Территория тишины

Уют и тишина «Bunbin» разбились вдребезги. Субин как раз протирал столик, за которым еще недавно они впятером смеялись над завядшей геранью, когда заметил неладное. Сначала у панорамных окон начали скапливаться люди. Смартфоны прижимались к стеклу, а вспышки камер разрезали полумрак зала. Рядом с кафе стоял толпа с огромными объективами. Они не думали заказывать кофе — они сканировали зал и пытались прорваться внутрь — Это здесь он прятался? — Эй, бариста, сколько он тебе платит? Субин почувствовал, как внутри всё леденеет. Его телефон задрожал от сообщения Тэхёна: Тэхён: «Субин, закрой дверь! Сасэны вычислили адрес. Ёнджун в панике, его заперли в агентстве. НЕ ВЫХОДИ!» Субин дрожащими руками повернул ключ в замке и задернул шторы, погружая зал в полумрак. Но стук в стекло не прекращался. — Я не могу просто смотреть, как его там заживо хоронят стервятники! — Бомгю вскочил с дивана в квартире Кая, натягивая свой ядовито-желтый дождевик. — Хён, ты куда? Там же толпа! — Кай испуганно прижал к себе дельфина. — Кай, дай мне ту колонку. И шлем. Пора устроить этим пикселям системный сбой. Через десять минут у входа в «Bunbin» началось шоу, которое Сеул не забудет никогда. Посреди толпы сасэнов возник Бомгю. В желтом дождевике, в шлеме для скутера и со шваброй, к которой скотчем был примотан синий дельфин. Он врубил колонку на полную мощность — из неё орали звуки бензопилы вперемешку с оперными ариями. — РАССТУПИТЕСЬ, ГРАЖДАНЕ! Я ПРОВОЖУ ДЕЗИНФЕКЦИЮ ОТ КИБЕР-ТАРАКАНОВ! — заорал Бомгю, хаотично прыгая вокруг репортеров. Он носился между фанатами, размахивая шваброй-дельфином. Бомгю ловил настоящий кайф: он видел, как профессиональные фотографы в ужасе прячут объективы, боясь, что этот «псих» их заденет. — ТЫ! — он ткнул шваброй в сторону девушки с камерой. — ТЫ СЛИЛА МИД! ТВОЯ КАРМА НИЖЕ ПЛИНТУСА! УХОДИ, ПОКА ТЕБЯ НЕ ЗАБАННИЛИ В РЕАЛЬНОСТИ! Он начал кружиться, разбрасывая вокруг себя конфетти из разорванных игровых журналов. — МЯСНИК ИДЕТ! ОН ЧУВСТВУЕТ ВАШ СТРАХ! — Бомгю подмигнул камере какого-то стримера и тут же скорчил страшную гримасу. Чем больше они его боялись, тем шире была его улыбка под шлемом. Сасэны, решив, что это опасный городской сумасшедший, начали пятиться. В этот момент телефон Субина пискнул: Бомгю: «Субин-хён, сейчас! Я их отвлек! Вылезай через заднюю дверь, там Кай на велике за углом. БЕГИ, ПОКА Я ЕЩЕ НЕ ВСЁ КОНФЕТТИ ВЫСЫПАЛ!» Субин рванул через подсобку на задний двор. Кай действительно ждал там, лихорадочно крутя педали на месте. — Прыгай на раму! — скомандовал младший. Субин запрыгнул, и они рванули прочь по узким переулкам. Бомгю вошел в раж. Когда первоначальный план «просто отвлечь толпу» был выполнен, он понял, что останавливаться на достигнутом — не в его стиле. Внутри него проснулся истинный хаос. Он вскочил на мусорный бак у входа в «Bunbin», как на театральную сцену, и начал дирижировать невидимым оркестром, выкрикивая: — СЕГОДНЯ ПЕРВОЕ ПРИШЕСТВИЕ ВЕЛИКОГО КРОЛИКА! КТО НЕ КУПИЛ БУЛОЧКУ, ТОТ НЕ ПОПАДЕТ В ЛОББИ! В квартире Тэхёна в это время мониторы зафиксировали резкий спад активности у кафе. Тэхён посмотрел на видео, которое кто-то уже выложил в сеть с подписью «Псих у Bunbin», и впервые за день выдохнул. — Бомгю... — прошептал Тэхён, массируя виски. — Ты идиот. Но ты наш самый лучший идиот. Бомгю чувствовал, что сцена подошла к финалу. Когда последний репортер в замешательстве опустил камеру, решив, что снимать «это» — ниже достоинства профессионала, Бомгю внезапно замолчал. Он выключил колонку с оперными ариями, аккуратно снял шлем и поправил дождевик. Его лицо в секунду стало абсолютно холодным и невозмутимым. Он обвел толпу скучающим взглядом, будто перед ним были не агрессивные преследователи, а пустые стулья. — Представление закончено. Всем спасибо, все свободны. Оценку за актерскую игру можете оставить в комментариях под своим позором, — бросил он ледяным тоном, от которого у некоторых фанатов пошли мурашки. Не оборачиваясь, Бомгю закинул швабру на плечо и зашагал прочь с такой гордо поднятой головой, будто он только что закрыл показ мод в Париже, а не прыгал по мусорным бакам. Толпа расступилась перед ним сама собой — люди инстинктивно боятся тех, чье безумие выглядит слишком контролируемым. *** Вечером того же дня в квартире Кая Субин сидел на диване, всё еще дрожа. — Бомгю... — прошептал он, глядя на младшего, который с аппетитом уплетал пиццу. — Ты уничтожил свою репутацию ради меня. — Ерунда, хён, — Бомгю махнул куском пиццы. — Я давно мечтал устроить в Сеуле апокалипсис. К тому же, Тэхён сказал, что теперь в поиске по адресу кафе вылетает только видео с танцующими пингвинами Кая. Система защищена. Субин улыбнулся, глядя на своих друзей. Февраль обещал быть тяжелым, но он знал: его команда его не бросит.