Лос-Анджелес, встречай нас.

      «Рано или поздно все тайны будут непременно раскрыты. Нет ничего тайного, что не стало бы явным»

      — Михаил Михайлович Пришвин (1873-1954), русский и советский писатель, публицист, путешественник, краевед и фотограф.

***

Джек Джонсон пришел сегодня на работу раньше всех. Он открыл дверь и вошел внутрь, и все было как обычно, за исключением одного факта: в воздухе пахло алкоголем и сигаретами. — Что, черт возьми, происходит? — спросил самый желанный мужчина для девочек-подростков в начале 2010-х годов. Он прошелся по комнате и увидел мистера Мейсона и девушку, над которой недавно подшучивал. Для Джека это стало шоком. — Что вы двое здесь делаете? — воскликнул он в шоке. Алкоголики были немедленно разбужены криком. На их лицах были видны все признаки того, что они пили ночью. Мистер Мейсон и его девушка выглядели очень плохо: отеки, мешки под глазами и общая одутловатость лиц свидетельствовали об их усталости и, возможно, проблемах со здоровьем. Напряжение на лбу и расслабленность лицевых мышц придавали их лицам вытянутый вид. Их глаза казались широко раскрытыми и одновременно ввалившимися, что настораживало. Складка между носом и верхней губой стала глубже, а нижняя часть складки разгладилась. Ноздри расширились, а губы стали толще и менее сжаты. Кожа потеряла свою свежесть и гладкость, появились мелкие морщинки. Волосы выглядели тусклыми и ломкими, как будто им не хватало влаги. — Джек, успокойся, — попросил его мистер Мейсон. — У меня раскалывается голова. — А у тебя желудок не болит от алкоголя? — неодобрительно спросил Джек. — Боже, до чего вы оба довели друг друга. — Джек, сынок, — начала просить его подруга мистера Мейсона. — Я на пять лет старше тебя, Каллиопа! — Да не кричи ты здесь, у меня голова болит, — попросил его мистер Мейсон. — Да, как я могу не кричать, видя такое? — И тут Джек понял. — Так вот почему вы двое иногда не приходите сюда, да? Они немного подумали и поняли, что скрывать правду уже нет смысла. Они оба кивнули и сказали: — Да, все это правда. — Фу, какой позор, — с отвращением произнес Джек. — Джек, пожалуйста, помоги нам, — взмолился мистер Мейсон. — Хорошо, я поищу центр лечения алкоголизма, — он достал свой телефон и начал искать в нем информацию об этом. — Нет! — Каллиопа вскрикнула и ударила его по руке, и телефон упал. — Эй, это мой телефон! — воскликнул Джек, вернувшись. — Послушай, помоги нам обычным способом, — настойчиво попросила она. — Как? Построить домик для вас? — Нет, — сказала она. — нам нужно, чтобы вы подменили нас обоих. — Хорошо, я сделаю это… — И вы получите тридцать пять процентов к своей зарплате! — воскликнул мистер Мейсон. — Что? — Джек ничего не понял. — О, — мистер Мейсон закрыл рот. — вы только что согласились, не требуя награды? — О наградах мы поговорим позже, — уверенно сказали они, посмотрев на часы. — Время еще есть. — Что вы задумали? — Я вызову для тебя такси, а пока я здесь все приберу, — уверенно сказал он. — Спасибо, Джек! — воскликнул мистер Мейсон, начиная целовать его ноги. — Фу, хватит, — он отошел от него. — Я не гей! — Серьёзно? — шутливо спросила Каллиопа. — Да! — твердо сказал он. — Я стал человеком ради Эльзы, а не для того, чтобы разрушить свою программу! — Тише, папочка, — сказала она. — иначе ты никогда не уложишь своего ребёночка спать. Джек посмотрел туда, куда смотрела она. Его член в это время был слегка возбужден. — Перестань пялиться на мой член! — Я не виновата, что эта равнина с маленьким прыщиком. Джек был сыт по горло. Он взял свой телефон и начал набирать номер компании Lyft. — Мистер Мейсон, будьте добры, заткните рот своей дуре и сообщите мне адрес вашего дома, — сказал он, набирая номер. — А где глупая женщина? — спросил он. — Я ее не вижу. «Он еще не принял истинной веры, — подумал Джек. — Поэтому несправедливо судить его строго, и он попадет только в первый круг ада». Затем Джек посмотрел на Каллиопу и сказал себе: «Она сгорит, как хот-дог». — Помоги мне, спаси меня в этот миг, Прости за грехи, за ошибки мои. Грубость к Джеку, что сердце ранила, Прости, умоляю, верни мне покой. — Каллиопа молилась, когда Джек воображал, что из нее делают хот-дог. — Нет, никогда, — засмеялся Джек. — Что значит «никогда»? — спросил оператор. — Вы собираетесь заказывать такси или нет? — Да, буду!