстно, используя много языка, который проходился по зубам и доставал чуть ли не до самой глотки, каждый раз вынуждая школьника трястись от возбуждения, которое накатывало на него моментально. Вот и сейчас Максим решил выбить весь воздух из лёгких Дани, проталкивая свой язык вглубь рта школьника, не давая ни одной секунды на передышку. Он кусал, посасывал, облизывал его губы безостановочно, и Даня внезапно почувствовал, как близко он находиться к оргазму. Шанс кончить от поцелуев с Киасуке был довольно мал, но никогда не равен нулю. - Макс, ахх, я сейчас.. можешь, сделать то, о чём говорил? - невнятно спрашивает Даня, подставляя шею под новый поток сладких поцелуев тиммейта. - О чём я говорил, можешь напомнить? - с наглой ухмылкой повторяет Киасуке, перемещая одну руку ниже, чтобы едва заметно пройтись пальцами по набухшему члену школьника. Последний хнычет нетерпеливо в ответ на неторопливые действия другого парня и подаётся бёдрами вперёд в надежде на хоть какой-нибудь контакт. - Выеби меня пальцами, пожалуйста, - сдавленно произносит Даня, отводя взгляд в сторону. Ему слишком стыдно произносить вслух подобные вещи. - Ну раз ты так красиво попросил… - Максим приподнимается на коленях и тянется к бутылочке со смазкой, которая в порыве ревности была халатно закинута на край кровати школьника. Он никогда раньше не делал ничего подобного с другими парнями, но мысль о том, что его пальцы будут находиться в заднице его тиммейта совсем не отталкивала. Скорее наоборот, парень чувствовал, как его собственный стояк болезненно давил на джинсы изнутри, но сейчас в приоритете не он, а растрёпанный, трепещущий мальчик, который смотрел на него с долей страха, любви и вожделения, ожидая решительных действий от своего партнёра. - Хочешь лицом к лицу? - спрашивает Максим, поглаживая бедро школьника. - Эмм… Я не знаю… А как лучше? - потерянно спрашивает в ответ Даня с лёгким волнением в голосе. Максим глупо улыбается в ответ: - Не знаю, - честно отвечает парень, смотря в глаза своего друга, пытаясь увидеть там что-то, что подскажет ему, что делать дальше, - но я думаю будет лучше, если мы положим тебя на живот, - говорит он, решительно переворачивая школьника, укладывая того лицом вниз на кровать. Даня в этот момент почувствовал себя безвольной куклой, которой в своё удовольствие играл сейчас Максим, делая с ним то, что ему хочется. Эта мысль возбудила его настолько, что ему пришлось глубоко вдохнуть и выдохнуть, чтобы оставаться при своём уме. Он знал, что ему нравилась идея подчинения, но не думал, что она будет иметь на него настолько сильный эффект. - Такая нежная кожа, - словно в трансе произносит Максим, проходясь кончиками пальцев по спине школьника, которая подрагивала от каждого его касания. Даня беззвучно стонет, сжимая покрывало возле своей головы, охреневая от ощущений. Оказывается, его спина - та ещё эрогенная зона. Он срывается на очередной громкий выдох, когда чувствует руку Киасуке на одной из своих ягодиц. Максим несколько раз нежно сжимает упругую кожу, после чего резко шлёпает ладонью по заднице тиммейта, вынуждая Даню прикусить кулак, чтобы хоть немного заглушить свой стон. Какого чёрта ему так сильно это нравится? Нет, Даня реально больной, внатуре. Он напрягается заметно, когда чувствует, как палец Максима прижимается к сжавшемуся колечку мышц, с интересом проходясь по нему несколько раз, но не проникая внутрь. Где-то внутри головы гудит мысль о том, что ему нужно расслабиться, но почему-то у него получалось сделать всё, кроме этого. - Дань, мне нужно, чтобы ты расслабился, - слышится сзади нежный голос Максима, который успокаивающе поглаживал его по спине и ягодицах, иногда спускаясь к ляшкам, что вызывало особенно приятные ощущения. - Я знаю, - стыдливо отвечает школьник, пытаясь успокоить себя мыслью о том, что это именно то, чего он так долго хотел, и бояться ничего не стоит. Он немного приподнимается на локтях, чтобы повернуть голову назад и удостовериться, что сзади него всё ещё находится Максим. Пиздец какой горячий Максим, к слову. Другой парень смотрел на него настолько жадно, что Даня невольно простонал от того, в насколько уязвимой позиции он сейчас находится. Он буквально не может ничего делать, кроме того, как принимать то, что ему дают, и, господи, как же ему хотелось, чтобы Макс наконец-то сделал с ним хоть что-то. - Раздвинь ножки чуть шире, - мягко произносит Киасуке, вгоняя школьника в краску своими словами, но, не будем врать, Дане невероятно нравилось, когда Макс говорил какие-то совершенно кринжовые порнушные вещи, позволяя почувствовать себя развратно и даже по-шлюшьи. Даня послушно раздвигает колени в стороны, утыкаясь головой в сложенные перед собой руки, чтобы избежать пронзительного взгляда своего тиммейта, который только наслаждался стеснением школьника и, кажется, поставил перед собой цель свести его с ума. - Умница, хороший мальчик, - мурлычет Макс у него над ухом, прикусывая зубами шею, а потом плечо. Даня плывёт от удовольствия и даже не замечает звука открывшейся бутылочки со смазкой, которую Киасуке щедро выдавил себе на палец, чтобы приставить его к анусу школьника и аккуратно толкнуться внутрь всего на одну костяшку. Даня замирает всем телом, прислушиваясь к необычному ощущению сзади и тихонько хнычет, когда Максим проскальзывает пальцем глубже, медленно раскрывая девственные стенки. Он пока не может понять, нравится ему это ощущение или нет, поэтому толкается на пробу вперёд и назад, чтобы самостоятельно насладиться на палец Киасуке. - Вот так, молодец, - произносит последний, довольно наблюдая за реакцией трепещущего под ним школьника. Он пытается быть максимально аккуратным, чтобы не навредить Дане, но желание жёстко оттрахать его до потери сознания никуда не пропадает, поэтому он ждёт терпеливо, пока тот привыкнет немного и позволит Максу, наконец-то, сорваться с цепи. - Можешь… добавить второй? - неуверенно спрашивает школьник, подавляя в себе стон возбуждения, когда сразу же чувствует ещё один палец Киасуке у входа в свой анус. Максима просить долго не нужно, он и так еле сдерживается, чтобы не разорвать это нежное отверстие своими грубыми движениями, а тут ещё и просьба от самого Дани. Он выдыхает резко и ложиться на школьника сверху, полностью покрывая его своим телом, чтобы контакта между ними было максимально много. Даня поворачивает лицо в сторону и периферийным зрением чувствует на себе взгляд Максима. Два пальца внутри начинают двигаться с новой силой, выталкивая из школьника короткие стоны наслаждения, и Даня, кажется, входит во вкус. Он активно поддаётся бёдрами назад, пытаясь насадиться на пальцы Максима ещё глубже, даже не осознавая, насколько развратно он выглядит со стороны. Но Максим наслаждается этим греховным видом всецело, покусывая линию челюсти школьника и вдыхая запах его волос, который действовал на него как приманка. Даня тем временем, кажется, совсем с катушек слетел, начиная несдержанно стонать вслух каждый раз, когда пальцы Максима проходились по особенно приятной точке внутри. Он уже не думал о родителях за стенкой и о том, что это его первый раз, когда он полностью голый лежит под другим парнем и позволяет трахать себя так, как тому хочется. Всё о чём он мог думать - это сконцентрированное удовольствие и чистый кайф, который накалял все его рецепторы до предела. - Какой ты громкий стал, - с придыханием произносит Максим, протягивая свободную руку вверх, чтобы заткнуть рот школьника. Всё таки не хотелось бы, чтобы родители Дани прервали их на самом интересном моменте. Даня в ответ глухо мычит ему в ладонь и извивается всем телом, утопая в море неизведанных до этого ощущений. Он хочет всё больше и больше, развратно выгибая задницу, чтобы Максим увидел, насколько сильно ему нравится ощущать чужие пальцы внутри себя. - Посмотри на себя, - с лёгкой дрожью в голосе произносит Максим, которому всё сложнее становилось контролировать ситуацию, - прогибаешься подо мной как последняя шлюшка, - шепчет он на ухо школьнику, приставляя третий палец к уже разработанной, податливой дырочке, - кажется, тебе недостаточно моих пальцев. Уверен, ты бы с лёгкостью принял мой член прямо сейчас. Даня снова закатывает глаза, находясь в экстазе от слов и действий Киасуке. Он чувствует себя настолько прекрасно, что третий палец в анусе не приносит ни малейшего дискомфорта, только восторг и возбуждение. Максим двигает рукой в идеально размеренном темпе, каждый раз касаясь той самой точки, от прикосновений к которой у школьника плыло в глазах. Даня чувствует, как на глаза наворачиваются слёзы из-за плотности ощущений и осознания того, что ему никогда в жизни не было настолько хорошо. Максим снова целует его в плечи, иногда прикусывая тонкую молочную кожу, и школьник надеется, что утром на этих местах останутся синяки. Он хочет помнить об этой ночи всегда. - Моя маленькая шлюшка готова кончить? - с ухмылкой спрашивает Киасуке, когда чувствует, насколько часто и сильно сотрясается тело школьника при каждом движении его пальцев внутри тёплой, бархатной дырочки. Даня в ответ обессилено кивает пару раз, закрывая глаза и полностью отдаваясь во власть Максима. Кажется, он готов кончить просто от его томного голоса, который стал заметно глубже за последние 10 минут. - Тогда кончай, - твёрдо произносит Максим, проталкивая пальцы глубоко в растраханную задницу школьника и нажимая ими на тот самый едва ощутимый бугорок, который вызывал самую бурную реакцию на его прикосновение. Он наблюдает за тем, как тело Дани сначала напрягается до предела, а потом постепенно расслабляется, сотрясаясь в мелких конвульсиях, которые Макс сдерживал своим весом, вынимая наконец пальцы из горячей дырочки тиммейта и обнимая его за талию, чтобы почувствовать приятную вибрацию, в которой беспрерывно сотрясался школьник. - Молодец, такой послушный мальчик, - тихо произносит Максим, утыкаясь в волосы Дани и пребывая в каком-то странном состоянии умопомешательства. Он как-будто отдаленно замечает движение своих собственных бёдер, которыми он машинально потирался о голую задницу тиммейта, пытаясь догнать своё собственное возбуждение, и буквально через пару секунд Макс чувствует, что кончает. Прямо себе в штаны, не удосужившись даже прикоснуться к себе, чтобы помочь рукой. В глазах становится слишком светло, потом слишком темно, и Киасуке на какое-то время проваливается в измерение, которое граничит с реальностью, не замечая ничего и никого вокруг. Он растерянно открывает глаза, когда чувствует воздушные касания пальцев на своём лице. Даня лежит возле него, в одной футболке, тепло улыбаясь какой-то пьяной улыбкой и поглаживая чужие щёки, нос и губы, будто исследуя черты лица Киасуке. - Ты как? - лениво спрашивает он, заглядывая в глаза Максима, чтобы удостовериться в том, что всё нормально. - Это пиздец, - с нервным смешком отвечает Киасуке, притягивая Даню к себе, чтобы ещё раз уткнуться носом ему в волосы и почувствовать этот успокаивающий запах, - я себе в штаны кончил, - смеётся он, неловко ёрзая из-за не совсем приятных ощущений. - Я могу одолжить свои трусы, - спокойно отвечает школьник, прижимаясь к более сильному, немного вспотевшему телу. Естественный запах Максима был настолько балдёжным, что он готов был пролежать в таком положении суток двое. - Ага, спасибо, - приглушённо произносит Киасуке, приподнимая подбородок Дани, чтобы посмотреть ему в глаза. - Тебе не было больно? - заботливо спрашивает он, вызывая у школьника диссонанс между своим поведением во время их близости и после неё. - Нет, мне понравилось… очень, - чуть застенчиво отвечает школьник, облизывая пересохшие губы и нежно смотря в ответ на своего тиммейта. - Честно говоря, я до сих пор не верю, что… мы это сделали, - тихо добавляет он, опуская взгляд вниз. - Я теперь хочу увидеть твою реакцию на мой член, - говорит Киасуке, дерзко улыбаясь вновь раскрасневшемуся школьнику. - Максим, только не говори, что ты нимфоман, - фатально произносит Даня, прикрывая лицо руками и наигранно громко хныча. - Нет, но тебя мне хочется ебать практически всегда, - невозмутимо отвечает тот, убирая руки с лица Дани и приближаясь за быстрым поцелуем. - Мне конец, - обречённо выдыхает школьник, поднимаясь с постели, и Максим не упускает возможности, чтобы ещё раз бросить взгляд на маленькую упругую задницу тиммейта, на которую он пару минут назад кончил. Эта мысль совсем немного смутила его самого, но сопротивляться тому, что Даня действует на него как сексуальный стимулятор, он не будет. - Можно тебя попросить ещё об одной вещи? - спрашивает Максим, поднимаясь с кровати и приближаясь у Дане, который уже занялся поиском чистых трусов для своего тиммейта. - Что? - заинтересованно спрашивает он, поворачиваясь лицом к Максиму. - Не упоминай больше Илью в моменты, когда мы с тобой… ну ты понял, - внезапно вся смелость из голоса парня куда-то исчезла и перед Даней снова стоял тот самый неуверенный в себе Максим, который переживал по поводу того, что его в один момент разлюбят, - мне просто флягу сносит, когда ты это делаешь, и я себя плохо контролирую потом, - добавляет он, почёсывая затылок. - Ага, я заметил, - серьёзно отвечает Даня, смотря в глаза Киасуке, - договорились. Максим успокаивается заметно после услышанного, но чувство идиллии продлилось совсем недолго, потому что после короткой паузы Даня добавляет: - Мы, кстати, завтра идём играть с ним в компы. Ты с нами?