Somewhere I belong

10 июня 2040 года, 12:26 Машина остановилась на подъездной дорожке, и Коннор вышел из нее первым. Прошел к крыльцу, взошел по ступеням и остановился. Хэнк догнал его, замер у мужа за спиной. — Смелее, — подбодрил он. Коннор глубоко вдохнул. Оправил лацканы аккуратного серого пиджака, разгладил складки белой рубашки, поддернул черный ремень на брюках — блеснул, поймав солнечный луч, новенький полицейский жетон. Коннор хрустнул пальцами, огладил циферблат часов… — Ну, живей, — Хэнк подтолкнул его в спину, и спутник, наконец вырванный из своего бесконечного ритуала, протянул руку к двери и открыл ее. В прихожей еще пахло гарью, обувница и вешалка для пальто валялись на полу — пожарная команда врывалась в помещение, не заботясь о сохранности вещей на своем пути. Коннор переступил через преграду, медленно двинулся вперед. Хэнк не отставал. В гостиной запах гари усилился. Новые обои, которые супруг, должно быть, очень тщательно выбирал — старался, чтобы изменения в интерьере не были для глупого человека слишком разительными и заметными — кое-где встопорщились и отошли от стен. Этот пол, помнил Хэнк, еще несколько дней назад был залит голубой кровью — вот здесь, у самого дивана, Коннор лежал, подстреленный, неподвижный, сияя алым диодом. Андерсон поспешно отвел глаза — тириум испарился, но его спутник, если бы захотел, непременно увидел бы его остаточные следы. За порогом кухни начиналась чернота — все, что было в помещении, обгорело и покорежилось, и Хэнку вовсе не хотелось смотреть в ту сторону. — Все это можно заменить, — принялся негромко рассуждать Коннор, — потребуется серьезный ремонт, но не только у Маркуса фотографическая память, я тоже точно помню, как все стояло. — Да и я помню, — фыркнул Хэнк, — столько вечеров проторчал на этой кухне, наливаясь виски и грея пистолет в руке — и не сосчитать. Коннор болезненно вздрогнул — словно споткнулся об это воспоминание. Выдохнул, сделал по комнате еще несколько шагов. — Запах выветрится, — продолжал он, — думаю, к середине лета все уже будет в порядке. — Чудно, — кивнул Хэнк, — Сара будет очень рада. — Сара? — Коннор глянул на него через плечо удивленно, обескураженно даже, словно Хэнк грубо столкнул его с какой-то серьезной и очень тяжкой мысли, сбивая весь трагический настрой. — Наш риелтор, — пояснил он, пряча улыбку, — она сказала, что выставить дом на просмотр можно будет только после ремонта, но его покроет страховка. — Выставить…- пробормотал Коннор, часто моргая. — Понадобится твоя подпись на документах — ты ведь один из собственников, — кивнул Хэнк, — но Сара заверила меня, что, кроме этого, нам ничего не понадобится делать. Хотя комиссию она дерет… — Хэнк, я не понимаю, — пролепетал Коннор. Андерсон расправил плечи и огляделся. — Я купил этот дом не для себя, — заявил он, скользя взглядом по стенам, — а для того, чья комната пять лет стояла закрытой. И, по сути, он никогда не был ни моим — ни твоим, как ты сам заявлял. — Хэнк, — Коннор развернулся к нему всем корпусом, нервно сжал пальцы и застыл, глядя во все глаза. — Снеговик отвалил нам нехилую сумму за наши услуги, как и обещал, — пожал плечами Андерсон, — с продажи этой развалюхи мы тоже получим немного денег. Ну и остатки страховки — ты ведь сам выбрал такой план, чтобы страховая компания прокляла тот день, когда Еве вздумалось взорвать газ у нас на кухне. — Хэнк, — еще раз обронил Коннор. — Хэнк-Хэнк, вот заладил, — рассмеялся человек, — тебя заело, малыш? Прекращай таращиться на меня, хватай малыша Джо, — они кивнул на нетронутый ни огнем, ни пожарными компьютерный стол с одиноким суккулентом, — и поехали — мы уже опаздываем. — Куда? — Коннор, едва ли осознав свое действие, шагнул к столу и подхватил маленький цветочный горшок, сжал его в ладонях, как выпавшую из гнезда птичку. — На просмотры, конечно, — ухмыльнулся Хэнк, — сегодня по плану Сары — два дома в районе получше, чем этот, и просторная квартира в центре с парком в шаговой доступности — но этой части я проконсультировался с Сумо. — У нас будет новый дом? — осторожно, взвешивая, пробуя на вкус каждое слово, переспросил Коннор. Хэнк шагнул к нему и обнял мужа за плечи. — У нас будет новый дом, — подтвердил он, — и ты, малыш, сам его выберешь.