Зов хищника

      Следующие несколько дней проходили совершенно обыденно и скучно. Джаспер читал, разговаривал с родителями, неторопливо гулял по саду вокруг дома. В общем, всячески пытался бороться со скукой. Эллис и Робин отказывались выпускать его за территорию без сопровождения. Но, к счастью, теперь он мог хотя бы ненадолго выходить в большой мир. После обряда инициации контроль над ним немного ослаб, позволяя мальчику расслабиться. И пусть он понимал, что действия родителей верные, всё равно ситуация несколько раздражала. Будучи раньше взрослым человеком, который самостоятельно распоряжался своей жизнью и временем, теперь было трудно смириться с различными ограничениями и запретами.       Чета Хейл были ответственными родителями, не позволяющими любимому чаду надолго пропасть из их поля зрения. Даже его слишком серьёзное и взрослое для ребёнка мышление не особо помогало. Да, относились серьёзнее, выслушивали его желания и мнение, но не позволяли отпустить контроль. С рациональной точки зрения — логично, но крайне неудобно для него самого. Но сделать с этим ничего нельзя, так что приходилось мириться и ждать взросления. За тянущейся чередой безумно скучных дней долгожданная весть прозвучала, будто ниспослание ангельское.       — Джаспер, милый. Ты же не забыл о сегодняшнем мероприятии?       — Мам, об этом при всём желании не забудешь. Ты уже несколько дней подряд говоришь об одном и том же, — проворчал мальчик, развалившись на диване в гостиной.       — Знаю-знаю. Ничего не могу с собой поделать, — хихикнула женщина, скрывшись в одной из комнат.       Проводив мать взглядом, Джаспер снова уткнулся глазами в яркую иллюстрацию на странице книги. Он бы хотел почитать что-нибудь посерьёзнее детских сказок, но другая литература для него пока находилась вне доступа. Когда родители увидели его за просматриванием какого-то случайно попавшегося учебника, только умилительно поулыбались. Вот только все серьёзные и взрослые книги быстро убрали, а ему выдали стопку детских сказок с большими красочными картинками и картонными твёрдыми страницами.       Да, он прекрасно понимал, что маленькие дети часто рвут книги, поэтому осознавал причину их действий. Но Джаспер же не специально! Он ещё не развил мелкую моторику на достаточно хорошем уровне, поэтому случайно надорвал страничку, когда листал учебник. Но там же был порван самый краешек! Зачем такая паранойя?       Тоскливо вздохнув, Джаспер неспешно перелистнул очередную картинку, внимательно вчитываясь в текст крупного шрифта. Тщательно проговаривая каждое предложение, мальчик старался читать плавно и неспешно. Всё-таки, разговаривать на английском — это одно, а читать и писать — совершенно другое. Особенно, если учитывать, что это твой не родной язык. В прошлой жизни Джаспер знал его исключительно на базовом, школьном уровне. Но этот относительно небольшой багаж знаний здорово ему помог при перерождении, так как позволил быстрее адаптироваться и привыкнуть к чужому языку. Благодаря этому Джаспер смог рано заговорить, на радость новым родителям. А вот с чтением, и уж тем более письмом, дела обстояли куда проблемнее. Последнее мальчик даже не пытался пробовать, так как обычное чтение у него до сих пор хромало на обе ноги.       Любой другой, узнав, что почти пятилетний ребёнок способен, пусть и с ошибкой через слово, но читать, гордо бы похвалил его за подобное достижение. Это не являлось чем-то экстраординарным, но и встречалось не так часто. Так что повод для гордости и похвалы имелся. Но Джаспер лишь стыдливо краснел от одной только мысли, что кто-нибудь узнает об этом. Взрослый парень, а читает, как сопливая первоклашка. А, учитывая, сколько книг он в общем прочитал за всю жизнь, стыд только усиливался. Так что шифровался он, как мог, позволяя родителям думать, что в книгах он рассматривает исключительно картинки. Повода для лишних вопросов давать не хотелось. Не мог же он самостоятельно научиться читать без помощи взрослых.       — Джаспер, я приготовила для тебя одежду в твоей спальне. Надень на себя, когда начнёшь собираться, хорошо? — внезапно раздался голос матери с верхнего этажа.       — А я что, сам выбрать не могу? — недовольно спросил мальчик, глядя в точку, где, предположительно, стояла Эллис.       — Я выбрала наряд, который не жалко. Так что, прошу, одень одежду, которую я тебе дала, — непререкаемо сказала женщина, заставляя Джаспера поражённо вздохнуть.       — Хорошо…       Кинув взгляд на висящие на стене часы, юный Хейл с сожалением понял, что те полчаса, остававшиеся в запасе, незаметно подошли к концу. Так что придётся вставать и идти собираться, как и сказала мама. И лучше ему это сделать быстро, пока Эллис не пришла к нему с внеплановой помощью. Она всегда так делала, когда думала, что её родная кровиночка не справляется. И да, Джаспер признавал, что иногда её помощь действительно была необходима. Детские пальцы ещё плохо гнулись, с трудом справляясь с мелкой моторикой, и рука взрослого порой требовалась. Но сейчас лучше не искушать судьбу.       В скоростном темпе, облачившись в лёгкую чёрную футболку и свободные штаны, Джаспер небрежно прочесал пальцами густые смоляные пряди. Расчёской он не пользовался, несмотря на тщетные попытки матери исправить данное положение. Буйная кудрявая шевелюра, стоило только расчёске коснуться головы, тут же превращалась в пушистый стог сена. Джаспер, впервые тогда посмотрев на себя в зеркало, тут же словил ассоциацию с Нафаней из мультика про приключения домовёнка Кузи. Старый советский кукольный мультик, который маленький Джаспер в своё время обожал. Может, это было из-за запрета матери, называвшей данное произведение нечистой ересью и богохульством. Ну, или факт, что главный персонаж имел то же имя, что и он. Но не суть.       Убедившись, что отражение в зеркале выглядит прилично, мальчик удовлетворённо кивнул и спустился на первый этаж, где его уже дожидались родители. Пришла пора для долгожданного празднества, так что семейство Хейл быстро отправилось в путь, в заранее обговорённое место. Туда, где этой ночью стаю никто не побеспокоит.

***

      Если в самом начале Джаспера ещё одолевали некоторые сомнения, то сейчас они окончательно испарились. Происходящее вокруг кардинально отличалось от всех немногочисленных мероприятий, которые ему удавалось посетить.       Прежде всего, мероприятие проводилось в лесу. И, судя по огороженному высокому непроницаемому забору, территория была частной. Дополнительным доказательством служили охранники, проверяющие гостей на входе. Хотя, они, скорее всего, выступали в роли привратников, если судить по приветственным кивкам и загоревшихся золотом глазам. Джаспер был уверен, что стоит последним гостям оказаться на территории вожака, как эта парочка тут же присоединится к общему веселью.       Младший Хейл уже привык, что все сборы стаи проходили в помещении. Так что оказаться на огромном поле, окружённом высокими, чуть ли не столетними деревьями, если судить по их размерам, было несколько неожиданно. Если Хейл правильно помнил, это были секвойи.       По краям очерченной территории традиционно стояли длинные столы, заставленные всякими лёгкими закусками и напитками. Рядом висели большие одиночные фонари, несколько разгоняющие полумрак. Но они, по большей части, выступали в роли декора и практическую функцию особо не выполняли. Свет большой полной луны, зависшей прямо над их головами, прекрасно позволял всё хорошенько разглядеть.       Но больше всего Джаспера поразила атмосфера, царящая на данном празднестве. Около столов находились единицы, предпочитающие тишину и спокойствие. А вот в центре поляны уже кипела сама жизнь. Повсюду звучал смех, громкие разговоры и крики. Дети и подростки с весёлым гиканьем и визгом носились под ногами у взрослых, даже не делающих попыток угомонить разбушевавшуюся молодёжь. Наоборот, поощряли, с улыбками наблюдая за их проказами. А кто-то вообще начал и принимать участие в забаве, с громким рыком шутливо преследуя мелкотню. Другая часть стаи уже переместилась на специально отведённую площадку, азартно и живо извиваясь под зажигательный и довольно энергичный ритм. Не сильно громкая, но весёлая зажигательная музыка хорошо располагала к танцам, волшебным образом гипнотизируя и очаровывая.       Куда бы Джаспер ни посмотрел, повсюду видел светящиеся расплавленным золотом глаза. Блеск острых когтей, виднеющийся в свете полнолуния, раскатистый рёв и рычание. Никто из присутствующих даже не пытался сдерживать собственные инстинкты, отдавая бразды правления внутреннему зверю. Хейл краем глаза успел увидеть двух сцепившихся между собой вервольфов. Поединок явно был шуточным, если судить по громкому смеху и ехидным перепалкам, пока они валяли друг друга в мягкой траве. Вервольфы наслаждались предоставленной им свободой, стараясь взять из сегодняшней ночи весь максимум, который только возможен.       Витавший в воздухе настрой был слишком заразительным для Джаспера. Он всем нутром почувствовал желание встряхнуться и броситься за своими ровесниками в погоню. А потом схватить соперника за шкирку и хорошенько повалять его по тёплой земле, показывая собственное превосходство. Хотелось оскалить зубы и выпустить когти, сбрасывая человеческую личину, и присоединиться к остальным соплеменникам. Хотелось… Джаспер желал…       Резко тряхнул головой, он с трудом разогнал нахлынувшие на него животные порывы. Выходить из-под контроля Хейл не хотел. По крайней мере, терять голову точно, подавшись волчьим инстинктам. Но сдерживать себя в этот раз было гораздо сложнее, чем в предыдущие дни. Полная луна манила, притягивала взгляд, соблазняла, заставляя его несчастное самообладание трещать по швам. А Джаспер слишком боялся отпускать внутреннего зверя на волю, опасаясь, что потом вернуться в своё человеческое «я» он уже не сможет. Слишком трудно ему давался контроль над собой. Слишком сложно и тяжело не позволить животным инстинктам взять вверх, и, тем самым, рисковать потерять собственную рациональность и здравомыслие.       Мальчик и без зеркала знал, что его стальные глаза сейчас сияли неоновым золотым цветом, а прорезавшиеся клыки были готовы вот-вот показаться из-под приоткрытых уголков губ. Лёгкий зуд на кончиках пальцев сигнализировал и о прорезавшихся когтях. Джаспер со всей силы сжал руки в кулаки, будто это могло как-то помочь. Тревога стремительно начала затапливать сознание, из-за чего дыхание Джаспера несколько участилось. Мальчик всем телом ощущал, как громко и учащённо начало биться сердце. Удары мышц по рёбрам сейчас казались слишком реальными.       — Милый, что-то случилось?       Обеспокоенный голос матери вывел его из тревожных размышлений. Повернув голову, Джаспер тут же наткнулся на большие золотые глаза Эллис, в которых явно читалась забота и лёгкая тревога. Женщина положила ладонь на спину сына, слегка склонившись, чтобы их глаза оказались примерно на одном уровне.       — Волчонок, тебя что-то беспокоит? — Робин тоже заметил внезапную перемену поведения сына, так что быстро присоединился к жене.       Несмело оглянувшись на обоих родителей, Джаспер неуверенно помялся. Он не знал, что именно сейчас требуется сказать, но снова вглянувшись в ободряющие и утешительные лица родни, решился. Если не им, то кому он вообще мог доверить все тревоги и переживания, таившиеся у него на душе?       — Мне страшно. Страшно, что если сейчас расслаблюсь, опять доставлю неприятности. Волк хочет наружу, но я боюсь его отпускать, — практически прошептал Хейл, не сводя глаз с Робина и Эллис. — А что если я не смогу сдержаться? Если не получится вернуться обратно?       Переглянувшись между собой, супруги мягко обняли сына с друх сторон, пытаясь его утешить и успокоить.       — Милый, я понимаю твой страх. Действительно жутко осознавать, что ты не сможешь прийти в себя, если выпустишь инстинкты из-под контроля. Но ты должен давать себе больше свободы, хотя бы раз в полнолуние. Нельзя держать внутреннего зверя постоянно на привязи, иначе будет беда. Помнишь, мы с тобой это обсуждали? Ты должен находиться в гармонии с собственным телом и разумом, и позволять волку выходить погулять. Иначе, рано или поздно, он вырвется наружу, и будет бороться с тобой за право существования. Нельзя держать часть себя под замком, и надеяться, что она с этим смирится. Волк не будет вредить тебе, только если ты не будешь вредить ему, — тихо зашептала ему на ухо Эллис.       — Мама права, боец. Ты прекрасно держишь себя в руках для своего возраста. Ты должен гордиться собой, а не упрекать в несовершенстве. Но сегодня это делать не нужно. Отпусти себя, сынок, позволь собственным инстинктам выйти наружу. А даже если и случится что-то плохое, мы с Эллис обязательно поможем тебе, понял? Любой присутствующий здесь вервольф поможет, это его обязанность перед стаей, — крепко стиснув его плечо, Робин широко улыбнулся, сверкнув янтарными глазами. — Так что давай, не робей! Иди и покажи им всем, на что способна семья Хейл. Покажи этой мелюзге, кто здесь главный! Оторвись, как следует сегодня всем вервольфам!       Задорный выкрик отца послужил неким спусковым крючком. Несмело оглянувшись, Джаспер неуверенно улыбнулся, медленно расслабляясь. Тщательно подавляемые инстинкты тут же выплыли на поверхность сознания, гибко сплетаясь с человеческим разумом. Когти ярко блеснули в свете луны, кончики клыков упёрлись в мягкую плоть нижней губы, а янтарные глаза загорелись пуще прежнего, принимая сходство с яркими фарами. Внутренний волк ликовал, ощутив долгожданную свободу и раздолье. Широко улыбнувшись, Джаспер сорвался с места, с азартом влившись в несущийся поток детей, ощущая необычайный прилив эйфории. Хотелось рычать, хохотать и валяться с другими ребятами по траве, игриво пытаясь схватить противника за волосы или шею. И в этот раз он не стал наступать на горло собственным желаниям, полностью доверяя ситуацию стоящим неподалёку родителям. Джаспер уже не понимал, почему так отчаянно хотел держать себя в узде. Почему боялся отпустить себя? Это было уже неважно. Сейчас юного волка занимала возникшая рядом потасовка, в которой он до чёртиков хотел принять участие.       Эллис и Робин с умилением и гордостью наблюдали за происходящим противостоянием среди волчат. Широкая оскаленная улыбка, громкий угрожающий рык и стойка хищника, готового вот-вот рваться в бой. Джаспер был великолепен в своей дикой животной сущности, даже так, сильно выделяясь на фоне остальных. Эллис намётанным взглядом видела, что, несмотря на полное доминирование волчьих инстинктов, её мальчик не превратился в неосознанное животное. Это часто происходило у детей в первый раз, и никто подобному уже не удивлялся. Но у её малыша как-то получилось оставить маленькую часть собственного самосознания. Женщина не понимала, как он смог достичь такого в столь малом возрасте. Но это не мешало ей чувствовать за собственную кровь гордость и самодовольство. Многие дети постарше не были способны на такой контроль, какой имеет Джаспер.       — Это мой сын, — с гордостью воскликнул Робин, наблюдая, как мальчик неумелым, но резким и яростным движением рук валит своего ровесника на пол и угрожающе скалит зубы, приказывая «врагу» сдаться. — Истинный Хейл, весь в меня!       Эллис довольно покивала, с довольством наблюдая за очевидным доминированием Джаспера над остальными. Её мальчик какое-то время продолжал одерживать верх, пока общими усилиями другие дети не повалили его на землю. Похоже, у кого-то кончилось терпение. Женщина громко рассмеялась, смотря на перекатывающуюся кучу малу. Джаспер явно получал удовольствие, и это сильно порадовало Эллис. Она уже начала невольно переживать, что её сыну по каким-то причинам не нравится царившее вокруг веселье.       — Может, и мы пойдём, немного развлечёмся? — предложил Робин, убедившись, что за детьми присматривает часть стаи, не желающая вступать в активное веселье. — Давненько мы с тобой не танцевали.       На данном празднике все дети становились общей ответственностью, так что никто не боялся оставить свою кровиночку без присмотра. Так что женщина с радостью согласилась, позволяя мужу увести себя к заполненному оборотнями танцполу. Окунуться в зажигательный и захватывающий ритм музыки было абсолютным блаженством. А прислонившаяся к спине грудь мужа только усилила чувство наслаждения и расслабления. Давно ей не было так хорошо и здорово.

***

      Джаспер не знал, сколько времени прошло с того момента, и как описать происходившее с ним безумие. Царящая вокруг вакханалия не поддавалась никаким объяснениям. Но мальчик мог точно сказать, что в тот момент он был счастлив. Нескончаемое веселье и чувство праздника не покидало его сердца, вынуждая губы растягиваться в широкой радостной улыбке. В какой-то момент он даже испугался, что его щёки просто-напросто треснут.       Шум и гам набатом били по ушам, заставляя чуть ли не глохнуть. Ноги чертовски устали от бесконечной беготни и прыжков через препятствия, которыми выступал различного рода декор на поле. Его временные товарищи по играм проявляли чудеса смекалки, когда потихоньку начали выдыхаться. Руки тоже уже не получалось нормально согнуть из-за онемевших пальцев. Удержать извивающихся соплеменников в своей хватке — та ещё задачка. Но, несмотря на чудовищную усталость, Джаспер ни о чём не жалел. Он никогда не думал, что может чувствовать себя настолько здорово.       Стараясь привести сбившееся дыхание в норму, Хейл утомлённо плюхнулся на уже порядком поредевший ковёр травы. Горло неприятно дёргало и болело, а обезвоженный язык наждачкой проходился по мягкому нёбу. Очень хотелось пить, и не разговаривать минимум несколько часов. Учитывая, сколько он издавал звуков в порыве эмоций и азарта, ничего удивительного. Джаспер даже не подозревал, что умеет так рычать. Вот что луна животворящая делает.       Оглядев обессилено валявшуюся компанию детей, с которыми провёл всё это время, Джаспер понял, что веселье подошло к концу. Если честно, он даже не понял, в какой момент волчьи инстинкты отступили, позволяя его рациональной составляющей снова занять главное место. Детское тело в принципе не так выносливо, как взрослое, будь ты хоть человеком, хоть оборотнем. Так что ничего удивительного, что спустя несколько часов уже никто из них не был способен твёрдо стоять на ногах, не то, что продолжать забавы. Отключившихся от усталости быстро унесли, а оставшихся волчат уже потихоньку начали разбирать подходившие к их куче мале родители. Похоже, взрослыми всё так и задумывалось. Все вымотались, устали, кто-то уже уснул. А значит, в самый важный момент никто не будет мешать.       Поняв, что здесь ничего интересного уже не будет, Джаспер потихоньку начал вставать, стараясь не обращать внимания на жалобно скулившее тело. Он даже не подозревал, что вообще может так устать, если честно. Но ему нужно было найти родителей, так что пришлось терпеть. Но сперва…       Отыскав нужный стол, Джаспер жадно вцепился в стакан с фруктовым соком. Был бы менее воспитан, без всякого стеснения бы осушил графин. А так, ограничился несколькими освежающими бокалами. Наконец почувствовав долгожданную лёгкость, Джаспер принялся осматривать территорию. Прошло уже довольно много времени с начала праздника, так что народ немного поредел. Или, это так кажется из-за отсутствия детей, в данный момент отдыхающих в огороженной зоне отдыха. Мальчик даже не заметил, в какой момент по краям территории расстелили толстые пледы и покрывала, куда с радостью уместились подуставшие вервольфы. Предусмотрительность Альфы вызвала внутри очередной приступ уважения.       Эллис и Робина он отыскал спустя какое-то время в тени одного из деревьев, в обнимку друг с другом. Где-то достав большой пушистый плед, родители вольготно отдыхали, едва слышно переговариваясь. Если честно, Джаспер был рад, что они ограничились исключительно объятиями и ленивыми поцелуями. Основную часть детей унесли отдыхать, и взрослые начали позволять себе больше. Джаспер никогда не был поклонником вуайеризма, так что он поспешил убраться из зоны видимости некоторых парочек, решивших позволить себе больше. Или у вервольфов в порядке нормы выставлять себя и партнёра на показ?       — Ох, вот ты где, милый, — проворковала Эллис, заметив приближение сына. — А мы с отцом уже хотели тебя искать. Устал?       Джаспер только утомлённо кивнул, забираясь матери под бок. Ощущая, как на спине смыкаются нежные, но сильные женские руки, мальчик счастливо выдохнул и прикрыл глаза. Усталость начала стремительно наваливаться, заставляя Джаспера медленно уплывать в сон.       — Поспи, сынок. До главного этапа праздника ещё много времени, так что отдыхай. Когда придёт время, мы тебя разбудим, — негромко сказал Робин, погладив засыпающего на ходу Джаспера по волосам.       Он так и хотел сделать, но внезапно пришедшая на подкорку мысль помешала ему окончательно уснуть. Пару мгновений Джаспер раздумывал, стоит ли. Но потом, хитро улыбнувшись, всё же не удержался от соблазна. Внутренняя вредность и противность так и уговаривала сделать гадость, особенно, если был законный повод. Подняв на родителей невинный и чистый взгляд ребёнка, он спросил:       — Мам, пап, а почему там один незнакомый мне дядя шлёпает тётю по попе? Она сделала что-то не так?       Расслабленное состояние его родителей тут же испарилось, словно ничего и не было. Напрягшись, взрослые очень внимательно посмотрели на устроившегося между ними сына. Тот ответил наивным любопытным взглядом, хотя внутренне Джаспер изо всех сил сдерживал желание громко засмеяться. Видели бы вы их лица в тот момент.       — Дорогой, а ты точно это увидел? Может, тётю щекотали? — тихо переспросила Эллис, заметно понизив градус интонации.       — Нет, тётю точно шлёпали по попе. Она так громко кричала. Видимо, очень больно было, — тихо и обеспокоено пробормотал Джаспер, стараясь изо всех сил не загоготать, тем самым раскрыв себя. — Вот только я не понял, зачем дядя начал стаскивать с неё кофту. Штаны-то он уже давно снял. Видимо, чтобы легче было по попе бить.       Таких подробностей Эллис уже стерпеть не могла. Сверкнув золотыми глазами, она с разъярённым рыком вскочила с места. Быстрым шагом мама направилась в сторону диванчиков, где продолжали развлекаться незадачливые эксгибиционисты. К его радости, с противоположной стороны поля их не было видно, так что Джаспер расслабленно засопел, уткнувшись в шею оставшегося рядом отца.       — Почему мама разозлилась? Она пошла ругаться с тем дядей? А зачем? — шёпотом спросил мальчик, с любопытством посмотрев на непривычно смурного Робина.       — Потому что дядя и его тётя себя плохо ведут, и их нужно наказать за неприличное поведение. Выяснять отношения нужно наедине, а не у всех на виду, понял? — дождавшись послушного кивка, мужчина с долей злорадства посмотрел куда-то Джасперу за спину. — А теперь спи. Мама сейчас разберётся, и вернётся к нам, хорошо?       Мальчик снова кивнул, послушно закрывая глаза. Шалость с блеском удалась, и Джаспер был чертовски ею доволен. А доносившаяся до ушей ругань матери только добавляла бальзама на душу. Кто-то очень сильно разозлился, раз обрывки разговора долетали до их места отдыха.       — …А ну засохни одноклеточное! Я тебе сейчас знаешь, куда этот стручок засуну?! Вы чем думали, делая это на глазах у ребёнка?! …Утихни, я сказала, кошмар практикующего ветеринара! …Из положительных качеств у тебя только резус-фактор, так что нечего тут на меня тявкать…!       Тихо захихикав, Джаспер с чистой совестью и душой пристроился поудобнее, и, наконец, позволил усталости понести себя в тихое царство снов. Силы, насколько он понял, ещё пригодятся, так что лучше не терять оставшиеся драгоценные часы сна. Скандал всё продолжал набирать обороты, но мальчик этого уже не слышал. Едва слышно сопя под боком у отца, Джаспер наслаждался безмятежным и незамысловатым сном. Всё-таки, сегодня поистине прекрасный день.