Сквозь пламя и дым

Неделя прошла как один бесконечный день. Семь долгих, нескончаемых дней прошли в подсчётах всех событий и возможных последствий. Сказать, что Пасифика не испугалась, было бы ложью, но и утверждать обратное также было бы неправдой. Страх был не совсем тем чувством и словом, что описывало девушку на протяжении недели, хотя, бесспорно, он имел место быть… Нетронутая книга лежала на столе на том же месте, где её оставил Кроули. Пасифика же всё думала, представляла, а самое главное — анализировала до мельчайших нюансов предложение демона, как наставляла её мама. Каждый вечер был похож на предыдущий. Часы, проведённые за домашними заданиями, те мгновения, когда Морфей забирал её в своё царство, Пасифика ловила себя на том, что косилась на потрёпанный кожаный переплёт, медную застёжку, странные узоры, похожие на змей, но вновь и вновь одёргивала саму себя, отворачиваясь. Удивительнее всего для девушки стало то, что в свободные минуты она прокручивала в голове их разговор. Слово за словом. Интонацию за интонацией. Кроули не давил. Не угрожал. Не требовал немедленного ответа — а это, как учила мама, самый опасный вид сделок. — «Союзник», — назвал он себя. — «Партнёр». Пасифика каждый раз смеялась про себя, когда в её сознании всплывали слова коварного демона. Но как бы Пасифика ни пыталась себя убедить, книга… книга не давала покоя. Она влекла бедняжку, словно сирена влечёт моряков на скалы для их неминуемой гибели. Все клетки её организма отзывались на книгу. Девушка сдалась, когда пошла середина второй недели: она попросту устала себя мучить и решила поделиться с самыми близкими для неё людьми. Пасифика позвала к себе в комнату Стеллу с Уильямом, дабы наконец начать распутывать клубок сомнений и вопросов. — У меня… новости? — неуверенно начала Пасифика, закрывая дверь за собой. — Мне нужно вам в кое-что рассказать. Всё сложно. — Ты ограбила банк, а нас забыла взять в долю? — скорее, чтобы разрядить обстановку поинтересовался Уильям. — И как ты только до своих лет дожил, — покосилась на брата Стелла. — Вот реально не нахожу логичных ответов на это. Будь взрослым хоть иногда. — Что? Атмосфера здесь не ахти. Я хотел снизить градусы, — пожал плечами парень. Стелла лишь закатила глаза и покачала головой, затем снова взглянула на нервную подругу. — Но дурень прав, — произнесла она, глядя на Пасифику. — Атмосфера в последние дни не ахти… — Это как-то связано с тем, что недавно появились твои братья? — перебив сестру, поинтересовался Уильям. — Они что-то не то ляпнули? — его лицо стало необычно серьёзным. — Дело не в них, — поспешила развить сомнения девушка. — Они были… достаточно приветливы со мной. Пасифика глубоко вздохнула. Рассказать правду означало втянуть их в ту часть своей жизни, которую сама девушка старалась не вспоминать и не втягиваться. Зомби, вампиры, оборотни, охотники. Это слишком опасно. Но, видимо, сама судьба насмехалась над ней и её родителями. Иного объяснения не было: госпожа Фортуна, вознамерилась во что бы то ни стало свести Пасифику с опасным миром сверхъестественных существ. — Предупреждаю заранее, это может звучать дико, — Пасифика посмотрела сначала на Стеллу затем на Уильяма. — Две недели… чуть больше недели назад в моей комнате появился он. — Кто он? — поинтересовалась Стелла, её глаза расширились. — Демон, — прозвучало неуверенно, будто бы вопрос, на который Пасифика хотела бы знать ответ. — Прости, что? — Уильям перестал барабанить пальцами, наклоняясь вперёд. — Демон? Как в сериалах или ваших любовных романах? — Практически, — кивнула Пасифика, зыркая на то кресло, где появился Кроули. — Он появился, как из воздуха. Представился, как… Кроули. Странный. Выглядел словно обычный человек, на нём был дорогой костюм. Не похож на тех, о ком мне рассказывали родители. Не пытался украсть мою души или убить меня. Он предложил сотрудничество. Сказал, что у меня есть потенциал и что мир скоро поменяется. Молчание было долгим, десять минут на скидку. Каждый переваривал услышанное, глядя поочерёдно друг на друга. — Я надеюсь, — первая прервала тишину Стелла, смотря в упор на подругу. — Ты, конечно, послала его куда подальше? Вместо ответа Пасифика отвернулась к окну. — Ох, — вздохнул Уильям, откидываясь на подушки. — Пасифика, ты серьёзно обдумываешь его предложение? — Я думаю, — согласилась девушка. — Он может быть прав. Во всём. В изменениях в мире. И тогда что? Я имею сил… некие возможности, но не знаю смогу ли я воспользоваться ими на практике. Мои братья, как я поняла имеют знания о мире, котором нам… мне ничего неизвестно. И если этот демон говорит хоть тридцать процентов правды, если в мир скоро грядут изменения, то я должна быть готова. — Или он просто тобой манипулирует, — твёрдо сказала Стелла. — Демоны лгуны, они не дарят подарки просто так. Мы не в сказ… вспомни даже романы. Когда демоны, что-то делали по доброте душевной? — Лгуны и мерзавцы, — согласилась Пасифика. — Но есть существа хуже демонов. Мама рассказывала, что демоны хоть и те ещё не подарки, но с ними хоть можно устанавливать правила, которые они сами очень сильно любят. — девушка отъехала от стала, тем самым открывая обзор к подаренной книге. — Он дал мне её в знак честного сотрудничества, сказал, что это азы, которые мне помогут читать книги поинтереснее. Друзья переглянулись. Уильям присвистнул. Стелла пододвинулась ближе, но не коснулась. — Выглядит… древней… — сказал Уильям. Разговор затянулся далеко за полночь. Они спорили, предполагали худшее и надеялись на лучшее, проговорили всё, что можно, раскладывая всё по полочкам: какие вопросы задать Кроули при следующей встрече, где искать информацию о нём, какие слова использовать, чтобы не дать демону слишком много власти. Но когда часы пробили два Стела и Уильям разошлись по своим комнатам, всё-таки утром рано вставать школу никто не отменял. Ночь в доме Уильямсов всегда была тихой. Только ветер шевелил ветки магнолий, да собаки выли за окном. Пасифика сидела всё за тем же столом, гипнотизируя книгу, а та её в ответ. Она провела пальцами по медной застёжке книги, по узорам, ощущая странное, волнующее чувство в крови. Она закрыла глаза. Сделала глубокий вдох. — Кроули. Имя сорвалось с губ почти шёпотом, но комната отозвалась на него мгновенно. Воздух сжался, запахло озоном и серой — и тем же дорогим парфюмом, что и в прошлый раз. Лампочка мигнула раз, второй. Когда Пасифика открыла глаза, он уже стоял у окна, заложив руки за спину, и смотрел на неё с лёгкой, почти отеческой улыбкой. — Принцесса, — бархатно произнёс Кроули. — Я уже начал думать, что ты забыла моё имя.